Naws kcalb

      На территории лагеря только начинает светать. Впервые за долгие годы в этот день идет дождь. Песок буквально уплывает под ногами Юнги, вышедшего из шатра в районе шести утра. Свежий воздух наполняет легкие, когда омега выставляет руку вперед, наблюдая за тем, как его ладонь становится мокрой. На его лице нет лишних эмоций, лишь состредоточенность и легкая задумчивость, когда Юнги вытирает промокшую ладонь и плотные джинсы. - Не нравится мне это, - говорит себе под нос Юнги, наблюдая за тем, как из шатра напротив выходит Морти.       Омега старается изо всех сил избавиться от странного предчувствия и бежит к доджу, обгоняя спокойно идущего Морти. Останавливается у самой двери и машет альфе, чтобы тот поскорее открыл машину. Наконец забравшись в салон автомобиля, Юнги первым делом включает обогреватель, который в последний раз неизвестно когда использовали, и открывает окно. Стянув с себя полюбившуюся черную панаму, омега выжимает ее и быстро закрывает окно, отбрасывая панаму на заднее сидение. - Как-то ты сегодня не погоде, - шутит Морти, опустившийся на свое место. - Кто бы говорил, - тянет Юнги, осматривая парня, сидящего в одной черной майке и легких штанах.       Ткань прилипла к чужому телу, поэтому Юнги может рассмотреть очертания каждого изгиба. Морти глубоко вдыхает и машет головой, стягивая с себя майку. Трет ею мокрые волосы и также отбрасывает ненужную вещь на заднее сидение. Поворачивает ключ зажигания и вдавливает в пол педаль газа.       Юнги только сейчас отрывает взгляд от крепких рук и накаченных мышц альфы. Сам себе запрещает смотреть на явно выделяющуюся грудь, хорошо сформированный пресс и волосы, начинающиеся от пупка и исчезающие за кромкой штанов, так хорошо облегающих мощные бедра и одно причинное место.       Омега смотрит в окно, имитируя заинтересованность к одному и тому же виду, и вслепую тянется к магнитолле в надежде послушать музыку и как-то разрядить обстановку. Не поворачивая головы, Юнги натыкается на чужие пальцы, также потянувшиеся к стериосистеме и словно пронзеннный током убирает собственные.       Морти наблюдает за резко притихшим омегой и лишь улыбается его поведению, делая льющуюся из колонок музыку громче. Им предстоит дальняя дорога и не один день, проведенный вместе, а Юнги уже сейчас хочет провалиться сквозь землю от этого жутко неловкого момента. - У меня плохое предчувствие, - все же сдается Юнги, озвучивая собственные мысли. - Стоит ли нам уезжать? - Что, неожиданно передумал? - с ухмылкой отвечат Морти, которая тут же сползает с его лица, когда альфа переводит взгляд на подрагивающие плечи омеги. - Нет, просто странное чувство не оставляет с самого утра, - оправдывается парень, так и не обернувшись в сторону Морти. - Не знаю, может это из-за дождя.       Подкрутив обогреватель, альфа проверяет поток воздуха, убеждаясь в том, что он достаточно теплый и устремляет взгляд куда-то вперед, наблюдая за тем, как песок грязевыми пластами ползет куда-то в сторону. Морти не комментирует сказанное Юнги, но все же сводит брови к переносице, пытаясь понять причину необоснованного беспокойства. Даже в его груди есть небольшое свербящее чувство, не дающее покоя, что озвучивать Морти точно не станет.

***

      Омега открывает глаза от того, что кто-то прикасается к его носу. Не спеша открывает глаза и отмахивается от травинки, которой Чонгук пытается уже несколько минут разбудить Витэ. Омега медленно поднимается с мягкой травы и садится в позу лотоса, прикрывая рот от внезапной зевоты. - Поздно лег? - интересуется Гук, наблюдая за тем, как омега трет сонные глаза и потягивается. Короткий кивок с его стороны не оставляет сомнений, на что Чонгук придвигается ближе к омеге. - Тренировался всю ночь, - медленно тянет омега, все же падая на траву и рассматривая едва плывущие облака на ярко-голубом небосводе. - О, это интересно! - воодушевленно отвечает Чонгук, склоняясь над лицом омеги и заглядывая в темные, почти черные глаза. - Покажешь?       Омега, не долго думая, дует губы и смотрит куда-то вправо, прежде чем ответить: - Ладно, так уж и быть, тебе покажу.       Витэ оживленно поднимается с травы, становясь перед Чонгуком и расправляет плечи. Закрывает глаза и глубоко выдыхает. Сконцентрировавшись, омега медленно поднимает веки. На глазах Гука происходит мгновенное преображение - черные глаза меняют свой цвет, приобретая яркий янтарный оттенок. Витэ расставляет руки в стороны и за его спиной раскрываются невероятно большие, черные крылья.       Альфа застывает на месте с открытым ртом. По телу парня пробегает дрожь прежде, чем он успевает отреагировать: - Ахренеть! - доносится со стороны хлопающего в ладони Чонгука. - Думаешь это не странно? - спрашивает Витэ, неуверенно улыбаясь и подставляя коготь указательного пальца правой руки к губам. - Мы живем в мире, который чуть не сдох, но между остатками людей идет война. В котором пару себе находят по запаху, и мы с тобой, на минуточку, разговариваем во сне. Так что нет, это не странно. Это ахренеть как круто!       Витэ выслушивает Чонгука и не может сдержать смех. Садится напротив воодушевленного парня и опускает крылья на траву. Чонгук не может сдержать восхищения, которое ясно читается в его карих глазах. Этот момент навсегда останется в памяти Гука, даже если это лишь игра воображения.       Омега, лицо которого буквально светится под лучами не обжигающего, но согревающего солнца. На фоне которого бескрайний океан и чистое небо. Его черные кудрявые волосы так ярко контрастируют со светлой кожей, а маленькая родинка под правым глазом выглядит как идеальное дополнение к незаконченной картине. Пухлые губы, которые рястягиваются в квадратную улыбку и глаза, в которые можно смотреть бесконечно долго. - Если хочешь, можешь потрогать, - кивает на крылья Витэ, наблюдая за тем, как Чонгук подвисает на месте. - Скажи, тебя зовут Витэ? - интересуется Гук, едва ощутимо прикасаясь к черным перьям. - Да, а что? - омега сводит широкие брови к переносице и не понимает, почему плод его воображения называет именно это имя, а не его настоящее. - Я думаю это место, - Чонгук осматривает пространство вокруг себя и возвращает внимание невероятно приятным на ощупь крыльям, - точно не сон. - У меня тоже были сомнения по этому поводу. - честно отвечает Витэ, приподнимая оба крыла. - Вчера я проснулся полностью мокрым и подумал, что сошел с ума.       Омега улыбается своим же воспоминаниям и поднимает глаза на Чонгука. - Возможно ты тоже не так прост, как думаешь, - выдвигает предположение Витэ, наблюдая за тем, как сменяются эмоции на лице парня. - Возможно, - тихо звучит в ответ, когда Чонгук резко оживляется и берет в руки чужие запястья:- Тогда получается все это правда. Я должен сказать тебе кое-что важное.       Омега удивленно смотрит на чужие теплые руки, ощущает, как в груди перехватывает дыхание и замирает, когда отовсюду раздается раскатистый гром. - Я видел тебя в тот вечер, Витэ. Когда ты пытался защитить своего брата, отдавшись в руки праведникам.       Омега не верит своим ушам. Его глаза практически сразу наполняются слезами, а взгляд цепляется за Чонгука, как за единственное, что есть в этом мире. Идилия вокруг парней рассыпается. Штиль в океане сменяется нарастающим штормом, но Чонгук не отпускает чужих рук, продолжая свой монолог: - Я забрал его, Витэ. Он жив!       С глаз омеги тот час скатываются первые слезы. Погода в этом иллюзорном мире сходит с ума, отчего становится холодно. Витэ в отчаянии хватается когтями за чужие запястья и боится закрыть глаза хоть на секунду в опасении, что хрупкий сон рассыпится, заставив обоих проснуться. - Твое имя, как твое имя? - кричит Витэ, стараясь укрыть обоих парней необъятными крыльями. - Чонгук, - последнее, что слышет Витэ, когда уши закладывает, а вокруг все темнеет.       Его вырывает из сна слишком больно, слишком внезапно, когда за окном раздается раскатистый гром. Теперь у Витэ есть цель, которую он не оставит даже под угрозой смерти. "Чонгук" - это имя звучит на бесконечном повторе, когда омега записывает его в ежедневник.

***

      Чонгука возвращает в реальность не гром, а взрыв, доносящийся откуда-то сбоку. Выбегая в домашних штанах и растянутой футболке из шатра, альфа застывает на месте.       Словно в замедленной съемке альфа наблюдает за тем, как десятки праведников бегут в сторону лагеря. Дождь только усиливается, когда Чонгук разворачивается и бежит со всех ног в противоположную сторону. Он не думает о своей безопасности, а бежит к складу с оружием. Стирая с лица стекающие капли воды, альфа в спешке открывает ящик, вынимая автомат.       Перезаряжает и не удерживает в руках скользящий металл. Вдали раздаются первые крики, когда Чонгук дрожащими от холода пальцами хватает ружье. Его запястье перехватывают в тот же момент. - Чонгук, бежим! - кричит подбежавший Намджун, за руку держащий дрожащего на ватных ногах Чимина. - Отвали! - срывается на него Гук, когда с глаз младшего ручьем текут слезы. - Я останусь и спасу всех, кто еще жив!       Чонгук не может сдержать слез, но стискивает зубы в приступе ярости. Выходит на центральную улицу и целится ровно в праведника. Он убивает без сожаления. Стирая с лица слезы и капли дождя, перезаряжает автомат и движется вперед.       Почему мир так жесток? Почему люди убивают таких же, как и они? Разве дети и омеги, отчаянно цеплющиеся за жизнь, не достойны того, чтобы жить?       Чонгук простреливает ногу одному из праведников и наблюдает за тем, как тот отползает в грязи. Цепляясь за жизнь, кричит о помощи и зовет своих соратников. Чонгук наступает на его спину, не церемонясь. Простреливает его голову и не может остановиться. Топчет ее, превращая в месиво расколовшийся череп.       Ненавижу!              Намджун с ужасом наблюдает за происходящим, но вмешаться не решается. Собирает всех, кого только может и бежит на выход из лагеря. Альфы берут в руки оружие, а омеги заходятся в истерики, прощаясь с мужьями. Намджун не успевает сориентироваться в пространстве, когда все заливает непрекращающимся дождем и теряет из виду Чимина, бегущего в сторону прачки. - Минсо, я иду за тобой, - идя наперекор животному страху, Чимин бежит по улицам, усыпанными трупами как праведников, так и обычных людей. Натыкается на своем пути на еще живого омегу и не может не остановиться.       Омега падает на колени прямо в грязь, осматривая тело задыхающегося парня. Замечает обширную рану на груди и прикладывает к ней собственные руки в попытке остановить кровотечение. - Пожалуйста, - последнее, что срывается с губ парня, когда блеск в его глазах тухнет, а выражение лица замирает. - Нет! Минсо! - Чимин кричит так громко, как может, надавливая на открытую рану ладонями. Опускает голову, сжимая зубы и не может остановиться, захлебываясь собственными слезами.       Его окрававленные руки дрожат, когда Чимин не может поверить в происходящее, а кто-то со стороны поднимает его сопротивляющееся тело и уводит в сторону. - Чимин, приди в себя! - Чонгук, с головы до ног пропитанный кровью, убирает волосы с лица омеги и приводит его в чувство легким шлепком по щеке. - Уходим, Чимин!       В голове лишь звон, когда омега в последний раз смотрит в сторону парня, который первым принял Чимина в общество. Который за несчастные пару дней успел стать другом, братом и наставником. Омега и сам не понимает, его глаза заливает слезами или дождем, нещадно смывающим все на своем пути.

      Цените каждый прожитый момент своей жизни. Ведь потеряв, вы не сможете обернуть время вспять.