***
Уже переодевшись Питер обижен тем что его сюда притащили сидел на кухне и внимательно наблюдал как Лафейсон что-то увлеченно жарит ибо умереть от отравления какими-то Асгардскими травами не сильно хотелось. Задумавшись подросток видимо выпал не на долго из времени ибо одумавшись он сразу увидел перед собой на столе яичницу с беконом и крепким кофе. - Что это? - спросил Питер. - Завтрак. Ты что никогда в три ночи не завтракал? - показывая на тарелку ответил Локи. - Нет, я вижу что это, но зачем? - Питер проигнорировал глупый вопрос бога. - Ты есть хотел. Паркер закипал злостью и ненавистью к нему: - Прекращай, - вспыхнул он. - Перестань страдать хуйнёй, зачем ты это делаешь? Ты же... ты же монстр. Тот кем страшат маленьких детишек. Ты разрушаешь жизни и убиваешь так зачем сейчас всё это?.. Смотреть в глаза бога сейчас было страшновато. Его взгляд был абсолютно безэмоциональным и даже ехидная искорка в глазах пропала. Это пугало. - Что случилось? - вдруг спросил он. - В плане... - Питер растерялся. - Я вижу что ты так ненавидишь меня не просто из-за того что я отвратительный и злой. Здесь что-то личное, - объясняя это Лафейсон не издал ни единой эмоции. Паркер тяжело вздохнул. - Знаешь, - начал он, - вчера у моей мамы было день рождение, - Паучок слабо улыбнулся. - В этот самый день, ровно пять лет назад, ты напал на Нью-Йорк с армией Читаури. Мне было одиннадцать и я готовил праздничный торт когда услышал во дворе взрыв. Обломок космического корабля упал прямо на машину в которой были мои родители. Выбежав на улицу последнее что я увидел до того как потерять сознание – обгорелое лицо матери, - остановившись он перевёл дух и вымучено продолжил. - С того времени всё о чём я мог думать о мести. Я мечтал об этом и больше всего жаждал убить тебя, - парень смотрел на бога грустным взглядом изучая всё то же спокойствие на его лице. - Я был ребёнком, Локи. Ты разрушил меня. Стойкая маска на лице Лафейсона с треском разрушилась меняясь на слабо заметные чувство вины и собственной ненависти. - Почему же не убил? - вдруг спросил бог. В голосе его слышалось отчаяние. «Если б я сам знал» - подумал подросток не дав ответа на его вопрос. Он покинул кухню в сопровождении сочувственного взгляда.***
Утром Мстители не вернулись. Паркеру поступил звонок от мистера Старка в котором он говорил что рад слышать парня и хотел бы поскорее увидеть, но команда задержится на задании ещё немного. «Приятных нам голодных игр...» - подумал Питер понимая что ещё хоть один день наедине с богом и кому-то точно прилетит. - ...хорошо, мистер Старк, удачи, - закончил он кидая трубку. В теле всё ещё не прошла слабость, но отсиживаться дома было недопустимым. Пропускать почти ежедневные вечерние патрули было опасно для города, а пропускать не такие частые, но обожаемые Питером вечерние посиделки с Мэй было опасно для ментального здоровья обоих. Последнее время тётя была заметно уставшей и обеспокоенной и попытки скрыть это от наблюдательного подростка были четны. Собравшись с духом и сцепив зубы Паук ступил босыми ногами на холодный пол пробираясь от этого дрожью. Выйдя из комнаты он сразу же отметил давящую тишину (не свойственную этому месту благодаря шумным соседям), а спустившись на кухню увидел записку оставленную на столе около тарелки с пахучим завтраком.«Понадоблюсь – буду у себя»
Написана она была аккуратным почерком над которым обычному человеку пришлось бы знатно поработать. Живот заурчал, но гордость взяла верх и приготовленную еду Питер есть не стал. Да и к тому же после вчерашнего разговора вероятность летального исхода во время или после общения с Лафесоном возросла на знатных процентов семьдесят, а с этим и вероятность отравы. Ближайшие пару дней обещали быть весёлыми.