Судьбу не обманешь

Королевство Бристоли делилось на семь герцогских наделов, а те — уже на оставшиеся титулы: от графа до крестьян. Можно сказать, что королевство ничем не отличалось от остальных, кроме одного: правителем являлся омега, а альфа был только соправителем. И поэтому соправителем мог стать даже крестьянин, если он истинный короля. И вот это правило не менялось уже больше сотни лет. Шёл девятьсот пятьдесят седьмой год. Летнее солнце заходило за горы и окрашивало их в тёмно-оранжевый цвет. Этот закат навевал грустные мысли, но не только они тревожили сердце короля Ларсена, сидящего в беседке из красного клинкера. Боли в животе становились сильнее, но король мужественно терпел их, забывая при этом, что их может чувствовать не только он, но и его брат-близнец Аманд. Король очень не хотел возвращаться в замок, стараясь не думать о родах и предсказаниях оракула, в которые он не хотел верить. Солнце уже совсем скрылось, когда в беседку вошли альфа и омега, последний с трудом передвигался. — Лари, почему ты ушёл так далеко? У тебя же схватки давно начались. Мы тебя обыскались. — Прости, Аманд. Я забыл, что ты тоже можешь испытывать боль, — проговорил король, грустно улыбнувшись. Он боготворил Аманда и не хотел, чтобы нестерпимая мучительная боль передавалась и брату, которого он очень любил. — Не извиняйся, я тебя понимаю, но нам надо вернуться, ведь ещё немного, и мы увидим наших малышей. — Я боюсь, Ам, — открылся он брату, делясь с самым близким омегой переживаниями, что тревожили его мысли. И заставляли внутренне напрягаться, как сжатая пружина, готовая выскочить из музыкальной шкатулки. — Я знаю, ведь всё чувствую и помню наш разговор, а ещё я уверен, что это пророчество не сбудется. Рей созвал всех докторов и лекарей, а также травников, — постарался успокоить Ларсена брат; он не хотел, чтобы тот поддавался панике, сжимавшей сердце железными обручами. — Ам, помни, ты дал клятву воспитать их как родных, — Ларсен стоял на своём, внутренне предчувствуя беду. — Братишка, всё будет хорошо. Рей, помоги его поднять, и пусть слуги приготовят спальню, мы готовы рожать. И, скривившись от боли, Аманд, приобняв брата, помог ему подняться с софы. Король покачнулся, и альфа тут же подхватил его на руки и уверенной поступью направился через весь сад во дворец. Рей внёс мужа в покои и аккуратно уложил на постель. И его тут же выпроводили в зал, а короля окружили медики и травники с повитухой. Рей не мог сидеть на месте и ходил кругами, когда в зал буквально на руках внесли Аманда, скрученного от боли. — Ам, выпей, боли пройдут и тебе станет легче, — тут же альфа кинулся к нему с бокалом какого-то варева от травника. Ам покачал головой, отказываясь от питья, и, свернувшись в позу эмбриона, стал ждать результатов ночи, в то время как весь дворец носился в суматохе, готовясь к появлению на свет наследника. Часы на башне пробили три часа ночи, когда из королевских покоев раздался плач ребёнка, а спустя десять минут ещё один. Аманд быстро успокоился, пережив всю братскую боль; он попытался встать, но его резко повело, и он, потеряв сознание, упал, словно скошенная трава. Рей, испугавшись, позвал слуг, а сам кинулся в покои мужа, но дальше порога его не пустили. Он видел, что возле мужа крутились доктора, пытаясь привести в чувство, а травник и его помощник обтирали каким-то раствором, но результата не было. Короля омыли и уложили на чистую кровать, одев прозрачную магическую полусферу для искусственного дыхания, которая тут же плотно прилегла к лицу, обрисовывая его черты. Аманд приоткрыл веки и слабым срывающимся голосом попросил, чтобы его положили рядом с братом. Просьбу незамедлительно исполнили, и он взял бережно за руку Ларсена, стараясь поддержать его, согреть своим теплом, хотя ему и самому было сейчас нелегко. Но он держался, надеясь на чудо. Надеясь, что его самый близкий человек всё же откроет глаза. Три дня врачи не отходили от ложа, но пророчество сбылось, король умер, так и не придя в себя и не узнав, что на свет он произвел двух прекрасных и здоровых альфочек. После смерти короля Аманд пришёл в себя. Он старался держать себя в руках, хоть и было заметно, что ещё немного, и он впадет в истерику. Но новый король знал, что на его руках остались маленькие дети и муж брата, они были так же одиноки, как и он сам. И только за горами, в тёмной пещере, раздавался громкий и страшный смех колдуна, который умирал и радовался, что смог забрать с собой того, кого любил всю жизнь, хоть и не воссоединятся они после смерти. Один вознесётся в рай, другой отправится в ад за службу дьяволу. Через десять дней после смерти короля на престол взошёл его младший вдовствующий брат, а соправителем стал вдовец Рей. Они тихо обвенчались и дали клятву вырастить детей достойными правителями.

***

Прошло десять лет, и дворец распахнул свои двери. В него были созваны все омеги, населявшие королевство, для того, чтобы можно было определить истинную пару для наследников. Если пара оказывалась из семьи крестьянина, омегу или альфу забирали во дворец и начинали обучать всему, что должны были знать король и соправитель. Поэтому все омеги и альфы королевства в обязательном порядке начинали посещать бесплатную раздельную школу с трёх лет, где обучались танцам, этикету и манерам, но и дома они продолжали помогать семьям. По двору дворца разносился весёлый детский смех, а Аманд, стоя у окна, вспоминал, как он и его старший братишка точно так же веселились и выбирали себе пару. Он встретил свою, только когда ему исполнилось пятнадцать лет, а брат свою — на год позже, в шестнадцать. В тот памятный день светило солнышко и кругом было много альф. Аманд жался к брату и не хотел выходить во двор, ведь очень боялся, а Ларсен улыбался и поддразнивал его. И так случилось, что младший первым нашёл свою пару. Альфа Кэм Роан был наследником герцога из надела Тёмных гор, вторым сыном. И его близкие были рады породниться с королевским двором. Но старший брат Кэма страдал от зависти: он очень хотел стать истинным для Ларсена, но его мечте не суждено было сбыться, ведь через год истинной парой оказался крестьянин Рей Бассо. После свадьбы подростков стали обучать политике и праву, чтобы они выросли настоящими правителями. Аманд всегда знал, что править страной будет Ларсен, и зачастую вместе со своим любимым прогуливал уроки. И вот в один из таких дней конюхи оседлали для них лошадей, и они поехали на лесную поляну, возле озера, где провели самое счастливое время. Когда наступил вечер, они отправились обратно во дворец. Сумерки сгущались, но лошади шли уверенно, так как знали дорогу. Ничто не предвещало беды, и, позабыв об осторожности, они утратили бдительность. Но ведь не зря прошёл слух, что шайка разбойников стала вновь лютовать. Их главарь был хитёр, и ему каждый раз удавалось уходить от городских стражей, спасая своих людей. Вот тут-то влюблённых и подкараулили бандиты, напали из-за густых кустов. Началась драка, Кэм был убит, а омегу нашли раненым и истекающим кровью. Уже во дворце родные узнали, что Аманд был беременным, но из-за тяжести ранения детей он потерял, а спустя неделю, когда пришёл в себя, узнал, что бесплоден. Родные дали разрешение на удаление матки ради спасения его жизни. Ларсен тогда был с ним всё время рядом и горячо поддерживал. То, что во всём виноват брат Кэма, раскрылось случайно, когда он попытался убить Рея и похитил Ларсена. Это произошло через год после траура, на одном из балов, где принимались послы другого королевства. Тогда все и узнали о пророчестве и проклятии, в котором говорилось, что как только Ларсен родит, он умрёт, а ещё — что старший брат-альфа Кэма связался с колдунами из далёких тёмных земель, лежащих за морем. Аманд пришёл в себя от прикосновения Рея, который обнял его со спины. Любовниками Аманд и Рей стали через три года после смерти Ларсена. — О чём ты так сильно задумался, что даже не услышал, как я тебя зову? — тепло произнёс альфа и с нежностью провёл по руке Аманда, а потом переплёл их пальцы. — О нашей истории и о том, как мы были счастливы тогда, — с печалью ответил любимый. — Их нет. И это грустно, но нам надо жить, пока Джем и Френ не вырастут. Мы с тобой уйдём, как только мальчики будут готовы занять наши места. — Я знаю, и меня тяготит скрывать от них правду, — поделился переживаниями Аманд. — Ещё рано им всё знать, — проговорил Рей, поцеловав омегу в макушку. — Вот когда придёт время, тогда они всё и узнают, а пока давай наслаждаться праздником.