Имена и клички

Под глазами доктора Спока залегли мешки. Он смотрит на пациента Смита (так прозвал его персонал,коль скоро ни документов,ни телефона при себе не было) и ненавидит его. Под самый конец суток, когда Спок уже переоделся в "штатское" и собирался выходить, задержавшись лишь на пару минут поболтать с доброй подругой, в приёмник вбежали парамедики. То,что лежало у них на каталке,сложно было назвать человеком. - Мотоциклист, на полной скорости врезался в дерево. ШКГ одиннадцать, сатурация 92, АД 80 на 40, пульс нитевидный. Скальпированная рана теменно-затылочной области. Двусторонний открытый пневмоторакс, открытый перелом голени справа... Он мог бы уйти,мог бы... Но что-то в кровавой картине тронуло Спока. И он включил "медицинский мод": раздавал команды, оказывал первую помощь, даже умудрился предложить Ухуре поассистировать (ординатор Нийота убеждала доктора,который успел стать другом,что лучше детской хирургии места для себя не видит, но Спок нелегко сходился с людьми,а если уж привязывался, то навсегда). Операция длилась пятнадцать часов,и Спок успел поучаствовать в ней дважды. Когда всё, наконец, закончилось, времени добраться домой перед новыми сутками почти не осталось, а переизбыток адреналина в крови не давал поспать в ординаторской. Поэтому Спок пришёл в палату и смотрел на безмозглого болвана, попутно обдумывая, как переживёт ближайшие сутки. - Тупое мясо, - выплюнул Спок прежде,чем присел на кресло для посетителей. Он сидел и смотрел на Смита, пока глаза не сомкнулись, унося дока в тревожный, прерывистый и короткий сон. Смит пришёл в себя через три дня и оказался астронавтом Джеймсом Кирком. После единственного звонка в его палате оказались планшет и ноутбук Tesla, биопротезы с искусственным интеллектом, поразившие весь медперсонал, и реабилитолог мистер Монтгомери Скотт, который восхитил лично Спока. После одного совместного обеда в столовой, в течение которого доктор и реабилитолог обсуждали статьи и научные разработки друг друга, Монтгомери похлопал нового знакомого по плечу и дружески произнёс: - Зови меня Скотти. И кстати, Джим очень хочет увидеть тебя, но я опасаюсь отпускать его на прогулки дальше этажа,на котором он лежит. - Не думаю,что это хорошая идея... - Да ладно тебе. Кирк, конечно, дурная башка, в частности когда дело доходит до риска. Но тебе ли это не понимать, Спок. - Не понял... Скотти улыбнулся как человек, познавший вселенную: - доктор Спок, чтобы работать в вашем темпе, нужно иметь дичайшую мотивацию либо не меньшую зависимость. И коль скоро вы, насколько я знаю, не обременены десятком детей, ипотекой и пятью кредитами, я делаю вывод, что вы не меньший, чем Джим, адреналиновый наркоман, если не больший. Через месяц вечером Спок собирался домой и решил спуститься по лестнице, где его и перехватил Скотти: - Ты к нам? - Да я думал завтра... - Отставить отговорки! Джим как раз заказал себе в палату половину японского ресторана. У него маленькая победа: парнишка опять пробегает стометровку за полторы минуты, значит, успеет полностью восстановиться к предстоящей через полтора года миссии. Завтра он выписывается, вот и устроил пир на всё отделение, но сказал,что без тебя, своего спасителя, праздник не праздник, вот я тебя на лестнице и караулю,а подруга твоя на первом этаже у лифта ошивается. Кстати, надо ей набрать... Спок слишком устал и был откровенно шокирован заявлениями Скотти, чтобы сопротивляться, поэтому крепкие руки реабилитолога с лёгкостью втащили дока в палату, которая больше походила на ночной клуб, а на койке, словно король вечеринки, сидел Смит-Кирк. Волосы ёжиком, улыбка на миллион, и глаза,в которых спрятано небо. "Такому и правда не страшно долго не видеть Землю: самое красивое, что есть на планете, он может увидеть, просто заглянув в зеркало" - подумал Спок с не присущей ему поэтичностью. - А вот и мой спаситель! - вскричал виновник торжества и подскочил с кровати, словно не его ногу док лишь полтора месяца назад собирал по кусками, крепко сжал руку Спока и посмотрел своими невероятными глазами прямо в душу доктора, - приятно, наконец, познакомиться. А я уж думал, вы совсем забыли своё тупое мясо.