***
Огонь и воздух — идеально совместимые стихии. Поток воздуха может раздуть пламя до невообразимых масштабов; огонь же, в свою очередь, нагревает воздух и делает его более лёгким и невесомым. Блум не сразу замечает за собой, что всё чаще кидает любопытные взгляды в сторону Беатрикс. Её стиль в одежде настораживает, использование ненормативной лексики через каждое слово отталкивает, а магия, образовывающаяся в форме молнии из кончиков тонких пальцев пугает. И тем не менее, Блум продолжает на неё смотреть. И гадать, у кого волосы рыжее. Беатрикс выглядит устрашающе. Новоиспечённая огненная фея проводит параллели со своей соседкой из Калифорнии, которая любила обсуждать девчонок, одетых как на похороны. Когда фея воздуха наконец замечает, что за ней наблюдают, и бросает вызывающий взгляд карих глаз вместе с нахальной ухмылкой, Блум думает, что следующие похороны, на которые придётся надеть все тёмное, будут её собственные.***
Скаю новая подружка Ривена совершенно не нравится. Своё недовольство от новой интрижки лучшего друга специалист, конечно, высказывает Блум. Блум действительно сопереживает ему. По крайней мере, она пытается. Но понимает, что Беатрикс в её жизни становится слишком много. Поэтому через несколько недель откровенного нытья Ская, фея переключается на общение с соседками, лишь бы хоть на какое-то время избавиться от постоянного ощущения присутствия Беатрикс. Поразительно. Её в школе-то хрен встретишь чисто случайно, а разговоров о ней в три раза больше, чем о самой популярной студентке Алфеи, наследной принцессе Стелле. Порой Блум кажется, что скоро она даже дружбу заведёт с феей света, лишь бы выпутаться из этих мыслей о девушке, чьи волосы такие же рыжие, как и её собственные. Когда Скаю наконец удаётся подловить Блум во время обеда, и парочка располагается на улице, чтобы отдохнуть и насладиться последними тёплыми деньками в году, к ним неожиданно присоединяется Ривен в компании… «Ну, конечно» — думает Блум, наблюдая, как рядом с ней на траву усаживается Беатрикс, со своей фирменной ядовито-театральной улыбкой, как их колени едва ощутимо соприкасаются. Пока Ривен и Скай о чём-то болтают, Блум пытается уловить хотя бы какую-то суть их разговора, лишь бы не смотреть на фею воздуха. Та же в свою очередь прожигает одногруппницу взглядом. Девушка знает, чувствует наэлектризованными кончиками пальцев и каждой крупицей своей магической силы, что даже без своего присутствия способна вызвать дрожь в коленях у маленькой огненной феи. Знает, что постоянное нахождение в компании блондинистого специалиста со своими раздражающе-благородными намерениями защитить Блум — всего лишь жалкая попытка скрыть свои истинные чувства и желания. — Эти мальчишеские разговоры… — начинает шептать Беатрикс, слегка потянувшись к фее, — такая муть. — Что? — Блум машинально поворачивается к фее воздуха, совершенно позабыв что, вообще-то, слушает парней. — А-а, не знаю… тебе не нравится в их компании? Идиотка. Блум думает, что лучше бы ей проглотить свой язык или по-быстрому найти оправдание, чтобы свалить в общую с девчонками комнату и избавить себя от неловкого общения, но тут Беатрикс кладёт свою худую ладонь на колено феи огня, призывая её обратить на себя внимание. — Мне нравится более интересное общение, нежели пустая болтовня ни о чём, — кареглазая не разрывает зрительный контакт и наклоняется к уху собеседницы, и у Блум перехватывает дыхание. Какого черта? Со стороны это выглядит так, будто девочки просто сплетничают о чём-то, но огненная фея уже накрутила себе всякие недобрые мысли и теперь чувствует себя опозорившейся семиклассницей, которая запала на старшеклассника. — Придёшь сегодня на Хеллоуинскую вечеринку? Там будет настоящий отстой. Конечно Блум придёт. Только если до этого разговора она рассчитывала сопроводить соседок, постоять пару минут и спокойно пойти в свою комнату, то теперь она понимает, что не отвертится от компании настойчивой феи воздуха.***
Как Беатрикс и говорила, вечеринка — полнейший отстой. Блум машинально ищет в нескончаемой толпе фей и специалистов хоть какой-нибудь намёк на присутствие девушки, но после то ли разочарованно, то ли с облегчением (сама Блум ещё не до конца определилась) вздыхает и направляется к столу с алкогольными напитками и наливает себе пиво. Блум ненавидит свою неуверенность и зажатость. Ненавидит то, что ей легко манипулировать и её так просто оскорбить. Ненавидит то, что ничего в своих силах и в своей магии не понимает. Ненавидит свои чувства к той, с которой у них в принципе не может быть ничего общего, к той, которую сторонится большая часть школы, к той, которую без умолку о