***
Даже в ночи в портовом городе не смолкают голоса и пьяный смех. Этим часто пользовались воры на постоялых дворах, услышать топот лап в коридорах практически невозможно. Кир прекрасно это знал, но страх быть схваченным ночью на жилых этажах все равно заставлял юного ша-ла передвигаться тише. Кот уже давно все решил – он хотел быть с ней, хотел быть с Лавой. Лишь благодаря ей он все-таки решился на то, чтобы покинуть корабль. Его сердце было не там, не на корабле и не далеко в море. Его сердце было рядом с этой маленькой и бойкой девушкой. Кир, сколько себя помнил, бороздил моря вместе со своим отцом, но ему ни разу не доводилось встречать таких как Лаувейя. Наконец, дойдя до нужной комнаты, Кир останавливается перед дверью. Молодой парень пугливо оглядывается по сторонам, прежде чем взяться за ручку. Кот медленно поворачивает ее и, открыв дверь, тихо входит в комнату. Темное помещение освещает горящая лучина. Ее света вполне достаточно чтобы осветить лицо хозяйки комнаты. Кир никогда не видел ее такой. Суровая усталость на лице девушки была странной для него. Морщины на лбу, брови сведенные к переносице, закрытые глаза и плотно сжатые зубы. Все это бывший матрос видел впервые. -Кир…, - ее голос звучал замучено, хотя корабль они покинули всего несколько часов назад. -Я могу объяснить! – вскинул руки матрос в примирительном жесте. – Правда! -Ты вроде говорил, что никогда и ни за что не покинешь корабль? Кошка обернулась к своему ночному гостю с хитрой улыбкой. На секунду у Кира перехватило дыхание. В свете лучины Лава была будто на своем месте. Бело-желтый свет освещал ее серебристую шерсть на щеке, золотые глаза хитро блестят в слабым огонем, темные волосы с зелеными прядками красиво переливаются на свету. -Ну так что ты тут делаешь? Парень с трудом заставил себя оторвать взгляд от подруги. -Ну… Я решил что нам стоит держаться вместе. Да! – больше всего на свете он боялся, что девушка сейчас выгонит его. – Поэтому и пришел. Лайне смотрела на него внимательно и спокойно. Даже, казалось, не на него, а сквозь него, куда-то в себя. -Ладно, - вздохнула икати, - оставайся. Довольное рычание было ей ответом. Кир прошагал к диванчику и, расположившись, накрылся пледом. Лучина уже давно потухла, но Лаувейя продолжала задумчиво смотреть в окно. Кир надеялся, что хотя бы там, в небе, она найдет свой покой.***
Утром Кир проснулся от шуршания рядом. Сон все еще не хотел отпускать его из своих когтей, но шебуршание не прекращалось. Кот с трудом разлеплял глаза и пытался сфокусировать взгляд на источнике звука. Собственно, сам источник выражал полное безразличие к парню. Кошка продолжала что-то перебирать на столике возле окна. -Доброе утро! – сладко зевнул Джонсон. На приветствие в свою сторону кошка лишь дернула своим красивым ушком. -И ты еще говорила мне про уважение? – возмущенно бурчал парень. Со стороны источника шебуршания послышался уставший вздох. Девушка перестала перебирать бумажки на столе и повернулась к своему невольному спутнику. -Доброе утро! -Во-от! Другое дело! – потягиваясь, произнес парень. Пока кот неторопливо одевался и собирал постель, Лава вернулась к своему делу. Лайне перебирала карты территорий, пытаясь разобраться с тем, куда бы им отправится теперь. Она могла бы пойти дальше на север, но сможет ли она найти там ответы. Ведь теперь она не одна. Теперь с ней Кир. Нужно все хорошенько обдумать, ведь Джонсон всю жизнь провел на корабле. Если он и бывал в краях севера, то скорее всего не задерживался там долго, ведь если лед встанет – уплыть уже не получится. -Когда отправляемся? Икати подняла удивленный взгляд на бывшего пирата. -Куда? -Как куда? В северные земли Карёлы! Ты, ведь, скорее всего оттуда! -С чего ты это взял? – поинтересовалась Лаувейя. Кир не задумывался и минуты. -Ты не похожа на южанку, - он сел обратно на диванчик, – твоя шкура, манеры, лицо, одежда, в конце концов. Джонсон замолчал на минуту и смотря на удивленное лицо ша-ла напротив. Она даже не знала что сказать, будто этот парень даже знает, кем именно она была. -Ну еще у тебя герб севера на куртке, - после недолгой паузы произнес он. Все что он сказал, было правдой, безусловно. Но он просто не мог найти в себе сил признаться, что тогда, три года назад, он видел ее в порту.