Судьба?

Если в твоей жизни не осталось лучиков света, не спеши прыгать во тьму необдуманно.

-Линк, меня очень беспокоит твое состояние - Голос Бенжамина разлетался по полупустой комнате ударяясь эхом о стены комнаты, и рассыпался, исчезая в пустоте. Линкольну было уже 12 лет. -Отпусти и забудь-с пренебрежением и ноткой ненависти буркнул блондин. Он лежал на кровати скрестив руки за головой и, закинув ногу на ногу, смотрел в потолок. -ну сам посмотри на себя. Ты, когда к нам три года назад попал, был совершенно другим! Ты же сам своему здоровью хуже делаешь!-брюнет произнес это с заботой о друге, ведь очень волнуется за него. -Совсем похудел, кожа да кости. А одежда! Как ты в этом умудрился не замерзнуть?-продолжил возмущаться Бенж стараясь говорить умеренно громко. Стены здания все слышат. А соответственно слышит и весь приют. -Какая к черту разница, что со мной и моим здоровьем. Это моя жизнь, чувак, что хочу, то и делаю с собой. Отстань уже с этим-Линк ответил с рыком, резко поднявшись с кровати, и несильно толкнул друга в плечо, отчего тот лишь пошатнулся. _-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_       Бенжамину 14. Он попал в приют из-за органов опеки. Рост его был метр с кепой, а сам он был слегка пухленьким с сияющими карими глазами. Брюнет. Волосы доходили до плеч и часто были заплетены в низкий хвост. Было лето, поэтому одежда соответственно у него была легкая и простая. Футболка оверсайз, бриджи военной раскраски и черные кроссовки, поношенные и расклеивающиеся на носке.       Линкольну 12. Он скинул в весе очень сильно, довел себя до состояния анорексии. Щеки впаи а глаза утратили блеск жизни. Руки иногда потряхивало, но на это никто не обращал внимания. Коленки его украшали шрамы, синяки и ссадины. Локти были ничуть не лучше. Волосы стали больше походить на солому, и практически утратили жизнь, но были длинными, доходили до лопаток. Парень носил оверсайз футболку, черную кофту на молнии с длинным рукавом и ходил в джинсах. Кроссовки, совершенно обычные. На голове часто была джинсовая кепка, которая была идеально настроена под его голову. Линк редко улыбался. Его смех можно было услышать лишь в особых случаях и только в присутствии Бенжамина. Только этому пареньку доверял Блондинчик. Имя Линкольн он забыл как страшный сон, старался его не воспринимать как свое, и сократил его до простого "Линк". Он стал грубым, на первый взгляд казалось, что ему совсем на все плевать. Но его душу по настоящему читал только брюнет, но редко, в исключительные ночи этого мрачного мира. -_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-_-       Линк и Бенжамин вышли из общей спальной комнаты и направились в сторону столовой. Они шли молча. По коридорам раздавались звуки приглушенных шагов, которые отдавались эхом о стены узкого тоннеля, ведущего к двум большим дверям комнаты для обедов. Петли давно не смазывались и успели проржаветь, отчего конструкция казалась тяжелой и неподвижной. Но двери открывались легко, правда с очень противным звуком, который отдавался в мозгу неприятным стоном. Жители приюта настолько привыкли ко всем его голосам, что не обратили внимания на вошедших мальчишек и продолжали спокойно завтракать и беседовать друг с другом о разных пустяках. Линк и Бенжамин в свою очередь сами не обращали внимания на фон. Оба шли в гробовом молчании, оба о чем-то думали, оба шли погрузившись в свои миры. Кто-то из приютовцев выкрикнул что-то дерзкое в их сторону и посмеялся, на что Линк в ответ нахамил тому показав непристойный жест. Воспитатели видят такое каждый день. Они к такому привыкли, поэтому лишь прикрикнули на Линка и Джекса и продолжили говорить друг с другом, ведь завтрак уже был съеден, а дети обычно долго расправляются с едой.       После завтрака детям были поручены обыкновенные дела по уборке комнат, после чего те могли спокойно погулять на улице до обеда, а там воспитатели уже решат чем занять своих подопечных.       Линк вместе с другом закончили быстро и практически первыми отправились на улицу. В отличие от спертого приютского воздуха, ветерок улицы промывал легкие от всякой заразы тесных коридоров здания. Качели на площадке не были заняты, поэтому друзья их и заняли первыми. Качаться с обдувающим лицо ветерком было одно удовольствие. Бенжамин качался выше Линка и не смотрел по сторонам. Линк лишь легонько покачивался сидя на скрипучих и шелушащихся краской качелях смотря по сторонам. Люди проходили мимо приюта очень редко. Но блондину нравилось наблюдать за теми, кто решался пройти мимо устрашающего старого здания, которое принимает под свое крыло всех брошенок этого мира.       Ветерок стих. Мир вокруг будто бы потерял свой звук. Мимо проходил солидный мужчина, на вид лет 20. Линка он сразу заинтересовал. Парень явно спешил, это читалось по неловким движениям его рук и ног, которые заплетались друг о дружку. У него были солнечные очки, поэтому глаз нельзя было увидеть. Брючный костюм был помят в областях сгиба колен и локтей, но в целом выглядел аккуратно. Волосы были темного цвета. Незнакомец пронесся мимо здания за пару секунд, но для Линка прошло будто бы минут так пять точно. Он успел запомнить его. Его походку, движение рук и ног, одежду, волосы. Блондин и сам не понимал почему так залип на обычного прохожего, коих тут проходит каждый день по одному или два.       Но все странные мысли Линк прогнал. Он отвлекся и уже через час совсем забыл об этом странном происшествии. Мир вновь предстал перед ним в серых и отвратительных тонах, а люди вновь стали лишь фоновым шумом. Он предложил Бенджамину пройти в здание. Ему не хотелось больше быть на улице, когда все остальные покинули стены здания и гудели недалеко от него. Брюнет был не против. Он озарил друга своей улыбкой и оба мальчишки прошли обратно в приют, направляясь в общую комнату, дабы почитать книгу или просто поговорить о жизни. Остаток дня друзья проведут в комнате залипая на комиксы и раскраски, а ночью вновь заведут беседу о призраках и не уснут до часу ночи. Следующие дни будут повторяться один за другим, как в дне сурка, но будут однотипными и серыми. Тот парень больше не появлялся, в отличие от других прохожих. Краски сгущались, цвета обретали все более мрачные цвета, пока не наступил роковой день для блондина.