Naws kcalb

      Парни весь день проводят в дороге и только к десяти часам вечера принимают решение сделать привал, припарковав додж у небольшого иссохшего дерева. Юнги выбирается из салона первым, сразу же пачкая ботинки в грязи. Подняв взгляд к небу, омега наблюдает за тем, как тучи медленно расходятся, в то время как луна занимает свое законное место, освещая землю тусклым светом. Фары машины остаются включенными до тех пор, пока Морти не разводит огонь. Сооружает что-то на подобие полевой кухни и кидает взгляд на задумченного омегу. - Юнги? - альфа так и застывает с поварешкой в руках, сидя на корточках перед кастрюлей, подвешенной над костром. - Ничего, - отвечает омега, отрывая взгляд от тысяч звезд, которыми усыпан бескрайний небосвод.       Юнги подходит к Морти и опускается рядом, забирая поварешку из чужих рук: - Такой сильный дождь, все ли в порядке с лагерем? - размышляет омега, помешивая подобие супа. - И не такое переживали, поверь, - отвечает Морти, который поднимается и отходит к машине, чтобы отключить горящие фары и прихватить из багажника несколько снеков. - Так значит ты увлекаешься техникой? - неожиданно спрашивает Морти, протягивающий омеге какой-то батончик и занимающий прежнее место рядом с Юнги. - Мне нравится собирать что-то стоящее из остатков техники. Что-то типо лего, только для умных, - смеется Юнги, оставляя поварешку в кастрюле и открывая батончик. - И как успехи? - продолжает альфа, пробуя суп на вкус. - Я близок к тому, чтобы сделать нам рации. Но необычные, а те, что будут ловить связь за тысячи километров друг от друга. Типо телефона, но без плюшек, - поясняет омега и тут же дополняет:- вообще это не особо то и сложно. Главная загвоздка заключается в передаче сигнала на дальние расстояния, но не уверен что подойдет лучше: волна или вибрация.       Омега начинает чертить на мокром песке непонятную схему, а альфа в свою очередь делает вид, что понимает каждое слово. Кивает на особо умные заключения и наблюдает за горящими энтузиазмом глазами. Когда этот омега чем-то заинтересован, Морти просто не может прервать его монолог, с улыбкой на лице наблюдая за эмоциальным омегой.       Альфа какое-то время следит за движением чужих губ и возвращает взгляд к нарисованной схеме, пытаясь вникнуть хоть во что-то, о чем так увлеченно рассказывает омега.       Проводя время наедине с природой, наслаждаясь прохладой ночи и беседуя о чем-то далеком и возвышенном, Морти с Юнги не догадывались, что от места, которое было их убежищем и единственным домой, не осталось и следа. А люди, жившие в этом месте, уже более семи часов плетутся по бескрайней пустыне.       Первыми постарадают младенцы, двое из которых не доживут до утра от перепада температур. Кто-то подхватит горячку, а кого-то придется оставить умирать в одиночестве, чтобы продолжить путь и не задерживаться на одном месте ни на минуту.       У Чимина высохли слезы уже через четыре часа их бесконечного пути. Намджун, придерживая омегу за руку, буквально тащит его за собой, не позволяя упасть. Чонгук не говорит ни слова, идя по правое плечо от Намджуна, и не выпускает автомат из рук ни на секунду. Позади этих троих не меньше двухсот семидесяти человек, переживших вчерашнюю ночь. Ровно 50% от всей численности их небольшого сопротивления.       Намджун оборачивается, когда со спины доносятся душераздирающие крики и плач. Оборачивается, но продолжает идти вперед, лишь боковым зрением отмечая, что Чонгук развернулся. - Лидер должен вести народ только вперед, - бросает Чонгук, прежде чем пуститься в бег.       На песке сидит омега, а на его руках альфа, руку которого оторвало одной из гранат праведников. Кровь удалось остановить слишком поздно, когда альфа из последних сил передвигался, чисто на силе воле, понимая, что омега никогда его не оставит. - Ты идешь или останешься с ним? - максимально ровно задает вопрос Гук, беря омегу за руку. - Я не брошу его, уходите, - сдается молодой парень, склоняясь над умирающим альфой. Оглаживает пальцами его волосы и целует в лоб, когда парень начинает кашлять кровью.       Чонгук еще тогда, перевязывая остаток руки этого парня, понимал, что он не жилец. По просьбе самого альфы скрыл факт от омеги, что у него прострелено плечо и кажется сломано несколько ребер.       Наблюдая за омегой, из глаз которого не прекращаясь льется поток слез, Чонгук молча оставляет выбор за этим сильным парнем, решившим быть со своим любимым до самого конца, и разворачивается, сжимая зубы.       Альфе кажется, что у него не осталось слез, но рвано делает вдздох, когда глаза наполняются горькими слезами. Чонгук стремительно возвращается к идущей впереди группе людей и не может сдержать той скорби, что разъедает изнутри. Он буквально задыхается в приступе слез и останавливается на пол пути. Сжимает волосы пальцами и закрывает глаза. - Почему? - Чонгук задает вопрос вникуда, опуская ладони и рассматривая свои мазолистые пальцы, окропленные чужой кровью. - Почему мы должны сражаться за жизнь?       Что-то в Чонгуке надламывается: то ли вера в людей, то ли надежда на мирное будущее. Но в одном альфа уверен на все сто процентов: "Я буду сражаться до конца. До последней капли крови, до последнего вздоха, но добьюсь нашей свободы!"

***

"Выродки" - единственное, о чем может думать Витэ после завершившегося эфира.       Омега впервые сталкивается с тотальной дезинформацией, реализованной на его глазах в прямом эфире. Страшно представить чем обернется это небольшое включение. Витэ молча садится в салон автомобиля подле Чхве Лихена и отводит взгляд в сторону. - И все же я сломал тебя, Витэ, - довольно тянет Чхве, откидываясь на спинку сидения и наблюдая за тем, как омега притих. "Думай, что хочешь" - мысленно ответив, Витэ закатывает глаза на сказанное Лихеном и вновь погружается в собственные мысли.       Его мало колышет эго сидящего рядом, но определенно волнует то, что он увидел на плазменном экране. "Даже детей не пожалели" - проносится в голове парня, когда он вспоминает увиденное. Пальцы сжимаются от злости, а когти вылазят сами собой. Он замечает это только тогда, когда кровь с ладоней, в которые упираются острые когти, каплями падает на штаны. - Черт, - тихо ругается Витэ, осматривая салон в поисках бумаги.       На колени омеги падает упаковка салфеток, на что Витэ даже не смотрит в сторону альфы, а быстро достает пару салфеток, вытирая собственные ладони. Машина останавливается, а за окном предстает до боли знакомое здание, в стенах которого Витэ провел большую часть своей жизни.       Вдохнув полной грудью и взяв себя в руки, омега отбрасывает использованные салфетки в сторону и открывает дверцу машины. Выходит из салона и натягивает на лицо самую естественно-фальшивую улыбку, которую ему приходилось.       Витэ не спешит, дожидаясь Чхве Лихена, в конце концов остановившегося рядом с омегой. Опускает голову всего на мгновение, ощущая чужой взгляд на себе, и сразу же поднимает, беря Лихена за руку. - Извините, я буду послушным, обещаю, - омега шепчет едва слышимо, рассматривая асфальт под ногами. Дожидается, когда Чхве переварит сказанное и только тогда поднимает янтарные глаза к чужим. - Я не буду использовать свою силу, если Вам не приятно.       Витэ буквально физически ощущает, как альфу распирает от счастья и чувства абсолютной победы. Медленно возвращает собственным глазам глубокий темно-карий оттенок и целует в щеку еще не пришедшего в себя Чхве Лихена.       Папарацции, встречающие каждого гостя, прибывшего на прием, вмиг оживаются. Со всех сторон парней ослепляют вспышки камер, но Витэ лишь улыбается, когда альфа ведет его за руку по длинной ковровой дорожке. - Так бы сразу, - шепчет альфа на ухо Витэ, когда они переступают порог особняка.       Чхве Лихен достаточно быстро теряет интерес к послушному Витэ, переключаясь на десятки гостей. Главный виновник торжества еще не прибыл, поэтому можно заняться своими, более важными делами. Омега практически сразу цепляется взглядом за одного определенного альфу. Пересекается с чужим взглядом и молча разворачивается в сторону уборной.       Витэ, незаметно для многих присутствующих, покидает банкетный зал и заворачивает в сторону уборной. Заходит внутрь и останавливается около зеркала, тянущегося от входа до последней раковины, установленной вдоль стены. Опирается руками о мраморную поверхность и вглядывается в свое отражение. - Ким Тэхен, - сбоку от омеги раздается чужой глубокий, но приятный голос, на что омега отстраняется от зеркала, переключая внимание на вошедшего альфу. - Просто Витэ, - поправляет его омега и складывает руки на уровне груди:- Вы хотели встретиться. По какому поводу? - Мне нужна помощь. - альфа подходит чуть ближе, на что омега делает несколько шагов назад. - Из тебя отличный актер, но я то вижу, что ты ненавидишь Чхве Лихена. - И что с того? - недоверчиво спрашивает омега, осматривая приближающегося альфу.       Дорогой костюм, что сидит на статном парне точно по размеру. Идеальная прическа, идеальные черты лица, точные движения рук и хорошо поставленная речь. Что-то в этом образе кажется искуственным, но Витэ не может понять что именно, возвращая взгляд к чужим глазам, которые как кажется источают добро, но никак не агрессию. - Предлагаю сделку. - уверенно начинает Сокджин, останавливаясь в паре шагов от Витэ. - Мне нужен компромат на Чхве Лихена. Взамен проси что хочешь, выполню любую просьбу.       Витэ на секунду задумывается, прикусывая нижнюю губу. Отводит взгляд в сторону и все же отвечает: - Как я могу доверять Вам?       Альфа медленно расстегивает пуговицы белой рубашки и манит указательным пальцем к себе: - Подойди ближе и поймешь, почему мы на одной стороне.       Витэ недоворчиво косится в сторону чужих оголенных ключиц. Недолго раздумывая, он все же решает приблизится к Сокджину, но сохраняет достаточное расстояние между ними, чтобы сбежать в случае чего. - Ближе, - с улыбкой на лице говорит парень, наблюдая за неуверенными движениями Витэ.       Вся ситуация со стороны выглядит максимально странной. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что в помещении нет ни одной камеры, Витэ подходит к парню вплотную. Берет пальцами край воротника и принюхивается к естественному, едва уловимому запаху парня.       Под ярким и резким запахом алкоголя скрывается едва ощутимый сладкий запах персика. Омега резко отстраняется, поднимая удивленный взгляд на Сокджина. - Так ты, - его рот резко закрывает чужая рука. Сокджин прикладывает указательный палец свободной руки к своим губам и только тогда убирает правую руку с чужих приоткрытых губ. - Я очень рискую, раскрывая тебе правду. - начинает Сокджин, застегивая пуговицы. - Мне правда нужна твоя помощь.       Закончив с рубашкой, Джин поправляет воротник и достает из кармана штанов смартфон. Протягивает его омеге и сразу поясняет: - Для связи. Свяжемся позже, тогда и опишешь свою просьбу.       Омега резко сует телефон в карман и наблюдает за тем, как поспешно удаляется из уборной Сокджин. Практически сразу достает из внутреннего кармана пиджака сложенную записку и разрывает на мелкие части. - Чувствую себя тайным агентом, - сам про себя шутит Витэ, выбрасывая разорванные части письма в урну и так же быстро возвращаясь в банкетный зал. Омега как раз переступает порог в самый важный момент.       У панорманого окна, завешенного плотными шторами бордового цвета стоят двое мужчин. В одном из них Витэ сразу же узнает старика Кима, который все 18 лет издевался над омегой, а во втором Чхве Лихена, держащего в руке бокал и произносящего тост: - Дорогие друзья, хочу с радостью сообщить, что с этого дня должность генерала нашей сильной армии переходит к мистеру Киму! Стойкому мужчине и прекрасному отцу, воспитавшему моего любимого омегу, Ким Тэхена.       Единственное, что остается ошарашенному омеге - натянуть улыбку и хлопать в ладоши, когда взгляды присутствующих обращаются в его сторону.