«Поэтому заткнись, иначе, обещаю, я стану причиной твоих ночных кошмаров»
Он не хотел знать. Но узнает. Пространство казалось таким пустым и безжизненным. Холодным и сырым, что тут не хотелось оставаться. Любой шорох в тишине Сун Джин-Ву был уже родным. Конечно, он мог бы выбраться из этого круга непонимания, если бы захотел, но спрашивать в лоб «Кто ты такая?» — черезчур странно, не находите? Что он хочет услышать? Вряд-ли будет что-то, что может ответить хотя бы на один его грёбаный вопрос, который так и крутится в голове. Он не знал, задуманно ли так самой Ичи, может это психологический прием. Что это? В этот раз дверь хлопнула странным образом и юноша приподнялся, словно сгорая внутри от накатившей паранойи. Но это был лишь сквозняк, что закрыл его дверь. Джин-Ву понимает, что долгое отсутствие сна приводит к изнеможению и глупым мыслям, поэтому он падает обратно не постель, закрывая свое лицо ладонями, выдыхая горячий воздух из лёгких. На самом деле это сложно. Сложно доверять свою жизнь какой-то системе, подниматься по лестнице, а потом рухнуть посреди ступеньки из-за какой-то психологической преграды, которая появилась в его жизни совершенно нечаянно. Это бесит. Сун Джин-Ву не из тех людей, что идут на поводу своих чувств и эмоций, но это… Это был другой вариант. Понимание, что выбора нет ни у кого в этом мире, даже у него, факт удручающий.Глава Вторая: Возможные попытки.
9 июня 2021 г., 10:08
Глядя на нее — он не мог понять, что происходит вообще в его голове. Сун Джин-Ву был готов поклясться, что это был сон и что это все не на самом деле, стараясь среди ночи не вспоминать ее силуэт и всплывающие картинки, о которых он и знать не знал ранее. Они, словно ночной кошмар, преследовали охотника куда бы он не пошел, изводили ночью и заставляли просыпаться посреди ночи.
Слабо слышный голосок девушки проникал в самые темные уголки души и разума, заманивая в свои сети. Хриплые нотки. Голос не дрогнет, даже если она будет просить тебя убить кого-то. Защищать ее не надо, она сама защитит себя, но иногда женская слабина давала о себе знать и ее руки дрожали, а вместе с ним и непоколебимое желание достигать вершин, идя по головам, ломалось внутри нее.
Почему-то он помнил о чем-то, но картинки все равно не складывались в правильной последовательности, выдавая фильм через сломанный проигрыватель.
Это была не она, не он, но четко в голове кто-то бил тревогу, тянул за руку его ближе к ней в рейдах. Что-то потаённо-холодное тянулось к открытому теплу, за которым, если капнуть глубже, скрывалась настоящая смерть. Только эту сторону не знают. Ее боятся. Ее скрывают под замками вместе с девичьей слабостью и обидами. Страхами и нерешительностью.
Грубая.
Несносная.
Сильная.
Именно такой образ почему-то представал перед охотником, когда он видел ее перед вратами, так мило хохочащей с Джин-Хо перед тем, как там, по ту сторону врат, взмахнуть клинком, стереть с лица чью-то кровь и опалить их своей улыбкой. Такой он видел ту девушку, что посреди рейда схватила его за руку, наплевав на то, что она еле стояла на ногах.
Наговорила ему гадостей. Назвала самоуверенным. Назвала идиотом и слишком верящим в свои силы, которых не хватит, когда опасность действительно накроет их. Наговорила, чтобы он заткнулся и понял, что она из тех, кто если и работает в команде — то отдается этому сполна. Перед глазами выражение ее лица. В ушах шумит ее голос. Избалованная девочка за вратами и серьезный охотник, который что-то пережил совсем недавно, что все ещё гложет ее внутри.
Она тогда так сжимала его воротник, что Сун Джин-Ву не удержался и хотел было встряхнуть ее за плечи, дабы привести в чувство, но ее пальцы обхватили его запястье и тогда охотник понял, что на вид хрупкая девочка — не такая уж и хрупкая, черт возьми.
Их взгляды тогда встретились и Джин-Ву понял, что она не лгала о том, что чувствовала. Она была измотана происходящим вокруг и то, что они выбрались — это не значит, что на этом все кончается. Нет, все только начинается. Внутри все ныло. Било под коленки. Словно чья-то шутка и ошибка.