Уроборос

Раннее утро у ведьмы прошло в размышлениях. Девушка сидела с Сасори в полной тишине на кухне, пока остальные или спали, или делали вид, что спали. Никто не решался заглянуть вниз в столовую, чтобы поинтересоваться о самочувствии и общем настроении. Хела не ждала, что Эдмунд приползет на коленях с извинениями, ведь в чем-то он был прав и она это понимала. С другой стороны, понимание и осознание чужой точки зрения не делает тебя автоматически приверженцем того же мнения. Каждый остался при своем. Огорчало лишь то, что план по веселому и беззаботному путешествию в соседнюю Тень слегка омрачён. Не фортануло. Быть может, через пару дней их отпустит, а она пока схоронится в лесу с шишками и белками рядом? Эта толковая идея и пришла в голову Хеле. Да и некоторые вещи с собой забрать было бы неплохо. Шикарный план, не находите? Да, да. У нас же все всегда идет по плану, ага. И пенсия спокойная, и жизнь малиной, ага. С кайфом отдохнула от войны и геморроя в заднице, конечно. — Знаешь, — Сасори сидел напротив, разглядывал рассвет за окном, составляя компанию девушке. Хела пила давно остывший чай и без энтузиазма жевала сладкое печенье, — на пару дней схожу домой, хочу переждать, пока все уляжется. Некоторые вещи соберу и приберусь заодно. Парень умиротворенно прикрыл глаза, еле заметно кивнул головой. Знал, что от него не требуется лишних звуков в ответ. От него просто требовалось побыть рядом и не потому, что так сказал Мадара, нет. Парню хотелось побыть с ней рядом, поддержать хоть как-то. Он прекрасно понимал, что все в доме давно уже не спали, но спускаться вниз не горели особым желанием. Прекрасно слышал, как на втором этаже ночь напролет раздавались тихие перешептывания. В особенности его заинтересовала комната старшего Учиха, голоса из которой он не мог уловить и краем уха, ведь Шисуи пришел посреди ночи с делегацией и поставил всевозможные защитные печати от простушки включительно. Возникал очевидный вопрос: «Что можно так усиленно прятать от чужих ушей?». Ответ до боли прост — Шисуи пришел с повинной, а Итачи был в роли наблюдающего. Парень рассказал про ее приступ ПТСР поподробнее, а затем уже и показал собственные воспоминания того самого дня перед прибытием на войну. Мадара не понимал, чем удостоен такой великой чести знать столь личные подробности. Эта информация была манной небесной, свалившейся на его взлохмаченную голову. Теперь Учиха знал не только про забавные манипуляции со временем и пространством, но еще и воочию узрел величие золотых шпилей замка Амбера. Создавалось впечатление, что это все нереально, просто иллюзия, самая искусная и изящная из всех. До конца не верил увиденному, не понимал, как такое возможно. Яркая зелень и столь живой запах леса, казалось, даже солнце, изредка озаряющее поле боя, имеет свой собственный запах. Истинный из всех миров, теперь то Мадара это осознал. Остальные Отражения лишь тусклые копии Амбера. Даже его собственный мир — разводы грязной краски на новом стекле. — Почему ты рассказал именно мне? — Мадара сидел на постели, скрестив ноги, и выжидающе глядел в глаза Шисуи. Тот не торопился с ответом. Обдумывал. Решил сказать лишь одно единственное предложение, после которого развернулся и ушел, закрыв за собой дверь: — Ты единственный, кто вчера дернулся с места, когда на нее накинулся Эдмунд. За окном уже начало светать, а Мадара все еще думал над словами потомка. Мужчина старался дышать медленно и тихо, будто прятался от остальных обитателей дома. В какой-то степени он действительно прятался от всех. Старался лишний раз не заводить ни с кем разговор, считал это лишней тратой собственного и чужого времени. Действительно, зачем? Все важные новости он узнавал из разговоров Эстер с Кисаме и Эдом, а Нагато и Конан всегда оповещали о важных изменениях в их планах лично. Вливаться в бытовые проблемы тоже не хотелось, участвовать в закупке продуктов и прочего не собирался, считал это лишним. Мужчине казалось, что авторитет и сила, с которыми считались многие годы его собственный клан и остальной мир, пропала, как только он переродился. Скорее не так, его влияние пропало в тот самый момент, как Хела бесцеремонно вырвала Черного Зецу из его тела и ткнула мордой в то дерьмо, что он заварил. С тех самых пор шиноби чувствовал себя лишь блеклой копией себя прошлого. План Вечного сна? Провален, приспешники оказались теми, кто управлял им. Мощь и сила клана, кипящая в крови? Не работает рядом с Хелой, ведь она может сделать так, что и палец невозможно поднять без разрешения. Рычагов давления практически не осталось. Однако, греет душу то, что ее друзья стараются разговаривать с ним, приносят книги, на их взгляд, интересные и познавательные, выводят в лес на спарринги. Обстановка странная — Акацуки будто смотрели на него свысока, как на самого младшего ребенка в семье, хотя Хела появилась в их жизни всего-то на пару месяцев раньше, чем в его. Тот факт, что знания о мире и его устройстве попали в руки Нагато и остальных раньше, будто автоматически ставил Мадару в самый низ списка тех, с кем стоило считаться. Отдушиной была Четвертая мировая. Эстер тогда здорово расшевелила его извилины, заставила придумать маскировку и частенько советовалась с ним по поводу ведения боя. Славное было время. Учиха чувствовал себя рыбой в воде, на миг мог забыть то давящее ощущение пустоты внутри. На войне он мог почувствовать себя нужным. За много лет смог почувствовать себя живым. Почему-то все мысли упивались именно в фигуру ведьмы. Практически каждый его разговор с Эстер был именно о Хеле, ее замашках и странных грандиозных планах. Мадаре нравилось находить недостающие детали в пазле, нравилось рассказывать звездочке о своих догадках, нравилось следить за ее реакцией на слова, нравилось вызывать ответные эмоции на лице и жар в голосе. Плюс ко всему, когда Учиха находился рядом с Хелой, с ними всегда происходила какая-то невиданная всячина. Именно находясь с Мадарой девушка узнала о том, что может перемещаться меж Теней без использования крови, а лишь используя воображения. Ему первому показала Отражение Земли. Ни Хидану или Какузу. Ему. Именно он нашел на поле боя россыпь красных цветов, именно он был свидетелем настоящего эмоционального состояния Хелы после принесения себя в жертву. Именно с его помощью девушка открыла страшную тайну силы своей крови. Именно Мадара смог изменить мир вокруг себя и перенести их в другую Тень. Ни Хидан, ни Какузу и тем более не Орочимару. В крови теплом пульсировало чувство сопричастности к чему-то большему. Мужчина ухмыльнулся, поднимаясь на ноги. Через секунду в голове родился ответ на вопрос, мучавший долгие месяцы — чувство скуки и одиночества рядом с Хелой пропадало. На данном этапе жизни большего ему и не надо. О большем он задумается чуть позже, сейчас же следовало принять душ, быстро одеться и спуститься вниз, чтобы в очередной раз узнать о новых проблемах ведьмы и постараться вновь занять место молчаливого наблюдателя близ нее. Короче, мужику скучно сидеть дома, ему нужны приключения на задницу. И Хела самый лучший организатор таких мероприятий. Когда Мадара спустился вниз, Хела уже мыла кружку в раковине, пытаясь очистить голову от лишних мыслей. Сасори же не удивился его приходу, лишь слабо кивнул головой в знак приветствия. Учиха повторил жест, словно отражение в зеркале, и уставился на профиль девушки. Зная особенности поведения девушки и ее любовь находится одной в самые критические моменты жизни, сделал предположение, что она уже что-то задумала. Например, схорониться где-нибудь на пару дней. Если честно, сам бы поступил точно так же. Поставила кружку на гарнитур, обернулась. Несколько секунд хлопала глазами, ожидая от Учиха вопроса, которого не последовало. — Что? — Я пойду с тобой, — Хела нахмурилась, ведь старалась говорить о своих планах довольно тихо и со второго этажа явно нельзя было услышать ее тихий шепот. — Как ты услышал? Вопрос был чисто риторическим, в ответе не нуждался. Хоть ведьма и жаждала побыть одной, понимала, что в данной ситуации за ней будет глаз да глаз. И одну ее точно никто не отпустил бы. Если бы не появился Мадара, пошел бы Сасори. Это очевидно. С другой стороны, Мадара немногословен, если его не разозлить. И если не попадать в неприятности. Но, как мы все уже прекрасно знаем, Хела лучший тамада, поэтому шоу-программа на этот раз ждала их колоссальная. Во всех смыслах этого слова. Было бы славно из дома сразу взять пачку успокоительных, но эта светлая мысль не посетила гениальные умы человечества, поэтому пошли налегке. За удаляющимися силуэтами из окна комнаты наблюдала Эстер. Знала, что так будет, к гадалке не ходи. Интуиция подавала слабые сигналы о том, что вскоре эта парочка отдалится от остальных и влипнет в неприятности. Она же прекрасно видит, что Мадара делает — молча всех слушает, а потом расспрашивает с пристрастием подробности, нужные для сбора полной картины происходящего. Эстер не доверяла ему в полной мере, не могла еще четко для себя решить, как относиться к нему и чего ожидать. Готовиться надо к худшему. Это для себя девушка решила после липовой смерти подруги. И, знаете, она была абсолютно права. Дождаться от Хелы просьбы о помощи было сложнее, чем увидеть единорога собственными глазами. То есть невозможно (это пока что невозможно, потом всем ой как будет радостно в душе при встрече с ним, я прям предвкушаю). Быть может, хоть Мадара сможет в случае чего подать сигнал SOS. Надежда умирает последней, как говорится. — Нам надо будет собрать кое-какие книги, может одежду и некоторое оружие. Плюс по мелочи травы особо ценные и всякую муть в баночках, чтоб до них не добрался Орочимару. Тихое мычание и легкий кивок головы вместо ответа. Ничего больше. Пока они шли к лесу, Мадара все думал, почему девушка не перенесла их прямо к себе. Зачем они идут пешком неизвестно куда? Просто тратят время. До него дошло немногим позднее. Конечно. Она просто не хочет оставаться в доме друзей, но и в свой не спешит, ведь тот хранил в себе множество воспоминаний, от которых хотелось выть. Вероятнее всего, Хела хотела побыть хоть немного наедине с собой, не акцентируя внимания на старые проблемы, покрытые слоем пыли, сладкий и любимый звук тишины в доме будет лишь давить своим звоном на уши, оставляя ее наедине со своими мыслями. В лесу же можешь на короткий миг забыть о своем положении и терзаниях, просто насладиться шумом природы. Долго бегать от самой себя она не сможет, это факт. Он, например, не смог. Со стороны создавалось ощущение, что прошлый Мадара более свирепый и более…живой что ли. Мадара в настоящем лишь тенью отца Гамлета следовал за ведьмой, лишь изредка его можно было вывести на эмоции, лишь изредка его можно было увидеть разгоряченным и живым. До Танатоса по Фрейду в его лучшей форме Учиха, увы, не дотягивал, зато Хела с ее прогрессирующей маниакальной фазой, плавно перетекающей в депрессивную, очень скоро сможет пародировать саму Смерть. Даже гримироваться не надо, вот умора будет. Жалко, Мадара об этом еще не в курсе, у мужика проблем добавится троекратно. И не только у него. Где-то далеко в Истинном мире занялся икотой Корвин. Видимо, чуйка подсказывала, что его правление явно будет очень приятным и плодотворным занятием. Особенно после возвращения своего братца Бренда. Картина маслом, не иначе. Эти двое утроят такую ситуацию сюр, вовек не забудете, особенно не забудет Хела. Но об этих двух конях позже, к ним мы еще вернемся. Прохладой лесной воздух радовал недолго — как только Хела устала от томной прогулки по живописным местам, перенесла их ближе к дому. Там ощущение прохлады сменилось на стоящую в воздухе испарину. Странно как-то. Учиха свои мысли по этому поводу оставил не озвученными, лишь пошел в дом следом за ведьмой. Чуйка пищала ультразвуком, что здесь, сука, что-то блядь не ладное. Чуйка вещь хорошая, ей надо доверять. Хеле же никакого дела до странного водяного пара, осевшего на поверхности всего дома снаружи, не было никакого дела. Ей хотелось переодеться и начать ковыряться с железяками в своих подвалах, попутно собирая в сумку талмуды с черной магией и оккультными науками. Она была словно под гипнозом каким-то, хотя, обычно, на изменения в природе реагирует первее всех. Похоже на засаду. Хотел приключений на подтянутую задницу — кушайте, не обляпайтесь! Концерт по заявкам начинается прямо сейчас. В доме была довольно тихо. Удивляло, что на полу не оказалось слоя невесомой серой пыли, которая априори должна была покрывать все поверхности шкафов и столов, ведь девушки не было в этой Тени минимум пару месяцев. Быть может, это какая-то специальная техника или еще что-то в этом роде, но все равно, в доме на Земле он не ощущал явного постороннего присутствия. Может, Мадара просто стал мнительным. Кто его знает, нервы у деда шалят, мало ли. — Начну собирать книги, ты можешь пока поспать на втором, если хочешь. Особой помощи сейчас не нужно, что-то будет необходимо, разбужу, — прошла дальше в зал, босые ступни на пару минут застыли на зеленом ковре с ярко выраженной арабской тематикой. Откуда она притащила этот ковер одному богу известно. Девушка внимательно рассматривала узоры, переплетение листьев и лозы меж собой. Занимательный досуг прервал мужчина, сообщивший, что спать он не намерен и хочет побыть в гостиной, составить компанию. Вечно можно смотреть на три вещи: на то, как горит огонь, течет вода и на то, как работают другие люди. Собственно, терять Хелу из поля зрения прямо сейчас было бы ошибкой номер один, не известно, есть ли под его беспокойством весомые причины. За всю свою долгую жизнь Учиха ненавидел лишь одно действие со стороны окружающих –лишнее внимание. Даже в детстве мужчина не мог собраться с силами и отлить в кусты, пока за его спиной стоял Хаширама. Он обязан все контролировать. В этом они похожи с Хелой, однако, этот год показал немного другую сторону жизни в целом — удержать контроль за всем миром в своих руках не выйдет, сколько ни старайся. Под монотонный звук перелистывания страниц книг Учиха успел раза два загнаться по поводу иерархии теперешней организации Акацуки, пару раз подумать, почему его план провалился и что он сделал не так, а еще произвести нехилый умственный подсчет убытков, понесенных его кланом за последние сто лет. Занятие для ума весьма и весьма недурное, учитывая, что за сим пролетели несколько долгих часов. Занялся диалектикой, неминуемо следовавшей за его фигурой по пятам, ведь лучше способа разрушать иллюзии человеческого разума, который, стремясь к цельному и абсолютному знанию, неминуемо запутывался в противоречиях, еще никто не придумал. Чем он хуже философов, быть может, именно в этом и закралась ошибка в его шагах. Иммануил Кант бы позавидовал тому, как быстро Мадара сумел переключиться с высоких дум о великом на маленькие капли воды, конденсатом осевшие на обивке кожаного дивана. Они были практически незаметны, чуть больше бисера, однако несколько часов назад глаза заметили из отсутствие. Перевел взгляд на Хелу. Та мирно листала какие-то книги и, если они устаивали ее, откладывала на пол. Вероятно, на полу сейчас были те, что она собиралась взять с собой. На удивление, за несколько часов набралось не больше двадцати томов сомнительного по своему содержанию чтива. Не солидно как-то. Словно прочитав его еще не сформировавшуюся на языке мысль, тихим голосом резюмировала: — Думаю, все. Схожу наверх, переоденусь во что-то более удобное и пойдем в подвал, разгребать завалы. Вот там мне уже понадобится твоя помощь, — словно видела его впервые за день, кивнула на одежду, — могу подобрать что-то не шибко пачкающееся, а то там внизу картины с красками. А вот это уже интересно. Во-первых, подвал. Во-вторых, Мадара не знал, что Хела рисует. А в-третьих, жопой чуял — внизу что-то или кто-то есть. Ведьма же видимо абсолютно флегматично проводила свой досуг, игнорируя столь явное и кричащее проявление странности в собственном жилище. Было выдвинуто предположение, что ведьма не замечает странной вязи, засевшей беспокойством в пищеводе, лишь потому, что привыкла к такому фону. Хела не чувствует постороннего вмешательства, думая, что это ее собственная сила. Это уже второе очко в копилку преднамеренной засады. Ответ последовал с задержкой: — Нет, не стоит, я пойду так, — черный аутфит, состоящий из штанов шиноби, прилегающей к телу водолазки с горлом и длинными рукавами, и закрытой обувью с тяжелой тракторной подошвой, которую он элегантно приватизировал у Дилана, дополнял аксессуар каждой маленькой модницы той Тени — подсумок с кунаями на бедро. Расставаться с оружием он сейчас не намерен уж точно. Спасибо, в другой раз. На фоне темной одежды его кожа казалась совсем фарфоровой. Девушка ушла на второй этаж, а Мадара тем временем стремительно подорвался с дивана и начал обсматривать и другие плоские поверхности вокруг себя. Нашел капли воды на тумбочке, что стояла впритык к книжному шкафу, на кухонном столе. Самое интересное, что у противоположной стены, где стоял проигрыватель и тумбочка с благовониями, стоял ничем не примечательный высокий книжный стеллаж, однако, включив силу своих глаз, Мадара заметил, что кусок стены за шкафом отсутствует. Вероятнее всего, это и был тот самый подвал. Девушка тем временем долго пялилась в свое отражение в гардеробной и старалась понять, кто она такая. Столько разных ролей, вечно меняющиеся маски, куча информации и море мелких забот, выливающихся в огромный океан недосказанности и нервняка. Несколько ламп на потолке комнатки освещали пространство гардеробной и были слишком «громкими» для Хелы. Выключила верхний свет, щелкнув клавишей, и включила лишь слабую подсветку полок. Теперь обстановка стала менее жизнерадостной, темные тени залегли около основания носа. У ведьмы никогда не было острой линии скул, лишь плавная линия, очерчивающая яблочки щек. Сейчас же свет слепил новое лицо девушки, усталое и взрослое. Решение одеться во все черное почему-то посетило девушку внезапно. Ей пришлось переодеться дважды, чтобы найти вещи, в которых она могла чувствовать себя комфортно. Из-за столь насыщенных пары веков, она чуть набрала, поэтому некоторые вещи могли сидеть не так, как того хотела ее душа. На такие случаи запасы шмоток были, разумеется, просто их искать было дольше, поэтому то Мадара и обшарил весь первый этаж дважды, когда Хела наконец-то спустилась. Как обычно, босая, но укутанная по самые уши. Прямые черные штанины джинсов не касались пола, объемная, явно не ее размера майка такого же цвета, заправлена. Видок, конечно, как у малолетнего беспризорника, но переубедить Хелу в выборе одежды часто бывает невозможно. На фоне черной футболки с рукавами по самые локти ее волосы выглядели немного рыжее, чем были обычно. Когда ведьма надевала зеленый цвет, создавалось такое же впечатление, особенно на закате солнца. Удивил факт того, что она додумалась обуться, прежде чем отправиться вниз. Выглядела парочка странно — один в уличной обуви, другая в домашних тапочках с помпоном. Мадара нашел это сравнение ироничным и даже умудрился ухмыльнуться, но всего лишь на пару секунд. Хела легким движением руки отодвинула шкаф в сторону, потянув за какой-то неведомый ему рычаг. На полу не осталось и следа от тяжелого, забитого книгами стеллажа. Удивительно. Действительно, как он и предполагал, внутренняя стенка шкафа упиралась в дверь в стене. Как он понял по рассказам девушки, как только со внутренней стороны закрывалась эта дверь в стене, положение шкафа менялось на привычное глазу. Итого: у нас есть один вход, а про выходы она пока что не упомянула. Занятно. Зачем хранить краски в столь защищенном от посторонних глаз месте? Спуск вниз занял целую минуту. Подступенки лестницы автоматически начали гореть, как только Хела открыла дверь, а глухой звук щелчка стеллажа, ставшего на место к стене, эхом раздавался внутри черепной коробки еще пару секунд спустя. Подвал оказался серией из нескольких небольших комнат, связанных друг с другом коридорами. Дверей, разделявших комнаты, он не нашел, видимо, в этом месте они не предусмотрены. Убежище Орочимару позавидовало бы такому убранству. Первая комната была напичкана всяким хламом — на стене висели какие-то политические карты стран, на полу мягкий ковер с небольших ворсом, а полки на стене забиты книгами и мелкими безделушками. Безделушками по мнению Мадары, разумеется. Пара прошла по узкому коридорчику и оказалась во второй комнате. Здесь был склад холодного и огнестрельного оружия в космических масштабах. Откуда у Хелы столь явная любовь к антиквариату гадать не пришлось, все было и так предельно ясно. И лишь в третьей комнате он обнаружил те самые краски и холсты, о которых ведьма говорила ранее. Мадара в который раз поразился мастерству инженерной мысли. Оказалось, в подвале было естественное освещение, оно обеспечивалось посредством нескольких стекол, установленных на разном уровне с под разным углом и одним световым окном, находящимся где-то наверху. — Местные не замечают этого окна в земле, оно защищено от постороннего взора. Поэтому и вы при первом обходе дома вдоль и поперек не смогли его заметить. Очень нужная вещь, скажу я тебе, — говорила она спокойно, без лишних эмоций, но явно заинтересована этой темой, — В лесу неподалеку есть один такой выход. Если дело станет совсем херово, можно сбежать из дома таким путем. Зачем она ему это рассказывала, оставалось загадкой. Просто хотелось поделиться? Вероятно. — Кто-то еще знает об этом месте? — Нет. Радовало. Процент встретить тут непрошенных гостей сводился к минимуму, однако, нулем никогда не станет. Удивительным был тот факт, что в отсутствие ведьмы никто не норовил обшарить все комнаты в поисках чего-то интересного. Это говорило об уважении, хотя, зная Акацуки, это говорило лишь о боязни схлопотать на себя неприятное проклятье. Ведьма начала медленно собирать с пола тюбики с краской, подбирать кисти и грязные тряпочки. Мадара в это время обошел комнату, посмотрел на длинный деревянный стол, заставленный стеклянными баночками, в которых теснились кисти разного диаметра и размеров. Рядом с ними валялись девственно чистые латексные перчатки и несколько мастихинов, разбавители стояли четко воль стены, подпирая ее. Повернул голову налево, где возвышалась полка из темного дерева. Множество холстов, на подрамниках и без, пылились, ожидая лучших времен. Недалеко от шкафа находился склад готовой продукции — штук семь картин разных размеров мирно ожидали своей участи в самом темном укромном уголке комнаты. На руку тому, кто устроил засаду, сыграло любопытство Учиха. Мужчина медленно обошел Хелу, мирно перебирающую тюбики и баночки с засохшим акрилом, и начал медленно осматривать одну за одной, постепенно отделяя один холст от другого. Из-за того, что все они покрыты специальным лаком, картины с трудом поддавались расцеплению, благо ни одно произведение искусства при этом не пострадало. Иначе бы кто-то получил по тыкве, но не будет об этом. Сильнее всего заинтересовала самая последняя картина — на подрамнике были капли воды, остальные холсты сухие. А теперь дамы и господа самая интересная часть Марлезонсокого балета. Помните ту самую картину, которую писала Хела перед тем, как уйти с Какузу в блядюшню? Ту самую, после которой у ведьмы были глюки, мол она слышит пение птиц и журчание воды? Именно на этом холсте нукенин и обнаружил клятые капли воды. На мешковине, натянутой на рамку, был написан пейзаж. Не сказать, что прям реализм, но в целом работа была приятной, хоть немного и не обычной для его культуры. В далеке тянулся горный хребет, покрытый заснеженными шапками. Легкая белая дымка заволокла подножье, сквозь туман пробивались изумрудные еловые верхушки. На переднем плане были несколько высоких елей с массивными лапами, они будто ставни на окне всей композиции. Слева текла тонкая струя реки. Учиха почему-то был твердо убежден, что вода ледяная. Барабанная дробь, Мадара смотрит на картину шаринганом и находит странные поползновения в районе правого нижнего угла холста. Как только перевел взгляд туда, все мигом замерло, будто этого и не было. Теперь шевеление видит уже в левом углу. Быстро бросает взгляд туда — ничего. Тут два варианта: или он сходит с ума, или здесь какая-то лажа. Я за оба варианта, вы же знаете. — Хела, посмотри, — Мадара развернул картину к девушке, вцепившись пальцами в подрамник. Взгляд темных глаз выражал крайнюю степень озадаченности ситуацией. Хела же прикола не поняла, нахмурилась. Встала с колен, отряхнула руки. — Картина, которую я рисовала когда-то давно, а что с ней не так? Ведьма забрала ее из рук, поставила на деревянный стол, чтобы детально осмотреть. Мадара подошел ближе к Хеле. Парочка стояла практически в упор к картине, рассматривала с разных стороны и углов. Кроме игры света на глянцевой поверхности девушка так ничего и не заметила. — Приглядись. Разве ты ничего не ощущаешь? — Ну, картина как картина. Что не так, — но чем дольше ведьма всматривалась в полотно, чем реже она моргала и отводила взгляд с одной точки на горизонте там, где были горы. В какой-то момент времени стало казаться, что рядом действительно течет тонкой стайкой ручей, а шум деревьев ласкает слух, ветер холодит открытую кожу на руках. Чем дольше ведьма всматривалась в картину, тем сильнее росло желание прикоснуться. Именно потрогать то, что на ней изображено, собственными руками ощутить шершавую кору, мягкость мха и холод мерзлой земли под ногами. Учиха вторил ей с одним лишь отличием. Изредка переключал внимание на Хелу, проверял ее состояние. После того, как она минуту на моргала и не двигалась, запаниковал. Она стала вести себя немного странно. Словно змея, она не двигалась, смотрела в одну точку. Дышала очень тихо и медленно, ее присутствие в комнате выдавал лишь жар, исходивший от кожи. Медленно приблизилась к полотну, не издавая и звука, чуть наклонила голову влево. Крылья носа расширились, взгляд стал открытым. Левая рука девушки сама потянулась к поверхности написанного, в этот момент Учиха мертвой хваткой вцепился в плечо Хелы. Произошедшее дальше трудно описать цензурными словами. Создалось впечатление, будто ты вынырнул на поверхность с глубины, чтобы в последний раз глотнуть воздуха и сразу же пошел ко дну. Или же тебя окатили струей ледяной воды, после которой все мышцы свело судорогой, напор воды становился все сильнее и сильнее, кислорода в легких катастрофически не хватало. Как только ты решаешь сделать вдох, легкие сгорают изнутри. Мадара видел, как перед глазами проносились быстрым вихрем эпизоды жизни. Наконец-то мужчина смог вдохнуть полной грудью. Хела тоже вышла из своеобразного транса и опасливо озиралась по сторонам. Они были в лесу с ее картины. Все в точности, как она написала. Те же высокие ели, своими лапами закрывающие голубое небо над головами. Тот же узкий ручей, журчащий, змеей огибающий камни. Та же полоска могучих гор, покрытых пеленой тумана. — Знаешь, Мадара, мне что-то не хочется здесь задерживаться, — теперь и в ее голосе была настороженность. А теперь расскажу, что это было. Поскольку нам с вами открыта чудесная возможность заранее узнать, что вообще за нахер здесь происходит, я смею воспользоваться своим положением и рассказать один маленький, но весьма любопытный факт из биографии правящей верхушки Амбера. Дело в том, что существует один интересный товарищ — Дворкин. Он у нас из серии местного умного карлика, знает слишком много и слишком по существу. Так вот, этот замечательный немолодой дедок, а ему реально дохренища лет с гаком, занимается всякими приколюхами. Например, магией увлекается серьезно, учеников берет, ну и там по мелочи один раз по пьяни создал Огненный путь. Дедушка шальной, да. С приколом на всю голову. Интернета нет, вот и мается херней. И есть у этого дедушки занятная способность — рисовать волшебные карты. С их помощью все, в ком течет хоть капля крови Оберона и кто прошел Огненный путь, лабиринт одним словом, могут разговаривать друг с другом. К примеру, вот взял ты в руки карту с изображением Корвина. На ощупь холодная, это хорошо, значит, карты работают, связь есть. Напрягаешь свои извилины, представляешь образ человека, к которому хочешь доебаться с вопросами и вуаля. Если воля человека слаба или же тот находится в добром расположении духа, поговорить по «скайпу» получится. К чему я это? А, точно. Дворкин любит рисовать не только карты, но еще и двери в другие Отражения. Так он по приколу вызволил Корвина из темницы, когда его кинул туда братец Эрик после собственной коронации. Улавливаете суть? Умение создавать живые карты и двери в Тени не врожденное, ему надо учиться. Очень долго и кропотливо. А теперь внимание, черный ящик! Каким хуем Хела смогла нарисовать живую дверь в другое Отражение, не имея четкой задачи это сделать? Интересно, правда? Сколько талантов в ней еще хранится, закачаться. Были бы менты в Амбере, они бы ее нахер уже вычислили, потребовали бы документики и в кутузку запихали. В одну камеру с Корвином, чтоб сидеть веселее было. Возникает резонный вопрос — Хела умеет это делать на подсознательном уровне, ее кто-то научил, и она забыла это, или же кто-то подшаманил над картиной? Этого я уже, увы, не скажу. Это мы узнаем вместе с двумя опешившими от творящегося безумия любителями черной одежды. — Давай-ка свалим по-быстрому, пока ветер без камней, — у дураков мысли сходятся, подумал Мадара и поплелся в глубину леса вслед за ведьмой. Манипуляции с Тенями провернуть не получилось. Хела старалась изменить окружающую их действительности всеми доступными ей способами — представляла, как менялся цвет неба, как дул более теплый летний ветер, как деревья редеют и обрастают листьями. Ничего не происходило. А когда парочка спустя час судорожных попыток тактически съебаться в закат очутилась на том же самом месте, откуда они начали, стало и вовсе страшно. — Получается, мы здесь застряли? — Мадара не мог понять, почему они не могут уйти. Мужчина оперся спиной на ствол ели, сплел руки на груди, зацепился взглядом за носки черных ботинок и начал думать. — Мадара. Девушка позвала его по имени раз. Ноль внимания, Учиха продолжал размышлять вслух: — Может, я попробую? Вдруг такая реакция именно на твои махинации с пространством? У меня может получится. — Мадара. На второй раз он поднял голову, чтобы встретиться со странным выражением зеленых глаз. Что-то новое было в ее взгляде, что-то, чего он раньше особо не замечал. Нукенин уже видел гнев, сожаление, удивление и шок, радость, ребячество и лютую уверенность, прущую напролом, но вот такой эмоции точно не встретил в ее арсенале. Чуть свел брови, немного наклонил корпус вперед, будто собирался с минуты на минуту продолжать идти куда-то. Опасливо обсмотрел Хелу с головы до ног, но ничего, что могло бы ему дать хоть подсказу о ее душевном состоянии, не нашел. — Мадара, мне страшно. Этого же быть не могло, да? Нет, конечно, он не считал ведьму непобедимым монстром без эмоций и души, но чтоб так открыто признаваться в собственном страхе. Это что-то новое. На лице мужчины застыла маска изумления, неподдельного такого. Эту эмоцию он уже давненько не проживал и не транслировал окружающим. Да даже новость о том, что весь его план фигня собачья, он воспринял с каким-то покорным смирением. Кстати, почему? Хела, кажется, говорила, что успокаивала его специально, чтобы от не набедокурил. Переборщила с ноотропами что ли? Может, поэтому Мадара так странно себя вел в последнее время? От того горячего и вспыльчивого в некотором роде представителя великого некогда клана осталась лишь унылая расчётливая оболочка, которой вечно было скучно. И что ему сейчас говорить? Сказать, что ему тоже слегка крышу рвет от происходящего или просто томно промолчать, выражая согласие? Второй вариант подкупал своей простотой и четкостью исполнения, да и речевой аппарат напрягать не пришлось бы, сейчас все силы были направлены на мозговую деятельность, чуть икни, кашляни или пукни, сразу собьешь нужную мысль. — Так, давай успокоимся, Хела. Мы с тобой все еще живы, значит… А что это значит? — в ход пошла фаза самоуспокоения. Мадара наблюдал за этой клоунадой с опаской, но вмешиваться не рвался, лишь пристально наблюдал за тем, как ведьма ходит по одной прямой туда и обратно, — Это значит, мы нужны кому-то живыми, верно? Так, первое, проверь, остались ли у тебя силы? Быстрым взмахом руки подожгла пару травинок на земле. — Так, хорошо. Это очень хорошо. Мадара, — подошла ближе, хотела коснуться его запястья, но вовремя себя одернула, посчитав, что это уже выходит за все рамки дозволенного. Учиха с интересом наблюдал за ее суетливостью. Очень занимательная реакция на непредвиденную ситуацию, по его мнению. Рассуждала она вслух, практически так же, как и он. Этот факт позабавил бога шиноби. Все же у богов разных миров есть схожие привычки, значит, не все потеряно. Развить мысль о том, почему Мадара считал ее богом более высшего порядка, ему помешал звук щелчка пальцев. Девушка внимательно смотрела ему в глаза, ища помощь и совета. Вероятно, она что-то спросила у нее ранее, поэтому так пристально на него смотрит. — Прости, отвлекся. Повтори еще раз, — слово извинения проскользнуло мимо девичьих ушей, хоть и очень резало непривыкший к подобный вольностям слух Учиха. Почему именно это слово вырвалось изо рта, почему не другое? — Я говорю, нам надо поискать признаки разумных существ. Или проще сразу найти, где переночевать, а завтра проищем? — Предлагаю совместить. До обеда ищем хоть кого-то, а после разобьем лагерь и найдем, что поесть. — Верная мысль, молодец. Мадара в очередной раз осознал, насколько этот человек был одинок. Хела общалась сама с собой только затем, чтобы услышать звуки голоса человека, так было проще для ее психики осознать и пережить эпизод изоляции. Ей не нужно было знать его мнение, скорее всего, она сама прекрасно знала, что и как надо делать. Ей просто хотелось услышать его голос, задать вопрос, ответ на который заранее знала. Она очень интересный человек, по мнению Мадары, и до дури одинокий. На том и порешили. Хела с Мадарой все это время шли по пойме реки (как они выяснили, тот ручеек оказывается был одним из ее притоков), с двух сторон обнесенной стеной из многовековых елей. Если учесть, что пойма — это, по задумке, подтопляемая территория, а елки явно жили в комфортной для себя среде обитания, то можно сделать вывод, что это Отражение немного странное. Так, самую малость. Но и речушка то не шибко широкая. Странно все это было. — Опасное это дело, Фродо, выходить за порог: стоит ступить за порог и, если дать волю ногам, неизвестно, куда тебя занесет, — Хела прям оптимистично относилась к сему действию. С долей скептицизма и издёвки, но весьма оптимистично, да. Отсылку Мадара понял, на удивление, даже на пару секунд усмехнулся. Поражало то, как точно она может цитировать и с каким поразительным талантом она может одновременно вселять надежду и разочаровывать. На пятый час занимательного приключения парочка хоббитов так и не нашла ни одной живой души, кроме пары косуль. На минуточку, эти божьи твари любят луга с высокой травой и редколесье, но никак не ельник. Напрягало. В этой Тени Мадара убедился в разнообразии Отражений Истинного мира и Хаоса. Хотя, если быть душнилой, то правильнее сказать, что Амбер — частный вариант Хаоса, и априори все миры — это Отражения Хаоса, но душнить мы пока с вами не будем, не время, не место и контингент не располагает к сему действию. В какой-то момент пути река внезапно решила стать водопадом. Перепад высот был метров десять, не меньше. Внизу все тот же лес, те же камни и та же трава. Единственное, удивляло то, что бассейн водопада на глаз был довольно глубоким, возможно, с рост мужчины. Добротное место, и спрятаться в случае чего можно и помыться. Сказка. Решение спрыгнуть и разбить лагерь внизу пришло им в голову одновременно. Удивил еще один факт — Мадара мог использовать чакру в этой Тени. Вы бы знали, как сильно он благодарил Ками в мыслях. — Я не бесполезный, чакра сохранилась, — довольно деловито заключил Учиха и предложил взяться за него, чтобы спрыгнуть вместе. Протянул руки к ведьме, та, не раздумывая, крепко его обняла, — Ноги на мою талию, — без вопросов, Хела оттолкнулась и обхватила ногами его торс. Приятно, когда тебя слушаются. — Почему ты считаешь, что без чакры, ты бесполезен? Все же зацепилась за его фразу, ведь эта тема была ей очень близка и знакома. Мужчина ответил лишь после прыжка вниз. Мягкое приземление, пять из пяти, хоть на пилота учись. — Потому что это само собой разумеющееся. Без своей силы ты — никто. — Ложь, — девушка спустилась на землю, покрутила головой, подмечая, что место и правда хорошее, и посмотрела на Мадару в упор, — Я два века смогла вселять ужас в людей, владея лишь мечом. Мои мозги, моя власть над армией и боевые навыки на поле брани помогли заслужить одну из самых кровавых и сильных репутаций в одной из Теней. Поверь мне, способности — это не главное, — тяжелый глубокий вдох, взгляд зеленых глаз на землю, — Бенедикт всегда учил меня сражаться без использования магии и был прав. Не знаю, что будет со мной дальше, но без способностей точно прожить и защитить себя я смогу, хотя бы попытаюсь. Есть много интересных металлов и минералов, вовсе блокирующих любой поток энергии в организме. И, когда магия исчезнет, вот тогда я точно буду обладать силой. По-доброму ухмыльнулась и медленно пошла к воде. — Подумай сам, что лучше: маг, владеющий холодным оружием или чернокнижник, который за всю жизнь не держал в руках ничего острее кухонного ножа? — присела на корточки, окунула в воду ладонь и улыбнулась, — Нам повезло, вода теплая. Предлагаю развести костер, помыться и лечь нахер спать. Завтра уже разберемся с этим дерьмом, будем идти ниже по реке, может, встретим кого-то. Ее талант перескакивать с темы на тему… Способ коммуникации, конечно, у нее интересный. Мозг чует рациональное зерно в ее рассуждениях, да, но, чтобы душа приняла и поняла ее смысл ее слов, необходимо время. Правда, разбираться будут завтра, сегодня по плану водные процедуры и сон. Голода Учиха практически не ощущал, Хела тоже. Пока ведьма ставила всевозможные защитные чары от посторонних взоров на близстоящих деревьях, так, на всякий случай, мужчина пошел на разведку к водопаду. Оказалось, за столпом воды была небольшая пещера, в которую шикарно они могли уместиться вдвоем. Разведка выявила целую сеть пещер, плавно переходящих друг в друга. Вообще сказка. Пещеры Мадара обожал, серьезно. Дайте ему пару недель, и он обустроит комфортабельный лофт со всеми удобствами. Было бы славно, конечно, вернуться домой побыстрее, но все же. Готовым быть надо. Въедливый запах сырых камней и мха был лишь в первой пещерке, что являлась входом, следящая за ней была намного просторнее. Мадара в легкую встал в полный рост, так еще и место над головой оставалось. Пещера имела форму закрытого полумесяца, такое чувство, что ее создали специально, что кто-то шел вперед по горной породе, прорубая себе путь киркой, и решил сделать уютное место для ночлега. Мужчина также с радостью для себя отметил температуру камней под ногами — они были теплые, даже чуть горячие. Превосходно. Эффект дымохода — вещь охуительная. На камнях спать будет тепло и даже больше, а прохладный воздух будет работать не хуже открытого окна ночью. — Ебать ты спелеолог, я в шоке, — Хела была приятно удивлена таланту спутника, за что тот получил высшую похвалу в свой адрес. — Кто? — Ну, спелеолог — это специально обученный человек, занимающийся изучением пещер. Прикинь, за это еще и деньги платят, круто, да? Мадара был приятно удивлен тому, что его талант можно монетизировать, однако прямо сейчас мозг был занят слегка другими мыслями. В голову пришла охуительная идея кое-что попробовать: — Ты можешь вытащить из других Отражений что-то? К примеру то, на чем можно спать. — Молодец, хоть кто-то из нас умный, — девушка показала на него указательным пальцем, несколько раз показательно им покачав, — давай проверим. Сконцентрировалась. Представила, как берет с нижней полки шкафа, что стоял в спальне на втором этаже ее дома, завернутую в рулон выделанную овчину ягненка. Какого лешего у нее в шкафу хранились шкуры животных, это разговор отдельный и долгий. Ставка сыграла, в руках оказался заветный сверток. Хела показала большой палец вверх. Халтурка прошла успешно. — Это радует, будет на чем спать, — на замечание мужчины Хела воодушевлённо закивала головой. Что ж, вероятно, настало время приготовить пещерку ко сну, а потом уже идти плескаться до потери пульса. Воду, что неровным потоком закрывала проход, ведьма магией чуть замедлила. Теперь вода лилась немного под другим углом, явно не естественным, но, как только парочка вскарабкалась на камни и вошла в грот, водопад закрыл своим потоком вход, не оставляя даже намека на посторонние манипуляции. Удобно, хочу я вам сказать, очень удобно. Разводить костер не стали. Теплые, практически горячие камни, служили хорошим обогревом для столь закрытого пространства. Хела сразу же проверила, откуда и куда течет кислород, довольно покачала головой и выбрала себе место для спячки так, чтобы свежий воздух не дул в задницу, а то ночка окажется веселой. Греться старым дедовским способом она пока не планировала, да и реакцию Мадары на предложение такого характера не могла предугадать наверняка. Вытащила пару тройку больших толстых одеял, положила на поверхность камней. В целом, в целом, получилось хорошее такое двуспальное ложе. Потом на лежбище морских котиков кинула несколько подушек, положила пару покрывал и одно одеяло, чисто для себя. — Ты не взмокнешь под ним? Тут же довольно тепло, — Учиха в которой раз поражался таланту ведьмы спать под теплыми одеялами, но по улице, даже в лютый холод, ходить с голым пузом и руками. Фантастика просто. — Неа, люблю, когда меня прикрывает что-то теплое и тяжелое, поэтому, даже если и вспотею, всегда могу с легкостью скинуть его с себя и обнять, как плюшевую игрушку. — Интересно. Ведьма даже банные полотенца умудрилась достать из другого Отражения, поэтому проблем с логистикой у них не возникло. Проблемы возникли позднее. Мадара пошел первым. Пока Хела копошилась с одеялами, Учиха без зазрения совести снял с себя все, оставил в пещере и пошел купаться. Полотенце повесил на ближайшую к месту плескания ветку дерева, уж очень удобно расположенную к выходу из пещеры. Подозрительно удобно. К тому моменту, как Учиха погружался все глубже в размышления о великом, уже знатно так вечерело, небо окрасилось в неестественный насыщенный синий, а затем, минут через пять, оттенок неба поменялся на темно-синий с нотками зелени. Удивительно было то, что на небе светил серп растущей молодой Луны, хотя до этого Учиха его совершенно не замечал. Странно было и то, что при таком темном небе он умудрялся очень хорошо разглядеть лес и прилегающую к нему территорию, а вода будто светилась изнутри светлым пламенем. Удивительное рядом, не иначе. А теперь к проблеме. Прикол был в том, что нукенин умудрился пару раз чуть не потерять создание, пока находился в бассейне водопада. На грудь с периодичностью в несколько минут то давило что-то тяжелое, прекращая ток кислорода в легкие, то вновь давало свободно дышать. Кружилась голова знатно. Мадара несколько раз крутил головой из стороны в сторону, прогоняя незримый морок, но как только он с головой окунулся под воду и открыл глаза, все резко прекратилось. Мужчина вынырнул из воды. Почувствовал неимоверную легкость и ясность в своем сознании, и силу в мышцах. Дышать действительно стало намного легче, и я сейчас не о базовой функции организма. Создавалось ощущение, будто прошло то странное меланхоличное состояние, жившее с ним бок о бок с момента воскрешения. Очень странно и очень подозрительно. Учиха вдруг понял, что не видит рядом с собой ведьму. Она до сих пор не вышла? Взглядом заметил на берегу, на камнях, сложенное вдвое полотенце и черную майку. Как он умудрился не заметить вещи и пропустить момент, когда Хела вышла из пещеры? Вероятно, все мысли были заняты лишь надоедливым маревом, растворившимся в каплях воды. Покрутил головой вокруг, не улавливая никакого постороннего шума, кроме звука стекающей со скал воды. Пропажа вышла из глубины леса сама, буквально через пару минут. Хела с опаской смотрела на стволы могучих елей, что-то шепча себе под нос, положа левую руку на ключицы. Как оказалось, под безразмерной черной футболкой была такого же цвета облегающая майка на широких бретелях. Ее взгляд постоянно был направлен в глубину чащи, будто там кто-то был. Мужчина уставился на нее нетипичным для него взглядом, будто видел в первый раз. В груди застыло странное варево чувств, спектр которых варьировался от хтонического страха до молчаливого одобрения всего, что она делает. Весьма специфический коктейль, не находите? Причем, самое интересное, создавалось впечатление, будто Хела практически неотличима от леса, окружавшего их. Будто эти две вещи были единым целым. Быть может, Мадара поэтому испытывал столь смешанные чувства. Девушка замерла на месте, так и не дойдя до кромки воды. Голова отвернута от Учиха. — Не могу объяснить, но… — сделала глубокий вдох и медленно выпустила воздух из легких, — мне почему-то хочется сделать что-то странное. Не знаю, как это описать, но по венам будто течет не кровь. Странно звучит, да, тут подойдет сравнение скорее с ихором или как там его называли Греки. Будто я обязана что-то совершить именно здесь, от чего изменится мое состояние, — повернулась к Мадаре, озадаченность в глазах прочитывалась очень ярко, — Не, я просто, — покрутила головой в разные стороны, нервно улыбнулась, — забудь, несу дичь. У меня такое случается. Радовало, что не он один сходит с ума. Мадара подплыл ближе к берегу, чтобы стопами можно было чувствовать дно. Чуйка подсказывала, что у Хелы тоже может начаться странный приступ удушья. Как в воду глядел, мужик, но об этом опосля. Мужчина стоял по пояс в воде и контролировал каждое движение девушки. Капли воды с густых черных волос струйками стекали по лицу и телу, а концы мокрых волос едва щекотали нежную кожу поясницы. Появилось чувство покалывания в пальцах, пока девушка раздевалась. Он ждал, сам не зная, чего, но Хела особо не обращала внимания на столь пристальный взгляд красных глаз рядом. Сначала сняла джинсы, аккуратно сложила их и бросила рядом с полотенцем. — Будто это место — эпицентр всего, что я знаю, — замерла на месте, уставившись на светлую водную гладь, пальцами поддела края майки, но так ее и не стянула, — мне присущ мистицизм и все такое, но именно здесь и сейчас он достигает своего апогея. Если бы Учиха мог в этот момент членораздельно излагать мысли, он бы промычал что-то похожее на слова одобрения. Хела быстро перевела взгляд на небо, стоя в том же положении. Затем выпрямилась, расправила плечи и весьма гордо и вызывающе пятилась на Луну. — Поняла. Эта Тень не такая, какой должна быть в моем представлении. Нет той гнетущей атмосферы холода и яркого запаха жженых трав. Тут что-то связанное не с физической силой и железом меча, а более эфемерное и… — на секунду остановила речь, подбирая нужное слово, — приторное. Я не могу эту силу контролировать, она более созидающая, нежели разрушительная. Будто исконно женская, не знаю, хотя, по идее, женское начало еще и разрушительное. Мне такое не очень нравится, не знаю, как объяснить. На монолог можно было не отвечать, все равно ведьма сейчас погружена в глубокое раздумье, так что достучаться до нее словами невозможно. Хоть метеорит упади, она так и будет стоять на месте. Спустя пару секунд она отвела взгляд от Луны и продолжила незатейливую подготовку к банным процедурам. Быстро сняла майку, бросила рядом с джинсами. Трусы кинула в ту же кучу. Ее движения были слишком быстрыми и резкими, что не ускользнуло от внимательного взора Мадары, но в воду она зашла медленно. Остановилась, как только отметка достигла ключиц. В следующий момент мужчина напрягся, ведь девушка начала рвано вдыхать воздух и крутить головой также, как это некоторое время делал он сам. Хела чувствовала, как глотку и легкие сжимает чья-то невидимая рука. Она потеряла сознание практически сразу. Полет ее тела в воду виделся как в замедленной съемке, Учиха какого-то черта встал столбом, не мог пошевелиться. Очухался в момент, когда в вода начала окрашиваться в розоватый цвет. Коршуном кинулся к ведьме, пелена спала и наконец-то проявились зачатки рассудка. Здравый смысл подсказывал, что в целом во всей этой ситуации что-то не чисто. Плюс, Хела сама сказала, что не понимает и не чувствует точно, что не так. Две эти мысли взбодрили круче, чем чан с ледяной водой. Тело из-под воды достать было тяжело, будто его кто-то тянул вниз. Девушка умудрилась упасть лицом в воду и, как камень, пойти на дно плашмя. Мадара наклонился и взял ее под руки, резко выдирая ее из пугающего состояния. По сути, как только она хлебнула воздуха, головокружение и тошноту сняло как рукой. Учиха все еще держал ведьму со спины, сцепив руки под ее грудью. Сердце бьется, это прям радовало. Хела тем временем не понимала, что только что произошло. Она ощущала странную легкость в теле, не свойственную ее натуре уставшего бойца. Сделала глубокий вдох. Дышать стало намного приятнее. Опустила голову ниже, уставилась на сцепленные руки у себя под грудью. Пару секунд оба стояли в диком шоке от происходящего, пока Мадара не допер ее отпустить. Ведьма, уже твердо стоявшая на ногах, не упала, к его счастью, но появилась одна проблемка. Вы же знаете, что Учиха у нас местный контролер? Чуть какие изменения происходят, его глаза все улавливают. Ну так вот, кое-что произошло. По его нескромному мнению, Хела за пару секунд, пока находилась в воде в позе камня, какого-то черта изменилась. Она стала слегка помягче, чем должна была быть, особенно в районе ребер. Не сказать, что Учиха ее до этого много раз трогал, чтобы знать наверняка, просто Хела стала похожа… Даже про себя у него язык не поворачивался как-то ее обозвать. Мужчина медленно обошел ее, встал лицо к лицу. Ведьма кидала опасливые взгляды. — Твое лицо, — кивнул в ее сторону, параллельно подмечая изменения в теле, — ты стала старше выглядеть. Скулы более заметны и яблочки щек, — появилось чувство долга, мол, он обязательно должен сказать следующие вещи, — Нет, ты красивая, просто теперь твой возраст вообще сложно определить. Мы вроде выглядим почти как ровесники, но с другой стороны… Я не понимаю. Хела опустила взгляд на свое тело. Да, проблемка, кажется, была. Первое, что бросилось в глаза, это животик и бедра. Они стали чуть мягче и больше, чем были несколько минут назад, если, конечно, под водой прошли минуты по ее ощущению, а не часы. Потрогала себя за жирок внизу живота, защищающий внутренние половые органы, затем ладонями провела по внутренней стороне бедра ноги, удивляясь неожиданной прибавке в массе. Не сказать, что Хела прям совсем изменилась, просто от зоркого глаза Мадары сложно что-либо скрыть, особенно, когда он намеренно пристально следит за чем-то. — Может, тебе кажется? — на скептический настрой Хелы мужчина отрицательно покачал головой, прикрыв глаза. — Лицо точно вытянулось, это факт. Оставался самый действенный метод проверки. Сколько лет живет, никогда не подводил. Ладонью обхватила левую грудь, проверяя объем груди. Мадара смиренно ждал, смотря на странные махинации. Повторюсь, они оба сейчас стояли по пояс воде абсолютно голые, это чтоб вы не забывали про всю странность сложившейся ситуации. — Ладно, ты прав, я слегка изменилась, грудь не врет, — озадаченно сделала паузу, смотря Мадаре прямо в грудную клетку, — с другой стороны даже обидно, я надеялась на подарок более крупного калибра. — О чем ты? — Зависть берет, у тебя грудные мышцы больше, чем вся моя грудь вместе взятая. Ожидаемо, конечно, услышать такое от Хелы, однако, тон, которым девушка это сказала показался странным: это была предъява или комплимент? Похлопал глазами в немом вопросе. — Даже не знаю, — глаза Мадары расширились от шока. Вероятно, он произнес это вслух, — В пизду, я спать, на сегодня неприятных сюрпризов мне хватило, — выражение лица ведьмы вновь стало удрученным и уставшим, привычным так сказать. Забавная закономерность вырисовывалась, практически каждый поход с Хелой в другую Тень знаменовал новый повод для ее огорчения. Рог судьбы? Все возможно. Девушка вышла на берег, быстро обмоталась полотенцем, взяла с земли вещи и пошла в пещеру, а Учиха тем временем анализировал сказанные ей слова. Самое интересное было в том, что, как только мужчина выполз из воды и еще раз глянул в небо, Луну застилали плотные темные облака. Не будь их, он бы начал бить тревогу, ведь тонкий серп растущей Луны стал больше в два раза, фаза спутника менялась слишком быстро. Подозрительно быстро. Спишем это на забавное упущение с его стороны, которое повлечет за собой весьма неоднозначную и щекотливую ситуацию. Мужчина вернулся в пещеру в тот момент, когда Хела пялилась на камни свода немигающим взглядом, сидя на толстом одеяле и прикрыв ноги пуховым. Голой спиной опиралась подушки, что предусмотрительно подложила под свой старческих хребет, ведь опираться на гладкие камни «стены» пещеры не комильфо. Около из импровизированной пастели были несколько закрытых светильников со свечей внутри. В очередной раз поблагодарил Ками за то, что пещера вентилируемая и скопление взрывоопасных газов им не грозит. Учиха прошел босыми мокрыми ногами по плоским камням, оставляя после себя следы и, завернутый в мокрое полотенце, уселся на камни напротив ведьмы. — Я вспомнила одну очень занимательную вещь, — перевела взгляд на мужчину, заговорчески понизив голос, — У меня по молодости был прикол такой, приходить в новое Отражение и чуть менять свою внешность. Я сбрасывала себе пару лет, чтобы казаться юной, так я могла подольше задержаться на одном месте. Учиха кивнул, начав анализировать полученную информацию. Что-то ему подсказывало, что водичка, в которой они так радостно сейчас плескались, непростая. — Мем в том, что я не принимала прежний облик у вас в Тени, я забыла об этом. А потом случилась война, и мне вообще стало не до внешнего вида. Я все также казалась молодой девушкой лет двадцати трех, примерно. Понимаешь, к чему я клоню? — Целиком и полностью, — в той же манере ответил и Учиха. — Тебе часом дышать легче не стало? А вот это уже интересно. — Думаешь, подстава? — Ц, — цокнула, отвела взгляд чуть правее, напрягая шею, — Думаю, нам надо ливать из этой Тени как можно быстрее, — ее мимика в этот момент была просто изумительна. Брови жили собственной жизнью, поднимаясь вверх в тот момент, когда Хела делала акцент голосом на определенном слове, — Кто-то нас сюда затащил и неизвестно, с какой целью. Или это я что-то намудрила, пока рисовала ту картину, без понятия. Обменялись долгими понимающими взглядами друг с другом. — Я поставила сигнализацию на вход и воздуховод грота, поэтому если кто-то умудрится залезть внутрь, мы мигом проснемся. Будь начеку, — вытянула подушку из-под спины, переложила на толстое одеяло и улеглась следом, уже по ключицы завернулась в пуховое покрывало, — в светильнике стоит свечка, если будет раздражать, погаси ее нахрен. Все, сладких снов. Хела с влажными волосами, забавно облепившими ее лицо, уже через двадцать минут отправилась в царство Морфея первым рейсом. Спустя еще пять минут мужчина воочию лицезрел, как ведьме стало немного жарковато, и она стянула половину одеяла с себя и, лежа на боку, обняла его руками и ногами. Еще одним открытием стал забавный факт: она спала с открытым ртом и в совокупности с вышеперечисленными фактами картина перед глазами стояла противоречивая. Мадара никогда бы не подумал, что такая воинственная женщина ночью может становиться безобидным котиком, мирно сопящим в две дырки. Даже в три, если брат в расчет открытый рот. Учиха, как только обсох достаточно сильно, присоединился к незатейливому занятию. Прилег рядом, но, в отличие от девушки, укрылся довольно тонким покрывалом и потушил свечу пальцами. А теперь, внимание, прикол века: нормально поспать не удалось. Мужчина проснулся весь в поту от того, что в пещере, по его мнению, было очень жарко и душно, дышать практически нечем. Поднялся на локтях и окинул взглядом девушку, что умудрялась спать укутанная. Как можно в жару укрываться одеялом? Сделать полноценный вдох получалось через раз, дышать приходилось чаще, чтобы обеспечить остатки мозга, которые еще не расплавились от такой парилки, кислородом. С каждой минутой становилось все хуже. Горло пересохло, Учиха правда пытался смочить его слюной, но идея своих плодов не оправдала. Пришлось приоткрыть рот, чтоб не задохнуться. Ситуацию ухудшало то, что перед глазами все плыло, а в ушах стоял звон. Единственное, на чем он мог стопроцентно сконцентрировать зрение, так это холодный свет, льющийся снаружи. Чудесным образом пещера внутри освещалась тусклым блеском Луны. На этот забавный и практически невозможный феномен Мадара не счел нужным обращать должного внимания, а хотелось бы, ведь загвоздка была именно в нем. Прикол был в том, что за пару часов их сна, Луна стала полной. Хотелось пить, хотелось окатить себя ледяной водой или вовсе некогда из нее не вылезать. Голову посетила гениальная мысль: пойти подышать свежим воздухом. Но пойти — это громко сказано. В конкретно нашем случае, дай бог, чтоб Мадара мог без проблем встать на ноги, ведь мышцы превратились в вату. Похожее ощущение бывает, когда ноги сводит судорогой, и приходится ждать пару минут, пока сможешь вновь спокойно распределить вес по всему телу. Мужчина еле скинул с груди покрывало, ноги запутались в нем, что усложнило задачу высвобождения из адского плена. Неаккуратное и крайне опрометчивое движение руки не стянуло остатки ткани с тела, однако, приятный бонус подарило. Локтем Мадара случайно толкнул девушку, а именно дотронулся до ее плеча, и, черт возьми, оно было ледяным. То, чем ему сейчас нужно. Сил хватило лишь на то, чтобы сжать правую ладонь на ее предплечье и не отпускать. Тут уже проснулась Хела, и у нее была противоположная проблема — ее морозило. Она знатно удивилась двум вещам: состоянию Мадары и световому сопровождению, но акцентировать внимание на столь странном природном явлении помешал резкий рывок. Учиха нашел в себе силы сесть и грубо потянуть за собой сонную девушку, что не могла срастить два плюс два. Хела оказалась сидящей на его коленях, в довольно неудобной для нее позе вполоборота, лицом к нему. Ладонями уперлась в его ключицы и поняла — кожа была обжигающе горячей. Не будем лукавить, ей уж очень не хотелось открывать руки от живой батареи. — Ты холодная, — Мадара наклонил голову и уткнулся носом в изгиб шеи, а руками обхватил ее спину. Блаженно простонал, теряя связь с реальностью, подвигая девушку к себе еще ближе. О чем речь, даже нукенин тоже не понимал, что происходит и как у него поворачивается язык говорить такие странные вещи. Пока Хела была в ахуячках от происходящего, внезапно записавшийся в ряды распутников и обольстителя женщин Мадара додумался увеличить площадь соприкосновения их голых тел, чтобы охладить не только руки и нос, но и все остальное. Он весьма быстро срастил, в его-то состоянии нестояния на ногах, что для этого надо закинуть пуховое одеяло, которым она обмоталась в попытках согреться, как можно дальше и стянуть покрывало со своих ног. План отменный, ничего не скажешь против. Откуда в нем силы на то, чтобы оторвать руки от голой спины, вытащить одеяло из-под Хелы, скомкать в один большой бесформенный объект, да еще и с немалым ускорением закинуть в дальний угол пещеры, оставалось загадкой человечества. Но на этом подвиги не закончились, Мадара умудрился приподнять ее ногу и посадить девушку в позу наездницы, максимально близко прижимаясь к ней всем телом. Прошу запротоколировать, за все это время было сказано лишь два слова. Хела молчала как рыба, пытаясь понять, что она сейчас делает и что делает Мадара. Нет, ну, логично, ему очень жарко, и он пытается странным образом охладить себя. Логично, хорошо. Но какого черта она не двигается с места, греясь о его раскаленную кожу?! Это явно было ненормально. Уловила странное сопение со стороны Мадары, все еще щекотавшего кожу шеи своим сбивчивым дыханием, и почувствовала подозрительные движения бедер под собой. Параллельно с этим Учиха сжимал в объятьях все сильнее, заставляя задыхаться уже Хелу. Глухое мычание, вибрация которого пробирала до самых костей, вновь повторилось, но уже более агрессивно: — Сними, — до Хелы долго доходил смысл слова, которое он прорычал, но как только дошел, в мозгах зажглась красная кнопка. Мадара пытается заняться с ней сексом, а она вообще не сопротивляется. Плюс ко всему, это было следствие. Сознание заторможенно сопоставляло факты, но предположение выкинуло весьма недурное: они или чем-то надышались, или каким-то образом на них повлияла вода. Секс в состоянии измененного сознания, конечно, интересная вещь, но что-то не хотелось сейчас им заниматься. Забегая вперед, вода тут вообще не главное звено в цепи гениального развода двух идиотов, не ожидающих такой подлянки, на перепихон. Ваще мимо, Хела, минус балл, Мадара вовсе в игре не учувствует, занимаясь петтингом. Ситуация вкус, конечно. Во всей этой заварушке радовало то, что Мадара все еще не взял ее силой. Ответить то она ничем не сможет, даже элементарно отбиться или убежать. Отсюда следует, что крохи здравого смысла все еще при нем, и, если грамотно достучаться до них, можно выйти на контакт. Хеле оставалось лишь побороть собственное желание подвигать бедрами в ответ, сцепив руки за его шеей и не поддаться на дальнейшие провокации. Скажу сразу, задача со звёздочкой. С большой такой звёздочкой, которую ведьма чувствовала собственными бедрами через тонкую ткань покрывала. Нашла в себе силы немного отодвинуться, поднять корпус со столь желанной теплой батареи, за что получила невнятное осуждающее мычание в свою сторону. Хела видела, как трясутся ее руки, когда она брала ладонями его лицо и поднимала с собственного плеча. Когда их лбы соприкоснулись, а глаза разделяли миллиметры, дрожащим голосом смогла спросить: — Идти сможешь? Мадара прикрыл глаза, сглотнул слюну во рту и севшим голосом прошелестел: — Тело не слушается, — он норовил опустить голову вниз, упасть лицом на ее грудь, но девушка не поддавалась на провокации. — Дара, — внутренних сил хватило лишь на вторую часть имени мужчины, — нам надо на воздух сейчас. Их лица были настолько близко, что в какой-то момент они потерлись носами, принуждая себя не переступать черту. Хела откровенно пялилась на приоткрытые потрескавшиеся тонкие губы, выдыхавшие теплый воздух прямо в ее собственные. С тихим разочарованным воем стала отодвигать от себя его лицо. Эта баталия длилась минут двадцать, а то и больше. Как только Хела меняла положение, Мадара тянулся к ней, хотел остановить. Все происходило весьма медленно, поэтому со стороны могло показаться на драку очень ленивых людей. Когда же ведьма встала на ноги и умудрилась обмотать живот и ноги тонкой простыней, за ней подтянулся и Учиха, шатаясь в разные стороны. Хела демонстративно отходила от него подальше, ведь знала, если в этот раз он ее прижмет к себе, она точно контролировать себя перестанет, и сама насадится на его член. Как они спускались по мокрым камням в лес и не наебнулись, это отдельная песня. Девушка умудрилась несколько раз запутаться в собственной простыне и чуть не упасть мордой на камни. Мем смешной, ситуация страшная. Только ступни Мадары твердо встали на холодную землю, Хела несколькими метрами дальше все-таки упала на траву и перевернулась на спину. В лицо бил свет полной Луны. — Разве сегодня была не растущая Луна? — на тихий голос Мадара среагировал заторможенно, выбирая лучшее место для падения рядом. Он — ответственный мужчина и не задавил своим весом хрупкую даму. Медленно перевернулся на спину и неотрывно наблюдал, как диск спутника постепенно уходит в черноту ночи. Полнолуние уж больно быстро прошло, фазы с поразительной скоростью. Полчаса лежали молча, Учиха благодарил от всего сердца Хелу за то, что заставила выползти из душной пещеры. Ему легчало. Шум в ушах практически пропал, а говорить и дышать стало намного легче. — Один хер я сегодня глаза еще раз сомкну. На ее фразу Мадара умудрился даже рассмеяться заливистым смехом. Голожопая команда так и встретила рассвет, лежа на холодной земле и пялясь в небо.