Легенды подземного города

Утром Маша проснулась с чувством непонятной тревоги. Она даже не сразу сообразила, что всю ночь проспала укрытая Лешиной мастеркой. Но в мыслях сейчас было совсем другое. Маша резво встала с кровати. В соседней комнате уже слышалась возня бабушки, собирающейся на похороны. За окном плыли серые тучи, не предвещающие ничего хорошего. Не заставляя себя долго ждать, Маша натянула самое траурное, что нашлось в ее гардеробе – черный летний комбинезон и серую футболку. Перед выходом она все-таки решила заглянуть в комнату брата, но Кирилла там не оказалось. «Наверное, опять у Жени ночует,»- подумалось ей, и Маша, не особо переживая отправилась с бабушкой на кладбище. Расположившееся на пригорке по дороге к лесу, оно возвышалось над домами и огородами села. Здесь, среди колючих акаций и уходящих вверх, по склонам, лесных деревьев, почти все поселение представало как на ладони, так что Маша с легкостью разглядела отсюда бабушкин дом. Она почти не слушала, что говорили люди там, возле гроба, и стояла поодаль, в самом начале кладбища. Странно, но должной печали и тоски по умершей тете Нине у девочки не было. В памяти Маши так и не отложилось момента, в котором она была бы благодарна этой женщине или испытывала к ней уважение. Скоро из толпы вышли Клим и Фил, приближаясь к Маше. -Привет. Давно вы тут? -Как только гроб принесли,-Фил оглянулся на толпу. -Ты видела ее?-тут же спросил Клим. Маша мотнула головой. -А что с ней не так? -Вся кожа желтая, точно гепатит…-ответил Фил, засунув руки в карманы джинс. -Вот до чего алкоголь доводит,-как бы про себя, сказала Маша, но обернувшийся Фил явно принял это на свой счет. -Не так уж много я и пью,-недовольно заявил он. -Не в моем праве осуждать. Когда пожелтеешь, сам все осознаешь…-только фыркнула девочка. -Я тут хотел одну могилу навестить.-вдруг сказал Клим.-Пойдете со мной? Машу как током ударило. Уж она точно знала, какую могилу парень имеет ввиду. Но никто не стал возражать, и троица поднялась выше к надгробьям. Кое-где у могил находились кресты, у других – металлические тумбы, они означали, что человек был христианином, но не православным. Маша знала это потому, что под такой тумбой был похоронен и ее дед. Вскоре ребята приблизились почти к концу кладбища. Клим, шедший впереди, последовал к маленькой отдельностоящей могилке с каменным надгробием. Там он остановился, серьезно поглядывая на гранитовую плиту. Фил хотел было пройти за другом, но Маша придержала его за плечо. -Стой. Не надо. Клим вдруг опустился на корточки, и дети увидели надпись под черно-белой фотографией. «Симонова Анастасия Николаевна. Любимая дочь, сестра, племянница…» *** Этот день был солнечным и беспечным, на первый взгляд. Щурясь от лучей, наровивших попасть в глаза, девочка бежала изо всех сил по зелёному, заросшему травой лугу. Казалось, он бесконечный. Где-то позади оставались дома сельчан, оставалось там и старое кладбище. Дыхание сбивалось, ноги уставали и путались, но Маша продолжала бежать. Впереди с непостижимой скоростью бежал Клим. Он бежал далеко. Настолько далеко, насколько это было возможно. Будь его воля, он бы наверняка уже потерялся где-нибудь среди этой травы, просто упал и стал бы смотреть на солнце. Но он бежал, не обращая внимания ни на солнечные лучи, ни на траву, путающуюся под ногами. – Стой, подожди, я больше не могу!-крикнула девочка, но друг её так и не услышал. Он продолжал бежать, задыхаясь, вытирая лицо от слез и ветра, шелушившего кожу. Маша остановилась, восстанавливая дыхание. Часто дыша, она смотрела вдаль, туда, куда убежал Клим. Мальчик остановился где-то на одном из Голгофских холмов и просто упал на колени. Маша выдохнула, поправила, запутавшиеся от ветра волосы, отдернула сарафан и с новой силой побежала по лугу. За несколько метров до Клима она остановилась в нерешительности, но вдохнув воздуха в легкие, подошла к другу и тоже упала на колени. Потом просто молча положила руку Климу на плечо. -Я не верю...-шмыгая носом, выдавил из себя Клим. Машины глаза, только недавно высушенные ветром, снова наполнились соленными слезами. -Она никогда не ходила к обрыву, она просто не могла там быть...- продолжал в отчаянии друг. Девочка зажмурилась — в голове снова пронеслась картина ужаса: овраг у поля, трасса, цветы, растущие вдоль обочин и кровь. Очень много крови. -Нет, она не могла сама, ее кто-то столкнул...-тихо прошептала девочка, вспоминая слова Филиппа. «Нет, пожалуйста, поверь, дядя, ее толкнули, ее толкнули!..- истерично выкрикивал мальчик,- Она не цеплялась за землю, не карабкалась! Там не было следов! Пожалуйста, дядя...»-повторял Фил в слезах и надежде, что взрослые его услышат. Но ни Климу, ни Филу никто не поверил. -Ася никогда бы не увязалась за незнакомым человеком,- шептал голос Клима, сидящего рядом с Машей. Девочка зажмурилась и вытерла тыльной стороной ладони слезы с липких щек. «Тогда, это должен быть кто-то знакомый...»-только подумала она, но вслух говорить не стала. Толку от этих слов не было. За три дня их никто не услышал. Приехала куча людей: полиция, следователи. Но в подробности вдаваться не стали, сразу установили: «несчастный случай». Об этом Маша все еще думала, когда они с Климом уже спустились к подножию холма, где растекалась река и пролегала трасса. Поднимая с дороги камни гравия, дети со всей силы бросали их в русло Днестра. Они молча соревновались в бросках. Глазам открывался прекрасный вид, но сейчас он их совсем не радовал. Эта река, широкая и спокойная не имела ничего общего с неугомонным ручьем, текущим там, за Голгофскими холмами, в селе, которого все по ошибке громко называют «речкой»... Через несколько дней за Климом приехал дядя и увез его с собой в город. Маша об этом даже не сразу узнала. Так что, та встреча на холмах стала последней встречей друзей в том году. Тучи бежали все быстрее по небу, ветер понемногу усиливался, а Клим так и сидел на корточках у могилы сестры. Фил, стоящий неподалеку, смотрел на друга серьезным, немигающим взглядом. Никто так и не узнает, о чем они думали в этот момент. Но Маша, не желая поддаваться унынию, отвела от себя мрачные мысли и решила прогуляться вверх по кладбищу. По сторонам, точно отвесные скалы, стояли каменные плиты могил. Они ставили над всем твердую точку. Уничтожали надежду на спасение... Отовсюду с фотографий смотрели лица знакомых, родственников, друзей семьи. Но только на одной плите в самом начале кладбища не было фотографии. Очень старая могила, заросшая травой, с полукруглым пошарпанным от времени надгробием из камня. На плите не было ни инициалов, ни дат, только какое-то тиснение в виде странного символа. Маше пришлось вплотную подойти к памятнику, чтобы разглядеть его. Но там оказался уже раннее знакомый символ: перевернутая буква Т, а по бокам месяц и звезда. На Машу накатила необъяснимая паника. В голове хлынул дождь из воспоминаний, а тучи сгустились еще больше. « -Ну и зачем ты меня сюда притащила?-спрашивает Машин детский голос. Светловолосая девочка тыкнула пальцем в плиту. -Что это?» Потом расплывчатая картинка — Маша точно плакала, значит приходила к этой могиле и в день похорон Аси... За оборванным воспоминанием сразу всплывало другое: Тусклый свет керосиновой лампы, ведро с вод ой на плите, булькающая вода в тазике, аромат кокосового мыла, того самого, что привозила мама из-за границы, и строгий бабушкин голос: -Сколько раз говорила?! На развалины не ходить!» «-Точно!-пронеслось в голове у Маши,- На месте Дома с лилиями в то время были руины от другого старого здания... И озеро тогда было наполовину высушено. Но как потом получилось, что все восстановили?» Маша подняла глаза, снова увидев «Курч», и вернулась к мыслям о символе. «С домом потом разберёмся...» Девочка поспешила позвать к себе Фила, и показала ему находку. -Ну и что это? -Женя сказала, это «Курч»—герб Мазепы. Мы такой же видели на золотом кубке, который в сундуке был. Что это может значить? Фил внимательно оглядел могилу. -Ей лет пятьсот точно... Как она еще сохранилась?-он удивленно вскинул брови. -Что скажешь?-спросила Маша, доставая из кармана комбинезона телефон, чтобы снять находку. -Не нужно быть гением, чтобы определить, что скорее всего здесь захоронен кто-то из семьи Мазепы. Или даже он сам. -Не думаю, что такому легендарному человеку не могли даже ограду поставить... -Ограду могли и своровать за пятьсот лет,-резонно заметил Фил,-Если ее в те времена вообще было принято ставить.-он косо глянул на подругу. -Я в истории культур и обычаев разных народов не разбираюсь,- пожала плечами Маша,-У меня вообще тройка по истории к твоему сведению. Она кисло скривилась, засунув руки в карманы комбинезона. -Ну хотя бы инициалы выбить могли!-продолжала негодовать девочка, не замечая ошарашенного взгляда друга. -У тебя тройка по истории?! Лицо Фила приняло крайне недоверчивое выражение. Будь они чуть помладше, мальчик бы обязательно выдал: «Ага, Мушка-врушка у реки утопилася в мели». Но поскольку теперь эта поговорка звучала слишком по-детски, мальчик решил обойтись без нее. -Не всем суждено быть таким умным занудой как ты,-только и ответила Маша, тут же получив за это фирменные «удушающие объятья» друга. Он крепко обнял ее одной рукой, второй потрепав по волосам. Маша тут же вспомнила день приезда в село, когда Леша точно так же «обнял Катю». Но Маша терпеть не собиралась. Она ловко дала Филу локтем удар под дых и вывернулась из -под рук друга. -Теряю сноровку,-признал парень, смеясь. -Это точно. Ты такой хилый приехал, ну прям вылитый дохляк!-смеясь, выпалила Маша и тут же принялась удирать. И не зря, потому что через секунду ее решил догнать жаждущий мести Фил. -А ну стой! Дети недолго подурачились, вспоминая детство, но когда пришла пора возвращаться на по минальный обед, тут же посерьёзнели. Поминальный обед родственники погибшей проводили в молитвенном доме — такой себе христианской церкви, располагавшейся неподалеку от дома бабушки Маши. Внутри, среди окрашенных коричневой краской стен, на которых висели искусственные цветы, уже установили два длинющих стола. Туда сюда носились с подносами еды бабушки и помощницы, среди которых Маша заметила Ульяну. Одетая в белый фартук девушка так же, как и другие раскладывала по столам блюда. В конце зала пустовала небольшая сцена, на которую обычно выходил священник, чтобы прочесть библию и провести собрание. Но сейчас он, наверняка, молился в каморке, за этой самой сценой. Войдя в помещение, Маша с Филом быстро отыскали глазами бабушку и подсели за подготовительный столик, где старушки протирали посуду и накладывали еды в тарелки. Маша поморщилась: в нос резко ударил запах плавленного воска от подожженных свечей, вперемешку с ароматом тушеной картошки, которую девочка терпеть не могла. Примерно такая же реакция оказалась у тети Вали на Фила. Маша знала, что старушка его давно недолюбливала. «Ну конечно, будь тут ангелочек-Витька она бы его уже расцеловала,»-едва успела подумать девочка, как Фил легонько толкнул ее локтем, указывая на какого-то высокого юношу в черном брючном костюме с серой водолазкой под ним. Фил вопросительно повернулся, мол, узнаешь? А Маша бы и не узнала, если бы не золотые кудряшки незнакомца. «Да это ж и есть Витька! Легок на помине... Как ему совести хватило прийти на похороны той, у кого арбузы воровал.»-невольно пронеслось в голове у Маши. Юноша обернулся, посмотрев в их сторону глубокими голубыми глазами. Сомнений не оставалось — это Наков. -Жаль, так жаль, девочки,- вдруг заговорила Мария Петровна (бабушка Маши),-Нина была таким добрым, хорошим человеком... Маша усмехнулась про себя, вспоминая как тетя Нина гнала их с Филом по огороду. Судя по озадаченному лицу Фила, он тоже это вспомнил. -Бедная Лизонька, как ей без матери тяжело-то будет... -взгляд бабушки обратился в противоположный угол, где безутешно плакала женщина в черном платке. Рядом стоял мужчина, приобнимая ее за плечи. -Эй...-фыркнула тетя Оля, сморщенная старушка с носом-картошкой,-Бедная мать ее была! Столько лет не появляться, ни разу не навестить! Конечно, а зачем мать нужна? В Кишиневе с хахолем жить — все равно что сыру в масле кататься. -Так она вроде деньги Нине присылала,-тетя Валя покосилась на подругу, откладывая чистую посуду в сторону. -Присылать присылала, а как приехать не приехала. Вот и расти детей после такого. К тому ж, деньги эти Нина только на выпивку и тратила! Потому что некому за ней было следить. Пила с горя, вот и померла!-все интенсивнее натирая тарелку ворчала тетя Оля. -Хватит, девочки,-мягко попросила Мария Петровна,-Чужая семья — потемки...Машенька, отнеси тарелки Ульяне пожалуйста. Стоило только Маше встать, как тетя Оля опомнилась: -А Ульяна девка хорошая, работящая. Замуж только никак не выйдет, глупая, все Ваню своег о ждет... А Ваня её... -Оля,-перебила ее Мария Петровна,-Ну хватит бурчать. Все бу-бу, да бу-бу, тарелку поменяй, а то ты в ней скоро дырку протрешь. Тетя Оля только сильнее нахмурилась, но промолчала. -Пойду покурю, чтоли...- сказала вдруг тетя Валя и встала из-за стола. Скоро все уселись за стол и принялись за еду. Потом из каморки вышел дядя Миша — отец Витьки и начал очень долгую речь. Маша слушала, еле ковыряя вилкой в тарелке. -Ты чего не ешь?-поинтересовался Фил, уже умявший салат. -Да что-то не хочется. Кусок в горло не лезет. Все думаю о той могиле... Надо бы с ребятами обсудить. -Конечно надо. Никто не спорит. А сейчас тебе надо поесть...-Фил взвалил Маше на тарелку побольше тушенной картошки. От одного ее вида девочку чуть не вывернуло наизнанку. -Нет уж, спасибо...- пробормотала она. -Тебя может еще с ложечки покормить? Ешь давай, привереда. -Хватит вести себя как мой брат... -буркнула она, отворачиваясь. -Где он, кстати?-проговорил Фил с набитым ртом,-С утра его не видел... -Знаешь, я тоже... Машу вдруг охватило необъяснимое чувство тревоги. «Надеюсь, он просто у Жени»-девочка попыталась включить телефон, чтобы проверить его на наличие пропущенных звонков, но тот оказал ся разряжен. После трапезы дети вышли во двор, где еле-еле моросил дождь. На крыльце они тут же столкнулись с Витей. Парень приветливо поздоровался, но к большому огорчению Фила, уходить не торопился. -Давно не виделись с вами,-неловко заговорил он. -Не то слово. Ты... очень изменился,-ответила Маша, пытаясь подобрать нужные слова. -Да-а,-застенчиво протянул он,-Кажется, у нас были не самые дружеские отношения. Я надеюсь, вы меня простите. -Что было в детстве там и осталось,- беззаботно ответила девочка. -А ты чего без дружка своего?-хмуро поинтересовался Фил, засунув руки в карманы джинс. -Мы с Андреем не общаемся с тех пор, как я уехал. Только сейчас вот на месяц с отцом приехали, папа узнал, что тетя Нина умерла. Очень расстроился, не могли не попрощаться, все-таки соседями были. Маша вдруг осознала, что искренне улыбается старому знакомому. Что-то он стал более любезным, чем в детстве. Мимо вдруг прошла возвращающаяся с заднего двора тетя Валя. -Батюшки, Витя, как вымахал-то, настоящий красавец...-она учтиво похлопала парня по плечу, направляясь дальше, но Витька вдруг придирчиво потянул носом. -Теть Валь, вы что, курили? Старушка резко развернулась, ошарашено на него глядя. Фил с Машей едва сдерживались, чтоб не засмеяться. -Как вы можете так бездумно растрачивать здоровье, дарованное вам Господом?-казалось, что Витя искренне возмутился.-Отдайте эту отраву немедленно. Тетя Валя непонимающе стояла в ступоре. Но через секунду она действительно достала пачку сигарет из фартука и сунула ее в руки Вите. -Только брату Мише не говори,-она насупленно скрылась в помещении. -Вы сделали правильный выбор во имя искупления вашей грешной души!-крикнул он ей вслед, и снова обернувшись к ребятам рассмеялся. Маша с Филом уже тоже не сдерживались и хохотали от души. Потом Витя, достав одну сигарету отправился на задний двор. -Надеюсь, вы тоже моему отцу не расскажете,-подмигнул он ребятам. -А он... вырос...-пожала плечами Маша. Фил только промолчал и нахмурился. -Да, уж повыше тебя будет,- продолжила девочка, скосив глаза на друга. -Ну хватит тебе... -А симпатичный-то какой! Ну просто глаз не оторвать!-ехидно улыбнулась Маша. Фил не сдержался и вновь заключил подругу в свои «удушающие объятья» -Ай-ай...-взвизгнула девочка,-Филиппушка, ну что ты?! Ты гораздо симпатичнее, иди поцелую... утю-тю...-Маша шутливо потянулась губами к щеке друга, одновременно выворачиваясь из захвата его рук. Фила видимо очень позабавил ее вид, потому что он вдруг фыркнул и весело рассмеялся. -Прекрати,-выдохнув попросил он, и дети снова успокоились. Когда все гости разошлись, Фил с Машей все время стоявшие облокотившись о перила крыльца, отыскали Ульяну и решились ей помочь. Оказалось, девушка складывала грязную посуду в ящики, чтобы помыть у себя дома, потому что колодца на территории молитвенного дома не было. Тогда ребята взяли в руки по ящику и относили во двор к Ульяне, жившей по соседству. На небе среди серых туч уже показалась желтая полоска заката. От дождя остался только сырой запах, витавший в воздухе. Уже спокойно пели птицы и капали последние капли влаги с козырьков и крыш. Маша подняла последний ящик, оставшийся во дворе молитвенного дома, и вдруг заметила странную фигуру, остановившуюся возле ворот. -Здравствуйте,-приблизившись, поздоровалась она, разглядывая мужчину в кожаной куртке и старом советском козырьке на голове. -Наидобрейший вечер,-ответил он,-Вы не подскажете, где проживает Андрей Аксенов? Незнакомец улыбнулся уголками карих глаз и почесал щетинистую бороду. -А вы ему, собственно, кем приходитесь?-подозрительно прищурилась Маша. -А я его очень хороший знакомый...Давайте я вам помогу,-предложил мужчина, попытавшись забрать у Маши ящик с посудой. -Знаете, не стоит... И вообще-то я понятия не имею, где живет этот ваш старый знакомый.-девочка, нахмурившись, прошла мимо. «Так я вам и сказала, ходят тут всякие...» Зайдя вновь во двор Ульяны, Маша приземлила ящик рядом с Филом, выгружающим из них посуду. Около него стояла Ульяна и мыла посуду в широком красном тазике. -Уль, а пустые ящики куда складывать?-спросила Маша, небрежно вытирая запачканные руки об комбинезон. Девушка обернулась, мокрой рукой убирая волосы с лица. -А занесите в сарай, если вам не трудно. Ребятам дважды повторять не нужно. Они тут же принялись за работу. Но стоило им оказаться в сарае, как глаза стали разбегаться. Тут у Ульяны хранилось всякое барахло. Старые халаты и фартуки, куртки-косухи, топоры, серпы, даже какое-то коромысло. Но особое внимание привлекла корзина в углу. На самом ее верху лежал такой же картуз, какой Маша только что видела у незнакомц а и странная потрепанная тетрадь. Она почему-то очень заинтересовала Фила. Мальчик достал ее, и внимательно разглядел, покрутив в руках, затем полистал. Маша тем временем нацепила приглянувшийся ей картуз и уже стаскивала со стены куртку-косуху, чтобы примерить, как вдруг неловко споткнулась и кубарем покатилась на пол. -Так и надо тебе, нечего чужое брать,-усмехнулся Фил, заметив сконфуженное лицо Маши. -Ой, а сам-то!-съязвила та, поправляя съехавший на глаз картуз. Девочка несколько раз чихнула от поднявшейся вокруг пыли, и, наконец, встала. -Что у тебя там?-заинтересовалась она, заглядывая другу через плечо. Он вновь пролистал тетрадь. -Понятия не имею... Тут все на молдавском,-заявил он,-Слушай, а у вас же в школе его преподают? Переведи, а? -Ну-у, вообще-то с молдавским у меня тоже не всё хорошо...-нехотя протянула Маша. Брови Фила поползли вверх. -У тебя хоть по одному предмету «отлично» есть? -Есть,-Маша иронично скривилась в ответ,-По физкультуре и английскому... Фил посмотрел на нее немигающим взглядом. -Ну ладно. Сам перевести попробую. Кхм... «Кэруцэ де аур»- прочел он надпись на обложке. -О, ну это даже я знаю... «Золотая повозка»...-без тени замешательтва выдала Маша. Но уже через секунду ее глаза расширились, а лицо засияло от неожиданного осознания. -Золотая повозка! Фил, это же, это карета Мазепы! Маша затрясла друга за плечо. Казалось, она вот-вот начнет прыгать от радости. -Да тише, успокойся... Так, а у Ульяны это откуда? Ответ не заставил себя долго ждать. -Это тетрадь Вани,-пояснила Уля после недолгих расспросов,-В той корзине все вещи его. -И ты что не читала? Ни разу?-удивилась Маша. -Нет, он туда вроде свое расписание по пастбищу записывал. Да и там все на молдавском, а я его вообще не знаю. Девушка вернулась к стирке. -Но... зачем тебе его вещи? Почему ты их просто не выбросила?-неугомонно спрашивала Маша. -Не знаю, как-то времени не было, да и зачем? В хозяйстве пригодится. Я же все равно отсюда никуда не денусь. Вот вам сейчас понадобилось, для вашего расследования, верно? Я никогда ничего не выбрасываю. -Как и эти ящики?-Фил кивнул на ряд коробок. -А как же? -Кстати, почему этим всем занимаешься ты? Разве эта Лиза, дочь тети Нины, не могла нанять посудомоек? Я бы на твоем месте уже давно уехала отсюда. -Ну во-первых,-начала Ульяна, отложив посуду,-Этим занимаюсь не только я, а еще человек пять, во-вторых лучше уж пусть мне заплатят, чем какому-то посудомоечному агенству, а в-третьих я просто люблю помогать людям, да и руками я работаю гораздо лучше чем головой, так что, почему бы и нет? Меня все устраивает, уезжать я не хочу. Фил, стоявший неподалеку только хмыкнул, услышав такой ответ. -Да разве? Ты ведь еще несколько лет назад хотела уехать?- продолжала гнуть свое Маша. -Тогда все было по-другому.-уклончиво бросила Уля. -И что же изменилось? На этот вопрос Уля просто промолчала. «...Все ждет своего Ваню, наивна-ая...»- пронеслись в голове Маши обрывки чужих фраз. -Это все из-за Вани, да? Думаешь, он вернется? Поэтому не уезжаешь никуда, вещи его хранишь... Боишься, что не станет искать тебя, если тебя здесь не окажется, когда он приедет...-озвучила Маша сделанные в мыслях выводы, но видимо зря. Потому что Ульяна вдруг повернулась и посмотрела на нее так, будто девочка выдала ее самую страшную тайну. Так смотрят только на предателей. -Прости...-виновато прошептала Маша. Фил покачал головой и тихо сказал: -Иногда нужно вовремя остановиться и промолчать. Но когда он поднял глаза на подругу, то в очередной раз понял, что это вовсе не про нее. Куда уж там этой бешеной остановиться? Ей подавай ответы на все и сразу. Но от неприятного напряжения спас звон калитки и голос, услышав который Маша едва вздрогнула. -Вот вы где! А мы вас обыскались. Маша обернулась и увидела Лешку, шагающего к ним по тропинке, а за ним следовала Катя в нарядном синем сарафане. -Ты чего на звонки не отвечаешь, дуреха?-тут же набросилась рыжая на подругу. -Да у меня телефон сел, а что случилось-то? -Ты не знаешь, где Женя с Кузей? -Я думала они у вас ночевали, разве нет?-удивилась Маша, пока пришедшие здоровались с Ульяной. -Тогда поздравляю! У нас одна пропавшая сестра с замашками афериста и один исчезнувший полудурок!-воскликнула Катя. -Попрошу выбирать слова, он все-таки мой брат, каким-бы полудурком ни был,-хмуро попросила Маша. -Пардон,-вдруг бросила Катя лёшкину фразу,-А что это за кепка на тебе?-спросила девочка, заметив Машин картуз. -Оу, да так... Ты хоть Жене звонила? -Не прошло и пяти минут за этот день без исходящего вызова, веришь? Ладно, давай еще раз наберу. -Ну а что у вас тут нового?-невзначай спросил Лешка, усаживаясь на ящики. -Вот,-Фил протянул ему тетрадь,-Что-то связанное с каретой Мазепы, только там несколько страниц вырвано. Но получив в руки тетрадь Леша вмиг посерьёзнел. -А еще мы нашли могилу на кладбище с этим знаком... -Курчем...-любезно подсказала Маша другу. Но Леша не отвлекаясь листал тетрадь. Затем вдруг посмотрел на друзей округлившимися глазами и достал из кармана спортивных штан ов сложенный в несколько раз листок. -Что это?-поинтересовался Фил, но когда Леша развернул лист и приложил его к одной из оторванных страниц и так все понял. На листе была четко выведена какая-то схема с обозначениями на молдавском языке и непонятными приписками. Леша медленно поднял глаза на Машу. -Помнишь, ты спрашивала, куда я все время пропадаю? Я искал словари в библиотеке... и не только словари. Пазл в голове девочки сложился: вот почему Саша с Аленой встретили Лешу в клубе в тот день, когда пригласили их на посиделки у костра. -Подожди, откуда у тебя эта страница?-спросила Маша. -Была под обложкой той вашей книги,-он обратился к Ульяне,-«История родного края», помнишь, Уль? -Помню, только ничего не понимаю... -Твой Ваня как-то связан с этим всем. Может даже ты связана... -обдуманно заявила Маша. Ульяна только фыркнула. -А что за схема, Леш?-вновь спросил Фил и получил в руки лист. -План Дома с лилиями...-мрачно ответил Лешка. -Что?!-воскликнула Маша,-Прекрасно... А Леша решился изучить тетрадь, попавшую к нему в руки. -Да тут целый дневник... У вас нет никого знакомого, кто мог бы перевести это все на русский язык? А то вручную мы упахаемся... -Клим хорошо молдавский знает, он в Кишиневе уже лет пять живет,-вспомнила Маша,-Кстати,-она повернулась к Филу,-А куда он пропал? Я его на поминальном обеде не видела... Но этот вопрос остался без ответа, потому что Катя, все это время расхаживающая кругами по двору в попытках дозвониться сестре, вдруг завопила: -Ну наконец-то!!! Женек, вы где? Маша тут же подскочила к подруге, заорав в трубку: -Где мой брат? «-Потише, истерички,-раздалось из телефона,-Где ваш Кирилл я понятия не имею. Мы немного повздорили, и мне пришлось уехать. Скоро не появлюсь, так что спрячьте сундук подальше от чужих глаз. Если что-то понадобится, то ключ от него в дедушкиных рыбацких сапогах, они за шкафом. Аривидерчи, амигос...» Из динамика полились частые гудки на разочарование разъяренной Маше. -Отлично...-процедила она сквозь зубы,-Ну просто замечательно! Девочка даже руками всплеснула от досады. -Нет ну вы слышали ее? Вот же коза столичная! -Эй, она моя сестра!-возмутилась Катя. -А это тебе за брата-полудурка! Крик в Ульянином дворе мог бы продолжаться еще долго, если бы не появление ща воротами уже знакомого Маше типа в кожаной куртке и картузе. -Милые дамы, прошу прощения, что прерываю ваш диспут, но могу ли я все-таки поинтересоваться, где проживает Андрей Иванович Аксенов. -А вы зачем интересуетесь?-Ульяна приблизилась к воротам, как только услышала незнакомый голос. Мужчина устало вздохнул, покопошился во внутреннем кармане кожанки, достав красную корочку: -Майор полиции. Игорь Васильевич Совенко. Конец 9 главы