Пока напряжение нарастает.

      Юнги наблюдает за Чимином уже достаточное время, чтобы точно заверить любого, абсолютно любого, что Пак Чимин до жути сексуален. А еще сексуальнее он будет смотреться на коленях с членом Юнги во рту. Идеально, точнее. Мин замечает его совершенно невзначай, краем глаза наблюдая за ним на фотосессии, в клубе, в ресторане, блять, Мин стал чертовым ходячим сталкером.       Юнги мечтает видеть эту редчайшую красоту у себя на шелковых простынях в самом дорогом пентхаусе в центре Сеула.       — Да, мистер Мин, вы что-то хотели? — секретарша мило улыбается и ждет ответа ее босса.       — Напиши агенту Пака, чтобы назначил встречу, завтра вечером в моем ресторане.       — В каком из?       — Который в центре, и отмени все на следующий день, там вроде бы все равно ничего важного.       — Конечно, мистер Мин.       Девушка скрывается за дверью своего кабинета, оставляя Юнги одного. И черт, если Мин вновь получит отказ, то он точно похитит Чимина. Его мысли прерывает пришедшее смс.       От кого: Сексуальная сучка.       Слышал, ты опять приглашаешь меня на ужин? Серьезно? После 2 отказов? Тебе не надоело?       Юнги ухмыляется и откидывается спиной на свое кресло, одной рукой расслабляя галстук. От кого: Чертов мистер Грей.       Бог любит троицу, Чимин. Не думаю, что ты посмеешь отказать мне в третий раз. Ты ведь любишь ощущать мои руки вокруг своей талии или то, как я начинаю тебя душить этими эстетичными пальцами.       Чимин усмехается и быстро печатает ответ, прячет телефон в кармане куртки и выходит из машины напротив одного из самых популярных торговых центров.       От кого: Сексуальная сучка.       Посмотрим, чем ты удивишь меня в этот раз, мистер Грей:)

***

      Да, они встречались пару раз, что заканчивалось, конечно, не сильно критично, но уходить с каменным стояком немного некомфортно. Обе встречи заканчивались чертовыми жадными поцелуями и лишь провокациями в виде колготок в сетку под рваными джинсами, чупа чупсом во рту, который Пак так умело облизывал, а коронным, так сказать, похоронным, станет уже сегодняшняя вечерняя провокация.       Чимин удовлетворенно ухмыляется и ведет руками по своим изгибам, ненадолго задерживаясь на открытом участке кожи на ключицах. Пак Чимин отлично знает, что Мин готов облизать ключицы Пака, поставить там свои метки и грубо искусать, поэтому и будет давить теми местами, которые так яростно хочет заполучить Юнги. И, кажется, следующая ночь закончится на хорошей ноте, когда Пак будет сходить от наполненности и укусов от Юнги. Черт, когда Чимин так яростно хотел чей-то член?       Чимин весь день сосредоточен на работе, фотографии выходят просто изумительными, что не не радует агента Пака. Чимин неловко бросает взгляд на свои часы и закусывает губу. Кажется, кто-то волнуется.       Модель делает еще пару снимков и идет смывать макияж, пока резко не врезается в чью-то грудь, торча в телефоне.       — Ты должен быть аккуратнее, — руки, придерживающие Пака за локоть и за талию, немного сжимаются и тут же разжимаются, — давно не виделись, Чимин.       Чимин поднимает взгляд на Юнги и почему-то самодовольно ухмыляется, нарочно проводя пальчиками по паху мужчины.       — Ну, не так уж и давно, или ты соскучился по моим ловким пальчикам на своем члене? — Пак язвит, до сих пор чувствуя чужую хватку, а затем горячее дыхание над ухом.       — Сегодня не я буду умолять о продолжении, — Юнги хмыкает на чужую реакцию и отстраняется, двигаясь к своему фотографу.       И черт, это так похоже на их самую первую встречу. Пак также врезался в миновскую грудь и Мин так же держал Чимина. Чимин выдыхает, потому что невольно задержал дыхание. Его уши горят огнём, и тот быстро скрывается за дверью в гримерку.       Город загорается тысячами ночных огней, которые слишком манят Пака, чтобы не засмотреться. Небо ясное, что можно посчитать все возможные звезды, и Пак выглядит в этот момент до безумия мило, шепча себе под нос цифры. Он доезжает до своей квартиры за двадцать минут, медленно поднимается на лифте до нужного этажа. Как только дверь за ним издает звук о закрытии, Пак снимает кроссовки и идет в сторону своей гардеробной. До встречи более трех часов, что вполне хватит, чтобы подготовиться соблазнять ходячую глыбу.       Чимин всегда подмечал, что Юнги крайне редко можно вывести из себя. Поэтому, парень использует тяжелую артиллерию в виде кожаных джинсов, обтягивающих стройные ноги модели и черную шелковую рубашку, открывающую вид на острые ключицы.       Ванная занимает почти час, но оно стоит того, когда от него слишком очаровательно веет нотками цветов. Он садится за столик, где расположено большинство декоративной косметики. Пак долго смотрит на себя в зеркало и подмечает, что ему нужно подчеркнуть. В итоге сходится все на том, что глаза будут подведены подводкой, а на губах будет тинт.       Когда время показывает, что пора выезжать, Пак довольно вертится в зеркале, оглядывая себя со всех сторон и, беря ключи от своей крошки, выходит из квартиры. Рев двигателя, раздавшийся на полупустой парковке, ласкает слух Пака и тот изящно выруливает на ночную дорогу, ведущую к центру города.       Чимин подъезжает к ресторану за пять минут до встречи, выходит из машины и отдает ключи швейцару, проходит внутрь, чтобы добраться на лифте до двадцатого этажа. Пак оглядывает себя с помощью отражения телефона, немного зачесывая непослушные прядки светлых волос. Когда лифт издает звук о прибытии на нужный этаж, его уже ждет девушка, говорящая пройти за ним, и что мистер Мин уже ждет. В жилах начинает стыть кровь, когда до столика остается пару несчастных метров.       Юнги выглядит ослепительным, будто сошел с обложки журнала, и это заставляет Чимина закусить губу и мягко улыбнуться, но тут же натянуть маску редкостной сучки.       — Мистер Мин, а вы не меняете своих привычек. Все тот же ресторан, что и в первый раз. Но спешу сказать, что отсюда открывает прекрасный вид, — Чимин бросает взгляд на панорамное окно и сосредотачивается на мужчине перед собой, который осматривал Пака, — нравится? Купил буквально пару часов назад, черт, она стоит, как целое состояние.       — Божественно выглядишь, Пак. В общем, как и всегда, — Мин сглатывает и щелкает пальцами, чтобы к нему подошел официант, — тоже самое и бутылка шампанского, — затем повисает секундная тишина, — вид с моего пентхауса еще лучше.       Чимин негромко усмехается и смотрит Мину прямо в глаза, играясь с огнем.       — Это такой своеобразный подход к тому, что сегодня ночью я окажусь в твоем пентхаусе?       — Это своеобразный подход к тому, что сегодня ночью ты окажешься в моей постели с моим членом у себя в заднице.       Чимин закусывает губу и не сводит взгляда с руки Юнги, закидывая ногу на ногу. Они сидят так в течении десяти минут, не сводя с друг друга взгляда, пока не приносят их заказ.       — Как прошел твой день? — начинает Мин, отрезая кусочек мяса и кладя его себе в рот, подмечая, что у повара Ли отменные блюда.       — Как обычно, съемки, папарацци и еще куча всякой модельной херни. Признаться честно, я немного устал и думаю, что следует отдохнуть, слетать куда-нибудь на Кипр или в Испанию.       — Отлично, значит бери отпуск и мы с тобой слетаем туда, куда захочешь, — хмыкает Мин и немного отпивает шампанского под удивленный взгляд Чимина.       — Я собираюсь отдохнуть один, Юнги.       — Мне плевать. Просто выбери куда хочешь и я тебя туда отправлю. Ты не пожалеешь, — заканчивает Юнги и направляет на Чимина теплый, так кажется самой модели, взгляд.       — Не думай, что можешь так легко вторгнуться в мою жизнь, Мин Юнги, — шипит Пак, слишком громко кладя вилку и нож на тарелку.       Юнги краем глаза наблюдает за этой выходкой, и уголки губ сами по себе ползут немного вверх. Мин следует тому же, что и Пак, откидываясь спиной на мягкий стул и переводя взгляд на ночной город.       — Всегда мечтал увидеть ночной город с птичьей высоты, — резко выдает Чимин, — спасибо.       Юнги смотрит на парня и подмечает, что у него и вправду блестят глаза от вида, открывающегося на город.       — Хочешь увидеть его с еще большей высоты? — голос почему-то хрипит, но это лишь на руку Мину.       — Ты вынуждаешь меня думать, что ты оказывается не редкостный мудак, — выдает Пак и переводит взгляд на мужчину.       — А ты, оказывается, не такая уж и бесчувственная сучка, коей тебя считают.       — Первое впечатление обманчиво, — говорит Пак и сверлит стол взглядом, размышляя, стоит ли согласится на предложение Юнги, — хорошо, поехали.       Юнги ухмыляется и буквально светится от счастья, когда Пак взаимно ему ухмыляется.       Путь до пентхауса Юнги они едут в тишине, лишь редко бросая на друг друга спокойные взгляды, будто едут в машине не в первый раз. Но когда двери лифта закрываются, в воздухе повисает напряженность. Чимин смотрит на профиль мужчины и буквально облизывается, отрицать, что Юнги красив, слишком глупо.       — Прекрати закусывать губу, — говорит Мин и переводит взгляд на парня, что даже не смущается того, что буквально с желанием осматривает его, — черт, Чимин, перестань или я не смогу сдержаться.       — Разве тебя кто-то просил сдерживаться? — вопрос повисает в воздухе на пару секунд, что является для Юнги спусковым крючком.       Он резко прижимает Пака к стенкам лифта и накрывает чужие губы своими, поднимая руки модели и зажимая их над головой. Юнги целует мокро и страстно, изучая рот Чимина, кусая губы и тут же их зализывая. Рука Мина тут же находит себе место на талии, яростно её сжимая, от чего, наверное, даже останутся небольшие синяки. Когда лифт издает звук о прибытии, оба нехотя отрываются от друг друга и смотрят заведенным взглядом.       — Черт, что ты со мной делаешь, Чимин, — наконец выдыхая, произносит Юнги, выходя из лифта.       Чимин тяжело дышит и прикрывает глаза, громко выдыхая. Модель спустя пару секунд выходит за мужчиной и заходит в его пентхаус. Взгляд сразу же цепляется за большое панорамное окно в центре квартиры, что так и тянет Пака. Дизайн квартиры под стать его хозяину.       — Прекрасно, — выдыхает Пак, наблюдая за ночным городом с высоты птичьего полета.       — Ты бы мог видеть это каждый день, — шепчет Мин, подходя к Чимину со спины, кладя свои руки на его талию, — черт, да я готов отдать тебе свой пентхаус, чтобы ты остался.       Чимин чувствует чужие губы у себя на затылке, а затем его разворачивают и аккуратно прижимают к стеклу. Юнги выглядит возбужденным, что выдает его взгляд и бугорок на брюках. Он осторожно проводит большим пальцем по скуле и почти пищит, когда слышит резкий выдох.       — Дай мне согласие, детка, — мурлычит Мин, касаясь носом шеи Пака и вдыхая аромат цветов, — ты знаешь, что я не наврежу тебе, детка.       Чимин сдался ровно в тот момент, когда чужие губы накрыли его ключицы, начиная покрывать их поцелуями. Тот запрокидывает голову и тяжело дышит, пока губы не исчезают.       — Хорошо, я — твой, — говорит Пак, после чего его резко тянут в неизвестное направление.       Спина касается мягкой кровати и Пак довольно мычит, когда вновь чувствует чужие руки на своем теле. Это выглядит гармонично — руки Юнги и тело Чимина. Это чертовски идеально. Мин не торопится, не напирает, лишь доводит поцелуями и прикосновениями.       Когда пальцы Юнги касаются одной из пуговиц на рубашке, тот останавливается, чтобы потом резко дернуть ткань, чтобы небольшие кружочки рассыпались по кровати.       — Ты мудак, Юнги, она стоит целое состояние! — шипит Пак, слыша хриплый смех.       — Я куплю тебе таких сотню, а может и больше, детка, — мурлычит Юнги и принимается исследовать ранее не изведанную территорию.       Поцелуи длятся целую вечность, а прикосновения становятся более интимными, хотя раньше они могли этим друг друга дразнить. Чимин стонет от тщательной ласки, кажется, он не чувствовал этого очень долго. Но никто не сравнится с ласками Юнги, Пак уверен, что тот мог бы довести его лишь своими поцелуями к чувствительному телу.       — Боже, — шепчет Чимин, когда Юнги вновь принимает целовать шею.       — Да, давай, я хочу слышать как тебе хорошо, детка, — Юнги отстраняется лишь на пару секунд, смотря на тяжело дышащего Пака, что цепляется за простыни и тихо стонет.       — Юнги, — хнычет Чимин и открывает глаза, чтобы столкнуться с этими затягивающими омутами.       — Ты так красив сейчас, Чимин, — признается Юнги, вновь втягивая парня в горячий, страстный поцелуй.       Юнги знает, что Пак разморен настолько, что может лишь от легкого движения руки по члену кончить, поэтому тот подцепляет ремень на джинсах и расстегивает его, откидывая на пол. Джинсы и белье летят туда же, и перед Мином предстает слишком красивая картина. Обнаженный Чимин выглядит лучше всех моделей, и черт, кажется, что Юнги не хочет больше никому показывать такого Пака.       Мин касается губами члена Чимина и на пробу слизывает каплю предэякулята, слыша томный вздох парня. Юнги проводит языком по всей длине и берет половину члена, доводя Пака до божественного оргазма, который настигает Чимина спустя пару минут легких движения Мина. Тот кончает Мину в рот, который сглатывает и довольно облизывается.       — О, черт, прости, — Чимин резко поднимается и хочет стереть каплю своего семени, скатывающего из уголка рта, но его хватают за запястья и кончик языка подхватывает эту каплю.       — Ты чертовски вкусный, детка, — Юнги, кажется, в сотый раз втягивает Пака в головокружительный поцелуй и вновь кладет того на спину, возобновляя свои прикосновения.       Когда Юнги чувствует, что желание и возбуждение достигает своего пика, тот исчезает на пару минут, а возвращается с лубрикантом и презервативом.       Чимин напрягается в тот момент, когда что-то холодное касается его дырочки. Юнги что-то шепчет и целует в лоб. Пак чувствует, что в него погружается один палец и, о черт, они лучше собственных пальцев. И когда сам Чимин начинает насаживаться на один палец, Мин добавляет второй. Чимин так сжимает пальцы Юнги внутри, что тому не удается сдержать утробного рыка. Когда третий палец появляется, Чимин начинает хныкать.       — Юнги, — хнычет Пак, и Юнги останавливается, ожидая ответа парня, — я хочу тебя почувствовать, пожалуйста.       Юнги улыбается и вынимает пальцы, снимая свои штаны и свободно выдыхает, когда больше ничего не мешает. Мин раскатывает по члену презерватив и смазывает его смазкой, наклоняется к Паку, чтобы вовлечь в еще один поцелуй. Юнги медленно входит, чувствуя, как сжимаются стенки вокруг его члена и делает резкий толчок, не сдерживаясь, заполняя полностью, отчего Чимин негромко вскрикивает.       — Прости, детка, — Юнги покрывает поцелуями лицо парня и делает первый пробный толчок, вырывая из Чимина протяжный стон, что дает зеленый свет Мину.       Юнги толкается медленно, лишь спустя некоторое время набирая свой темп, от которого Чимину голову сносит окончательно. Тот стонет достаточно громко, что завтра возможно придут жаловаться соседи, но к черту их сейчас, ведь Юнги попадает до заветной точки.       — Здесь, — бормочет Пак и царапает ногтями спину мужчины, где остаются красные полосы, некоторые из которых завтра превратятся в царапины, — боже, Юнги... Я сейчас...       Мин ускоряет толчки и двигается так, как нравится Паку, попадая до заветной точки. Они кончают в унисон, громко постанывая. Оба тяжело дышат, их тела покрыты небольшим слоем пота и то, что Юнги до сих пор не вышел из Чимина, заставляет Пака громко выдохнуть и соскользнуть с члена Мина.       Юнги, кажется, пришедший в норму, встает, стягивая использованный презерватив, бросая его в урну под столом. Берет со стола салфетки и бережно стирает белесую жидкость с их тел и Чимин начинает обожать его еще сильнее, когда Мин молча притягивает его к себе и целует в макушку.       — Все хорошо, детка? — спрашивает Юнги, слыша тихий всхлип, — черт, я что, сделал тебе больно?       — Нет, нет, просто мне было так хорошо... — признается Пак и утыкается носом в миновскую шею, слыша хриплый смех.       — Я рад, что тебе было хорошо, — тихо шепчет Юнги и целует в губы, не углубляя, просто осторожно чмокает, настолько нежно, что Чимин сомневается, что Юнги вообще может быть мудаком.       — Здесь и правда хороший вид, я бы остался здесь навечно, — бормочет Пак спустя почти получасовых ленивых поцелуев.       — Оставайся, ты же знаешь, что я не против.       — Сначала ты должен свозить меня на Кипр и купить сотню черных шелковых рубашек, — смеется Чимин и прикрывает глаза.       И, черт, это кажется таким идеальным, засыпать под боком Юнги, пока он осторожно поглаживает паковскую талию. Чимин и Юнги созданы друг для друга. Бесчувственная сучка и редкостный мудак — идеальная пара, не думаете?