Melissa rebirth

      Проснулась я утром; мне казалось, что проспала я достаточно долго, несмотря на то, что никаких сновидений меня больше не посещало. Гарри уже не было в Больничном крыле. За окном светило зимнее солнце. Одна из кроватей была огорожена ширмой. Мадам Помфри, заметив, что я очнулась, принесла завтрак.       — Вы проспали трое суток, мисс Нотт, — сказала она. — Как ваше самочувствие?       — Более-менее, — ответила я и начала уплетать завтрак за обе щеки.       — После трапезы выпейте зелья и можете идти. Если почувствуете слабость, сразу ко мне, — произнесла мадам Помфри и удалилась.       Позавтракав и выпив зелья, я вышла из палаты. Моя компания встретила меня всеобщими поздравлениями. Невзирая на то, что игра проходила четыре дня назад, мальчики, и даже Малфой, снова обсуждали её и перемусолили даже вечеринку в честь победы Слизерина. В коридорах я тоже наслушалась поздравлений от старшеклассников, в числе которых засветился и Флинт.       На второй неделе декабря Драко, Тео, я и Блейз заявили Снейпу, что решили остаться в Хогвартсе. Ну и конечно же, с нами остались Крэбб и Гойл, как вечная охрана.       Через неделю в Большом зале повесили объявление об открытии Дуэльного клуба.       — Что думаешь, Малфой? — поинтересовалась я у Драко, но по его выражению лица всё уже стало ясно.       — Размажем этих гриффиндорцев, — широкая улыбка воцарилась на его лице.       В восемь часов мы с Драко, Тео и Блейзом вошли в Большой зал. Обеденные столы были убраны, под бархатно-черным потолком горели свечи, вдоль одной стены возвели золотые подмостки. Здесь собралась чуть ли не вся школа. На подмостки вышел Златопуст в лиловой мантии, сопровождаемый «Бэтменом» в черном будничном одеянии. Локонс взмахнул рукой, требуя тишины.       — Подойдите поближе! Еще! Меня всем видно? Всем слышно? Прекрасно! Профессор Дамблдор одобрил моё предложение создать в школе Дуэльный клуб. Посещая его, вы научитесь защищать себя, если вдруг потребуют обстоятельства. А мой жизненный опыт подсказывает — такие обстоятельства не редкость. Читайте об этом в моих книгах. Ассистировать мне будет профессор Снейп, — белозубо улыбнувшись, вещал Локонс. — Он немного разбирается в дуэлях, как он сам говорит, и любезно согласился помочь мне. Сейчас мы вам продемонстрируем, как дуэлянты дерутся на волшебных палочках. О, не беспокойтесь, мои юные друзья, я верну вам профессора зельеварения в целости и сохранности.       Декан глянул на Локонса, криво усмехнувшись. А Локонс продолжал улыбаться.       Дуэлянты повернулись друг к другу, изобразили приветствие: Локонс сделал реверанс, Снейп раздраженно кивнул. На манер шпаг были подняты волшебные палочки.       — Обратите внимание, как держат палочки в такой позиции, — объяснял Локонс притихшим ученикам. — На счет «три» произносятся заклинания. Смертоубийства, разумеется, не будет. — Раз, два, три…       Палочки взметнулись, и Снейп воскликнул:       — Экспеллиармус!       Блеснула ослепительно яркая молния, Локонса отбросило к стене, он съехал по ней и распластался на подмостках.       — Мерлин, я тоже так хочу с Локонсом, — мечтательно произнесла я, сдерживая себя, чтобы не захлопать в ладоши от восторга.       Локонс, без шляпы, с развившимися кудрями, кое-как поднялся на ноги.       — Отличный посыл! Профессор Снейп применил заклинание разоружения, и, как видите, я лишился моего оружия. Благодарю вас, мисс Браун! — девочка из Гриффиндора подала палочку Златопусту. — Без палочки я как без рук. Браво, профессор Снейп, браво! Вы уж простите меня, проще простого было бы разгадать ваш замысел и отразить удар. Но ученикам очень полезно увидеть. На этом показательная часть окончена. Перейдем непосредственно к учебной тренировке. Я сейчас разобью вас на пары. Профессор Снейп, будьте любезны, помогите мне.       Против Джастина Финч-Флетчли Локонс поставил Невилла, а Снейп подошел к Гарри с Роном.       — Подходящий случай разбить неразлучную парочку. Уизли сражается с Финниганом. Поттер… Мистер Малфой, подойдите сюда. Посмотрим, как знаменитый Гарри Поттер сразится с вами. А вы, мисс Грейнджер, встаньте против мисс Нотт.       Мы с Малфоем кивнули друг другу на удачу.       Гермиона улыбнулась мне, я в ответ. Дуэль началась.       — Экспилиармус! — воскликнула я.       — Протего! — Гермиона поставила щит, и теперь мне нужно было защищаться.       Уворачиваясь, я произнесла:       — Силенцио!       Промахнулась.       — Титилландо! — воскликнула Гермиона.       — Протего! — поставив щит, я решила повторить неудавшееся заклинание.       — Силенцио!       «На этот раз удача, попадание».       Гермиона отбивала своё же заклинание и не успела отбить моё. Я сразу же подбежала к Гермионе и, не теряя ни минуты, направила на неё палочку и произнесла:       — Финита.       После того, как всё стало на свои места и Гермиона снова заговорила, я попросила у нее прощение за столь необдуманное использование такого рода заклинания, на что получила кивок и улыбку, а это означало, что я прощена.       — Пожалуй, лучше начать с защиты, — сказал Златопуст и растерянно взглянул на Снейпа, но, увидев в его глазах стальной блеск, справился с собой и сказал твердым голосом:       — Приглашаю двух добровольцев. Долгопупс, Финч-Флетчли, не хотите ли попробовать?       — Неудачная мысль, профессор Локонс, Долгопупс самым простым заклинанием способен натворить таких бед, что останки Финч-Флетчли придется нести в больницу в спичечном коробке. Я бы предложил Малфоя и Поттера, — коварно усмехнулся Снейп.       — Вот и отлично!       Локонс взмахом руки пригласил Драко и Гарри в центр зала. Толпа расступилась.       — Ай-яй-яй, а кто это тут у нас завидует? — издевка в голосе Блейза, остановившегося рядом со мной, была слышна за километр.       — Ничего я не завидую, — буркнула я и повернулась к улыбавшемуся Блейзу, который пытался сдержать смех.       — У тебя ещё будет время показать себя, Мэл, — сказал тот и, не теряя улыбки, приобнял меня за плечо.       — Ты так говоришь, будто знаешь, — произнесла я и, смущаясь, улыбнулась в ответ.       — Я просто уверен в этом.       — Серпенсортиа! — выкрикнул Малфой.       А это означало, что дуэль началась.       Раздался звук, похожий на выстрел. Из палочки Малфоя вылетела длинная черная змея и шлепнулась на пол. Моё сердце начало биться быстрее от осознания того, что я слышу, как она передвигается, приближается. Грудную клетку сжало, и дышать стало труднее. От неприятных мыслей, появившихся в голове, выступили слёзы.       — Блейз, давай уйдём, прошу тебя, — попросила я, утирая с лица слёзы.       — Ты побледнела. Так, не плачь, сейчас мы уйдём отсюда, и все будет хорошо.       Забини тут же потащил меня за собой, расталкивая других учеников.       Как только мы покинули Дуэльный клуб, я оказалась в объятиях Блейза. Сразу стало немного легче, мысли о страшной змее моментально исчезли, дыхание, которого, казалось, не существовало, стало спокойным от знакомых, приятных и любимых объятий.       — Всё уже хорошо? Ты как? — спросил Забини, отстраняясь.       — Всё хорошо. Спасибо. Вернёмся?       — Нет, пойдём в гостиную. С тебя на сегодня хватит.       После этой фразы из зала выскочил какой-то гриффиндорец.       — Пожалуй, да. Нам все равно расскажут, что случилось после.       Мы двинулись к подземельям.       — Я испугался. Знаешь, обычно когда ты белеешь как полотно, это ни к чему хорошему не приводит.       Слова Блейза вызвали у меня улыбку.       — Я тоже испугалась, но ты спас меня, спасибо.       — Для этого и нужны друзья, Мэл.       — Что бы я без тебя делала, Забини?.. — на выдохе задала я вопрос в пустоту, не ожидая на него ответа, и назвала пароль в гостиную.       — Почему вы ушли? — спросил вернувшийся из Дуэльного клуба Драко, присел возле меня и вопросительно поглядел на нас с Блейзом.       — Мэл стало плохо, — ответил тот за меня.       — Не поверите, Поттер змееуст! — сказал Тео, присаживаясь в кресло напротив нас.       Глаза Блейза округлились.       — Чего? — спросил он, явно не поверив.       — Он со змеей говорил у всех на глазах, когда Малфой её заклинанием призвал, — продолжал рассказывать брат. Было видно, что он всё ещё на эмоциях.       — Между прочим, из-за тебя и твоей змеи мне стало плохо.       — Ай, ну прости, я не хотел, чтобы змея кому-то навредила, — оправдывался Малфой и замолк. — А что, если Поттер — тот самый наследник Слизерина?       — Драко, ты в своём уме? У него Грейнджер в подружках. Какой наследник? — с наездом спросила я.       — Даже если это не так, то можно развить эту легенду, — на его лице заиграла злорадная улыбка.       — Тебе так до главного сплетника школы недалеко, — с укором произнесла я.       — Ну всё же идея-то хорошая.       — Идеи для мести у тебя всегда хорошие. Только смотри, чтобы мы из-за тебя не пострадали. Спокойной ночи.

***

      Наконец семестр завершился, и тишина, глубокая, как снег на полях, опустилась на замок.       Утро Рождества пришло в холоде и белизне. Вскочив ни свет ни заря, я побежала в гостиную, где на столе лежала куча подарков. Ранее мы договорились сыграть в Тайного Санту, и большая часть подарков была без адресанта. Мальчики подтянулись где-то через полчаса, и мы начали всё открывать.       Интерес к содержимому своего подарка разрывал меня изнутри, однако, как бы мне ни хотелось, я не сходила с ума и терпеливо ждала, пока Блейз расхаживал по залу и раздавал самые разнообразные презенты.       Никто и не сомневался, что первым подарок вручат Малфою, сидевшему во главе нашего круга, в центре зелёного дивана.       — Что это ещё такое? — лицо Драко исказила гримаса удивления, довольно-таки нерадостного. — Крэбб? Гойл?       Наконец он поставил коробку со своим подарком на стол, и мы увидели, в чём дело. В ней лежал большой, покрытый розовой глазурью торт. Смешки уже начали сыпаться со всех сторон, пока Теодор не указал на одну из сторон торта.       — Ну и ну! — сказал он и присвистнул, заметив, что угощение-то, оказывается, надкушено.       Тут смехом залилась вся компания, кроме Драко. Его лицо нужно было видеть в тот момент; было ясно, что это он запомнит надолго. Малфой так обиделся, что даже не стал искать своего Тайного Санту, лишь пообещал расправиться с тем, кто это сделал, если узнает. Я похлопала его по плечу, и все мы вновь рассмеялась.       Как открывались другие подарки, я не запомнила, пригревшись у камина и замечтавшись, хотя слушала краем уха, конечно. Лишь когда получила толчок в бок от Блейза, заметила, что все подарки раскрыты и остался один — мой. Забини протянул его мне и, наконец освободившись от своей тяжкой работы, сел на диван напротив, рядом с Теодором.       — Открывай уже, — послышался голос Малфоя над ухом, и я подумала, что будь он моим Тайным Сантой, я бы обрадовалась.       Внутри синей коробки оказались перчатки для квиддича, тоже синего цвета. После матча мои вещи, конечно, заменили и обновили, но подарок получить было приятно. Проблема состояла в том, что их мог подарить кто угодно. Отсеяв всех тех, кто уже нашёл своего секретного дарителя, я хотела начать рассуждать, если бы не уловила взгляд Забини, осматривая всех присутствующих. Он был таким же тёплым, как и стоявший под боком камин. Я слегка покраснела и еле заметно благодарно кивнула.       — Ну что, Мэл, какие выводы? — спросил Тео, видимо, устав ждать.       — М-м-м... Не знаю.       Почему-то мне захотелось оставить это в тайне.       Малфой отвлек меня каким-то вопросом в тот же момент, и я не заметила, как Тео дал пять Забини.       Вечером мы пошли в Большой зал, выглядевший просто изумительно. Там было не только множество покрытых инеем рождественских елей и пышных гирлянд из омелы и остролиста, но и чудесный волшебный снег — сухой и теплый. Гарри появился на празднике в новом джемпере, и Драко весь вечер пытался его задеть язвительными насмешками. Блюда подавали разные: были и пудинги с разным вареньем, тосты, пирожные, карамельные яблоки, и всякие прочие до умопомрачения вкусные блюда.       После ужина мы дружно отправились в гостиную, оставив Крэбба и Гойла доедать пирожные.       — Так, рассаживайтесь, сейчас я схожу за этими двумя болванами и расскажу вам такое… — разогревая интерес, произнёс Драко и вышел из гостиной.       Спустя некоторое время Малфой притащил Крэбба и Гойла.       — Господи, почему так долго? Вы доедали десятую порцию пудинга или что? — спросила я, окидывая их презрительным взглядом.       — Э-э-э. Да, пудинг был очень вкусным, и мы не удержались, — неловко ответил Крэбб.       — Что вы стоите как истуканы, присаживайтесь, — произнёс Тео, указывая на диван.       Крэбб сел возле меня, Гойл на диване напротив.       — Ну, рассказывай, Малфой, что там у тебя? — Блейзу не терпелось услышать то, что хотел рассказать нам Драко.       — Сейчас вы просто обхохочетесь, — сказал Малфой, протягивая мне вырезку из газеты. — Зачитай, Мэл.       — Артур Уизли, глава Отдела по противозаконному использованию изобретений маглов, был сегодня оштрафован на пятьдесят галлеонов за магические манипуляции с магловским автомобилем. Мистер Люциус Малфой, председатель попечительского совета Школы чародейства и волшебства «Хогвартс», где эта заколдованная машина была ранее в этом году разбита, потребовал сегодня отставки мистера Уизли. Мистер Уизли от комментариев отказался, а его жена пригрозила репортерам, если они не уберутся, то она спустит на них домашнего упыря.       Закончив, я глубоко вдохнула и выдохнула, а потом, не веря в адекватность сказанного, переспросила:       — Упырь. Нет, подождите, она серьёзно?       — Кто знает, может, они их разводят? — предположил Тео, и мальчики прыснули.       — Глядя на всех этих Уизли в жизни, не скажешь, что они чистокровны.       После сказанного тело Крэбба напряглось.       — Что это с тобой, Крэбб? — раздраженно покосился на него Малфой.       — Желудок схватило, — послышалось бурчание того.       — Иди в Больничное крыло и побей там от моего имени грязнокровок, — фыркнул Малфой и продолжал: — Странно, что «Ежедневный пророк» ещё не накатал репортажа о нападениях в школе. Наверное, Дамблдор хочет замять эту историю. Если нападения в ближайшее время не прекратятся, его как пить дать уволят. Отец всегда говорил: Дамблдор — худшая из напастей. Он любит грязнокровок. Правильный директор никогда бы не принял в школу таких, как Криви.       — Малфой, ну не начинай. Только не в Рождество.       Иногда это начинало меня раздражать.       — Мэл, расслабься, это же будничный разговор, это же наш Малфой, — успокоил меня Блейз.       — Вот-вот, — благодарно кивая Блейзу, произнёс Малфой, и на его лице вновь заиграла та самая самодовольная улыбка. — Святой Поттер, друг грязнокровок, — протянул Малфой. — Ноль без палочки, вот он кто. У него нет никакого чувства гордости. Настоящий чародей никогда бы не стал дружить с этой зубрилой, грязнокровкой Грейнджер. А еще говорят, что он наследник Слизерина!       — Малфой, а ничего, что ты сам эту и легенду развил? — закатывая глаза, произнесла я.       — Ты права. Однако как же меня раздражает, что мы до сих пор не знаем, кто является настоящим наследником Слизерина.       — Но ты думал об этом? — спросил Гойл, и я непонимающе уставилась на него.       — Да не знаю я ничего, говорил же. А отец помалкивает. Комнату открывали последний раз пятьдесят лет назад, задолго до его учебы здесь. Но ему все известно. Это очень большая тайна. И он боится, если я буду много знать, то могу нечаянно проболтаться. Но одно я знаю: когда Комнату в последний раз открыли, был убит кто-то из грязнокровок. Спорим, и в этот раз ухлопают, хорошо бы задаваку Грейнджер! — кровожадно произнес он.       После этой фразы у Крэбба сжались кулаки.       «Подождите-ка… А может, Крэбб так реагирует, потому что он и не Крэбб вовсе…» — подумала я.       — А ты знаешь того, кто тогда открыл Комнату, его поймали? — спросил он Малфоя.       — Да, конечно… Его исключили. Может, он до сих пор в Азкабане.       — В Азкабане? — недоуменно переспросил Гойл, и картинка в моей голове стала проясняться.       — Азкабан — это тюрьма для волшебников, дубина ты стоеросовая. Честное слово, может, ты и бывал тупее, но сегодня побил все рекорды, — разозлился Драко на псевдо-Гойла. — Отец не велит мне в это впутываться. Пусть наследник делает свое дело. Всю эту нечисть давно пора гнать из школы. Но самим лучше держаться подальше. Отцу тоже сейчас несладко приходится. Вы ведь знаете, на той неделе Министерство магии устроило обыск у нас в замке. Ничего особенного не нашли. У отца есть очень ценные штуки для ритуалов черной магии. Они хранятся под полом большой гостиной.       — Здорово! — воскликнул Крэбб.       Все уставились на него. Он побагровел, даже волосы налились красным. Тут псевдо-Крэбб и Гойл резко вскочили на ноги.       — Скорее за лекарством для желудка! — крикнул первый, и оба помчались прочь из гостиной.       — Они сегодня какие-то странные, — заключил Тео.       — Я бы даже сказал, чересчур, — поддержал его Блейз.

***

      — Нам тринадцать! — мы с Тео по гостиной бегали и радовались дню рождения.       — Мерлин, я наконец-то могу побыть на празднике в штанах, — выдыхая, произнесла я и плюхнулась на диван.       — Итак, какие у нас планы? — растягивая слова, спросил Блейз.       — Я вчера договорилась с хогвартскими эльфами, они с радостью согласились помочь мне. Поэтому вскоре, сюда принесут много всяких вкусностей, и мы наедимся до отвала.       Эльфы постарались на славу, тут ничего не скажешь! Блюд было, конечно, не так много, как в Большом зале, однако хватило для того, чтобы набить все животы в этой комнате до отвала. В отличие от Тео, увлекшегося пудингом, я напала на шоколадное мороженое.       «Я словно в «Один дома» попала», — подумала я, продолжая поедать десерт и приятно проводить время в компании друзей, пока Теодор не привлёк всеобщее внимание, раскрывая коробку с праздничным бантом.       Внутри оказалась чудесная зелёная мантия, и я даже позавидовала, но знала, что меня ждет подарок ничуть не хуже. Только вот его нигде не было, что за черт?       Обернувшись в очередной раз, я наткнулась на самодовольное лицо Драко, протягивавшего мне маленькую чёрную коробочку.       — Это?       — Подарок, — ответил он и вложил её в мои руки.       — Спасибо, — приняв подарок, я поблагодарила и открыла его.       На дне коробки оказался чёрный кожаный блокнот, и я поежилась от воспоминаний о дневнике Риддла.       Заметив это, Драко слегка разочарованным голосом сказал:       — Не нравится?       — Нет, нравится, очень, спасибо, — просияла я и, отбросив все плохие мысли, улыбнулась.       — Я рад. Теперь тебе есть куда записывать все твои заумные штуки, — заявил Малфой, удаляясь к остальным.       — Драко! — возмущенно воскликнула я и отправилась его догонять.       Новый год прошёл отлично и встретил нас хорошим настроением, шутками, бессонной ночью и набитыми животами. Вот и пополнился список моих лучших праздников.       Всё остальное время до начала семестра мы развлекались на всю катушку: лепили снеговиков, устраивали снежные войны и легендарные дуэли.       Но веселью свойственно заканчиваться. Как и ожидалось, исчезла Гермиона. Везде ходило множество слухов. Драко, хоть и не на всеобщем обозрении, но ликовал. Том периодически напоминал о себе во снах, что порядком напрягало меня, показывал, что часики тикают и мне надо начать заниматься делом, благо угрожать ещё не начал. Всё было бы намного легче, если бы Риддл согласился мне помочь, но нет, следовало самой показывать свои способности и ум.       Так что мне ничего не оставалось, как приготовить зелье «Невидимости». Да, можно было бы поговорить с Джинни, но что-то мне подсказывало, что это не дало бы никаких плодов. Пролистав свою тетрадь и не обнаружив там ни названия зелья, ни, соответственно, рецепта, я отправилась к своему любимому декану. Благо он знал, что я люблю читать, и мог мне помочь.       — Давайте сделаем так, — расхаживая по кабинету, сказал Снейп. — Я не дам вам разрешение на доступ в Запретную секцию, так как у мадам Пинс могут возникнуть вопросы. Посещение секции разрешается только с третьего курса. Я схожу сегодня в библиотеку и возьму вам книги по зельеварению, защите от тёмных искусств и сами книги по тёмным искусствам, но… — сделал паузу декан, а потом продолжил: — Читать и делать заметки вы будете только здесь, я лично запрещаю вам выносить книги за пределы кабинета. Всё ясно?       Я кивнула.       — Ах, да… Мисс Нотт, не думайте, что я не попрошу у вас что-то взамен. Вы свободны.       Следующие дни пролетали как игроки квиддича на «Нимбусах», я просто просыпалась, завтракала, училась и шла к Снейпу, делала заметки, а потом шла к себе и делала домашку. Ребята посмеивались, говоря, что во мне снова проснулась заучка.       И вот спустя некоторое время я нашла это зелье. Ингредиенты добыть было легко, да и в варке трудностей я не наблюдала, в отличие от того же зелья «Удачи». Притащив котелок в туалет Миртл, я начала варить его, занималась я этим около двух суток и настаивала ещё неделю, а пока оно настаивалось, я ходила к Снейпу и дочитывала книги, которых было ещё полно. Когда зелье было готово, я мысленно порадовалась тому, что часть дела уже была сделана.       Однажды, после ужина, я отправилась в гостиную Гриффиндора. Взяв колбу с зельем и выпив немного содержимого, а также вылив немного зелья на мантию, я отправилась к портрету Полной Дамы. И тут долго ждать не пришлось, студенты постоянно входили, и пробраться в их гостиную не составило особого труда. А вот после попадания в гостиную произошёл казус: посмотрев, кто куда идёт, я поднялась по лестнице и стала искать комнату Джинни. Пробравшись, я уселась за одной из кроватей. Сделав повторный ритуал с зельем, я принялась обыскивать всю спальню. Дневник я не смогла найти, поэтому пришлось ждать прихода первокурсниц. И вот наконец-то они пришли.       Джинни сразу метнулась к чемодану и достала из него дневник.       «Вот и попалась… Прекрасно, Джинни», — злорадство и вкус победы начали отзываться у меня в сознании.       Девочки уже улеглись спать, поэтому мне осталось лишь забрать крестраж у Джинни.       — Отключись, — шёпотом произнесла я, указывая концом палочки на Уизли, на случай, если та ещё не заснула.       Вытянув из-под подушки дневник, я осмотрела себя в зеркале. Убедившись, что я ещё невидима, быстрым шагом направилась обратно в подземелье.       Придя в гостиную, избегая вопросов и взглядов, я отправилась в спальню. Недолго думая, легла спать, предварительно спрятав дневник под подушку. День выдался насыщенным, да и организм начинал быстрее уставать от влияния чёртового дневника.       Проснувшись утром и обнаружив крестраж под подушкой, я выдохнула. Никакой Риддл во сне не приходил, но чувствовать себя так, будто тебе переехал грузовик, было в новинку. Синяки под глазами доказывали это, поэтому от дневника стоило избавиться в этот же день. Самое сложное в этом всём было следить за сумкой в которой лежал дневник, ведь кто знает, может, где-то сзади или в толпе подкрадется Джинни и украдёт его. Поэтому сумку я держала, обхватив двумя руками. Мальчики недоумевали, что со мной, говорили, что стоит сходить к мадам Помфри, и чем раньше, тем лучше. Но я отказывалась, говорила, что протяну до вечера, и если не полегчает, схожу к ней. И это сработало, мальчики отстали и только беспокойно наблюдали за мной.       Вечером, перед ужином, я снова направилась в гриффиндорские спальни. Но на третьем этаже меня перехватила чья-то рука.       — Ты спятила?! — воскликнула я, когда Джинни затянула меня в туалет Миртл.       — Чего тебе?       — Зачем тебе дневник? — спросила она и нахмурилась.       — Для дела, — ответила я, не желая рассказывать правды.       — Если ты мне не расскажешь, я пожалуюсь учителям, — пригрозила Джинни, и я издевательски хохотнула.       — Знаешь, бывает, ты меня просто поражаешь. Мы задействованы в большой игре, дорогая. И если я не сделаю того, что нужно, мне придётся туго, а потом и тебе.       — Этот дневник… Ты знаешь, как от него избавиться? Он не горит, я уже пыталась его сжечь, — проговорила Джинни, и казалось, что она сейчас расплачется.       — Не знаю я ничего, мне жаль, — соврала я.       — Тогда зачем он тебе?! Что ты хочешь сделать?! Ты не посмеешь сделать кому-то больно! — заорала она и вцепилась в дневник.       — Дура! Отдай мне этот дневник, — повысила я тон и тоже вцепилась в него.       — Нет! — запротестовала Джинни.       — Отдай!       Я потянула сильнее, и та резко отпустила дневник. Дневник вылетел у меня из рук, а я сама упала.       — А-А-А!!! — раздался чей-то крик.       — Твою ж мать! — выругалась я и, быстро поднявшись, потянула Джинни за собой. — Быстрее ногами передвигай! — закричала я на неё, и мы выбежали из туалета.       Мы поднялись на четвертый этаж, и тут она резко остановилась.       — А дневник?! — изумленно спросила она и уже хотела побежать обратно.       — Миртл нас не видела, дневник полежит там, и его никто не найдёт, — уверила её я.       — А если найдет? — беспокойно поинтересовалась она.       — Найдём его и выкрадем, — сказала я и уже хотела пойти в подземелье, как передо мной возникли близнецы.       — Что ты тут делаешь, Нотт? — неодобрительно спросили они.       Кажется, они до сих пор обижались.       «А нечего было Рона задирать», — с укоризной сказал мне внутренний голос.       — Я разговаривала с вашей сестрой. И вот, в такое небезопасное время, провожала её к вашей гостиной. Ещё вопросы? — спросила я с лучезарной улыбкой.       — Нет, можешь уходить отсюда, дальше мы сами, — сказал Джордж, и я медленно направилась к ступенькам.       — И не возвращаться, — добавил Фред.       — Я сама решу, что мне делать, дорогой Фред. Но ты прав, мне не стоит задерживаться, поэтому вынуждена откланяться.       И улыбаясь, я отвесила им легкий поклон.       «Кстати, скоро ведь день святого Валентина, может, стоит им послать валентинку с извинениями?»