Наемница

      О чем бы Вы думали в первую очередь получив серьезное ранение? О прознающей тело боли? Да, такой вариант определенно имеет место быть, некоторые люди получив серьезную рану только и могут, что орать и извиваться от боли. Ещё популярная версия когда вся жизнь проносится перед глазами, как нарезка фильма, только с собой в главной роли. Иногда, даже не удостоверившись в смертельности ранения, начинают со всеми прощаться, и просить прощения. Молитвы господу думаю, занимают тоже не последнее место в этом списке. В общем вариантов много, как говорят, пока не попробуешь, не узнаешь. Но рано или поздно, все, а если и не все, то большинство, придут к одному заключению, как спасти свою жизнь.       –Сука, сука, сука! – Выругалась женщина чувствуя как по кисти побежала кровь, и тут же попыталась зажать пальцами рану покрепче.       Уже добрых минут 20, а то и больше раненая шла узкими дворами и наконец перестала оборачиваться назад, в поисках преследователей. Хотя за ней с самого начала никто не гнался, но ошарашенному мозгу, на чью голову свалилась огромная доза адреналина было трудно трезво оценивать ситуацию. Наконец в голове появились хоть какие-то размышления, потому как до этого в черепной коробке, где всегда был бесконечный, неумолкающий поток мыслей, сейчас ветер гнал перекати-поле, а тело перебывало под контролем гормона, выработанного надпочечниками.       –Почему сегодня? Почему именно тогда, когда мне удалось попасть на закрытую игру, да ещё и с крупными ставками? И откуда они мать твою узнали? Кто растрепал информацию? – Как заезженная пластинка, крутилось по кругу, но ответов не было ни на один из вопросов, по крайней мере сейчас.              ***              Попасть женщине за игровой стол в роли игрока, а не сопровождающей шлюхи было нереально. Точнее говоря, в каком-нибудь казино это было хоть и редким зрелищем, но вполне возможным, а вот частные игроки, где ставки были намного больше, как и процент выигрыша, наотрез отказывались принимать женщину в свои круги. Даже наличие достаточной суммы для ставок не могло их переубедить. В приоритете всегда был мужик, пусть и без налички, в десятый раз ставящий свою квартиру в которой проживали жена с ребенком, а когда оказывалось что квартира уже была проиграна несколько раз, было несколько вариантов развития событий. Либо ему выпускали пулю в лоб, либо заставляли отрабатывать, чаще всего это были приказы убить, или отсидеть за кого-нибудь срок, не редкость и то и другое вместе взятое. В общем, логику нашего народа понять было сложно, лучше кот в мешке, но явным наличием хуя, чем относится к женскому полу на равных.       Сафронова Александра Викторовна, 28 лет, работает барменом, официантом, а по совместительству и вышибалой в малопрестижном заведении на окраине города. Самое начало 90-х, время нелегкое, кто-то едва сводил концы с концами, кто-то быковал, а кто-то жульничал. Если платили зарплату, и неважно была она мизерной или высокой, то человек считался счастливчиком однозначно, правда это последнее слово, с которым бы себя Александра ассоциировала. Начальник хоть и платил копейки, но на лично заработанные чаевые, как это было в большинстве заведений того времени, не претендовал, что делало из него практически святого человека. А после того как мужчина поручился и договорился, чтобы его подчинённую взяли за карточный стол, реально стал святым человеком, по крайней мере сама Сафронова точно видела нимб глядя на него. Немалая сумма денег нужна была на лечение матери, от отца толку было мало, точнее вообще не было, пил он сильно, выносил из дома последнее, как он не умер ещё лёжа где-нибудь под забором оставалось загадкой. Продавать квартиру, в которой проживала ее дочь, матушка отказывалась наотрез, ссылаясь на то, сколько бог отсчитал лет жизни, столько она и проживет. Девушка с таким утверждением согласится не могла, все отложенные деньги начала понемногу прибавлять в казино, но продвигалось это очень медленно, так как проигрыши бывали не редкостью, и дело было не в плохом понимании игры или невезучести, тут как раз была ее стихия, за карточным столом она была как рыба в воде, но вот обыграть мухлевщиков дело нелегкое, и хер ты кому что докажешь, особенно если сами шулеры, это работники азартной индустрии. Иногда удавалось сесть за стол к каким-нибудь дворовым кентам, но там деньги были небольшие, и после нескольких выигрышей, в противники к ней садились только новенькие, или очень уверенные в своей безупречной игре парни. Со временем таких людей становилось все меньше и меньше, и это дело можно было вычеркнуть как способ прибыли. Так что от подарка судьбы, коим являлся в данном случае начальник Андрей, нельзя было отказываться. Когда речь пошла о сумме ставок, она сначала обрадовалась, что такая сумма как раз имеется, вот только вслед за радостью пришло чувство отрезвления, если это будет проигрыш, то останется она без гроша. Но азартного человека остановить сложно, хотя, может Александра просто слишком самоуверенна? И уже следующей ночью она сидела в одном из подвалов пригорода.       В небольшой, полумрачной комнатушке за круглым, оббитым зелёным бархатом столом помимо Александры сидело четверо мужчин. Трое из них были старше, лет от 35 и до 50, четвертый примерно ровесник девушки. Она не сильно выделялась из присутствующих, темно-русые короткие волосы зачесаны назад, приглажены небольшим количеством геля, дабы те не распадались, тёмно-серый мужской костюм двойка, пиджак которого висел на спинке ее стула, черная рубашка без галстука и черные туфли. Двое из присутствующих так же были одеты в костюмы, третий в водолазке и темных джинсах, четвертый мужчина был одет совсем по-простому, синие джинсы и кофта в полоску.       В начале игры молодой бармен, он же крупье, поставил возле каждого стакан с заказанным алкоголем, затем все отдали свою долю ставки. Стопка с деньгами расположилась на сервировочной тележке, стоящей немного поодаль от игорного стола, и находилась в поле зрения всех присутствующих, так что каждый, то ли дело кидал на нее жадный взгляд. Заведение, в котором происходила игра, принадлежало одному из мужчин сидевшим за игральным столом. Наверху располагалась барная стойка, несколько столиков для отдыха, и два бильярдных стола, которые постоянно были заняты. Звуки бьющихся друг о друга шаров были хорошо слышны во время сосредоточенной карточкой игры. Александра и ее коллеги заходили не через главных вход, который расположился этажом выше и кудой заходили все посетители, а через служебный, вел он с улицы прямо в недоступную обычным клиентам комнату.       Игра была в самом разгаре, двое, сбросив карты наблюдали за столом, остальные же сидели в напряжении, пытаясь просчитать чужие ходы. Наверху послышался какой-то шум, главный посмотрел на крупье, парень в ответ молча пожал плечами. Из комнаты вверх вела лестница, где располагалась дверь, которую кто-то попытался открыть, но та оказалась заперта.       –Что за черт...       Только и успел произнести хозяин заведения, как в ту же секунду дверь с грохотом была выбита с ноги, и двое вооруженных людей быстро спустились в подвал.       –Руки в верх, чтоб я видел! И без фокусов! Выше! – Прокричал один из грабителей, целясь по очереди в каждого из игроков, второй налетчик так же угрожал оружием.       –Это здесь! – Громко прокричал один, с верхнего этажа тут же последовало одобрение. – Клади бабки сюда. – И протянул крупье небольшую сумку.       Бармен аккуратно взял протянутый ему предмет, посмотрел на своего начальника, тот одобрительно ему кивнул, после чего деньги начали скрываться за тканью сумки. Мужчина в полосатой кофте, он же директор сего заведения, стал задавать вопросы, тем самым отвлекая бандитов. И пока грабители хоть долю внимания переключили на говорящего, сидевший рядом с Александрой мужчина в костюме медленно опускал руки, а затем резко достал пистолет из-под пиджака. Бандиты отреагировали быстро, дуло обоих сразу было направлено на представителя сильного пола, а курок спущен. Два выстрела прозвучали один за другим. Первая пуля прилетела точно в грудь упрямому, а вторая в правую руку девушки, хотя предназначалась она явно не ей, но времени прицеливаться у стрелка не было, и шальная угодила не по адресу. Женщина не сразу почувствовала боль от проникающей в мышцы пули, лишь тело пошатнулось по инерции, как от удара. Парень, что складывал деньги в сумку присел, закрывая голову руками, остальные мужики, сидящие за столом, предпочитали не рыпаться, глядя на своего соигрока истекающего кровью, а ровесник девушки от испуга вместе со стулом полетел назад, распластался на полу, и заикаясь произнес.       –В-вы блять его убили...       В дверном проёме показался третий грабитель, и двое, что находились в подвале, подняли головы. Они начали переговариваться, сначала были споры о причине убийства, а затем мужик на ступеньках вынес вердикт.       –Решайте всех, и погнали, быстрее!       Варианта было два, бей или беги, ну конечно присутствовал ещё и третий, умереть без сопротивления, но эта версия в данном случае даже не рассматривалась. Инстинкту самосохранения женщины хватило пары секунд, чтобы переварить услышанные слова, а затем дал стартовую команду телу действовать. Александра вскакивает со стула, прихватив висящий на спинке стула пиджак, секунда и она уже щелкает замком открывая дверь. С этого она ещё посмеётся в будущем, так как переживать за материальные вещи, когда на кону твоя жизнь, очень и очень глупо. Выстрелы послышались незамедлительно, две пули попали в стену позади, одна прямо по железной двери перед девушкой. И вот она уже поднимается по уличным ступенькам, переступая через одну, а затем бежит, бежит изо всех сил.       Пару сотен метров она пробежала за рекордное время, а далее начала сбавлять темп, периодически оглядываясь назад. Адреналиновый эффект стал ослабевать, рука нещадно заныла давящей, пульсирующей болью, струи крови щекотливо скатывались по коже. Тело начинало трясти.       На ночных улицах было пусто, изредка перегавкивались между собой собаки, людей, к счастью, ей не встречалось, но на всякий случай она накинула на плечи пиджак, скрывая раненую конечность, а неуверенная походка скорее напоминала пьянчугу. На полу пути к дому, Александра прислонилась спиной к нежилому зданию, дабы перевести дух, в глазах уже начинало плыть, руки были все в крови. Неожиданно с противоположной стороны кирпичной постройки послышался женский визг и резко прервался, через несколько десятков секунд крик с просьбой о помощи повторился, а затем наступила тишина.       –Пожалуйста, Саня, пожалуйста не лезь. – Умоляла женщина сама себя, закинув голову вверх, смотря на чёрное небо со звездами и крепче сжимая пальцами раненое плечо, как бы напоминая себе главную причину не встревать в передрягу.       Оставлять кого-то в беде, видимо, было против ее принципов, потому как собравшись с силами, она тихо и насколько это было возможно, аккуратно начала обходить здание, в поисках просившего помощи. Вскоре послышалось шуршание и мужские голоса. Сафронова выглянула из-за угла наблюдая картину как двое парней прижимали девицу к стене, они что-то негромко говорили, ладонь одного из них закрывала ей рот, а второй уже вовсю лапал юное тело, задрал короткую юбку и разорвал тонкие колготки. Незнакомка мычала, пыталась вырваться, но без успешно. Александра спряталась обратно за стену, смачно выругалась у себя в голове, проклиная всех и вся на этом белом свете. Челюсти сжались настолько, что заскрипели зубы, пальцы отпустили кровоточащую рану, и здоровая рука нырнула за спину. Выпустив края рубашки и достав из-под пояса штанов пистолет, женщина решительно зашагала в сторону преступных личностей.       –Не помешаю? – Парни повернули головы на источник звука, девушка вновь замычала и грубые пальцы сильнее вжались в нежное личико.       –Вообще-то уже помешал. Но мы сегодня добрые, разрешим тебе просто так уйти. Так что давай, гуляй, Вася.       –Уверены?       Сафронова высунула дуло пистолета из-под висящего на плечах пиджака. Парни увидев, что на них наставили оружие, тут же ослабили хватку и заплаканная девушка вырвалась из цепких лап насильников, на ходу опуская юбку забегая за спину Александры.       –Пацан ты это, успокойся, а то ненароком пальнешь ещё. Баба у тебя, мы пойдем, да?       Девушка в костюме кивнула и не пряча пистолет ждала, пока те двое скроются из виду. Затем сунула оружие обратно за спину, в штаны.       –Провожать не буду. – Устало молвила спасительница, и попыталась снова зажать пальцами рану на руке. Делать это было чертовски неприятно, так что скрыть эмоций не получилось, и лицо скривилось от боли.       –Но...но... мне некуда идти, а... оставаться одна я теперь боюсь... – На глаза девушки проступили слезы, нос захлюпал, а дрожь завладела телом и та затряслась словно осиновый листик. – Я с парнем поругалась, а мы в гостях были... я тут ничего не знаю... думала машину поймаю... а потом... потом... – Истерика брала верх, и разобрать лепетание ставало все труднее.– Я не помню, где их дом...       –Язык за зубами держать умеешь? – Александра серьезно взглянула на лицо незнакомки, та успокоившись на секунду молча кивнула. – Отлично. Тогда идёшь за мной, желательно молча.       Фонари светили через один, и то еле-еле. Но даже в таком полумраке девушка сумела разглядеть капли, которые оставляла за собой подстреленная особа.       –У тебя что-то капает... – Вторая ей ничего не ответила и через некоторое время идущая позади продолжила. – Это кровь?       –Да. Если боишься, можешь идти, я тебя не держу. Но помни, ты сказала что умеешь держать язык за зубами. – Отвечать было нечего и девушка молча продолжала следовать за своим спасителем.       До дома оставалось чуть больше 5 минут, раненая женщина шла достаточно быстро, хоть немного и пошатывалась, силы были на исходе, хвостиком за ней по асфальту стучала невысокими каблучками шморгающая носом девчушка. Одета она была в расстегнутую, короткую, коричневую потрескавшеюся кожаную куртку, сиреневую обтягивающую футболку, и джинсовую юбку с драными краями, из которых торчали белые ниточки. На шее и запястьях звенели, ударяясь друг о друга украшения, которые были навешаны по несколько штук. На плече висел небольшой блестящий клатч. Внезапно Саша остановилась, повернулась и спросила.       –Деньги есть? – После положительного ответа та продолжила. – Иди к вон тому ларьку, купи сигарет, Мальборо. Только стучи громче, продавец спит крепко. И побыстрее, я тут тебя подожду.       Спасенная девушка старалась выполнить просьбу в лучшем виде, поэтому она быстро передвигала ногами, обутыми в невысокие ботинки, на каблуке толщиной с палец, делая маленькие шажки, и комично размахивала руками. Так мог имитировать бег только женский пол. В магазинчике свет был выключен, прилавок закрыт, а признаков работы не наблюдалось. Она постучала, ответа не последовало, затем ещё и ещё, начала тарабанить ладошками по витрине и тогда пожилой торгаш наконец открыл окошко.       –Чего тебе?       –Мальборо. – Она достала из сумочки двадцати рублевою купюру и положила ее в монетницу.       Мужчина тут же забрал деньги, положил две белые пачки с красным обрамлением и черной англоязычной надписью и быстро захлопнул засов окна, чтобы клиент не потребовал сдачи. Девчушка спорить не стала, забрала товар и побежала обратно. В металлической коробке снова погас свет, продавец продолжил спать, а сидящая на лавке у подьезда Александра, заметив приближающуюся подругу, встала и побрела дальше.       –У меня папа такие же курит, они крепкие, очень... – Восстанавливая дыхание попыталась начать разговор девица, но в ответ было лишь молчание.       Шли они минуты 2 к соседнему дому, цвет кирпичей которого варьировался от грязно жёлтого до коричневого, поднялись на второй этаж из трёх существующих. Когда обе девушки стояли у черной, оббитой искусственной кожей двери с белой, пластиковой цифрой 8, Сафронова попросила спутницу поискать в карманах ее пиджака ключи. Незнакомка некоторое время провозилась с непослушным замком, который все никак не хотел поддаваться, но немного напористости и подсказок от Александры, что дверь нужно прижать посильнее, сыграли свою роль и вскоре они уже проходили вместо назначения. Саша сразу пощелкала выключателями оставляя на слегка пожелтевшем пластике кроватные отметины, зажигая свет во всей квартире. Пиджак был скинут ещё в коридоре, прямо на пол, а сама раненая скрылась в ванной комнате. Растерянная девчушка разулась, аккуратно поставив свои башмачки, прошла на кухню осматривая обстановку и присела на табурет, оставляя сигареты на кухонном столе. Слева от входа располагался рукомойник, несколько кухонных шкафчиков песочного цвета с металлическими ручками и плита, в центре под окном белый обеденный стол, а по правую сторону в углу гудел холодильник. Половина стен была выложена небольшой белой плиткой, под потолком обои с желтоватым оттенком, которым придавала яркости светящая лампа с плафоном цвета янтаря, на полу рябой линолеум с разводами, в тех же желто-коричневых тонах.       Сафронова стояла в черной майке, скинув под ноги насквозь промокшую рубашку. Из раны все ещё сочилась кровь. Она покрутилась у зеркала, осматривая руку с разных сторон, отмечая про себя, что отверстия в районе бицепса два, а значит пуля прошла навылет. Это вроде как хорошо, и одной проблемой меньше, ненужно будет копошиться в собственных мышцах в поисках застрявшего свинца. Затем попробовала пошевелить рукой, что ей удалось несмотря на адскую боль, а если может шевелить значит кость не задета, а это тоже как бы неплохо. Да что там неплохо, это было отлично! Осталось только не умереть от потери крови или заражения. Трясущимися пальцами девушка открутили кран и начала отмывать руки, стараясь не попадать на рану. В столь позднее время о горячей воде можно было только мечтать, но холодная в данном случае сыграла только на руку, хоть немного отрезвляя и приводя в чувства повреждённый организм. Дальше в ход пошло полотенце, кое-как обернувши его вокруг руки, вафельная ткань тут же приобрела красный оттенок напитываясь кровью. Затем женщина вышла из ванной комнаты и придерживая полотенце направилась на кухню, выдвинула ногой табурет из-под стола и села напротив незнакомки.       –Знаешь что с этим делать? – Темноволосая повела головой в сторону руки, как бы указывая на ранение. Барышня сидящая рядом замотала головой, показывая отрицательный ответ. – Херово, я тоже... Подкури мне сигарету, спички на подоконнике.       Александра прижала раненую руку с полотенцем к туловищу, дабы то не слетело, а второй достала табачное изделие и зажала его губами. Девочка тут же повернулась назад, коробок спичек оказался рядом с пепельницей в которой уже было несколько окурков. Прозрачная посудина с резьбленными узорами была поставлена на стол, спичка несколько раз проехалась о зажигательную поверхность коробка и только тогда загорелась пламенем, давая возможность прикурить. Табачный дым сразу наполнил кухню, затяжки были большими и жадными, нога под столом у Саши ходила ходуном, сигнализируя о том, что нервы были явно не в порядке. Докурив сигарету она попросила гостью зажечь плиту, а сама встала и достала с нижней полки, боковой двери холодильника бутылку и направилась к рукомойнику. Отвинтив крышку прозрачной поллитровки с этикеткой «Столичная водка» женщина сделала несколько глотков прямо с горла, бутылка с грохотом ударилась о деревянную поверхность, а дыхание перехватило от крепкого алкоголя. Когда обжигающе чувство внутри немного поубавилось, последовал ещё один большой глоток, а затем над раковиной началась дезинфекция, путем выливания спирта на ранение.       –Бля-я-ять... – Сквозь зубы прошипела Александра, ее затрясло от боли которая накатила волной, проникая в каждую клеточку тела, ноги подкосились, а лоб упёрся в холодную столешницу. Мышцы горели огнем, рану жгло и казалось ее разъедает кислота. Через несколько минут ощущения притупились, давая возможность снова совершать действия и та очухавшись положила на включенную конфорку газовой плиты металлическую ложку.       –Это зачем? – Спросила до этого молча наблюдавшая за происходящим девчушка, и без просьб подожгла спичку видя как ее спутница снова берет сигарету и садится на стул.       –Прижечь рану, – лёгкие наполнились крепким, грубым и резким табачным дымом, – я такое в фильме видела. Для обеззараживания или остановки кровотечения, не помню точно, но сейчас узнаем.       –А может лучше в больницу?       –Может. Обязательно к ним обращусь как будет время. – Саркастично ответила раненая женщина вставая и кидая кухонное полотенце на руки девчонке. – Как тебя зовут?       –Рита.       –Так вот, Рита. Я бы очень не хотела тебя втягивать во все это, но мне очень нужна помощь. – Темноволосая порылась в столовых приборах, выудила оттуда советскую открывашку с деревянной ручкой, прикусила ее и положила на стол, затем взяла бутылку водки стоящую возле раковины и вместе с ней села обратно на табурет, делая жадный глоток. – Обмотаешь руку полотенцем, возьмешь ложку и раскаленную часть хорошо прижмешь мне к ране. Поняла? – После очередного глотка столичной последовала глубокая затяжка.       –Поняла... Я... я не смогу! У меня не получится!       –Получится Рита, я же вижу! Даже сейчас при виде раны с тобой все в порядке, тебе не плохо, ты не теряешь сознание, мне с тобой очень повезло! Просто возьми ложку и прижми. Все будет хорошо, ты же умная девочка, понимаешь, что мне без тебя не справится. Так что давай, просто соберись и сделай это, ничего страшного не случится.       –Л-ладно, я попробую...       Пока Рита наматывала полотенце на ладонь, кружась вокруг плиты, в попытках понять как удобнее взять металлический предмет, Саша докуривала сигарету, не оставляя и секунды времени между затяжками. «Перед смертью не надышишься.» всплыла в голове известная поговорка, оранжевый бычок отправился в хрустальное блюдце, а бутылка с алкоголем снова коснулась губ.       –Я готова, можешь начинать.       Раненая девушка зажала зубами ранее подготовленный столовый прибор, упёршись лбом в крышку стола. Молодая девчушка трясущимися руками поднесла раскалённое железо и выпуклой частью прижала к бицепсу. Александра замычала, челюсти сомкнулись на деревянной ручке с такой силой, что казалось она ее перекусит, но на самом деле, на дереве осталось лишь несколько вмятин от зубов, а угол стола был сжат до побелевших пальцев. Через несколько секунд ложка зазвенела упав на пол, завоняло жженой плотью.       –Прости, прости пожалуйста! Я не хотела, тебе очень больно? – Девушка опустилась на колени перед Александрой и слегка дотронулась пальцами до плеча женщины, лицо которой было спрятано в изгибе локтя. – Я даже не знаю как тебя зовут! Только не умирай, слышишь? Пожалуйста... – Последние слова были сказаны уже припадке истерики, ведь юная особа не на шутку испугалась.       –Да кто ж от такого помирает. – Отозвалась старшая, кладя открывалку на стол. В ее голосе и движениях была усталость. – Все хорошо Рита, ты отлично справилась, и совсем это не больно. – Раненая девушка даже попыталась улыбнуться, но получилось не очень правдоподобно. – А зовут меня Саша, наверное было бы приятно познакомится, случись это немного в других обстоятельствах, как считаешь?       –Угу... я испугалась за тебя... – Она вытерла проступившие слезы, а затем провела рукой и под сопливым носом. – Вроде сработало, кровь больше не идёт так сильно, может тебе воды дать? Да, точно. – И та наполнив чашку из-под крана поставила перед спасительницей.       –Круто, очень круто. Видишь как ты мне помогла. Только у меня будет ещё одна просьба, – женщина сделала несколько глотков воды и продолжила, – нужно сделать это ещё раз. Пуля прошлая на вылет и второе отверстие всё ещё кровоточит. – Она подвинула на край стола бутылку с остатками водки. – Возьми, продезинфицируй ложку и разогрей её ещё раз.       Пока заплаканная девушка поднимала и обрабатывала прибор, темноволосая кое-как достала обувную коробку, гордо именуемой аптечкой. Когда метал был положен на огонь, Рита присела, осматривая вместе с Сашей содержимое.       –Знаешь, я в начале подумала что ты парень. Ну там, на улице, когда ты меня спасла, – она непроизвольно посмотрела на слегка выделявшеюся под майкой грудь без бюстгальтера, и тут же отвела взгляд залившись румянцем, – а потом поняла что ты девушка. Мне так неловко.       Темноволосая ничего не ответила, достала из аптечки блистеры с анальгином и парацетамолом, выпила по две таблетки каждого. Вытащила очередную сигарету, и прикурила о работающую конфорку.       –Вроде нагрелась. После... перевяжи, пожалуйста.       Процедура повторилась, сил хватало только на то, чтобы не свалится на пол с табурета и трясущимися пальцами удерживать белую никотиновую палочку, прикрыв глаза. Рита намочила в перекиси водорода кусочек пышной ваты и пыталась обеззаразить рану, а слыша как ее спасительница шипит при каждом прикосновении, тут же начинала дуть, надеясь что это поможет. Помогало это или нет сейчас сказать трудно, каждое соприкосновение, каждый порыв воздуха, да и без всех этих факторов рана ныла, пульсировала, бывало такое, что на долю секунды рука немела, а затем боль возвращалась в десятикратном размере, от чего тяжело было даже вдохнуть, но и тогда пострадавшая не проронила ни слезинки. После перекиси, область вокруг ранения была смазана зелёнкой, а затем туго наложенная повязка из марлевого бинта, первые слои которого, тут же пропитались отделяемым поврежденной зоны.       –Иди в комнату, поспи. А утром представь, что все это, просто был странный сон.       –А ты?       –Посижу тут ещё, вряд-ли получится сейчас уснуть.       На кухне монотонно тикали настенные часы, в кромешной тишине эти звуки назойливо проникали в самые труднодоступные уголки мозга, оказывая и без того давящее действие. Юная девушка спала в соседней комнате. Пачка импортного курева пустела, женщина прикуривала прямо о тлеющий окурок предыдущей сигареты, не давая лёгким передохнуть от удушающего дыма, горло горело, а желудок уже начало сводить в рвотных позывах. Припадок глухонемого отчаяния накрыл ее с головой. Мысли были разные, от того как скоро она струсит и пойдет в больницу, до красочного представления, как лично отыщет тех ублюдков и продырявит им бошки. Когда за окном только начинало светать и пачка все таки опустела, вымотанный организм потребовал сна. Потерев уставшие глаза и стараясь не разбудить девочку, Александра расположилась поперек раскладного диванчика, в ногах у спящей, и вырубилась как только тело приняло горизонтальное положение.