Все когда-нибудь станет лучше

      Утро добрым не бывает, особенно когда ты — трудоголик от бога — уже третий день из семи выходных проводишь в собственной постели по случаю вынужденного отдыха. Потянувшись на постели, Ичи, как и всегда, уж надеялась, что проведет этот день в мягкой постели и оставит позади, как и все остальные.              Перевернувшись на бок, дева не подняла даже взгляда на часы, и не запомнила числа на экране блокировки своего телефона, очень увлеченно рассматривая совместную фотографию с Шин-А. Улыбка сама потянулась на лице молодой девы, давая ей возможность вспомнить, как на недавнем дне рождении в парке они с отцом и сестрой веселились на всю, словно малые дети.              Словно в старые, добрые времена.              Упав обратно на спину, Ичи раскинула руки в сторону, глядя в потолок над собой, пытаясь на нем найти новые интересные пятна, которые, возможно, не видела до этого, но на белом, практически зеркальном, нарядном потолке она замечает лишь блики лучей света, что выбиваются через неплотно задернутые шторы.              Протянув руку — Ичи пытается безуспешно их словить. А посмотрев на пустую ладонь — тихо вздыхает. Не судьба.              Очень настойчивый стук с звонком привлекает внимание охотницы, заставив ту приподняться на локтях. Кто собрался наведаться к ней в такую рань, так ещё и посреди рабочей недели? Кому не спиться, а может не сидится на месте? Кто может прийти к ней и так нагло тарабанить в дверь?              Варианта было два. И это точно не уехавший в коммандировку на месяц отец, и точно не мать, работающая, не поднимая головы.              Поднявшись с постели уже вынужденно под более настойчивые стуки, девушка прикрикнула, что вот-вот подойдёт к двери, натягивая на себя шелковый халат-хаори с лилиями. Она, в пижаме и халате, наконец открывает дверь и опирается на проем, глядя на своих гостей, что застыли с кулаками перед пустым местом, где была дверь. Только палец на звонке продолжал давить, наполняя квартиру цокотом.              Потянувшись к руке, Ичи стянула палец с звонка и квартиру наполнила блаженная тишина, а ее хозяйка сложила руки под грудью, глядя на гостей вместе с сидящим в конце коридора псом. Тот клонит голову и тихо приветственно скулит, завидев знакомые лица.              — И вам доброго утра, Господа. — Кивает Ичи, осматривая довольное лицо своей сестры и Хеннима, которые в унисон убрали свои руки за спину. — В чем причина такого раннего визита? Кто-то умер? На мир надвигается метеорит? Мама уволилась? Мама развелась? Чё припёрлись?              Начинает осыпать вопросами молодых людей чуть недовольная девица, сощурившись.              — Я подумала, что нам нужно вытягивать тебя из твоей скорлупки, поэтому решили прийти и вытащить тебя на пикник. Я уверена, что тебе понравится. — Улыбнувшись, Шин скользнула в щель между сестрой и дверью, присаживаясь перед Джей-Джеем. — Привет, хороший мальчик. Скучал, малыш? Да, я вижу, ты скучал. Давай вытащим твою маму на пикник вместе с тобой, малыш. Чтобы она могла подышать свежим воздухом и отдохнуть от серых будней одиночества.              Почесывая собаку за ушками, девушка заставляет парочку в дверях улыбнуться. Ичи вмиг вспомнилось, как защищала маленькая Шин принесенного и спасённого с улицы щенка. Сама Ичиго не спала ночами или спала рядом с больным щенком, обрабатывая его лапки и ушки после того, как принесла с улицы. Карамельный щенок, избитый детьми и улицей, прибился к школьному двору, где играла маленькая Ичи.              Сколько скандалов она выслушала. Ми Ин-Хо тогда во всю стоял на стороне старшей дочери, своей дорогой Ичи, которая умоляла его оставить пса, а Ким Суун-Ха во всю не желала поддаваться детским прихотям и тыкала мужа в то, что в этом доме он позволяет своим дочерям слишком много. И собака явно была просто предлогом, чтобы высказать грязь.              — Я бы могла и дома побыть, знаешь ли. Я выхожу на улицу, когда выгуливаю Джейсона. — Пропуская Хеннима в дом, чтобы тот не стоял на пороге, девушка закрывает дверь и плывет вглубь квартиры, обогнув сестру, от которой пёс погнался за любимой хозяйкой. — Не хотите мне, к примеру, сказать куда мы едем? А то, зная вас, можно ожидать от парка до озера с крокодилами, которых привезли специально в местное озеро, чтобы вам интересно было.              — Да ну. — Дуется Шин-А, зная, что сестра так неудачно просто шутит, как и всегда это она делает. — Мы сняли домик на пятерых в местном заповеднике. Тебе ведь такое нравится, Ичи.              — Да, природа мне нравится. — Кивает девушка, доставая пачку с кофе. — Мне не нравится, что вы сняли домик на пятерых.       

***

      Яркое солнце, опаляющее бледные щеки, тянулось до самых кончиков ресниц, которые так и не хотелось открывать. Долгая дорога изнуряет, особенно если ты — вынужденный водитель, коим тебя заставили побыть. Пускай оно и так, Ичи назад не стерпит эти пару часов езды, увалиться на задние сиденье машины и уснет до самого дома, не замечая шум и гам вокруг себя.              Сейчас же, охотница только и могла, что жертвенно проклинать всех богов, что снизошли своей немилостью к ней в этот день и решили свалить помимо двух персон ещё жару, солнце, и руль в руках, долгую дорогу, а ещё и плейлист сестры, от которого вяли девичьи уши.              Ох, Ичиго уже проклинала и тех, кто осмелился написать всю эту попсовую мелодятину, которую в один голос напевали Шин-А и Джин-Хо. А те явно не желали оставлять водителю возможности утонуть в тишине. Чтобы не скучала.              Хотелось уткнуться лицом в руль и уснуть прямо на ходу, пускай будет что будет, но девушка усердно терпит, растирая ладонью свои болящие глаза. Карты, что любезно были загружены GPS-навигатором, указывали примерное время в районе трёх часов до конечной остановки, уже пожалели явно сто раз в тот момент, когда раздражённая Ичи рубанула по вякающему прибору битые пять часов.              Когда дорожная магистраль сменилась на знакомое внедорожье — Ичиго выдохнула полной грудью. Наконец-то они приехали. Осталось лишь найти один из пяти домиков, который сняли ее дорогие и любимые. Все шло своим чередом, и даже затихшие пассажиры не привлекли внимание девушки, хотя стоило на них обратить свое внимание.              — Сверни тут. — Указывает на поворот налево, один из трёх. Рука, что вылезла из-за сидений, указывала на знак с надписью «Добро пожаловать в «Сонную Лощину». Что же, лощина так лощина.              Ичи пожимает плечами и крутит руль, заезжая на не менее наезжанную дорожку. Впереди, вдалеке, уже виднелся небольшой деревянный коттедж, где троица и расположиться. Там все по правилам. И место для костра. И бревна вместо лавочек. И место для палаток, если вдруг кто захочет слиться с местной природой заповедника.              Прищурившись, дева заметила стоящую неподалек от дома чью-то машину, но лишних вопросов решила не задавать, желая разобраться на месте. Вдруг это кто-то из работников. Хотя, слабо верится, ведь спокойным семейным отдыхом эта поездка не пахла ещё с того момента, когда только Ичи оповестили.              И пассажиры, словно на зло, все молчали, совсем не комментируя ситуацию. Это действовало на нервы и без того нервной в последнее время работницы Ассоциации. Заезжая на свободную поляну в десяти метрах от дома, чтобы далеко не ходить за вещами, Ичи выскакивает из машины первой, вглядываясь в открытую дверь.              Нажав на ключах от машины одну из немногих кнопочек, девушка открыла багажник и оттуда счастливо наконец выпрыгнул Джей-Джей, потянувшись после долгой дороги. Присев рядом со мной хозяйкой, он обратил на себя внимание хвостом, которым во всю гонял пыль под ногами. Опустив руку на голову питомцу, Ичиго почухала у ушка и погладила по шерстке.              — А-а-а! — Тянет радостно Шин, вылезая из машины на свежий воздух. Потянувшись, девица хватила из багажника внедорожника свой рюкзак и сумку с едой на три дня, что они тут проведут в единение с природой. — Эй, ты чего застыла? Ичииии!              Дёргая сестру за плечо, девушка пыталась привлечь внимание и вскоре на нее опустились глаза старшей, внимательно глядящие на лицо зовущего. Пожимая плечами и мотая головой, Ми Ичи Но выскальзывает из хватки и склоняется над вещами, запихнутыми в машину самым скотским образом спешащего куда-то водителя.              — Все нормально. Просто я устала. — Отвечает на свои минуты отключки старшая и протягивает младшей сестре пакет с едой для пса.              — А вы не спешили! — Окликивает троицу голос со стороны открытого дома.              — Мы просто немного заблудились. — Объясняется в ответ на это радостный Джин Хо.              Девушка взглатывает. Громко. Не оборачиваясь жмуриться и рыщет по памяти по пакетам, тут же один с шумом сжимая. Голос был ей знаком и в голове наконец начали складываться картинки из подброшенных пазлов.              Домик на пятерых.              Сюрприз.              (Блять…)              — Чего? — Удивляется Шин и оборачивается к сестре, а та, словно ни в чем не бывало вытаскивает пакеты с провизией и закидывает на плечо пляжный зонт.              Она сказала это вслух?              — Ничего. Тебе показалось. — Под нос себе бубонит Ичи и закрывает с грохотом машину, явно на нее вымещая свое недовольство. Младшая выхватывает пакеты и протягивает их пустым рукам Джин Хо, тут же прильнув к сестре в объятиях. — Шин…              — Джин-А моя подруга, а ее брат — друг Джин Хо. Постарайся стерпеть Сун Джин Ву ради меня. — Жалобно упрашивает девушка и Старшая косит взгляд, тут же поверженно расслабляясь. — Он тебе нравится?              — Не знаю, но он не в моей «лиге», поэтому я стараюсь держать это в секрете, понимаешь? — Пожимая плечами, Ичи усомняется в том, правда ли так сильно ей некомфортно от нахождения Сун Джин Ву рядом, или просто это ее паранойя хочет сыграть с ней злую шутку. — Забудь о том, что я тебе сказала.              — Тебе стоит поработать над «секретностью», кажется, что все уже об этом знают. — Улыбнувшись, Шин аккуратно поцеловала сестру в висок.              Оборачиваясь к образовавшемуся квартету, Ичи трёт свои бедра и не знает как бы ступить дальше и сделать вид, словно никакого инцидента с поцелуем неделю назад не произошло, и что, собственно, она позабыла о бессонных ночах, когда ее губы предательски кололи.              Прижав ладонь к своим губам, Ичи вздыхает и наконец отправляется к зовущей ее сестре, делая вид, словно просто проверяла не осталось ли чего лишнего в машине.

***

      Как настоящая хорошая сестра, Ичи сделает вид, словно ее сестра не напилась до чёртиков с Джин Хо и Джин-А. Отвернется, словно этого не было. Сама же горе-водитель предпочла наполнять свой стакан абрикосовым соком с мякотью. С тех пор, как девушка встала с больничной койки — любая тяга к бокальчику вина в конце хорошего дня в компании пса отпала напрочь, заменяясь домашним соком, который Ичи сама и делала.              Все просто — она заливала кипятком абрикосы или вишни и отставляла их в холодное место настаиваться. И вкусно и полезно. Как во времена, когда бабушка была жива.              А ещё, увы, каждый раз поднимая взгляд на статистику — она закатывает глаза. Ей хоть соревнуйся для книги рекордов Гиннеса. Сколько бы после получения системы Ичи не пыталась напиться до чёртиков — перед глазами меркало предупреждение.              Статус «опьянение» аннулирован.              Как любезно со стороны создателя лишить ее единственной радости молодой жизни. И ведь, если в обществе друзей ты не пьешь — тебя считают на голову тронутым. Мол, ты молода, полна сил и здоровья, нужно жить на полную. А все, что может отвечать своим неугомонным друзьям — мне завтра на работу.              И ведь это канает. Канает, потому что все знают, что Ичиго работает в ассоциации, что правила достаточно строгие. А Ичи — ответственная.              Ответственная…              Сейчас ответственность Ичи-Но орала песни на весь заповедник в обнимку не менее пьяного Джин Хо. Сун Джин-А была любезно перекинута на плечо старшим братом и без всяких упрёков унесена укладываться спать. А Ми осталась же наблюдать с улыбкой за своими драгоценными, словно это единственное, что даёт ей сил идти дальше.              Хотя, так оно и есть.              — Я принес тебе плед. — Джин Ву протягивает девушке накидку и та поднимает голову, не понимая, как пропустила момент, когда он оказался рядом. Любезно с его стороны, правда. — Возьми, ты дрожишь.              — Спасибо. — Кивает Ичи и стягивает из руки молодого человека одеяло, в него укутываясь по самое не могу. Лишь пол лица остаются выглядывать из голубой микрофибры.              Нависшая тишина, что разбивалась песнями пьяной пары, неловко давила на трезвенников, отскакивая шумом в ушах. Казалось даже, что обоюдное молчание говорило больше, чем если бы они словами что-то объясняли. И все же — мозги плыли.              — Я хотела написать тебе. — Признается наконец Ичи и внимание свое приковывает к полыхающий брёвнам, что сверкающим пеплом поднимались вверх. В горле встал ком, и его стоило перебороть прежде, чем молодой человек ей что-то ответит. Нужно что-то говорить. Что угодно. — По правде говоря…              — Сам виноват. — Джин Ву клонит голову и подпирает ею лицо, скосив свой взгляд на лицо чуть хмуроватой Ичи, медленно расплываясь в улыбке от ее потерянного взгляда. — Почему бы нам не выпить вдвоем? Забыть о том, что произошло и остаться замечательными друзьями, которые в любой момент могут прийти на помощь? Мне кажется, это наиболее подходящий вариант. Или…              — Ты поцеловал меня. — Поджимает губы Ичи и наклоняет голову, устремляя свой взгляд всецело на сидящего рядом с ней молодого человека, встречаясь наконец глазами.              Его глаза такие темные. Такие манящие. И такие красивые. Ичиго внезапно словила себя на мысли, что рада тому, как скрывал плед ее пылающие щеки. Она и не помнила когда чувствовала, чтобы внутри все немело, прижималось к пояснице и болезненно-приятно ныло в груди.              Улыбка Джин Ву заставляет в глазах девушки вспыхнуть пламени, а значит, она все прекрасно поняла.              — Ты поцеловала меня в ответ. — Напоминает юноша, заставляя сложить картинку произошедшего на ее кухне. Тогда Ичи и вправду не владела собой первые секунды, тянулась к мягким губам и охотно отвечала.              А потом ей внезапно стало страшно. Страшно доверять кому-то настолько, чтобы снова бездумно влюбиться и каждое утро влюбляться вновь в сонное лицо, в заботливость, поддержку. Сидящий перед ней молодой человек был иным. От него веяло холодом. Тьмой. Чем-то неизведанно-притягательным для ее тепла и света внутри.              — И я здесь не для того, чтобы извиняться. — Выпрямляется Ичи, заставляя Джин Ву удивиться. Она была уверена, словно ее не сжигал изнутри страх быть снова брошенной.              Почему бы не попробовать? В чем проблема сказать «Да» и посмотреть что же будет дальше. Девушке правда хотелось утонуть в ком-то с головой и выбраться из оков, которые держат девичье сердце подальше от выборов. Пора дать ему свободу и возможность слепо следовать за своими желаниями.              — Мне нужно только одно свидание. — Настойчиво клонит свою палку Сун Джин Ву, сощурившись, чтобы увидеть реакцию на лице Ичиго. И она была удовлетворительная.              Девушка усмехнулась и чуть склонилась телом к молодому человеку, заставляя того с интересом наблюдать за происходящим перед ним. Она — нимфа — утягивает молодого охотника в свои игры и заманивает в сети, чтобы украсть птичку себе в коллекцию для услады взора и сердца.              — Ты думаешь, что сможешь добиться меня всего одним свиданием? — Уверенность юноши забавляла, но никто не отменял тот факт, что Ичи любила соревноваться и так просто не даст украсть себя и свое сердце. А Ву только в радость будет наблюдать за тем, как крутиться эта лиса вокруг своего охотника.              — Абсолютно. — Кивает молодой человек и уверенно хмыкает, переведя свой взгляд на шумных дебоширов, что в обнимку плелись подальше от воркующей парочки, словно понимая, что их возгласы тут явно лишние.              Ичи поджимает губы и тоже молчаливо наблюдает за происходящим возле домика. Как пьяные ребятишки переступают порог дома и уже там устраивают шум, прямо вынуждая сидящих у костра застыть и прислушаться к происходящему. Всепоглощающая тишина располагала к хорошим временам.              Девушка поднимается с места и сильнее укутывается в мягкий плед, переступая через бревна, в сторону домика, оставляя охотника сидеть с теплотой на душе в одиночестве. Подняв голову ввысь, юноша улыбается от чего-то так сильно, что этого не скрыть, даже если он сильно захочет это сделать.              Ичи оборачивается, смотрит на него и губы сами растягиваются. Какой же он всё-таки противно-настойчивый, по своему особенный. И девушка хмыкает в ответ на свои мысли, и окликает его, скрепляя их договоренность.               — Теперь ты должен мне свидание, Сун Джин Ву.