Совиное Время:Восхождение(РЕДАКТИРУЕТСЯ)

— Лиса-сан! Это мясное рагу просто отменное! Моя мама просила передать, что она приглашает вас к нам на чай! — весело воскликнул Изуку, с большим аппетитом уплетая мясное рагу, которое девушка специально приготовила к его приходу. Прошёл год, с тех пор как она переехала в Японию, познакомилась с Изуку и его мамой. Семья Мидории была маленькой, но очень крепкой и уютной. Мама Изуку долго благодарила девушку, когда узнала, что та поддержала её ребёнка и уберегла от хулиганов. Вопрос с Бакуго был решён быстро и в течение полугода тот скрылся из поля зрения Изуку. — О, спасибо большое, я обязательно зайду. — Кивнула девушка. — но к сожалению не смогу на долго. У меня ночная смена сегодня. — Она покачала головой, выказывая глубочайшее сожаление. — Да? Очень жаль… Молчание длилось не долго. Изуку принялся доедать свою порцию, очень аппетитно причмокивая. Всё-таки он был ещё таким ребёнком… Всё было хорошо. Всё было… хорошо. Очень хорошо. Кот Иван потёрся о ногу мальчика, молчаливо выпрашивая кусочек мяса из рагу. Увидев, что это никоим образом не подействовало на ребёнка, кот сел и жалостливо мяукнул. — Эй, ты уже съел свой обед на сегодня! — тут же обернулась к Ивану Лиса и цыкнула на него, отгоняя от стола. — Ты не кот, ты прожорливый монстр! Мейн-кун презрительно мяукнул и, махнув хвостом, удалился по коридору в комнату, в которую Изуку почему то доступ был закрыт. Покачав головой, Фуриджу пожаловалась: — Вот же ведь обжора. И ведь совсем недавно ел… — Наверное, ваш кот очень любит кушать вашу еду, Лиса-сан! — болтая ногами, ответил Мидория, смотря коту вслед. Его всегда очень веселило то, как девушка разговаривает с животным, словно он понимал её. — Нет, он в принципе постоянно ест…. *** Всё было хорошо. Конец августа выдался тёплым, но не таким удушливым, как июль. Лиса сидела на крыше многоэтажного дома и смотрела на ночной город. Совсем недавно она восстановила свою лицензию героя, после долгого отпуска и наконец могла приступить к работе. Волнение подступило комом в горле, и девушка непроизвольно сглотнула. Она спрыгнула с края и раскрыла свои огромные совиные крылья. Воздух ударил по ним, и стремительное падение с многоэтажного дома было остановлено. Лиса расправила плечи, нежась в потоках ветра. Немного полетав над домами, героиня наконец остановилась на крыше одного полужилого дома. Внизу раздался тихий шорох и девушка, включив очки ночного виденья, посмотрела вниз, что же там происходит. Во тьме переулка стоял парень и держал в руке шприц. Вторая рука была оголена до локтя и жутко дрожала. Она нашла наркомана, что за прелесть. Не злодей конечно, но будет лучше, если его доставить в участок. Вытащив из-за пояса складной посох, девушка спикировала вниз и грузно приземлилась на землю. Наркоман, услышав шум совсем рядом с собой, сильно вздрогнул, от чего шприц выскользнул из слабых пальцев юноши и он, обливаясь холодным потом, посмотрел в направлении шума. — Отойди-ка от шприца, парень, — угрожающе начала Лиса, наставляя на торчка посох. — Тебе же лучше будет. — Я… Я НИКУДА НЕ ПОЙДУ! — вдруг заорал наркоман. На глазах застыли слёзы. Не привыкшая работать с наркоманами девушка даже слегка растерялась. Бурные реакции всегда были и будут, но настолько яркую истерику девушке приходилось наблюдать впервые. — Эй, я не говорю, что ты куда-то пойдёшь. — Успокаивающим тоном, — просто отойди… — но её прервали жестким выпадом в её сторону с чем-то острым в руках. Заточенная отвёртка. — Я СКАЗАЛ, ЧТО НЕ ПОЙДУ НИКУДА С… С ТОБОЙ! — Стремительные выпады заточкой так и не достигли своей цели. Девушка остановила наркоману время и забрала шприц с земли, положив его в пакетик. Зверское выражение лица, застыло гримасой на его лице, слёзы продолжали течь из красных от наркоты глаз. — Я долго не продержу его причудой… связать тебя что ли… — пробормотала девушка, осматривая наркомана. Жжение в глазах начинало усиливаться. Забрав из рук наркомана заточку, героиня почесала голову и решила связать парню руки своим шарфом. Он был достаточно крепким, порвать или разрезать его просто так было бы проблематичным. Когда причуда перестала удерживать юношу, он не удержался на дрожащих ногах и шлёпнулся на землю. Его тут же схватили за загривок и взмыли в воздух. — Ну, сдам тебя в участок, а дальше пусть вокруг тебя пляшут другие. — Н… нет… — рыдал наркоман, дёргаясь в руках девушки, пытаясь ослабить хватку шарфа на руках. — П…просто о…отдай! Отдай мне шприц! Пожалуйста, молю тебя! Лиса промолчала. Они летели относительно недолго, но ветер и адреналин от полёта слегка рассеяли туман в голове бедняги и он вспомнил о своей причуде. Он решил использовать её, чтобы выпасть из рук Фуриджу и спастись. Он не думал о том, что они летят высоко над домами и что при падении он, безусловно, разобьётся. Он просто хотел свою дозу, а девушка этому мешала. Его шея вытянулась и, поднявшись на уровень шеи Лисы, он без предупреждения вцепился ей в шею, жаля в артерию. Не успевая среагировать, девушка болезненно вскрикнула и рефлекторно выпустила из рук наркомана, что вцепился в её шею мертвой хваткой, заливая себе лицо, глаза и нос кровью. Та быстро окрасила их одежду в мерзкий красный, кажущийся во тьме ночи черным. Смеясь словно одержимый, парень выпустил шею из тисков зубов и крикнул «Я СКАЗАЛ ЧТО Я НИКУДА НЕ ПОЙДУ АХА…», но увы его смех оборвался, как только его тело на большой скорости врезалось в асфальт. Вместо смеха наркоман мог издавать лишь бульканье и хрипы. Шея, собственно, как и позвоночник были сломаны. Задыхаясь из-за чужой крови во рту и от собственной травмы, бедняга довольно быстро испустил дух. Быстро пульсирующая из раны кровь, окрасила шарф и рубашку будто бы черным, унося вместе с собой и силы. Тяжело опустившись на ближайшую крышу, девушка пыталась закрыть рукой рану на шее. У неё не было зеркала под рукой, чтобы глядя в него, остановить время ране. Секунды жизни ускользали из её пальцев. Выхватив другой рукой телефон, она набрала Тсукаити, но не смогла ничего из себя выдавить кроме сиплого « Черт возьми… этих торчк.». Сознание ускользало. Последнее, что увидела перед собой Лиса — это стремительно приближающееся черное пятно с белыми лентами. *** Резко вскочив с кровати, Лиса резко хватала ртом воздух. Это была гостиная её квартиры в России. Тихо тикали настенные старенькие часы. Из прикрытого шторами окна лился алый свет закатного солнца. Ветерок, проникающий через открытую форточку, развевал легкий тюль, создавая эфемерную картину волн. Со стен на неё смотрели смазанные лица людей, что некогда были ей дорого, но сейчас представляли себя не больше, чем потускневшую картинку в сознании девушки. Старая советская дверь с потрескавшейся краской была приоткрыта. За пределами комнаты был узкий коридор, что вел на кухню. Оттуда доносились звуки готовки. Пересилив себя, Лиса встала и, пошатываясь, пошла на звук. Какого же было её удивление, когда на старой, небольшой кухоньке она увидела свою сестру. Та стояла в переднике и что-то жарила. Генетика обделила её такими же крыльями, как у Лисы, как и причудой, управлять временем с помощью своих глаз. С какой-то точки зрения её сестра была практически то же самое, что и беспричудной. Словно отмерев, девушка повернулась в сторону Лисы. - О, ты проснулась. Я рада. – Тихо и мягко проговорила она, продолжая помешивать что-то в сковородке. – Как ты себя чувствуешь? - Как… Что? – непонимающе переспросила Лиса, смотря на свою сестру выпученными глазами. – Мне перегрызли горло. Как я оказалась… дома. - Что? – удивленно подняла брови сестра, глянув на девушку в пол оборота. – Ах, тебе, наверное, приснился кошмар. С твоей работой неудивительно, что они тебе снятся. - Но я ведь… - хотела возразить Лиса, но замолчала, словно обдумывая что-то. – Неважно. Что ты готовишь? - Что-то, что тебе точно понравится. - Да? И что же это? Тут сестра слегка отошла от плиты, давая Лисе маневр для обзора содержимого сковороды. Как только девушка подошла, поджав крылья, она чуть сразу же не отпрянула от ужаса. Там, на медленном огне, в шипящем масле жарились глазные яблоки с ярко-зелеными радужками. Так похожими на… глаза Изуку. Рядом с ними жарился маленький язык, словно вырванный с корнем изо рта, маленькие пальчики, отрубленные, очень неаккуратно и рвано. В сковородке валялись ошметки тетрадных листов, пропитанных маслом. Чернила расплылись, однако по еле угадываемым рисункам, Лиса смогла понять, что это остатки блокнота Изуку с причудами. Финальной деталью ужасной картины стало прожаренное с одной стороны маленькое сердечко, что до сих пор кое-как билось и с каждым сокращением выдавливало из себя кровь. - Что это такое?! – закричала Фуриджу, оторопело посмотрев на сестру. Девушку тошнило. - Обед конечно! Ты же наверняка проголодалась! - Почему там… там.. – Лиса не могла закончить. Её тошнило. - Но ведь ты так любишь этого мальчика! Я думала, ты обрадуешься… - грустно пропела девушка, так похожая на Лису и одновременно с этим так сильно от неё отличающаяся. – Но раз ты не оценила мои старания… Отправляйся прямо к нему! – в шею Лисы вонзился кухонный нож и прокрутился несколько раз. *** Герой вскочила с дивана, тяжело дыша, с криком и хватаясь за горло. Целое. Это был сон. Ужасающий, но сон. Глотнув воздуха, Фуриджу посмотрела на часы. Начало пятого утра. Устало упав обратно на диван, Лиса сипло вдохнула глубоко воздух и тут же выдохнула, пытаясь прийти в себя. Это был всего лишь сон. А новостей от Изуку не было уже неделю. Ни его мама, с которой она виделась пару раз, ни он не появлялись в её поле зрении. Словно они исчезли из дома, в котором жила девушка и из этой реальности в целом. Лиса Фирина просто хотела снова уснуть.