Минус двенадцать

Мы ехали молча, сверяясь с встроенным в приборную панель навигатором, желая никак не привлекать к себе внимание. И я боялся лишь одного: что мы не успеем определиться с ночлегом до того момента, как меня разбудят в другой моей жизни. Ведь, как показала практика, тогда я просто засыпаю здесь и никак не могу это контролировать. А как можно объяснить подобное Крису, я всё ещё не придумал. Но пока я катал все эти мысли в голове, мы уже выехали за город и, найдя придорожный карман, остановились. Достав коробочку, мы надели браслеты и, напряжённо переглянувшись, включили их. Я сразу полез в собственную информацию, вчитываясь в буквы на маленьком экранчике. Новое имя: Мэтис Бортери. Мэт. Похоже на моё же имя из другого мира. Странное совпадение. — Итак, теперь меня зовут Крис Рейкз, возраст тот же, — произнёс бельчонок, усмехнувшись. — Над именем они не сильно заморачивались. А я, увидев цифру в графе даты рождения, сначала округлил глаза, а потом рассмеялся, задрав голову. Благо рядом никого, кроме Криса и проносящихся по дороге машин, не было, так что некому было посчитать меня сумасшедшим. — Вот скажи, я выгляжу на девятнадцать? — со смехом спросил я, подойдя к бельчонку поближе. — Вообще нет, — довольно честно ответил тот, снисходительно улыбнувшись. — Но им, видимо, пришлось, чтобы как-то сделать тебе права. — Ага. Лишь бы на пропускном пункте поверили, — продолжал посмеиваться я, уже представляя удивлённые лица гвардейцев. — Представляю, с каким подозрением на меня там будут смотреть. — Пусть смотрят, как хотят, лишь бы пропустили, — хмыкнул Крис, надевая свой браслет. — Надеюсь, у наших новых друзей и правда всё схвачено и мы без проблем пройдём по базе. Застегнув браслет на левом запястье, я достал бумажку с координатами и ввёл их в навигатор браслета, как и говорила Виолетт. Тот выдал карту с примерным временем поездки. — Не так уж и далеко, — прикинул я. Было бы куда быстрее, если бы мне не нужно было срочно ложиться спать в определённое время вечера. Но с этим я пока что ничего поделать не мог, ведь в больнице меня определённо разбудят. На самом деле, в браслете были все те же самые функции, что и в телефоне, он даже звонить мог, но лишь по громкой связи. Однако из-за маленького экрана он был куда менее удобен. Потому планы купить телефон никуда не делись. Ну а пока я уже просматривал прочерченный на карте путь, примечая заезды в города. Крис встал рядом, молча глядя через моё плечо на то, что я делаю в своём браслете. А я после минут пятнадцати молчания и тщательного планирования точек для обедов и ночлегов, всё же выдохнул: — Та-а-ак. Вот смотри. Сейчас едем на север, там через три с лишним часа будет подзарядная станция с кафешкой, где сможем перекусить. А потом без особых остановок до городка. До самого вечера. Чувствую, нашим спинам и задницам хана будет за эту поездку. — И не говори, — тихо ответил Кристэл и отстранился, потягиваясь. Рыжий хвост снова забавно распушился, что заставило меня улыбнуться. — По рельсам было бы быстрее. — Да, но нам же не разрешили пользоваться браслетами в городе. Да и оплатить мы не можем, у нас же только наличка. — Если бы не грёбаная привязка билетов к браслетам… — Всё против нас, — легко усмехнулся я. — Ну ничего, доедем. Главное, находить себе нормальную ночлежку. Надеюсь, что даже в самой захудалом городишке найдётся какой-нибудь мотель. — Конечно, найдётся. Ну что, поехали, чего время тратить? Зафиксировав на экране браслета навигатор, я сел на байк, и мы направились в теперь уже известном направлении. Со всеми остановками мы должны были добраться до базы повстанцев к вечеру четвёртого дня. Примерно. Если не охренеем столько сидеть с непривычки. Хотя мои ранние остановки на ночёвку должны были помогать нашим спинам и задницам отдыхать побольше. Например, завтра придётся остановиться за три часа до моего подъёма в том мире, потому что в это время окажемся проездом в ещё одном городе, а потом почти пять часов сплошной трассы с редкими зарядными станциями на пути. Кажется, мы ехали в самую глушь, всё дальше и дальше от больших городов, в так называемую «старую паутину» — множество мелких городов, или даже поселений, соединённых узкими дорогами. Такие поселения были первыми здесь, под землёй, когда жители планеты спасались от глобальной катастрофы. Со временем одни из этих поселений превратились в огромные мегаполисы, другие же стали полупустыми полузаброшенными пещерами с малым количеством жителей по тем или иным причинам. Вот в одну такую паутину мы и держали путь. Минус этих туннелей между городами заключался в том, что они были ужасно однообразными, часто с довольно плавными изгибами и постоянным одинаковым освещением. Так что, хоть спать и не хотел, а ехал я словно в каком-то гипнозе. Только оповещение, донесшееся из браслета, заставило меня встрепенуться и выйти из задумчивости. И ведь я даже не мог вспомнить, о чём думал целых три часа. Остановившись на станции, мы оставили байк заряжаться, а сами пошли в кафе. Людей там было ожидаемо немного, ведь на станции, помимо нас, заряжались всего две машины. Так что и столиков было занято всего два. Во время обеда мы снова немного поговорили о дальнейших планах, а после сели на уже полностью заряженный байк и отправились дальше. Было жутко непривычно ехать так много и так далеко. Тело реально затекало сидеть в одном положении, приходилось останавливаться и разминаться. А к вечеру я был невероятно рад наконец слезть с байка и оказаться в небольшой комнатке отеля. Еду мы купили в закусочной и притащили с собой в номер, так что сразу сели ужинать, а после решили сходить в душ по очереди. Первым пошёл я, не постеснявшись после выйти к Крису в одном полотенце. А что? Пусть привыкает, раз уж мы теперь постоянно вместе. К тому же по документам я теперь совершеннолетний, морально — тем более и уже давно. Может, всё же сумею уломать его рано или поздно? Хотя было б тут на что смотреть. Надо бы как-то массу начинать набирать, что ли. Усевшись на кровать, я кинул взгляд на вторую, на которой улёгся Крис, и недовольно хмыкнул: — И нахрена мы взяли номер с двумя раздельными кроватями? По документам мне девятнадцать, можно делать, что хотим, никто и не пикнет. — Чтобы ты не лип ко мне лишний раз, — ответил бельчонок, начиная подниматься, чтобы тоже пойти обмыться. — Можно подумать, я часто к тебе липну, — так же недовольно проговорил я, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу. — Да постоянно, — усмехнулся Крис, сев напротив меня. Он стал распускать волосы и расстёгивать кофту, а я, немного понаблюдав за этим соблазнительным зрелищем, поднялся и пересел к нему на колени. Точнее, сел боком и только на здоровую ногу, чтобы не сделать больно ненароком. Тот изогнул бровь и опустил взгляд на моё чуть задравшееся полотенце. — Под ним ничего нет, да? — тихо спросил он, положив ладонь мне на колено, после чего начал медленно вести вверх по моей ноге, словно дразнил. — Конечно нет, — ещё тише ответил я, наблюдая за его движениями с придыханием. Ни разу он ещё такого себе не позволял, не хотел давать себе поводов возбуждаться. А теперь что, захотел вдруг? Поддельные документы повлияли или что? Хотя я чувствовал, будто во всём этом есть какой-то подвох. И не ошибся, ведь дойдя до середины бедра Крис остановился, хитро глядя мне в глаза и легко виляя пушистым хвостом. — Я-то знаю, сколько тебе лет, тем более у меня нога болит. Так что, нет, явно не сегодня, проныра. Он усмехнулся и похлопал меня по бедру, а потом спихнул меня на свою кровать и пошёл в душ. — Какая ж ты жопа, рыжий, — выдохнул я, безнадёжно уставившись в светящийся потолок. Крис хохотнул и скрылся за дверью, а я, перекатившись на спину, так и остался лежать в одном полотенце. В комнате было тепло и довольно уютно, вся мебель выглядела достаточно ново для такого недорогого местечка, да и телек был нормальный, так что, считай, повезло, ведь заселились мы в первый попавшийся мотель. Только нам всего этого было не нужно, точнее, мне, потому что вскоре я уже должен был проснуться в своём мире. Снова на больничной койке, обездвиженный, обессиленный, не способный ничего толком делать самостоятельно. Жизнь Мэлори, несмотря на трудности, теперь стала для меня неким спасением, отдушиной. Но плюнуть на свой родной мир я всё равно не мог, хотелось и там тоже снова встать на ноги и попытаться вернуть всё на круги своя. Жаль только, что там нет Криса. К тому времени, как бельчонок вышел из ванной, я уже оделся и устроился на его кровати, укрывшись тонким одеялом, надеясь, что он всё же ляжет спать рядом. — Так понимаю, в следующий раз и правда нужно брать номер с одной кроватью, — улыбнулся он, укладываясь со мной, тем самым подвинув меня к стенке. Я лишь угукнул в ответ, нащупывая под одеялом его руку. А переплетя наши пальцы, уткнулся лбом в его плечо и прикрыл глаза, готовясь к скорому возвращению в своё взрослое тело. Если бы была возможность забрать рыжика с собой, я бы это сделал. — Спокойной ночи, Крис, — произнёс я, прежде чем почувствовал поцелуй где-то между ушей, от чего легко улыбнулся. Но ответа так и не услышал, уже провалившись в сон.

***

День в больнице не отличался от предыдущих: занятия с ложкой и ручкой, которые держать было сложно, процедуры, капельницы, массаж, навещающие родители. Доктор сказал, что операцию возможно будет провести через пару недель — это самый ранний срок, и то, если моё состояние позволит. Так что сейчас оставалось терпеть и отдыхать, надеясь, что не возникнет осложнений. В том мире, конечно, весь день просидеть на байке тоже было не особо весело, однако там я хотя бы был не один. Здесь же про меня будто все резко забыли. В соцсетях кто-то что-то писал, конечно, но там я всё ещё не мог особо сидеть — голова сразу начинала болеть из-за того, что приходилось напрягать глаза, пялясь в экран телефона. Так что я ни с кем особо не переписывался, лишь прочёл несколько пожеланий побыстрее выздороветь и поскорее встать на ноги. Наш с парнями канал при этом не опустел, они продолжали выполнять трюки и выкладывать их в сеть. Казалось, они и не заметили, что кое-кого стало не хватать. Таким никому не нужным я в жизни себя не чувствовал. Хоть бы кто позвонил, а не только писал стандартные пожелания в чаты. Даже некая злость на них появилась. А, может, на себя, что я был настолько слеп. Не было у меня настоящих друзей, как у Криса, которые всегда волнуются и всегда помогут, были только знакомые, с которыми я разделял хобби. Но после того, как возможность трюкачить у меня пропала, они просто отсеялись. Все, кроме Пита. И только теперь я начал понимать, кто действительно был мне другом, а кто лишь человеком, с которым можно просто потусить и повеселиться.

***

Кажется, Крис ничего не заподозрил, когда я вчера быстро вырубился. Скорее всего, просто подумал, что я сильно устал. А я, была бы возможность, побольше бы уделял времени этому миру и поменьше — своему родному. Всё равно там большую часть времени просто лежал и дремал, а здесь всё же были дела поважнее. Но пока я живу в больнице, об этом можно и не мечтать. Собравшись, мы позавтракали и снова помчались по намеченному пути. Гвардейский пост был всё ближе, потому и внутреннее напряжение всё больше росло. Но я убеждал себя, что повстанцам незачем нас подставлять, а потому старался оставаться спокойным. Всё же на пропускном пункте лучше вести себя непринуждённо, так, будто подобную процедуру уже сто раз проходил. Хотя о том, как всё это происходит, знал только по рассказам Криса, который тоже только по чьим-то словам знал. Оказалось, что не так уж много людей ездят по своим делам между городами, в основном только по рабочим. Потому чем ближе был пост, тем больше грузовых авто и просто каких-то довольно дорогих машин оставалось на дороге. — И что мы скажем-то, зачем мы покидаем «Новую зону»? — спросил я, когда мы в последний раз до поста остановились размяться. — Путешествуем? — предложил Крис, прогибаясь в спине. Выровнявшись, он повёл плечами и размял шею, после чего продолжил, уперев руки в бока: — В моих документах написано, что я работал на фабрике, откуда недавно уволился, а ты и вовсе, когда якобы закончил школу, нигде не работал. Так что мы, вроде как, два раздолбая, которые просто захотели сменить город. Скажем, что едем… ну, в Сендаст. Новый город — новые возможности. И пофигу, что там таких, как мы, и так немерено. — Хорошо. Пусть будет так, — не стал спорить я, потягиваясь. — А почему он считается новым городом? — Потому что ещё десять лет назад он был обычной старой паутиной, но её довольно быстро начали расширять после того, как её выкупила какая-то семья тёмных. Правда, говорят, что эта семья чересчур верующая, потому и в городе церквей уже десятки. Но не думаю, что они сильно мешают. Зато там всё больше всяких предприятий, потому и работа есть. — А ты веришь в Мать? — тихо спросил я, подняв на бельчонка задумчивый взгляд. Здешний народ в большинстве своём и правда были довольно верующими, но это больше заключалось не в посещении церквей и благих поступках, а в перекидывании всех бед на решения Матери. Если Мать подкидывала трудностей, значит, испытывала, и, значит, их нужно преодолевать, а не сидеть сложа руки. Так себе мотиватор, на мой взгляд, но на здешних людей работало. — Верю, что есть нечто большее, чем люди или даже наша планета, — ответил Крис после недолгого задумчивого молчания. — Может, и есть какая-то высшая сила, как знать? Но, как я уже и говорил, меня больше волнует моя личная жизнь и жизнь дорогих мне людей, а вопросы мироздания мучают в последнюю очередь. — Это прагматично, наверно. Поднявшись с корточек, на которых сидел, потому что было приятно посильнее согнуть ноги и напрячь их, я снова переместился к байку. От понимания, сколько ещё ехать, становилось совсем невесело, но это было необходимо. — Представляю, о чём ты думаешь, — усмехнулся Крис, подойдя ко мне. — Наверное, уже жалеешь, что поехал. — Не угадал ни хрена, — скривился я и резко повернулся к рыжему, притягивая его к себе за шею, чтобы впиться в губы и даже куснуть слегка. — Ты чего? — рассмеялся он, отстраняясь. — Ещё и кусаешься. — Скажи спасибо, что совсем чутка прикусил, — фыркнул я. — Это чтобы чушь не придумывал. Я уже говорил, что уверен в своём решении, так что и жалеть не собираюсь. Просто скучно ехать, ни музыку не включить, ничего, ещё и жопа деревенеет. — Как пересечём пост, думаю, можно будет купить телефон в ближайшем городе и тихо включать музыку в шлемах, — предложил рыжик, продолжая улыбаться, а после погладил меня между ушей и снова притянул к себе. Только на этот раз обнимать, а не целовать. — У твоей упёртости есть предел? — Вряд ли. Я обнял его в ответ, упершись лбом в плечо. Так бы и простоял полдня в такой позе, и пусть бы весь мир подождал. Но нет, время не особо ждало, особенно учитывая мой больничный график в другом мире. И хоть я до сих пор не понимал, как можно жить две жизни, но ни одну из них не решался считать нереальной. Вскоре мы отклеились друг от друга и поехали к посту гвардии. Он представлял собой длинное здание с множеством окон, через которое проходили по пять дорожных полос и в одну, и в другую сторону. Водитель заезжал вместе с транспортным средством, остальным же нужно было проходить отдельно, пешочком, чтобы каждого человека проверили индивидуально. Там, внутри здания, нужно было подойти к небольшой кабине, в которой сидел оператор и проверял все документы, а ещё брал некую пошлину за проезд. Как и ожидалось, большинство гвардейцев являлись дрэйдами. Крис прошёл быстро и без лишних вопросов: его браслет отсканировали, глянули на его лицо, спросили, куда направляется, и всё, свободен. Это меня сильно успокоило, ведь браслеты оказались и правда рабочими. Только вот меня проверяли значительно дольше. Сначала дрэйд как-то оценивающе смотрел то на меня, то в экран своего компьютера, потом стал спрашивать год моего рождения, место, идентификационный номер и прочее новые для меня данные. Но так как я всё заучил ещё на обеде, спокойно отвечал, боясь только, что он может докопаться до каких-нибудь совсем уж неприметных данных, на которые я мог не обратить внимания. Однако вопросы закончились, а дрэйд всё так же странно поглядывал на меня. Я вздохнул и скрестил руки на груди, а хвост начал нервно вилять от волнения. Но так как успокоить его я не мог, пришлось состроить недовольную мину, чтобы думали, что я не нервничаю, а злюсь из-за задержки на посту. — Там что-то не так? — как можно спокойнее спросил я, хмурясь и глядя на рогатого парня. — Слушайте, да, я выгляжу, как малолетка, но я ничего не могу с этим сделать, такое вот тело досталось. С бородой всё смотрится ещё хуже, я проверял. Но документы-то в норме, дайте уже проехать, пожалуйста, мы и без того дико устали. Дрэйд хмыкнул и кинул взгляд через окно своей кабинки на Криса, который ждал меня уже по ту сторону границы, опершись на столб. А потом наконец загорелся экран на выходе из отделения досмотра. — Езжайте. Удачи в Сендасте, — произнёс дрэйд, уже не глядя на меня. — Спасибо. Проведя браслетом у загоревшегося экрана, я сел на байк и выехал к бельчонку, выдыхая: — Наконец-то. Я не ожидал, что здесь такая очередяка. Поехали быстрее, нам ещё в город нужно успеть. — В каком смысле «успеть»? — изогнул бровь Крис, не спеша снова надевать свой шлем. — Мы разве куда-то опаздываем? Косяк. Чтобы не объяснять, почему я могу вырубиться на ходу, пришлось придумывать что-то ещё. Хотя сказать надо было бы, конечно, а то вдруг какая непредвиденная ситуация, а Крис и не в курсе, запаникует, испугается. Но лучше я попытаюсь рассказать ему попозже, чтобы он меня ни в какую больничку не отправил. — Ну, я хотел и выспаться до завтрашнего подъёма, и с тобой побыть. А то вчера быстро вырубился, даже время провести не успели. К тому же ещё телефон покупать. Бельчонок смотрел на меня с явным неверием, но, к моему счастью, докапываться не стал. Надев шлем после пары мгновений молчания, он снова сел позади меня. — Мне кажется, ты что-то задумал, — усмехнулся он, заглядывая мне в лицо через плечо. — Но я сделаю вид, что ничего не заметил. Ты становишься всё более пронырливым. — И что, тебе это не нравится? — улыбнулся я в ответ, обернувшись к нему. — Не то чтобы. Просто надеюсь, что ты не преподнесёшь мне неприятных сюрпризов. «Я тоже надеюсь», — пронеслось в голове с неким сожалением. Крис явно хотел мне верить, а я… В некотором роде, мудак. Ничего нового. Да, нужно будет обязательно ему рассказать, но только когда доберёмся на базу. Потому что если поездку я могу контролировать и распределять своё время самостоятельно, то неизвестно, что нас будет ждать там. Возможно, с какими-то трудностями бельчонку и вовсе придётся справляться в одиночку. За телефоном мы заехали, как только добрались до городка. Маленького, с низкими сводами и домами, у которых трескались стены, с лишь частично светящимися вывесками. Совсем не похоже на тот мегаполис, в котором жили мы с Крисом. А я-то думал, что именно наши трущобы — это хуже некуда. Но нет, всегда найдётся нечто похуже. Я даже заметил, что с «неба» здесь иногда сыпались мелкие камушки. Это место явно было в аварийном состоянии, но люди всё равно продолжали здесь жить и работать. Видимо, уедут, когда на голову начнут падать целые глыбы. Но нам тоже сейчас было не до выбора, на трассе спать не менее опасно. Так что, быстро купив первый попавшийся дешёвый телефон, мы подключили его к браслету Криса и поехали в местный отель. Тот тоже оставлял желать лучшего, в корне отличаясь от того, где мы провели прошлую ночь: плохо освещённый, с запахом сырости, пошарпанными стенами и потрескавшимися потолками. Будто после поста гвардии, разделяющего два условных округа, мы попали в совсем бедные районы. От этого места у меня не просто мурашки по коже бегали, во мне просыпалась словно бы забытая брезгливость. Даже подумалось, что если бы Крис предложил мне здесь шикарную жаркую ночку, я бы отказался, потому что раздеваться побрезговал бы. Благо хоть кровать пахла свежо и выглядела чистой. — Я буду спать одетым, — хмыкнул я, садясь на край кровати и осматривая комнату, в которой ничего, кроме кровати, шкафа и стола с парой стульев не имелось. Ни телека, ни холодильника какого, вообще почти ничего из удобств. — Почему здесь такое запустение? — Этот город раньше был частью «старой паутины». — Крис прошёл к столу и, отложив шлем и распустив волосы, запустил в них руку, массируя кожу головы и основания ушей. На самом деле уши и у меня немного болели из-за того, что постоянно прижимались шлемом. Пусть под них и были сделаны специальные углубления, но нам этого было маловато, так что приходилось постоянно прижимать их к голове. — Не той, в которую мы едем. Соседние города завалило, большая часть людей переехала в новые города. Думаю, отсюда тоже все постепенно уедут. Но пока здесь есть, откуда брать деньги, люди остаются. Наверняка боятся, что в другом городе вообще не смогут найти работу. — Жесть какая. Если и у повстанцев на их базе такой трындец, мне придётся долго привыкать. — А ты брезгливый, оказывается, — посмеялся рыжий и уселся рядом, после чего улёгся боком так, чтобы устроить голову на моих коленях. Я посчитал, что это практически приглашение, и теперь сам запустил руку в его мягкие волосы, начиная массировать и почёсывать. А тот от удовольствия прикрыл глаза и распушил хвост, свернутый полукольцом рядом. — А ты рыжая прелесть. — Я довольно облизнул губы, глядя, как бельчонок поворачивает голову и утыкается лбом мне в ноги, подставляясь под почёсывания. И кто из нас ещё кошак? — Кайф какой, — почти промурлыкал он, чуть ли не постанывая. — Пониже. Обидно, что только такой кайф я и мог сейчас ему доставить, но лучше, чем ничего. Зато Крис был доволен, а от того и у меня настроение поднималось, пусть я и устал. — Может, массаж хочешь? — предложил я, уже почёсывая за рыжими ушами двумя руками. — Конечно, я не профессионал, но размять могу хорошо. Бельчонок немного помолчал, а потом легко пожал плечами, отвечая: — Почему нет? А потом я тебе, тогда уж. Ты же у меня водитель, а я только на расслабоне сижу, даже иногда забываю за дорогой следить. Снова приняв сидячее положение, он начал стягивать одежду со своего торса, тем самым вновь заставляя меня мысленно жалеть, что мне досталось тело малолетки. Ну почему мироздание, боги или что там дало мне сразу две жизни, так знатно надо мной издеваются? Это же просто нечестно! Я теперь вообще везде лишён секса: в одной жизни мне любимый парень не даёт, а в другой я члена не чувствую. Грёбаное комбо! Опять это мелькнувшее в мыслях слово «любимый» заставило отвести взгляд, пытаясь осознать, насколько эти мысли вообще серьёзны. Ни о ком никогда так не думал, но… Всё ведь когда-то случается в первый раз, да? Неужели и правда… Кристэл тем временем улёгся на середине нашей двухместной кровати, а я подполз и уселся сбоку от него. — А нет, чем смазать? — спросил я, поглядывая на наш рюкзак. Я ничего такого не брал, на самом деле, потому что место старался экономить. Так что было не до кремов и массажных масел. Но ведь можно было купить в каком-нибудь местном магазине, если бы заранее подумали. А теперь уже идти никуда не хотелось. Рыжик же почему-то вдруг рассмеялся, уткнувшись в подушку, под которую засунул обе руки. — Ты чего? — удивлённо спросил я, погладив его по позвоночнику. Сухой массаж — это, конечно, такое себе удовольствие, но нам, опять же, явно не выбирать. — У меня там три презерватива с тройной смазкой, подойдёт? — сквозь смех выдавил он, так и не повернувшись, а я округлил глаза, ведь начал понимать, что секс был возможен всё это время, раз уж он взял такие вещички с собой. — Так ты подготовился всё-таки? — возмущённо переспросил я, но при этом на лице растянулась ещё более довольная улыбка. — На случай, если всё же разведёшь, — ответил он, разворачиваясь на спину. Раскиданные по подушке рыжие волосы, сияющие добротой и озорством глаза, розоватые манящие губы, тёплые руки, перехватывающие мои… Как же я влип. В него. — То есть шанс есть, просто я недостаточно стараюсь? — игриво протянул я, решив снять и свою кофту с майкой. — Крошечный, — такой же игривый тон и рука, скользнувшая по моему теперь оголённому боку. Чёрт тебя дери, рыжик! Зачем ты так со мной? Слишком дразняще, слишком соблазнительно, слишком… Всё слишком «слишком». Почему именно в этой дыре? Во мне всё практически закипало от осознания, что если совсем недавно он говорил мне категоричное «нет», то сейчас ответом стало «возможно, я об этом подумываю». Это же охренеть какой прогресс! Может, мне и не придётся ждать несколько лет? Я наклонился над ним, облокотившись на одну руку, а другой придержал его за шею, чтобы впиться в желанные губы. Бельчонок ответил, огладив мою спину, а у меня в штанах ощутимо потеснело буквально в одно мгновение. Ох уж эта юношеская сверхвозбудимость. Хотя дело вполне могло быть в том, что я слишком сильно хотел его. А он шёл у меня на поводу, не сопротивляясь и не отталкивая, продолжая целовать всё страстнее и прижимать к себе всё сильнее. Одну ногу я аккуратно перенёс через его и поставил колено практически у его паха, заставляя слегка раздвинуть ноги и прижаться своей ширинкой к моему бедру. Если так и продолжится, если прямо сейчас он сдастся, то… потом я буду вспоминать, что наш первый секс произошёл в номере обшарпанного убогого отеля. Хотя не всё ли равно? Сейчас мои мысли метались от одних сомнений к другим, и вместо того, чтобы получать удовольствие от ласк и близости такого желанного тела, я боролся с внутренней дилеммой. Сука, почему всё вечно так сложно? Оторвавшись от губ, я опустился ниже и припал к нежной шее, а Крис даже голову специально приподнял, давая мне полное добро на все мои действия. Может, ему тоже всё равно, где произойдёт наш первый раз? Почему я об этом так парюсь? Мы оба уже дышали тяжелее от возбуждения, оба явно хотели друг друга, и я уже было решил наплевать на всё и просто доставить ему удовольствие, но он остановил меня, взяв за плечи и отодвинув. — Мэл, не сегодня, — шёпотом попросил он, заглядывая мне в глаза. Его щёки слегка порозовели, губы припухли от поцелуев. Какой же сексуальный, мать твою, разве возможно остановиться? — Всё ещё не готов? — выдохнул я, сдерживая себя от того, чтобы заткнуть его поцелуем и продолжить раздевать. Нельзя, я ведь не хотел его обидеть, не хотел сделать больно. Но как же я хотел его, просто до умопомрачения! — Даже если ты будешь активом, моя нога всё равно болит. Да и, — он отвернулся, окидывая комнату взглядом. — Мне кажется, это не лучшее место для такого… важного шага. — Бля. — Мне просто больше нечего было сказать. Он был прав, бесспорно, но с уже появившимся возбуждением теперь что-то нужно было делать. Уткнувшись носом в плечо рыжика, я прикрыл глаза, не желая отлепляться от тёплого нежного тела под собой. — Понимаю… Но мне в душ надо. — Да, не тебе одному, — легко посмеялся Крис, ёрзая подо мной, ведь стоял не только у меня. — Прости, что мучаю тебя. — Не надо, не извиняйся. — Я вздохнул, снова перекатываясь в сторону от рыжика, но ногу так и оставил лежать на нём, благо, что его рана была с другой стороны. — Я тоже пытался представить, что делал бы, если бы подсел на малолетку и, да, пришёл к выводу, что тоже наверняка не мог бы вот так запросто согласиться на секс. Это что-то в воспитании, оно либо есть, либо нет, и с ним ничего не сделаешь. Так что это ты извини, что давлю на тебя. Знаю, внутри ты тоже разрываешься от противоречий. И из-за этого начинаю чувствовать себя похотливым мудаком. — Ты не мудак, Мэл. Кто угодно, но не ты, — тихо произнёс бельчонок, обнимая меня. — Просто тебе сложно сдерживать свои желания. Мне тоже, на самом деле, но я постоянно думаю о том, что ты совсем мал. И начинаю чувствовать себя из-за этого погано. Вроде как никто из нас не был виноват, что так сложилось, но нам обоим приходится терпеть. И мы оба чувствовали вину друг перед другом за свою несдержанность. Чёртова разница в возрасте и никому не нужная совестливость только всё портили. Но и без полного согласия, ломая Криса изнутри, смысла пытаться не было. Никто из нас не будет счастлив после такого секса. Ещё немного полежав в его объятьях, мне всё же пришлось подняться и уйти в душ, чтобы сбросить напряжение, потому как само оно уходить не желало. А Крис предпочёл успокоиться без этого, просто включив на телефоне какой-то фильм, чтобы отвлечься, который мы досматривали уже вместе перед сном, забив на ужин и даже на массаж, который пошёл куда-то не туда. Сейчас хотелось только нежиться в объятьях друг друга и больше ничего.