Без паники

      За пятнадцать минут до начала церемонии с Питером случилась истерика.       Разумеется, Мародёры были к этому готовы. И вовсе не потому, что Хвост с самого детства был большим паникёром, и даже не потому, что ситуация была из ряда вон - всё-таки не каждый день сочетаются благословенным союзом два любящих сердца, - а потому, что полгода назад, сделав своей любимой предложение (наконец-то!), бедняга Питер до того разволновался, что упал в обморок прямо посреди торжественного ужина, проходившего, как и полагается, в кругу друзей и родных. Конечно же, волновались все, бывшие в курсе предстоящего события - и потенциальная тёща фрау Рихтер, и её муж герр Рихтер, и милашка Паулина, которой, естественно, полагалось делать вид, что она не в курсе готовящегося предложения, отчего несчастная девушка переживала в два раза сильнее. Что там - волновался даже Сириус, а это говорило о многом, потому что представить себе по-настоящему взволнованного Блэка было весьма и весьма непросто. Но никто, никто из собравшихся в тот вечер в уютной гостиной Рихтеров не мог ожидать, что после непривычно робкого "да" Паулины - или Полли, как её называли все вокруг на истинно британский лад, - Питер вдруг неловко икнёт, обмякнет и сползёт по стеночке прямо на пушистый ковёр. Тогда конфуз усилиями подоспевших Лили и Октавии быстро ликвидировали, помолвку признали состоявшейся, благословив двух влюблённых олухов на долгую совместную жизнь, а Джеймс проспорил Римусу пять галлеонов, поскольку малодушно посчитал, что Хвост не посмеет просить руки Полли так скоро после конца войны.       Но Питер всё же посмел и теперь, когда уже вот-вот нужно было идти к алтарю, ожидаемо запаниковал.       - Я-я-я же не могу, - повторял он, заикаясь и обмахиваясь мясистыми ладонями, пока Лили спешно по капле отмеряла в рюмку Успокоительный отвар. - Я не должен, не должен! Я же п-просто сломаю ей жизнь!       - Прекращай, Хвост! - не выдержал Джеймс, всё это время пытавшийся не выпустить из рук Гарри, который яростно извивался и рвался к жутко занятой маме. - Отступать уже некуда!       - О да, так ты его точно успокоишь, - заметил Римус и поднял голову на звук открывшейся двери.       В комнату, где и проходили сборы жениха и свидетелей, медленно вошла Октавия, уже в праздничном платье и с высоко убранными волосами; за руку она, наклонившись, осторожно вела крошку Лиз, которая, увидев отца в другом конце комнаты - то есть непозволительно далеко, - тут же угрожающе скуксилась и захныкала.       - Бегу-бегу, моё счастье!       Бодро поднявшись на ноги, Римус пересёк комнату и подхватил дочку на руки прежде, чем капризный писк перешёл в плач.       - У, папина радость... Верно говорят умные люди: если родила дочь - не трогай, это игрушка для мужа, - передразнила Октавия, наморщив нос, но тут же улыбнулась и, клюнув Римуса в щёку, тихо поинтересовалась: - Что тут у вас?       - Плановый психоз, - ответил ей Сириус и, махнув рукой, отвесил женщине шутовской поклон: - Присоединяйся, Ви!       - Вот уж где я пас, - хмыкнула она, пригладив дочке сбившиеся нежные кудряшки. Некоторое время она ещё понаблюдала, как Лили пытается споить задыхающемуся Питеру необходимую дозу зелья, а после предложила: - Может, его сразу оглушить и к алтарю левитировать? Мороки меньше.       - Это не метод, Октавия, - одёрнула Лили, как всегда принявшая грубую шутку за чистую монету и посягательство на общее спокойствие, на что Ви многозначительно подняла изящно изогнутую бровь и, скрестив руки под грудью, протянула:       - Да неужели?.. Есть другой план, миссис Знаю Всё?       На этот раз Лили достало ума промолчать, и все мужчины, кроме Питера, выдохнули с явным облегчением - грызня откладывалась на неопределённый срок.       Причин для взаимных претензий у обеих по-своему обворожительных женщин находилась масса, благо, сфера деятельности у миссис Поттер и миссис Люпин была одна - обе промышляли целительством, а потому даже находясь в декретном отпуске умудрялись периодически цапаться из-за влияния слёз феникса на заживление темномагических ран или универсальности безоарова камня в качестве противоядия. Но крупные ссоры случались редко, хвала Мерлину; зачастую же поводами для мелких придирок становились те точки соприкосновения, на которые мужчины обычно внимания не обращали, хотя спектр выходил воистину впечатляющим - от длины юбки соперницы до выбора имени для ребёнка. При таком раскладе сил оставалось загадкой, как Лили в своё время согласилась окрестить малышку Элиз, но тут, пожалуй, сказывалась её симпатия к Римусу, с которым они были дружны ещё со школы. К слову сказать, что Лунатик, что Сохатый на неприязнь супруг друг к другу смотрели сквозь пальцы, поскольку их дружбе это не мешало, да и вообще - женщины... Ну кто их разберёт?       За то время, что надежда и будущее магического целительства испепеляли друг друга взглядом, у Питера приступ неуверенности в себе и в завтрашнем дне вышел на новый виток, так что теперь он, заламывая руки, безостановочно бормотал:       - Полли будет жалеть об этом, точно говорю... Она ещё пожалеет о том, что согласилась, да...       - В смысле - "пожалеет"? - задиристо переспросил Джеймс, поднимаясь на ноги и подходя ближе. - Да разве Полли в своём Гамбурге найдёт такого завидного кавалера? Ты же Мародёр! Ты двойной, мать его, агент!       - Джеймс, не выражайся при детях, - напомнила Лили, но весь её вид говорил о том, что с мужем она вполне солидарна. - Правда, Питер. Откуда такие мысли? Ведь, будь ты не достоин, Полли никогда бы не сказала тебе "да".       - Она одумается... Пройдёт ещё пару лет, и она точно опомнится и бросит меня!       - Так, ты мне статистику не порти, - потребовал Сириус, затушив сигарету о ладонь и выбросив окурок за распахнутое окно. - Если уж я Лунатика женил, то уж тебя пристроить сам Мерлин велел!       Смерив друга проницательным взглядом, Римус ничего не ответил на это потрясающее заявление и лишь оглянулся на жену, но вот Октавия молчать не стала и уточнила:       - То есть это ты, Блэк, нас поженил? А я-то, дура, посчитала, что всё решило моё природное обаяние...       - И пол-ящика виски, - в тон ей подхватил Джеймс, за что тут же схлопотал шлепок от Лили по пятой точке. - А что я-то? Я всего лишь излагаю голые факты!       Но Лили, кажется, имела в виду немного не это; сделав страшные глаза, она вновь кивнула на Питера, который наконец ко всеобщему облегчению заткнулся и тихо царапал собственный левый рукав, вряд ли понимая, что делает. Задушив вполне естественный порыв излечить всех и вся, Лили промолчала, потому что точно знала, каким будет ответ на все её вопросы о самочувствии. Нет, зуда нет, и ничего не болит... просто есть. Именно поэтому так страшно.       Поняв, что невольно наступил другу на самую больную мозоль, Джеймс нахмурился и адресовал беспомощный взгляд Сириусу, в который раз предоставив Бродяге решать. В конце концов, именно над ним в своё время нависло дамокловым мечом пожизненное заключение в Азкабане, куда он сам по сей день успешно отправлял недобитков из числа последователей Волдеморта, мечущихся столь же бестолково, как обезглавленные курицы. Навеки лишённые лидера и идейного вдохновителя... Навеки, слышишь ты меня?       Передёрнувшись от зловещих воспоминаний, которым не место было в залитой солнцем комнате, Джеймс неловко кашлянул и поправил очки, опасаясь, что Сириус вспылит и тогда говорить уже точно придётся ему, но Блэк не подвёл; подойдя к Питеру, он опустил ладонь ему на плечо и потребовал:       - Забудь ты об этом наконец. Любой мог оступиться, когда его соблазняют на все лады. Я тебя простил, хоть я и не образец терпения и такта, Мерлин свидетель... Сохатый тебя простил, - прибавил он и, стиснув воротник Питера в кулаке, тихо попросил: - Ты только сам себя теперь прости, ладно? Возьми Полли в жёны и будь с ней счастлив хотя бы врагам назло.       Смерив его затравленным взглядом, Питер наконец медленно выдохнул и закивал, а после уже безропотно выпил протянутое Лили зелье.       - Вот и славно, - довольно хмыкнул Сириус. - И вообще - один всемирно известный и всем нам знакомый бородач велел плодиться и размножаться, так что не дай тебе Мерлин его ослушаться, неразумное дитя!       Подняв голову, Питер несколько секунд очень внимательно смотрел на друга, а после недоверчиво протянул:       - Не мог Дамблдор такого сказать!       Громко фыркнув, Римус поспешил прижать кулак ко рту, но так и не сумел спрятать рвущийся наружу смех за кашлем, тем более что в следующую секунду звонко расхохотался Гарри - так, как умеют смеяться лишь маленькие дети, заливисто, оглушая всех вокруг своей неуёмной радостью. Словом, ровно так, как и полагается в такой день.       Церемония по общей оценке прошла без сучка и задоринки. Полли с истинно немецкой чёткостью и строгостью оттарабанила текст клятвы, и её волнение выдавали разве что яркие пятна на щеках; зато Питер, не в пример невесте, так мило смущался и путался, что даже его троюродная тётка Беатрис, сызмальства ругавшая племянника тюфяком и плаксой, теперь от умиления тихо всхлипывала в кружевной платочек.       Осторожно утерев глаза, Лили окинула взглядом благоговейно замерший свадебный шатёр, тонущий в кремовом послеполуденном сиянии. Жаль, профессор Дамблдор так и не появился, но это было вполне понятно и извинительно - у народного героя наверняка полно дел кроме свадьбы бывшего ученика, пусть даже этот самый ученик за короткую войну выстрадал столько, сколько иным бойцам линии фронта и не снилось.       Зарывшись губами в тёплый хохолок у Гарри на макушке, Лили вздохнула и устало улыбнулась. Она как-то привыкла жалеть Питера, такого нескладного и неловкого на фоне остальных мальчишек-Мародёров, но теперь отчего-то не получалось, и место жалости прочно занимала надежда на то, что новоиспечённые мистер и миссис Петтигрю будут счастливы, и что зловещая татуировка у Пита на плече больше никогда не почернеет, наливаясь тупой болью.       Приобняв жену за плечи и свободной рукой тронув пухлый кулачок Гарри, Джеймс тихо окликнул:       - Эй, ты как?       - Всё хорошо, - кивнула Лили и улыбнулась, когда Сириус от алтаря послал ей воздушный поцелуй. - Шалопай...       - Но-но! - вступился за друга Джеймс. - Ты говоришь о самом талантливом шафере на всём южном побережье, между прочим!       - Так уж и талантливом? - хихикнула она, и он, сверкнув очками, подтвердил:       - Именно. И о прирождённом крёстном.       Отчасти это было правдой, поскольку роль свадебного генерала Сириус примерял уже в третий раз, чудесным образом везде приходясь ко двору - и на скромном венчании Люпинов в провинциальной церкви, и на их с Джеймсом молодёжной свадьбе в домике у моря, и даже теперь, когда половина зала была заполнена незамужними тётушками и уже овдовевшими бабушками молодожёнов. Сам он, разумеется, о женитьбе и не помышлял, как бы ни упорствовала миссис Блэк в своём стремлении пристроить теперь уже единственного сына в надёжные руки, и для Лили это было странным, поскольку в свободное время Сириус настолько самозабвенно возился с крестниками, что оставалось лишь позавидовать его будущим детям.       - И это два, - тихо сосчитал Джеймс, когда Питер в танце вновь наступил молодой жене на подол, за что тут же получил подзатыльник от сидевшего за столиком рядом Сириуса.       - Сохатый, не порти всю романтику вечера, - лениво бросил он, откинувшись на спинку стула и поставив его всего на две изящные ножки. - И вообще, статистика и отчёты - это по моей части.       - Ну вас, болтуны! Хорошенькая - сил нет, - пробормотала Ви, не сводя глаз с новобрачной, и украдкой утёрла щёки, опасаясь, как бы Лиз при виде маминых слёз вновь не закапризничала. - Они с Питером будут счастливы, это точно.       - Как и полагается в сказках, - заметил Римус, подперев подбородок кулаком. - И жили они долго и счастливо.       - Это в магловских сказках, - вмешался в разговор Сириус, казавшийся теперь странно отстранённым. - А у волшебников всё больше встречаются концовки в духе "Всего на одно мгновение чародей поднялся на колени, сжимая в каждой руке по сердцу, а потом рухнул на тело девушки и умер".       - Сириус! - непривычно дружно воскликнули женщины, а Лили вдобавок ко всему обеими ладонями зажала сыну крошечные ушки и посулила: - Чтобы я ещё хоть раз попросила тебя почитать Гарри сказки на ночь!       Блэк в ответ на угрозу недопуска к крестнику лишь коротко вздохнул; на него в последнее время вообще часто находило, но выносить в такие дни всеобщее радостное возбуждение, когда нельзя отвести душу на службе, пальнув заклятием в преступника, было особенно тяжело.       - Ты-то когда нас порадуешь? - хмыкнула Ви, заботливо пригладив Сириусу уголок воротника, но он в ответ лишь тряхнул головой и объявил:       - Раз уж мне в своё время не удалось окрутить МакКиннон, то, видимо, так и помру холостым! Правда, случится это, надеюсь, не скоро.       Лили, которая до сих пор воспринимала размолвку между Сириусом и лучшей подругой как личное оскорбление, поставила Гарри на ножки и будто бы между прочим заметила:       - Когда-нибудь ты всё же встретишь женщину, которая затащит тебя под венец. Вот будет забавно, если это случится в ближайшем времени.       - Ну нет уж, - хохотнул Сириус, прикуривая и выпуская дым так, чтобы не летел в сторону детей, - на это даже не рассчитывай. Вот всех Пожирателей в Азкабан пересажаем - тогда можно и жениться. Так что без паники, Лилс. Времени хватит.