Всё заканчивается и начинается светом

У судьбы всё налажено. Белая палата. Этот цвет даже не успокаивает, а наоборот заставляет думать о неприятностях. «Белый — цвет спокойствия» — не фраза, а туфта. Как говорят многие, умирая, мы видим свет в конце туннеля, а рождаемся мы тоже на «белый» свет. Ужас просто, никого разнообразия у этих людишек. Так, о чём это я? Ах да, белый! Белый уж очень слишком мозолит глаза и… И стоп. Я слишком разговорился про этот цвет. О чём же я рассказать хотел… Так, дайте мне несколько секунд и… … … … Ах, как же я умудрился забыть, я хотел рассказать одну история. Присаживайтесь на места, доставайте попкорн, мы начинаем.        Белая палата. Что-то с ужасным звуком пиликает. Разные приборы издают разные звуки. Но эти приборы не только на это способны. Они способны удержать человека на этом свете, чтобы не попасть на другой… Некоторые полагают, что этот «другой» — это ад или рай или вообще пустота, но это нечто другое. Назвал бы я это страданиями и бесконечностью. Ах чёрт! Я опять отвлёкся, больше не буду, продолжаем. Все эти звуки сливались в один громкий гомон. Но громкий он был лишь для меня. Кажется, я уже лежу при смерти… Да… мало я прожил та то. Только 20 стукнуло, так сразу сюда. В этот белый занос. И да. Белый связан с моей смертью. Я ехал в машине и её занесло на льду. Она перевернулась несколько раз и угодила в чисто белый снег, который сразу же опорочило моей кровью. Нарушения нейронных связей позвоночника, черепно-мозговая и внутреннее кровотечение. Это несколько из списка, из огромного списка написанного чёрным по белому. Вам не кажется здесь слишком в большом количестве присутствует слово «белый»? Да? Ну тогда простите. И за эту речь тоже, я же обещал не отвлекаться. Так, пропустим все болезненные моменты. Это операции, совершённые и в скорой помощи, и в больнице. Это удручённые родственники и плачущие лица моей матери и сестры. — Ты их видел? — спросите вы. А я отвечу, что да.

Я Всё Это Видел. Когда я умирал не было больно. Хотя это было очень… неожиданно.? Сил более не было. Как будто я летел с обрыва, но схватился за верёвку с которой я медленно сползал в пропасть. На меня накатила слабость и я терял сознания, но не отрубился, как бывает после пьянки. Я умер. Я видел этот чёртов белый свет. И я рыдал. Но рыдал не из-за того, что умер, а из-за того, что не смогу увидеть сестру взрослой, из-за того, что не поцеловал свою любовь на прощание, я сделал больно родителям и всем остальным людям, с которыми я был. Хоть в чем то легенды были правдой. Коридор. Белый туннель. Я шёл дальше и дальше, как будто меня тянул свет. Белизна уже полностью охватила меня и я услышал детский плач… Это не то что бы ангел пел, но всё же это было что-то наподобие этого. Но тогда я понял что этот ребёнок… Я? Врачебная лампа светила мне прямо в глаза. Она ослепляла мой разум. Я не понимал. Мои воспоминания истлевали с каждым новым вздохом.

Почему?

Я ведь не хотел.