Burn the (other) world down.

       — Сэнсэй? - Огнедышащий костяшками пальцев постучал в боковую дверь, медленно входя в комнату. За те десять месяцев, что он учился у этого человека, он научился не принимать никакого отношения к своему учителю. Более... мягкий подход, казалось, был лучшим из двух. - Ты звал меня?       Все за Одного сидел на стуле, как он обычно делал, когда Огнедышащий входил, провода и трубки были закреплены вокруг и на нем. Используя кулак для отдыха, Все за Одного взглянул на Мидорию, несмотря на то, что у него не было глаз, и улыбнулся.        — Это я и сделал. Я рад, что ты приехал так быстро, потому что это важная возможность для тебя.       При этих словах Огнедышащий оживился и выпрямился, насколько мог.        — Важная возможность, сэр? – За эти десять месяцев он также научился никогда не называть Все за Одного иначе, как "Сэнсэй" или "сэр". О том, чтобы называть его мастером, тоже не могло быть и речи, оставаясь только для Курогири.        — Ты, конечно, заметил за последние пять лет, что Всемогущий постепенно исчезает из поля зрения, не так ли?       Сжав кулак, Огнедышащий сдерживал то, что грозило вырваться из его рта без его обдумывания. Конечно, он заметил, что герой номер один больше не было главным в новостях. Мидория хотел знать все, что только можно было узнать о Всемогущем. Особенно его слабость.        — Так и есть, сэр.        — Ну, - начал Все за Одного, - у всех может оказаться то, что мне нужно. Причуда, которую называют «Один за всех». - Огнедышащий мысленно отметил, что, похоже, это было противоположностью «Все за одного». - К сожалению, я не могу взять эту причуду силой. Вот почему я пошлю тебя, Огнедышащий, чтобы ты завоевал доверие Всемогущего и он дал тебе причуду.       Огнедышащий сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Сделать так, чтобы Всемогущий ему доверял? Когда он хотел лично убить этого парня сам?        — Простите, сэр, но я не совсем понимаю, - Мидория проглотил гнев, пытаясь сдержаться и не закричать ругательства направо и налево. – Мое старое имя и мое лицо расклеены по всей Японии как злодей, который убил свою маму и является... подражателем злодея Огнедышащего. – Он ненавидел то, что люди думали о нем только как о подражателе, когда он действительно просто выполнял работу, которую его отец так мило оставил ему.        — Да, но я уже думал об этом, и тебе не о чем беспокоиться. – Безумная ухмылка заняла то, что осталось от всего на лице. - Ты здесь не останешься.        — Ну и что же? - Выпалил "маленький" злодей, не в силах остановиться. Переминаясь с ноги на ногу, он снова попытался успокоиться. Злиться перед Все за Одного никогда не было хорошей вещью. - Боюсь, что вы меня запутали, Сэнсэй.        — Я приобрел причуду, которая позволяет мне открыть портал в другой мир, параллельный. Я отправлю тебя туда, чтобы завоевать доверие Всемогущего. Ты отправишь своего двойника обратно сюда. Если ты этого не сделаешь, я боюсь, что не смогу помочь тебе с любыми последствиями, которые произойдут из-за этого.        — Значит, ты отправишь меня в другой мир. Как я смогу связаться с вами?        — Ты не будешь этого делать. – Ответил мгновенного злодей. - Там, скорее всего, будет мой собственный двойник. Ты объяснишь ему ситуацию и доложишь ему обо всем. По сути, я передам свою опеку над тобой моему двойнику. Потому что нет никакого способа вернуть тебя обратно, как только ты отправишься в другой мир.       Огнедышащий зашаркал ногами. Все ради одного — просто избавиться от него. Поскольку не было никакого способа войти в контакт друг с другом, нельзя было сказать, что Огнедышащий действительно войдет в контакт со Всемогущим. Не было никакой возможности для Всех за Одного проверить, делает ли Огнедышащий все, о чем он его просил.       Огнедышащий обнаружил, что он не особенно возражает против всего этого.        — Когда я уезжаю?       Во всяком случае, ухмылка на лице Все за Одного стала шире.        — Как только Курогири сможет доставить тебя в твою старую квартиру. Есть хороший шанс, что твой коллега живет там. Я открою портал в другой мир, как только ты окажешься там.       Огнедышащий действительно не думал, что это будет так просто. Со всеми этими героическими плакатами вокруг, он мог бы подумать, что Мидория Изуку этой вселенной отказалась бы от большей борьбы. Огнедышащий подумал бы, что Мидория обучил бы свое тело и причуду, чтобы стать героем.       Пожав плечами, Огнедышащий изо всех сил старался не обращать внимания на улыбающиеся лица Всемогущего, наблюдающих, как он ходит по комнате. К счастью, Мидория оставил на столе свой телефон и письмо. Сунув телефон в карман, Огнедышащий провел пальцем по объемистому письму, прослеживая буквы, которые составляли высокую восковую печать UA.       Итак, Мидория Изуку из этой вселенной планировал отправиться в UA? Это имело смысл, учитывая, сколько героических атрибутов он разбросал по своей комнате. Огнедышащий предположил, что это означает, что отец Мидории не был злодеем в этом мире. А если и был, то Мидория старшия заботилась о нем не так сильно, как об Огнедышащим*¹.       Он откладывает вскрытие лежащего перед ним письма. Он действительно чертовски надеется, что это письмо с отказом, что-то вроде "Нам очень жаль" или "не хочу обучать сына злодея" было бы неплохо. Однако, учитывая, насколько велик процент, он сильно сомневается, что это так. Если только UA не решила собрать доказательства того, почему они отвергли Мидорию. Огнедышащий мог понять, почему они сделали что-то подобное. Это может помешать судебному разбирательству из-за того, что они отвергли ребенка. Хотя, если это было из-за того, что родители ребенка (или родители) были злодеями, Огнедышащий мог подумать, что они могут подать в суд за дискриминацию или что-то в этом роде. Он и понятия не имел. Единственное, что он знал о законе, - это как его нарушить "неуместным использованием причуды" и поджогом. Возможно, и убийство тоже. Огнедышащий на самом деле не останавливался и не проверял, пусты ли здания, которые он поджег.       Сыт по горло незнанием и своими мыслями, которые, вероятно, были правдой, но, возможно, не стопроцентной правдой, Огнедышащий разорвал письмо, разорвав его пополам. Оттуда вывалился круглый дискообразный предмет и сложенный втрое листок бумаги.       Диск вернул голограмму к жизни, и Огнедышащий нахмурился, увидев то, что он увидел; Всемогущий, во всей своей улыбающийся красе. Нахмурившись, когда герой начал объяснять, о чем было письмо. Мидория Изуку не сдал вступительный экзамен на курс героя и получил большой жирный ноль. По крайней мере, это было хорошо, это означало, что Огнедышащему не нужно было этого делать.       Подождите.       По-видимому, Мидория также спас девочку от нулевого робота, и сказал, что девушка хочет поделиться с ним некоторыми из своих балов. Что ей и не нужно было делать, потому что Мидория получил спасательные очки, спасая ее. Из-за этого ему дали целых семьдесят баллов. Заработав ему место на курсе героев UA.       Отлично. Просто замечательно.       Оказывается, Огнедышащему все-таки пришлось ехать в UA. Со всеми этими плакатами вокруг, не было никакого способа, отказываться, ведь это Мидория Изуку. Огнедышащий не хотел вызывать у себя никаких подозрений. А это означало, что надо идти в UA и тренироваться, чтобы стать — Огнедышащий заметно вздрогнул — героем.       Хотя, несмотря на то, что Всемогущий сделал приемное письмо, был шанс, что он будет работать в UA. А это означало, что у Огнедышащего должна быть причина подобраться к нему поближе. Это также означало, что Огнедышащему будет легче украсть его причуду, если он отправится в UA.       Даже при том, что Огнедышащему технически не нужно было красть у него причуду Всемогущего, поскольку Все за Одного не мог проверить, что он делает (и он не был обязан проверять с помощью этой Вселенной Все за Одного), Огнедышащий все еще хотел украсть причуду Тошинори. Только чтобы иметь возможность включить на всю мощь, как только он переймет не ее. Просто потому, что вся эта вселенная может не быть, или может быть, бросила Мидорию Хисаши этой вселенной в тюрьму, не означало, что Огнедышащий не собирался просто оставить вину на всех, кого он оставил в своей вселенной. Огнедышащий действительно хочет увидеть лицо, которое сделает Всемогущий, когда поймет, что отдал свою причуду злодею.       Стук в дверь вырвал Огнедышащего из его мыслей о предательстве Всемогущего.        — Изуку? Ты пробыл там ужасно долго? Это... разве ты не... о, милый. – Мидория Инко. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как Огнедышащий слышал этот голос.       Оттолкнувшись от кресла, Огнедышащий едва не сорвал дверь с петель, распахнув ее настежь, чтобы поговорить с Инко. Не то чтобы он действительно хотел этого, но если она пришла к нему, это означало, что у них с Мидорией, вероятно, были довольно хорошие отношения. Инко в своей вселенной не разговаривала с ним, если только он не был в беде.       Поставив свою лучшую роль, Огнедышащий натянул улыбку, которая , как он надеялся, не выглядела слишком фальшивой (представь себе ее крики, когда здание горело, запах ее плоти, когда она была зажарена заживо , подумал он про себя, пытаясь заставить себя улыбнуться).        — Я прошёл! - Воскликнул он, размахивая в воздухе сложенным письмом, которое еще не успел прочитать. Вероятно, он просто сказал то, что Всемогущий сказал в голограмме в любом случае.       Инко, что неудивительно, разрыдалась.        — Вот это здорово! Это действительно здорово, Изуку! О, я должна испечь тебе торт! Или кацудон! Или... или ... - Инко начала медленно моргать, ее глаза на мгновение сузились, когда она шмыгнула носом. - Ты... ты подстригся?       Рука Огнедышащего бессознательно потянулась к его голове, поглаживая едва заметные волоски.        — Я... да?       У Мидории волосы были длиннее, чем у него. Черт, может быть, ему не стоило стричь волосы неделю назад. Теперь Огнедышащему нужно было что-то придумать, и быстро, чтобы не показалось, что его стрижка появилась из ниоткуда.        — Я не смог вскрыть письмо, так бысторо... ведь я остриг волосы, чтобы убить нервы? – Это было лучшее, что он мог придумать. - А тебе... тебе это нравится? – Он мысленно усмехнулся про себя. Как будто ему было не все равно, нравится ли ей это.       Инко провела пальцами по коротким волосам, которые торчали у него на голове, и слегка улыбнулась. Ему пришлось сдержаться, чтобы не закричать на нее и не швырнуть на пол, прежде чем зажечь огонь. Герой бы так не поступил.        — Они хорошо смотрится на тебе. – вытирая слезы, Инко покачала головой. - Ну и как нам теперь праздновать? Кацудон?        — Вообще-то, - слегка протянул Огнедышащий, пытаясь придумать другое оправдание. И потому, что он не хотел проводить с Инко больше времени, чем это было необходимо, и он планировал спуститься в бар, который служил убежищем Лиги злодеев, и поговорить в этой Вселенной с Все за Одним. – Я построил некоторые планы с некоторыми... моими друзьями?       Это снова запустило водопровод.        — У тебя... у тебя есть друзья? О, Изуку, я так горжусь тобой! – Она вцепилась в него, почти повалив на землю.       Странно было слышать это от нее, но Огнедышащий отмахнулся. Инко нечем было гордиться в своей вселенной — ее муж был злодеем, и его сын пошел по его стопам.       Стараясь быть нежным (очевидно, Мидория этой вселенной не оттолкнет от себя свою мать), Огнедышащий оттащил от себя Инко.        — Спасибо? Но... я... э-э... обещал своим друзьям, что скоро где - нибудь с ними встречусь. Так что, - он отступил, стараясь держаться как можно дальше от Инко, и когда был уже почти у двери, продолжил, - я собираюсь идти. Хорошо. Пока! - Крикнул он, захлопнув за собой дверь, прежде чем испустить долгий, необходимый вздох.       Видеть Инко снова, особенно когда она вела себя не так, как в прошлый раз, когда Огнедышащий видел ее, было странно и нервно. Он больше никогда не хотел этого делать.       Если только смерть Мидории Инко и исчезновение Мидории Изуку не вызовут подозрений. Он знал это по собственному опыту.