Конторка

      Начался обычный серый день, здесь таких в году около сотни. В самые слякотные и понурые года может и две сотни. Молодой человек, не старше двадцати пяти лет, тихонько, будто бы стараясь оградиться от самого мироздания пробирается по пустынной улице всё ближе и ближе к огромному серому зданию. Величественное произведение, настоящий человеческий гений воплощённый в жизнь из стали и бетона. Огромные стеклянные окна, нависают над улицей и немногочисленными прохожими. Строгие формы проведённые по линейке. Будто бы серыми штрихами карандаша, это могучее сооружение было нанесено поверх города. А в его двери уже входил всё тот-же маленький человечишка, кутаясь в тёплое пальто. Пройдя по лестнице вниз, оставив своё драгоценное пальто на попечительство в гардероб, на человечке осталась невзрачного вида чёрная кофта на пуговицах, серые – выцветшие брюки, и лицо. Лицо человека будто бы созданное по образцу, слишком правильное, слишком хорошее, чтобы работать в маленькой конторке, которая покоится в одном из углов столь большого предприятия. Работа была вовсе не сложна, сложнее было усидеть все рабочие часы, выполняя порученные тебе задания. Все они были однотипны, похожи как две капли воды, из раза в день копируя друг друга, меня лишь номера и печати. Словом, ровно также выглядели и все люди, которые, как и Человечек сидели в своих конторках, ограждённые от всего прочего мира, лёгкими, наскоро склеенными стенками. Каждый старался будто бы забыть о том где он находится, будто всё это и не работа вовсе, а.. проходная, просто переход между сном и вечером с семьёй, будто и не было часов работы. Должно быть самые опытные – те кто уже не десяток лет сидят за этими тонкими стеночками, уже умеют как бы нажимать на выключатель, попросту пропуская всю эту рутинную работу. А ведь это так замечательно. Настолько абстрагироваться от всего происходящего вокруг и пропустить все самые ненавистные и скучные моменты жизни. Ряды тянулись за рядами, во многих уже не было людей, но конторки всё-равно не убирали и не перемещали сотрудников, а зачем? Всё задокументировано, всё можно занести в реестр: «Сотрудник-де такой-то, в таком то звании, занимает такое-то nn-ое место». Человечек сел на креслице, на тонкой стенке была фотография. Серая фотография, эту фотографию они сделали на отдыхе, должно быть года три назад. На ней был он и она. Сейчас это вспоминается как сладкий день, сладкого прошлого. Но каждый день, подымаясь с постели, Человечек готовился к выходу из дома, и плёлся в эту конторку, надеясь что рано или поздно всё это, всё то что осталось в таком желанном прошлом можно вернуть. Потому каждый день, он давал себе слово, что не отступится от этого, не может попросту позволить себе этого. Не ради себя, так ради общего будущего, его и его возлюбленной. Тихо затрещала машина, включая толстый экран и выводя жирные строки знаков и букв. На столе уже лежала пачка бумаг, которые нужно было занести в базу данных, а потом безжалостно пропустить через режущую машинку. «Какое бездарное использование бумаги». За треском машинки, Человечек не услышал как к его конторке, к его обители, которую он считал островком спокойствия в этом и без того спокойном обществе, в котором сейчас находился, приближались шаги. Должно быть это были туфли с твёрдым каблуком, возможно даже новые сапоги. С одной стороны может показаться что они принадлежат кому-то важному, или может быть даже «верхнему». И да, такой вывод верен, но лишь потому что такие туфли и такие-же сапоги носят все, от мала до велика. Но к конторке действительно приближался человек не малой важности. Можно даже сказать тот, кто может вершить чужие судьбы. – Товарищ, я вас не отвлекаю? – Грозный человек без спроса вошёл в конторку и твёрдо встал позади кресла Человечка. – Никак нет, я только приступил к работе – человечек неуверенно полуобернулся назад и опустил брови ниже, увидев лицо незваного гостя. – Можете не начинать. Я решил лично вам сообщить, что вы попали под приказ об автономизации. Весь ваш штат сократят, так как у нас увеличилось количество электронно-вычислительных машин. – грозный человек будто бы хотел топнуть, но просто развернулся и уже почти выйдя из конторки, дополнил – доброго вам дня. Большой человек, несомненно сильнее маленького. Как говорят в книжках, показывают в кино, множество самых маленьких, может сломить кого угодно. Как показывает практика, работает это далеко не так. Выйдя из самой мелочи, такие «большие» становится по правде неуязвимыми, а когда они наделены властью, то таким сопротивляться полностью бесполезно. Человечек был уже не первым, к кому подошёл этот грозный человек, и не будет последним. И это будет продолжаться и продолжаться, пока конторки не опустеют совсем, и этот грозный человек останется один. И вот тогда! Тогда наступит тот день, тот час, когда куда более высокий выскочка, опустит клинок уже на его шею, и скажет всё те-же слова. Человечек лишь обернулся вслед уходящему «злодею», конечно видеть из своей конуры, он не мог, но чувствовал и явственно представлял, как тот уходит, всё дальше и дальше, между рядов. Руки вернулись на наборную панель, но смысла в этом уже не было абсолютно никакого. Теперь его, и его коллег заменит машина. Это необходимо! Несомненно переход на автоматизацию принесёт множество плюсов, но что они? Что делать всем людям, который сейчас сняли с мест? Человечек представил, как он бежит за «большим человеком» как он чуть ли не падая на колени просит его перевести на другую должность. Но так он никогда не сделает, в ответ последуют слова о нехватке знаний, неспособности к таким-то работам. Он уже видел такое. Молодой человек, равно такой же как и он, бросился сначала умолять, а потом получив отрицательный ответ, попытался ударить своего «обидчика». Парня выкинули вместе со всеми его вещами прямо на улицу, и тот побрёл неясно куда. С того дня Маленький Человечек уже знал что это ждёт и его, потому каждый день, каждое серое утро он ждал этого человека, и размышлял как и что ему ответить. Он начал собираться. Бережно достал заготовленный толстый чемодан. Сложил бумаги, которых накопилось немало – всяческие накладные, личные данные, и прочие мелкие бумажонки. Сложил книгу, которую читал в перерывах от работы и наконец положил фотографию, на самый верх, аккуратно обложив мягкой бумагой. Взглянув на своё лицо, на лицо счастливого человека, который радовался жизни, он закрыл чемодан, повернул несколько цифр, прочно закрывая замок. В его руке осталась только тонкая папка – та, которую он должен отдать тем кто стоят выше его. Он оставил её на столе, он возьмёт её скоро, когда вернётся. Он долго планировал каждый свой шаг. Сейчас он отнесёт чемодан домой. Закроет квартиру на ключ и налегке вернётся в свою конторку, теперь уже в последний раз в жизни. Снова морозное солнце, снова серая мякоть на дороге, чемодан тянет руку, склоняя человека в сторону. Что он будет делать теперь? Об этом он ещё не думал, есть много мыслей, но ничего точного он не мог сказать, ничего стоящего не приходило, а прочих своих мыслей он боялся – боялся как огня, не смея ни о чём помышлять. Квартирка, тёплая, чистая, но очень пустая без неё. Когда-нибудь вернётся, просто пока не может. Когда-нибудь всё наладится. Чемодан лёг на табуретку, пальцы повернули цифры, замок легонько щёлкнул - открылся. Человечек взял фотографию и лёг на диван, спешить ему некуда, теперь спешить нельзя и невозможно. Он провел тонкими пальцами по стеклу и задумался. Думал он о далёком, может о ненужном. Думать о настоящем уже не было мочи, он думал о нём последние месяцы, и его уже тошнило от нынешнего. Рамка с фотографией тихо опустилась на тумбочку, человечек встал и поправил кофту. Спешить было некуда, но и ждать не хотелось вовсе. Снова улица, снова конторки. Папка легла в руки и он начал подыматься наверх. Один этаж, второй, третий, и вот наконец четвёртый– самый маленький из всех. В нем несколько кабинетов, в которых сидят важные люди. А он направлялся к самому важному. Человечек постучал в дверь, и немного скрипучий голос пригласил его войти. Кабинет был богат, уж точно это не конторка, это куда более значимое место.Но всё это не имеет совершенно никакого значения, всё это чуждо и безразлично конторочному работнику. – Вы оставляете меня без гроша в кармане – эти слова, которые он не мог себе представить, отлетали от его языка, они были готовы уже долго, и только ждали своего часа. – Ровно, как и тот, кто найдёт когда-нибудь на меня управу. Это не я, а план, я к нему не имею ни малейшего отношения – низенький человек, смотрел своими бесцветными, немигающими глазами прямо в душу, пронизывая и без того слабый дух человечка. -Но я же погибну – вся храбрость быстро начала улетать, он ничего не мог поделать, пальцы стали дрожать, а зубы беззвучно и мелко стучать. – Все мы погибнем. Тебе нужны деньги? Так возьми – человечек подошёл к сейфу в конце комнаты и достал несколько десятков бумажных купюр. – бери, бери. Системе безразличны эти деньги, она о них вообще не думает. Наличие у тебя этих бумажек,ничего не изменит. Ты истратишь их и ничего не поменяется. Человечек боязливо посмотрел на пачку, лежащую на столе, и жадно облизнулся. Ему их не хватает, если они у него будут, то всё изменится к лучшему. -Давай сюда папку, и возьми уже деньги. – низенький вытащил из его рук папку и подтолкнул к столу с деньгами. В горле пересохло, портреты с бумаги смотрели на него и призывали взять их. И он не смог удержаться, бумажки попали ему на ладонь, и скрылись в кармане его брюк. – Ты долго работал и у тебя безупречный список, мне нужен такой человек, ты мне хорошо поможешь, ты же хочешь работать? – получив в ответ кивок, он продолжил уже не таким скрипучим голосом – Вот и славно. На столе зажглась красная лампочка. Бесцветные глаза будто бы заулыбались, что-то предвкушая. В кабинет вошёл тот человек, тот «высокий», что пришёл к нему с роковой новостью этим утром. В его глазах играла уверенность и какая-то толика бахвальства. И снова раздался скрипучий голос. – Добрый день, надеюсь я не отвлёк вас от работы. Вынужден сообщить что вы попали под план автономизации, потому вы можете быть свободны. С каждым словом, лицо до того храброго человека поникало всё больше и больше. Глаза потухли, губы поникли. Казалось даже костюм на нём помялся и истёрся. Когда скрипучий голос закончил, он безвольно покачал головой и опустив плечи вышел из кабинета. Маленький до того человек впервые за многие годы наконец поднял голову. В один миг, вся его жизнь перевернулась всего за один день. Никто не может мечтать о такой радости, и ему удалось выйти из безвыходной ситуации более чем победителем. Он смотрел через огромные окна, на то как человечек который ранее был «большим», медленно уходит, кутаясь в пальто и должно быть проклинает судьбу. Скрипучий голос человека, который стоял выше всех уже не казался таким-же ужасным как раньше. У него была нова должность, новая квартира, и наконец вернулся смысл его жизни – его дорогая. Его возлюбленная наконец смогла приехать обратно, после долгой разлуки, ещё никогда он не был так счастлив. Он даже не знал кого благодарить за такое. Работа продолжала идти, только теперь он уже был выше всех прочих, смог решать судьбы справедливо и честно. По серой дороге, ехал автомобиль, из него вышел человек с гордо расправленными плечами и светлой головой. Как и всегда он прошёл через гардероб, отдал на хранение тёплое пальто, и поднявшись наверх, на тот самый четвёртый этаж, как обычно, уселся на кресло в собственном кабинете. На столе замигала красная лампочка, он поднял трубку телефона, выслушал скрипучий, но столь приятный голос, уже не маленький человек поднялся и зашагал по коридорам. Он спускался всё ниже и ниже. Пока наконец не спустился на первый этаж. Это было огромное помещение, уставленное коробочками, в которых ютились маленькие работники. Минуту он бродил между рядами, пока не нашёл нужную и поправив костюм — вошёл. – Товарищ, я вас не отвлекаю?