***
тошнит.
кажется, будто жир просочится внутрь тела и я потолстею. мне не очень нравится смотреть на себя в зеркало — я убожество., но я ощущаю прекрасное чувство, когда могу посчитать каждое ребро, которое видно через тонкий слой бледноватой кожи. мне нравится гладить свои острые скулы, ощущая челюсть. мой выступающий позвоночник прекрасен, а длинные тонкие пальцы доставляют удовольствие лишь своим видом. мне будут завидовать. красота требует жертв. да, может это и неправильно, но некоторые говорят, что взвешиваться каждый час — ненормально, и их мнение я ненавижу. от этого взвешивания, то есть, от цифр на весах, зависит мое настроение. они с осуждением смотрят на меня, но не понимают, что так я добьюсь своего идеала. мне больше не больно, и я не принуждаю себя делать это. мне не нравится, когда хината расстраивается из-за этого. все больше воды. мне просто хочется стать стройнее и носить красивую одежду. я хочу взглянуть на себя свежим взглядом: объективно оценить фигуру и упускать факт, что истощен. мне не нужно думать о себе, только о принятой в себя еде, калориях и тренировках. кажется, я стал лучше считать благодаря подсчетам калорий. я даже приобрел неплохие очки, чтобы было удобнее читать упаковки пищи. я думаю, что если я потеряю еще пару килограмм — ничего не поменяется. я распределяю свой рацион на месяца вперед и так продолжается почти полгода. результат прекрасен. чередование воды и правильного питания дает о себе знать. желудок уже не готов принимать большее количество пищи, но я и не планирую закончить начатое. нужно лишь надеяться, что эти вещи помогут мне. были периоды, когда у меня очень сильно болел живот, будто его сжимают и скручивают, но в любом случае — это нормально! откажусь от соли и сахара. хаджиме сказал мне, что все это не кончится хорошо. я люблю и ценю хинату, но его мышление мне крайне не понятно. ведь ради фигуры я могу и потерпеть. он часто кричит на меня и скандалит, мои дни проходят как в тумане. мне не хочется делать ему больно, но я уже добьюсь своего.***
— ты доведешь себя, ты ведь понимаешь, что это расстраивает меня? не загоняй себя… ну же, — парень с короткими темными волосами склонился над лежащим на кровати парнем. он навис над ним, пока беловолосый исхудавший парень смотрел на него, чуть прикрыв глаза. его губы немного дрогнули в подобии непринужденной улыбки. он наверное ничего не ел уже неделю, поэтому не нашел силы на что-либо. нагито лежал в кровати, положив руку под голову. — еще чуть-чуть и я добьюсь нужного результата, не волнуйся. конечно, так и перестал. ему не нравилось наблюдать день за днем, как тот теряет силы все больше и больше. он столько старался избавить нагито от этого, но беловолосый постоянно срывался и бежал за таблетками, чтобы вызвать очередную рвоту. ему хотелось дольше находится с парнем, но ему не позволяла учеба. — ты скоро будешь весить как ребенок. — обеспокоенно сказал парень, а потом нахмурил брови. — осталось немного, правда. мне немного холодно. хаджиме был единственным, кто ценил его не за вес и внешность. он был единственным, кто принимал его таким, какой он есть. комаэда любит хаджиме, жизнь без него становится скучной и бессмысленной. но… он все равно не может прекратить это, даже если захочет. уже нет пути назад, ему больно думать о том, как скажет об этом хинате. нагито старается делать вид, что это не так страшно, пусть это и не так сильно помогает. от 65 до 50. еще чуть-чуть. ради него… он станет идеальным. — я люблю тебя, хватит, милый… — обеспокоенный голос перешел в дрожащий, хината аккуратно взял бледнолицого за тощую руку, его запястье можно было обхватить мизинцем и большим пальцем. еще 5 килограмм…