Друг детства

Сынмину было четыре, когда его родители переехали в другой район. Большая и уютная квартира, в которой Сынмин проживет все свое детство и юношество. Ким был не рад, как и любой другой ребенок, он потерял всех своих друзей, с которыми, казалось, он собирался дружить всю свою жизнь. Стало до безумия скучно. Родители все время разбирали вещи, игнорируя сына, да тот и не особо хотел играть с родителями. Хотелось вновь увидеть Чонина и Феликса, поиграть с ними на улице. - Ну чего ты? - мама Сынмина похлопывает мальчика по маленькой спине, тепло улыбаясь, - Погуляем позже, ладно? Сынмин кивает, ощущая себя на несколько мгновений самым счастливым ребенком, а потом раздается звонок в дверь. Это, наверное, самый важный момент в жизни младшего, с которого все и пошло не по плану. А был ли у Сынмина план? Вряд ли, но тем не менее. Ким выглядывает из-за маминой спины, пока отец открывает двери. Высокие мужчина и женщина стоят с угощением в руках, приятно улыбаясь, но что-то подсознательно отталкивает Сынмина, вероятнее всего, смущение. Ким не был особенно застенчивым, но и активным его назвать нельзя, совершенно обычный. Заметив мальчика позади пары, Сынмин ощутил некий трепет и интерес. - Мы ваши соседи. Наша квартира прямо рядом с вашей, - приятно произнесла женщина, - У нас сын вашего возраста, мы подумали, что было бы неплохо подружиться. - Конечно, проходите, - папа Сынмина улыбается также приятно соседям, пропуская, а мама Сынмина моментально опускается вниз к сыну, - Выпьем чай или кофе, как захотите! - Сынмин-и, - мама показывает Сынмину на вошедшего мальчика, который аккуратно смотрит на Сынмина, изучает, ему также интересно, - Это наши соседи, вы можете тоже стать друзьями, чтобы тебе не было одиноко! - Меня зовут Хенджин, - проговаривает мальчик застенчиво, но все-таки старается вести себя более смело. Это и стало началом. Гулять вместе, пока мамы о чем-то активно разговаривают на детской площадке. Со временем Сынмин и правда смог называть Хенджина своим другом. Привык настолько, что все стало медленно и верно выходить из-под контроля. Парни пошли вместе в школу, как и полагалось. В один класс они не попали, но постоянно проводили время вместе. Хенджин стал шумным и активным мальчиком, который дергал понравившихся девочек за хвостики и едко посмеивался с глупостей во время уроков, пока Сынмин обзавелся лишь парой знакомых. Ким попал с Феликсом, его старым другом, в один класс, что крайне его удивило, однако старое общение удалось вернуть, и Сынмин по-настоящему считал Феликса одним из своих самых близких лучших друзей. Несмотря на заметные отличия, вся школа прекрасно знала о жуткой привязанности, особенно когда настало время старшей школы. Тогда-то все и пошло не по плану. Сынмин стал приходить на вечеринки ровесников только из-за Хенджина, которому нравилось весело проводить время. Не алкоголь, не наркотики, лишь обычное подростковое веселье. Хенджин рассказывал Сынмину о каждом своем новом знакомом, о каждом новеньком и новенькой в школе, которые хоть как-то его интересовали, а для Кима это было постоянной пыткой. Хоть ему и нравилось, что Хенджин общительный и открытый, ему всегда хотелось, чтобы и о нем Хенджин говорил с такими блестящими глазами. Мечтал, даже не замечая, какими на самом деле глазами на него смотрит Хенджин. К концу выпускного класса Сынмин и правда стал считать, что они с Хенджином останутся друзьями навсегда. Считал, даже когда ощущал, как хочет быть Хенджину совсем не другом. Все чаще хотелось узнать, какого же находиться в его приятных объятиях, какого было бы его поцеловать? Сынмин часто рассказывал Феликсу о Хенджине, говорил о его милых привычках, рассказывал о ночевках и поездках, о том, как их родители вместе уезжали куда-то отдохнуть и развеяться, оставив их одних, а после Феликс догадался. Для Ликса все стало предельно просто: Сынмин влюбляется, даже остановить это не пытается. Ким лишь льнет ближе к Хенджину, топит себя в чувствах, прикрывая все дружбой или обыкновенным интересом. - Я рассказывал, что меня перевели в другую студию? - Хенджин поправляет рюкзак на плечах, мечтательно глядя куда-то в облака, пока Сынмин старается поспевать за быстрым шагом старшего. - Вроде, нет. - Я переведусь в другую студию ненадолго, - повторяет Хенджин, на что Сынмин кивает головой, показывая, что новость действительно хорошая, - Но есть еще кое-какая важная новость, я думаю, она достаточно.. плохая. По крайней мере, я достаточно расстроен. - М? - Сынмин обращает взгляд на Хенджина, который уже смотрит на Сынмина. В глазах читается какая-то боль и грусть, хорошо прикрытая какими-то позитивными эмоциями. - После окончания учебы я поеду в Штаты, - Сынмин чувствует, что вот-вот прекратит дышать, - Мне правда очень жаль, я буду стажироваться у одного из профессиональных танцоров. После у меня есть шанс попасть в команду танцоров. Я очень не хочу ехать, пока я разговариваю с мамой, чтобы как-то уладить все. Родители очень хотят, чтобы я поехал, они рассказали, что меня заметили на прослушивании и очень настаивают на моей стажировке. - Это отличная возможность, - с тяжестью произносит Сынмин, вздыхая, - Это правда отлично, ты должен справиться и поехать, - Сынмин улыбается. Скорее не потому что это хорошая возможность, а из-за того, что Хенджин должен почувствовать, что ему это нужно. - А ты? - Со мной все будет в порядке, - легкий удар в плечо, - Ты не должен отказываться из-за меня. Мечта Хвана - танцевать на сцене. Он безумно хочет передавать эмоции через танец, хочет уметь все показывать своим телом и движениями, занимается танцами с двенадцати лет, получает все это время поддержку от Сынмина. Хенджин по-настоящему стремится к своей мечте, а Сынмин готов быть на его стороне, даже если у него никогда не получится достичь своих поставленных целей. Мечта Сынмина быть с Хенджином, но не все мечты должны сбываться, правильно? Семнадцать лет. Возраст, когда Сынмин наконец-то понял, почему так держится за Хенджина, почему ему так нравится проводить с ним время, почему он всегда будет на его стороне, даже если весь мир будет против. Сынмин осознал, что чувства - это прекрасная вещь, которая подарит бабочек в животе и чувство окрыленности, словно море по колено и нет никаких преград. Семнадцать лет. Это возраст, когда мечты Сынмина о любви разбились о каменный берег, когда он, со слезами на глазах, смотрел общие фотографии и задавался вопросом. Почему именно в Хенджина ему пришлось влюбиться? Почему именно ему? Семнадцать лет - это возраст, когда Сынмин проводил Хенджина в другую страну, пообещал звонить и писать так часто, чтобы Хван даже соскучиться по нему не смог. Как и ожидалось, время беспощадно. Двадцать лет. Сынмин учится в престижном университете, старается зарыть в себе уже неправильные чувства, которые Феликс всячески пытается хранить в своем друге. Лучше чувствовать, что ты можешь кого-то любить, чем закрыть себя для всех. Феликс, как никто другой, понимает, что могут значит чувства. Он знает, он чувствует, потому что видел их рядом. Не может быть такого, чтобы звезды и вселенная в глазах Хенджина была лишь обманом. На друзей так не смотрят, они уже не просто друзья, они не просто влюбленные, это что-то большее, чем простая влюбленность. - Позвони ему, - тянет Феликс, - Возможно он этого ждет. - Возможно, - хмыкает Сынмин, - У него уже другая жизнь, пожалуйста, прекрати. Я тоже хочу забыть про это и жить дальше, дай мне шанс не думать о нем хотя бы день. Киму больно, он будет врать, если это не так. Ему стало в разы тяжелее. Быть неправильным для всех - тяжкое бремя, которое Сынмин несет на своих плечах. Ким старается учиться, чтобы хотя бы иногда забывать про своего друга, про его мечту. Старается изо всех сил, чтобы не открывать страницу в социальных сетях. Звонок в дверь. И это снова то, что меняет жизнь Сынмина. За дверью высокий парень, который заметно вырос. Длинные темные волосы касаются плеч, а улыбка не спадает с лица. Сынмин не может поверить. Смотрит на него, уже совершенно другого, но сердце по-прежнему быстро бьется, гоняет кровь и приливает ее к щекам. - Твоя мама сказала, что теперь ты живешь тут, - низкий бархатный голос касается слуха, а мурашки по всему телу наконец показывают, что Сынмин не спит, - Думал, не найду тебя. Сынмин обнимает так, словно это самый последний раз. Крепко хватается за шею, прижимается и утыкается лицом в шею, тяжело дыша. Да, хотелось вести себя, как обычно, как он привык. Отстранено, чтобы Хенджин никогда не узнал, как на самом деле тепло у Сынмина на душе лишь от одного нахождения рядом. Хотелось, чтобы все было как раньше, но Хенджин укладывает руки на талии и отвечает на объятия, улыбаясь. Честное слово, ничего лучше, чем такие теплые объятия, в мире придумано не было. - Я тоже очень по тебе скучал, - улыбается Хенджин, замечая Феликса в коридоре. Ли улыбается, показывая большие пальцы вверх. Улыбается и понимает, что был прав. - Не хочешь сходить сейчас в студию? - спрашивает Хенджин, когда Сынмин наконец отстраняется. Красивее такого Сынмина Хенджин еще никого не видел, - Я покажу тебе, чему научился. Устроим ночевку, как раньше, если Ликс, конечно, не против. - Забирай, я буду только рад, - хихикает Ли, размахивая руками. Сынмин мелко кивает, собирает нужные вещи и быстро переодевается. Моргнуть не успевает, как он уже усаживается на прохладные полы студии. Студия Хенджина, в которой он теперь будет заниматься в Корее. Хван разминается, много шутит и старается разговорить друга, который, словно завороженный, смотрит на него. Хван и правда стал отличным танцором за такое короткое время. Он двигается то плавно, то резко, красиво контрастируя движения. Вкладывает всю душу, от чего у Сынмина приятно тянет в груди, хочется громко восторгаться, хоть он и не привык в целом быть громким. Хенджин смотрит в зеркало, анализируя и контролируя каждое свое движение, но не упускает возможности стрельнуть взглядом в Сынмина, смутить его, подмигнуть. Хенджин выглядит чертовски красиво во время танца. Так, как надо. Это определенно его место, его предназначение, он все-таки смог достигнуть своей мечты и цели, стал тем, кем так давно мечтал. Сынмин чувствует гордость, наблюдая за влажными волосами и губами, которые Хенджин облизывает, пока танцует. Вроде совершенно другой человек, на вид его очень сложно воспринимать как старого доброго Хенджина, который воровал у родителей сладости, которые ему было нельзя, на Хенджина, который старался модно укладывать волосы, но выглядел настолько смешно, что начинал болеть живот от смеха. Перед Сынмином совершенно другой Хенджин, он наполнен харизмой и энергией, которая ранее была запрятана в детской душе. Хван вырос, это очень видно, но и Сынмин не бездельничал, он тоже стал совершенно другим. Не изменилось только одно. Чувства. - Ну и как? - Хенджин спрашивает, хватая бутылку воды. Он смотрит на Сынмина, который совсем не может ничего сказать, смотрит куда-то в одно место от переизбытка эмоций, - Минни? - А? - милое и глупое выражение лица Сынмина напоминает Хенджину, ради кого он все-таки вернулся. Напоминает, для чего он решил вернуться. - Ты выглядишь очень мило, - улыбается Хенджин, замечая, как Сынмин зависает еще сильнее, - Солнце. - Как ты меня назвал? - наконец выговаривает Сынмин. Сложно скрыть удивление, весь день вообще кажется каким-то ужасно реалистичным сном. Хенджин, который не появлялся почти полтора года в жизни Сынмина, сейчас танцевал перед ним и показывал, на что же он способен, а прямо сейчас называет его солнцем. Сынмину нужно держать себя в руках, но по-настоящему ли это ему нужно? - Солнце, - повторяет, - А как я еще могу называть того, о ком не могу прекратить думать даже тогда, когда уже вернулся?