Спасибо

— Вы прекрасно играете. Даже странно, что вы ходите по таким маленьким поселениям, как наше, — сказал ему хозяин гостиницы, ставя на стол миску лапши и чай. Господин Ци Циян, бродячий музыкант, сегодня посетил его и спросил, может ли он выступить здесь в обмен на кров. Подобные люди редко обращали внимание на мелкие поселения — толком-то здесь ничего не заработаешь, публики немного… Зато она и не особо требовательна. Но музыкант был и правда хорош, его здесь наверняка запомнят. — Благодарю, — поклонился господин Ци, взял палочки и начал есть. Внешность у него была очень приятная, пальцы длинные и тонкие, глаза цвета ореха, глубокие и темные, улыбка под стать… На такого и смотреть во время выступления приятно. И в его заведение он привлек немало клиентов. После того что здесь устроили люди Вэней, это было только кстати. — Быть может, вы здесь задержитесь? — спросил хозяин с поклоном. — Что вы, мне не хотелось бы обременять вас, — улыбнулся Ци Циян, откладывая палочки и беря чашечку с чаем. — К тому же… Не хотелось бы прерывать свой путь больше, чем на пару дней. — Господин торопится? — понимающе уточнил хозяин. Это было как раз понятно — кому охота задерживаться в небольшом селении, если ждут большие города. Может, даже его в клан заклинателей позвали, музыкант-то он точно получше многих. — Можно и так сказать, — продолжая непринужденно улыбаться, Ци Циян отпил из чашечки крошечный глоток. — Эй, хозяин, — позвали от другого стола. — Нам тоже удели внимание! — Прошу прощения, — поклонился хозяин. — Как закончите ужин, слуга покажет вам комнату, как договаривались. Идею выступлений подсказал ему Мэн Яо, которому он, поддавшись уговорам, сыграл на флейте. Конечно, выступая, он играл не на Лебин, но очень надеялся, что в маленьких городках никто не узнает его манеру игры. Мэн Яо уверял, что, сменив одежду и флейту, он ничем себя не выдаст — мало ли бродячих музыкантов на дорогах, мало ли, почему они избрали именно такой путь, а мастерство игры объясняло, почему он не выглядит как бродяга. Да уж, лучше это, чем стирка и другие бытовые вещи — помогать Мэн Яо он не мог, скорее наоборот. За это ему до сих пор было немного стыдно. Конечно, первые пара выступлений дались ему с трудом — все же публика была очень разной. Зато теперь он больше не падал в голодные обмороки и спал под крышей, что невероятно его радовало. Это место он назначил сам себе чем-то вроде перевалочного пункта. Отдохнув здесь, он должен был повернуть обратно в сторону Гусу. Мысли о том, что он может найти в Облачных Глубинах, когда вернется, пугали его, но он гнал их прочь, предпочитая не нервничать понапрасну. Его первостепенной целью было добраться домой живым и здоровым, сохранив то, с чем он убегал. Пока все шло лучше, чем начиналось, но впереди был сложный путь. Чем дальше, тем больше будет крупных поселений, широких дорог, и тем больше людей, которые могли знать его в лицо. Он изменил прическу, сменил одежды, но ничего не мог сделать с лицом. Походка, прямая спина и манеры тоже никуда не могли исчезнуть. Хоть Мэн Яо и объяснил, что и как ему лучше делать, пока он скрывает свою личность, все равно он не мог не бояться разоблачения. При воспоминании о Мэн Яо потеплело на душе. Дни, когда он был не один, мог кому-то доверять и даже открыться, вспоминались как теплый свет среди окружавшей его холодной темноты неизвестности. Оставалось лишь надеяться, что Мэн Яо последует его совету. Настолько умному и светлому человеку место совсем не там. Он поймал себя на желании выйти под звезды и сыграть на флейте — как когда-то в Облачных Глубинах. Конечно, играть на флейте лишний раз не стоит (хотя всегда можно отговориться репетицией), но просто пройтись перед сном — почему нет. Он вышел на улицу и прошелся до угла гостиницы. Наверное, не заглядись он на звезды, почувствовал бы чужое присутствие раньше… Отшатнулся он поздно, и чужая рука успела схватить его за рукав. — Цзэу-цзюнь, это ведь вы? — голос у темной фигуры был тихий и хрипловатый. Незнакомец явно был один и нападать не собирался, но это не повод расслабляться. — Нет, вы ошиблись, — спокойно ответил он, пытаясь высвободить рукав из чужих пальцев. — Мое имя Ци Циян. Едва он коснулся державшей его руки, как пальцы на ткани сжались крепче. Человек, наконец, вышел из тени. Под глазами Цзян Ваньиня залегли круги, он был очень худ и ничем не напоминал того молодого господина, которого он помнил со времен обучения в Облачных Глубинах. Но он был жив. Это явно был хороший знак. — Циян*, значит… — пробормотал Ваньинь. Внезапно ноги у него подкосились. Ничего не оставалось, как подхватить его и поставить обратно, аккуратно поддерживая. И, конечно, отвести в гостиницу. Сколько дней прошло с момента сожжения Пристани Лотоса? Сколько дней Цзян Ваньинь скрывается, как и он? Хозяин гостиницы благосклонно отнесся к появлению «друга господина музыканта», позволив без доплаты поселиться им в одной комнате. Но за еду, конечно, пришлось заплатить. И за ванну для Ваньиня. Возможно, придется задержаться здесь на день — он привык иметь пару монеток при себе. Сейчас же он остался совсем без денег. — Спасибо, — сквозь еду проговорил Ваньинь. — Не стоит, — улыбнулся он. — Я рад, что вы живы. Но как вы меня нашли? — Услышал вашу игру, — отозвался Ваньинь. — У вас очень узнаваемая манера. Кстати, как вас лучше называть? — Циян, — отозвался он. — Впрочем… Наедине можно и «Сичэнь». Ваньинь кивнул, возвращаясь к еде. Ваньинь ждал возвращения Вэй Усяня уже пять дней, как они и условились. Как оказалось, зря, но у Ваньиня не было денег, чтобы зайти в гостиницу и послушать сплетни. Сейчас же, узнав о том, что Вэй Усяня поймали Вэни, Ваньинь явно порывался пойти и единолично напасть на Цишань. Сичэнь успокоил его и уговорил отправиться с ним в Облачные Глубины. В конце концов, если Вэй Усяня не убили на месте, значит, зачем-то он был нужен, и есть шанс… Ваньинь ухватился за это и, конечно, согласился на все. Сичэнь про себя усмехнулся — Цзян Ваньинь был совершенно не создан для скрытных перемещений, что сейчас было жизненно необходимо. Впрочем, что еще оставалось делать? Сичэнь надеялся, что сможет убедить Ваньиня в необходимости смены имени и сможет удержать его от любых необдуманных действий. В любом случае, сначала ему необходимо отдохнуть. Уже закрыв глаза, Ваньинь тихо кашлянул и сказал: — Сичэнь… Спасибо. Ох. За два месяца, что он провел вдали, скрываясь, это был второй человек, который называл его по имени. Он уже отвык от его звучания, даже про себя не называл себя так. Сичэнь лег рядом (кровать в комнате была одна) и, улыбнувшись, сказал: — Тебе спасибо.