my babygirl

Юнги души не чаял в своей малышке. Он натирал ее до блеска каждый вторник и, традиционно, проводил ладонью вдоль кузова каждое утро, словно приглаживая волосы девушки. Мин искренне верил в их родственные души и, сжимая пальцы на руле, тихо говорил ей, что она его самая большая любовь в этом мире. 

Это был Мерседес 190. 1990 года рождения. Черная матовая крошка с ярко-желтыми вставками на бампере и полосками вдоль кузова. С двухлитровым движком и механической коробкой передач. С кожаным салоном в тон самой малышки и сабвуферами в багажнике. 
 А еще эта крошка была заднеприводной. Как и сам Юнги. — Что там, малый, как дела у моей малышки? 

Брюнет бесцеремонно зашел в гаражный автосалон, где каждые полгода проводил полный осмотр машины, стараясь поддерживать ее в хорошем состоянии не только снаружи. Он обслуживался здесь уже около трех лет и знал каждого, но торчащая из-под машины макушка показалась незнакомой. Мин присмотрелся, думая, что, наверное, Чонгук решил сменить имидж, но незнакомец решил отреагировать на странное приветствие клиента. Он выехал на подкатном лежаке, приподнимая брови в немом вопросе, и растянул правый уголок губы в усмешке, глядя на Юнги снизу вверх. Мин опустил взгляд на парня, затягиваясь красным мальборо, и присел на корточки перед лицом блондина. 

— Вид, конечно, зачетный, но что там с малышкой?

 — Юнги! Здорова, дружище. 

 Брюнет резко повернул голову влево, откуда послышалось громкое приветствие Джина. Он вышел из своего кабинета, расставляя руки в стороны, ярко улыбаясь своему другу и быстро преодолевая небольшое расстояние. Блондин недолго задержался взглядом на объемной ширинке Юнги, а после клацнув языком в неком восторге, заехал обратно под машину. 

— А где Чонгук? 

 Мин невесомо приобнял друга, пару раз легонько ударяя того по спине в неком приветствии, а после вновь посмотрел на торчащую макушку, дергая уголками губ, но быстро возвращая внимание на Джина. Тот вытянулся в лице, одаривая непонятным взглядом Юнги, а в глазах читалось явное желание покрутить у виска, но Джин лишь закатил глаза, щелкая языком и тяжело выдыхая. 

— Он же уехал учиться в Сеул. 

— О, давно? 

  — Ты явно долбаеб, Юнги. 

 Юнги не долбаеб. Наверное. Он просто особо никогда не обращает внимание на то, что ему рассказывают люди. Ему, как-бы, похуй на всех, потому что всем похуй на него. Взаимный обмен любезностями не входил в ежедневный список дел, которые обязательно должен был совершить Мин. У него был он, его любимая малышка и пачка красных мальборо в кармане. Переодически, чаще всего по пятницам, в этот список добавлялось пиво и какой — нибудь фильм по местному телевидению, но не больше того. Ему больше просто и не надо. 

Чонгук был интересным малым. Он всегда встречал Юнги с искренней улыбкой на лице, расспросами про его жизнь и частенько делился своими планами на будущее. Они познакомились, когда тот, подрабатывая у Джина в автосервисе, частенько проводил осмотр малышки. Он неплохо разбирался в машинах, всегда ответственно подходил к осмотру каждой и никогда не подводил Мина. Тот даже помнит, как Чонгук говорил что-то о том, что в будущем хотел бы иметь свой собственный автосалон. И еще то, что разбираться в машинах его научил покойный отец. 

Теперь же эта блондинистая макушка заменяет Чонгука и, если в улыбчивом малом он не сомневался, то про этого он явно ничего сказать не мог. 

— Чимин, что там с машиной?

  — Все в полном порядке. Осталось поменять масло и залить жидкость для очистки стёкл, и девочка готова. 

Джин довольно улыбается, кивает больше себе, чем Чимину, который все еще что-то проверяет под машиной, и вновь поворачивается к Юнги лицом. Мин непроизвольно напрягается всем телом, вновь затягиваясь, и задерживает дым в легких, выбрасывая окурок на улицу. Он сводит брови к переносице, выдыхает дым через нос и странно коситься на блондина. Ему не нравится, как тот относится к его малышке, называет ее девочкой, и ведет себя так, будто это, собственно, его машина. Мин бурчит что-то под нос, толкает Джина плечом и направляется к небольшому дивану, про себя называя Чимина ебланом. 

Просто Мин Юнги слишком ревнивый, окей?


 Спустя десять минут, Юнги немного расслабляется, развалившись на диване с закинутыми на столик ногами. Он смотрит на яркие краски на стене напротив, иногда кидает взгляды на Чимина около его машины, и думает о том, какие матерные слова смотрелись бы красиво напротив имени блондина. 

— Закурить не найдется? 

 Юнги вздрагивает, слишком задумавшись над своей важней миссией, а после поворачивается к сияющему блондину, который, держа в зубах сигарету, вытирает руки об зеленую тряпку. Блять, он реально красив. В общепринятом понятии этого слова. Идеальные черты лица, точеная линия скул, пухлые губы, маленький нос и кошачий разрез глаз. Чимин выжидающе смотрит на Юнги, закидывая тряпку на правое плечо, и перекатывает сигарету во рту. 

Мин усмехается, молча кидая черную зажигалку тому в руки. Чимин поджигает кончик сигареты, затягивается, втягивая щеки, и протягивает зажигалку, которую обратно никто не принимает. 

— Твоя девочка готова.

 Дым растворяется в воздухе одновременно с фразой Чимина и тот, оставляя во рту дымящуюся сигарету, валиться в кресло напротив. Ему нравится то, что он видит, когда брюнет, для большего удобства, съезжает вниз по спинке дивана, расставляя ноги, упертые в ребро стола, немного шире. Он видит выпирающую ширинку Юнги, отмечая добросовестный размер старшего. Видит сильные бедра, поднимаясь взглядом чуть выше, видит переплетенные ниточки вен на жилистых руках и длинные пальцы. Чимин затягивается чуть глубже, закидывая руки на подлокотники и неосознанно ведет бедрами вперед, разводя колени шире. 

  — Прокатишь? 

  — В эту малышку входят только избранные. 

— Так в меня тоже.

 Юнги усмехается, щуря глаза и проводит указательным пальцем по нижней губе, явно обдумывая свой ответ. Он смотрит на то, как Чимин вжимается бедрами в кресло, затягивается сигаретой, выпуская дым пухлыми губами, а после наклоняется к нему, сокращая небольшое расстояние между ними до минимума. 

— Хочу тебя в этой девочке. 

— А пойти нахуй ты не хочешь? 

  — Безумно хочу. 

 Блондин цепляет его нижнюю губу своей, подмигивая, а после встает со своего места, уходя в сторону кабинета Джина, дымя сигаретой. Юнги прикрывает глаза, прося секундочку у себя, чтобы подумать. Он явно соврет, если скажет, что не хочет Чимина. Он красивый до пиздецов, с охеренной жопой в этом рабочем комбинезоне, его губы классно будут смотреться на его члене, а взгляд снизу вверх они уже проходили. Плюс, Чимин явно хочет его. Куда уж прямолинейней на это намекнуть, как не сказать это прямо в лицо. 

Чимин неплох, он явно берет все, что желает, и Юнги уступит ему в этом, только потому, что сам не против потрахаться с таким малышом, как этот. 



— Эта девочка так хороша.

 Чимин проводит ладошкой по приборной панели, слыша рычание Юнги слева от себя, и оборачивается с довольной улыбкой на губах. Юнги сексуален, когда ведет машину. Когда расслаблено держит руль левой рукой, второй переключая передачи. Когда так сосредоточено смотрит на дорогу, кидая короткие взгляды по зеркалам. И Чимин ловит кайф от этого парня, чувствуя как снова начинает мелко дрожать в кончиках пальцев, желая прикоснуться. 

— Кто-то слишком ревнивый? 

 В голосе слышится смешок, Чимин отстегивает ремень безопастности, разворачивается к Юнги лицом, протягивая руку к оттопыренной ширинке. Он тыкается носом в висок водителя, невесомо прикасаясь губами к щеке, прижимая ладонь к паху. Блондин пищит про себя словно последняя сучка, оценивая размер Мина. 

Юнги не реагирует, он холодно смотрит вперед, не обнажая ни одну эмоцию на лице. Следит за дорогой, лишь слегка сбрасывая скорость. На всякий случай. Чимин не смущается безэмоциональности партнера, продолжая свою маленькую игру. Смесь адреналина и предстоящего секса ударяет в голову, и Чимину кажется, что воздуха становится постепенно все меньше. Он ведет носом вниз к шее, цепляя губами голые участки кожи, а после присасывается к бледной коже под ухом. Юнги сжимает рукой руль, приоткрывая губы в легком вздохе. Ему хочется прикрыть глаза, но он пересиливает себя, давая возможность Чимину слегка поиграть. Он еще отыграется. 

 — Как же я, блять, хочу тебя. 

Шепот Чимина слишком громко отбивается в голове, отдаваясь мурашками по всему телу. Пальцы невольно проезжаются по кожаному рулю, правая слишком резко переключает передачу и грубо хватает Чимина за горло. 

— Ты чертова маленькая блядь. 

 Юнги рычит в чиминовы губы, развернувшись к тому лицом, оставляя дорогу без водительского внимания. Чимин пугается на несколько секунд, но после расплывается в улыбке, воодушевляясь очередным всплеском адреналина в крови. Он цепляет нижнюю губу Юнги своей, проводя по ней языком, и оттягивает ее зубами, прикусывая достаточно сильно. Мин снова рычит, дергая того за горло, отстраняя и сжимая пальцы чуть сильнее, а после сам вгрызается в его губы. Он целуется грубо, но тягуче медленно, смакуя того на вкус и сплетает языки между собой, чувствуя как член под рукой Чимина коротко дергается. 

 — Ты, маленькая блядь, так сильно хочешь мой член, что готов насрать на собственную безопастность? 

Юнги утробно рычит ему в губы, касаясь своими высунутого кончика языка, пока задает вопрос, а после вновь дергает за горло, отстраняясь, и возвращает свое внимание на дорогу. Чимин тихо стонет, вызывая легкий хрип из-за зажатого старшим горла, и проводит кончиками пальцев по венами на руке Юнги, легко сжимая запястье, чтобы просто чувствовать. 

Ему хочется прикоснуться к себе, залезть в штаны и позорно подрочить на такого Мин Юнги, но он лишь вынимает пуговицу из петли на джинсах старшего, тянет за молнию вниз, вынимая член из боксеров, и жалобно стонет «можно, пожалуйста?». Хватка на горле ослабевает, а после полностью исчезает, давая младшему больше свободы в действиях, и тот, не долго думая, отодвигается на сидении назад, опускаясь коленями под бардачок и наклоняется к члену. Юнги слегка приподнимается, оттягивает джинсы с боксерами вниз и возвращается обратно в удобную для вождения позу. 

Он чувствует, как Чимин мажет языком вдоль длины пару раз и обильно смазывает слюной, пуская капли вниз по члену, обводя язычком головку, он цепляет уретру зубами, заставляя Юнги вздрогнуть. Старший шумно выдыхает воздух сквозь зубы, зарываясь пальцами в блондинистые локоны и сжимает их у корней, выбивая из Чимина приглушенный скулёж. 

Мин понемногу отпускает педаль газа, притормаживая на дороге, и аккуратно выкручивает руль вправо, заезжая на безлюдную дорогу. Глушит мотор, отъезжает на сидении назад, хватает Чимина за волосы и резко поднимает вверх, заставляя приоткрыть рот в немом крике от боли. Юнги слегка наклоняется к нему, глядя прямо в глаза, а после утробно рычит ему в губы.

 — Ты зря на это согласился, малыш. 


 Младший не успевает опомниться, как Юнги вновь прижимает его к члену и давит на затылок, заставляя взять как можно глубже. А после Пак давится в собственных слюнях и не может вздохнуть из-за толстого члена в своей глотке. Чимин пыхтит и краснеет, пытаясь откашляться с членом во рту, но Юнги, грубо сжимая волосы в руке, не отступает. Он расплывается в улыбке, приоткрывает рот, тяжело дыша, и вновь тянет Чимина за волосы, давая пару секунд отдышаться. 
 
Он смотрит на этот вызов в чиминовых глазах, обводит взглядом мокрый подбородок и блестящие губы, а после бьет по щеке, с силой сжимая корни волос на затылке, заставляя опрокинуть голову назад. Чимин улыбается краешком губ, и оттопыривает задницу, а после Юнги замечает, как тот трется членом об обивку сидения, и бьет его снова, получая в ответ лишь хриплый стон. 

— Блядская шлюха. 

Юнги снова бьет, оставляя красный отпечаток ладони на щеке, и резко вводит член тому в рот. Чимин принимает, заглатывает максимально глубоко, пока вновь не начинает давиться, а после выпускает член изо рта, прижимаясь губами к яичкам. Юнги сжимает зубы, шипит над ним и толкается бедрами вверх. Блондин надрачивает рукой, перекатывает во рту яички, поочередно засасывая их, а после вновь заглатывает член, расслабляя глотку. Слюни стекают по подбородку, противно ныряя под футболку, но Чимин послушно сосет, прикрывая глаза и втягивая щеки. Горло немного саднит, губы, раскрасневшись, слегка онемели, но Чимин продолжает, потому что те звуки, что издает старший, заставляют собственный член упираться в ткань с большим натиском. 

Легкое трение об сидение не особо помогает, член изнывает и требует, чтобы к нему прикоснулись, избавили от неприятной ткань и провели рукой. Чимин тянется к собственной ширинке, но Мин вновь резко тянет за волосы наверх, а после вновь бьет по щеке. 

— Я не разрешал. 

 Чимин стонет от такого обращения, отдергивает руку и откровенно кайфует. Он улыбается, проводит языком по губам и вновь толкается бедрами, задевая кожаное сидение. Юнги хватает пару секунд, чтобы, открыв свою дверь, схватить Чимина за шею и выйти из машины, заставить сесть младшего на колени на сидение. 

 — Я вытрахаю всю душу из тебя, если хоть одна капля с твоего гнилого члена попадет на мою малышку, ты меня понял? 

Чимин быстро кивает, чувствуя острую необходимость прикоснуться к себе хотя бы на секунду, чтобы хотя бы раскрыть пуговицу и ширинку. Но Юнги смотрит строго, прямо в глаза и, как будто, сжирает за раз всю душу. Он упирается одной рукой об крышу машины, другой сжимает горло Чимина, прося высунуть язык и Чимин покорно высовывает его, чувствуя давление члена на нем. Мин плавно проезжается по шершавости языка вглубь, упираясь в заднюю стенку глотки, приглушенно стонет, и повторяет вновь, трахая рот Чимина. 

 — Такой послушный, когда хочешь член в своей заднице, да, малыш? 

Чимин мычит, прикрывая глаза и смыкая губы на головке, обводя языком по кругу, чувствуя как Юнги вновь плавно толкается в рот. Он толкается особенно глубоко, задерживая в одном положении голову Пака на пару минут, берет основание члена в ладонь, проезжаясь коротко по языку и оттягивает Чимина за волосы назад. 

 — Пожалуйста, позволь мне снять штаны. 
 
Голос Чимина звучит слишком жалостливо для того, кто сгорает внутри от предвкушения жесткого траха. Но ему безумно больно и церемониться уже не осталось сил, хочется лишь подчиняться и получить огромное удовольствие. По крайне мере, на это очень сильно надеется Чимин, потому что член у Юнги реально пиздат. 

Юнги не отвечает ему, лишь заставляет выйти из машины и встать на ноги. Пак вновь беспрекословно выполняет приказы, становится на дрожащие ноги, жалостливо смотрит на него и выдыхает, когда чувствует, как Юнги одним махом срывает с него штаны, заставляя болтаться где-то около щиколоток. Он разворачивает его, приказывает упереться руками о сидение, раздвигает ноги и бьет наотмашь по правой половинке. Шлепок разноситься по воздуху и оставляет после себя эхо, и Юнги повторяет, в этот раз слыша легкий писк из уст Чимина. Он опускается на корточки, разводя руками половинки в стороны, мажет языком на пробу и снова бьет по заднице Чимина. Тот прерывисто стонет, закрывая глаза, и сжимает кожаную ткань сидения, прогибаясь в спине. 

— Я сейчас сойду с ума. 

 Шепчет куда-то в пустоту блондин, задыхаясь в новом стоне, и уже сам толкается на язык Мина. Брюнет отодвигается, бьет одновременно по двум половинкам и кусает правую сразу после шлепка, Чимин задушено стонет, дергается слегка, но тем самым приносит себе еще больше боли. Юнги кусает не щадя, со всей злостью и агрессией, оставляя красивые узоры и синяки на заднице младшего. А после снова дразнит языком, обводя дырочку и погружая в нее кончик языка, совсем на чуть — чуть, чтобы больше поиздеваться, нежели действительно начать вылизывать блондина. Он не заслужил. Не сегодня. 

— В бардачке. 

 Чимин тянется к бардачку, достает оттуда маленькую бутылочку смазки и протягивает ее Мину, который сразу выдавливает значительно больше, нежели того нужно. Пальцы тонут в количестве смазки и тугой дырочке Чимина, заставляя того сдавленно выдохнуть. Юнги обводит подушечками пальцев по кругу, входя на одну фалангу сразу двумя пальцами, после повторяет, раззадоривая парня перед ним. Чимин дергает бедрами, пытаясь насадиться глубже, но Юнги со всей силы бьет того по заднице, оставляя красные следы на уже раздраженной коже, и Чимин может поклясться, что возбуждается от одной только мысли, что, после этого дикого парня, на нем останутся синяки. 

Член тянет внизу, бьется красной головкой о подтянутый пресс блондина каждый раз, когда Юнги, шлепая, вгоняет пальцы глубже. Он свободно входит двумя, прокручивая их, хлюпает смазкой и сгибает, проходясь подушечками пальцев по простате. Чимин подмахивает бедрами, легонько царапая сидение ногтями и задушено стонет. 

 Старший хватает Пака за волосы, тянет на себя, заставляя прогнуться в спине, и восхищается его гибкостью, давя на простату. Чимин срывается на хрип, послушно закидывает голову назад и прикрывает глаза. Ему хорошо. И хочется умолять не останавливаться, но Юнги лишь ухмыляется, дергает за корни волос и входит уже тремя, ускоряя движение рукой. 

Блондин на исходе, ему настолько приятно, что пальцы на ногах непроизвольно поджимаются, собственный член истекает предэякулятом, капая несколькими каплями на кожаную обшивку. Чимин пытается стереть эти капли ладонями, но Юнги все еще тянет за волосы, вгоняет в него пальцы и заглядывает через плечо, ядовито ухмыляясь.

 — Ты помнишь, о чем я предупреждал тебя? 

 Чимин сглатывает, пытаясь кивнуть головой, но Юнги все еще крепко держит, лишь позволяет смотреть на него боковым зрением, отмечая животный оскал на губах. Он вытаскивает пальцы из него, обтирает о чиминову футболку, будто ему слишком противно, и вгоняет на пол длины без предупреждения и какой — либо ласки. 

— Отвечай. 

 Чимину больно, он хватает ртом воздух, давится своими эмоциями и улыбается, как сумасшедший. 

 — Помню. 

 — Повтори, о чем я тебя предупреждал. 

 Юнги входит глубже, растягивая дырочку младшего, хватает основание чиминовского члена и сжимает его до легкой боли. Чимин задыхается из-за нее, оборачивая собственные пальцы вокруг запястья старшего в немой просьбе отпустить, но Мин упертый ублюдок, поэтому он удерживает младшего на месте, толкается бедрами назад, вгоняя до упора заново. 

 — Ты сказал, что если хоть одна капля с моего члена попадет на малышку, ты вытрахаешь из меня всю душу. 

Хрипит Чимин, дергаясь из-за нового толчка, хватка на собственном члене усиливается, резко отдавая болью в низ живота. Ему приятно от того, что неприятно, и это самая странная хуйня в его жизни, но Чимину не хочется, чтобы старший останавливался. Он легонько подмахивает бедрами, когда Юнги обводит пальцами вытянутую шею блондина, сжимая ладонью чуть сильнее. 

 — Твоего гнилого члена, малыш. 

Юнги касается губами мочки уха младшего, пережимая вену на шее пальцами, вгоняет член в задницу со всей грубостью и ловит вскрик Чимина. Ему нравится смотреть, как Пак, такой уверенный в себе по началу, теперь тушуется под властной аурой самого Юнги. Он мечется в руках Мина, не зная куда податься бедрами, дергается грудной клеткой вперед, выгибаясь в спине еще больше, и открывает рот в немом крике, потому что весь воздух разом спирает, когда Юнги сжимает пальцы на шее до легкого покалывания в кончиках. 

— Нравится, проблядь? Нравится чувствовать мой огромный член в твоей растраханной дырке?
 
Голос Юнги отдается эхом в голове, Чимин чувствует собственную пульсацию венки под пальцами старшего, чувствует как его член туго входит в задницу, как растягивает стенки, как собственный член пульсирует в руке Мина и как тот издевательски хрипло смеется тому на ухо. 

— Ты так мило сжимаешься на мне, желая сделать мне приятно. Я бы может даже нежно чмокнул тебя в носик за это, но ты, ебанная шлюха, все равно не оценишь этого. 

Старший резко отпускает его член, бьет по бедру, сжимая пальцы талии Чимина, и начинает вбиваться в него со всей, присущей ему, грубостью. Чимину кажется, что Юнги порвет его прежде, чем тот сможет кончить. Грань между болью и удовольствием стирается окончательно, когда при каждом толчке, Юнги бьет по простате. Блондин задыхается в хриплых стонах, зажмуривает глаза от удовольствия и тянет надрывное «пожалуйста, не останавливайся». 

Он скулит, когда брюнет кусает загривок, ослабляя хватку на шее для быстрого глотка воздуха, и не сбавляя темп вгоняет член во всю длину. Собственный член бьется о низ живота, оставляя влажный след, и дергается с новой порцией шлепков тяжелой ладонью. 

— Ты не кончишь, пока я тебе не разрешу, понял меня?

 Чимин теряется где-то между реальностью и бессознательным состоянием, приоткрывая глаза, чтобы повернуть голову в сторону, глядя на старшего. Его взгляд дикий, возбужденный и сжирающий с потрохами. Он вбивается в задницу Чимина слишком глубоко, слишком быстро, слишком резко, и для Пака это все становиться тоже слишком. 

Он позорно скулит в приоткрытые губы Юнги, хватает ладонями того за бедра и подмахивает бедрами навстречу старшему. Брюнет рычит, вбивается уже с нахлестом, снова бьет по красным половинкам Чимина, заглаживая ладонью удары, и хватает его за волосы, зубами вгрызаясь в кадык. 

Ему слишком мало, он хочет сожрать его всего, зализать губами и словить каждую каплю пота языком. Он хаотично прижимается губами к обнаженным участкам кожи, засасывая ее, и оставляет пару полос зубами, вгрызаясь в венку. 

Чимина лихорадочно трясет, он теряется в своих мыслях, как в пуховом одеяле, зарываясь с головой в новые ощущения. Он на грани между удовольствием и нехваткой воздуха, потому что Юнги сжимает горло до побеления пальцев и рычит на ухо, делая грубые толчки. 

— Пожалуйста, позволь мне кончить. 

 Голос младшего дрожит и срывается на последнем слоге, потому что Юнги снова бьет по простате, кидая блондина в новую дрожь по телу. Старший молчит, лишь тяжело дышит, ускоряясь в толчках, и тянет младшего за локоны. 

У Чимина появляется дикое желание заплакать из-за переизбытка удовольствия. Он чувствует как закручивается узел, щекотливо давя на низ живота. Как напрягается член и все тело, в предвкушении оргазма. Как начинает кружиться голова и покалывать кончики пальцев. Он сжимает руками бедра старшего, молча прося остановиться, потому что контролировать наступающий оргазм становится слишком тяжело, но Юнги продолжает входить во всю длину ритмичными толчками, не обращая внимания на состояние младшего. 

— Кончай. 

 Чимин сотрясается всем телом, зажмуривает глаза до белых точек под веками и откидывает голову на плечо старшего, протяжно скуля из-за, нашедшего его, оргазма. Он проклинает его и боготворит одновременно, пока пару раз дергается, все еще чувствуя его размеренные толчки. Юнги бьет его в последний раз по заднице, резко прижимаясь к нему всем телом, сжимая ладонями бедра до синяков, и рычит на ухо, прикусывая мочку уха, ловя за горло собственный оргазм. 

Младший чувствует, что-то инородное в своей дырочке, когда раскрывает глаза, в непонимании глядя на Юнги. Тот подмигивает ему, растягивая губы в улыбке, легонько шлепая по ягодице пару раз. 

— Это симпатично смотрится в тебе. 

Он приглаживает подушечками пальцев кончик пробки, поправляет чиминову футболку, и целует в затылок. 

 — Ты, сука, решил засунуть в меня пробку, чтобы твоя сперма не вытекла из меня? 

 — Именно это я и сделал. 

 — Ебанный ублюдок. 

Старший хрипло смеется, натягивая на возмущенного Чимина штаны с бельем, пока тот разводит руки в стороны в немой претензии. Юнги широко улыбается, зарываясь пальцами в блондинистые локоны, притягивая к себе, чтобы лизнуть нижнюю губу младшего, втянув в глубокий поцелуй. 

Юнги прощает его за свою малышку, а Чимин теперь бережно осматривает ее каждый вечер в просторном гараже старшего.