hard choice.

Четыре лошади остановились около казарм разведкорпуса. Несколько человек выбежали из зданий, чтобы посмотреть на тех, кто приехал. — Вы так быстро вернулись, — заметил Конни, что первым показался из-за дверей, — неужели что-то случилось? — Случилось, — часто дыша ответила Ханджи, всё ещё сидя на лошади, — Энни при смерти. Подготовьте лазарет, быстро! Конни убежал, а Саша, Жан и Армин подбежали к Ханджи. — Что с ней? — Тихо спросил Армин, пытаясь заглянуть за спину командира. — Жан, Саша, Армин, помогите мне снять её с лошади. Микаса, иди и расскажи всё остальным, чтобы помогали с лазаретом. А ты, Леви, отправься с кем-нибудь в Трост за помощью, — строго отдала приказ Ханджи, проигнорировав вопрос Армина. — Что нам делать? — Смотря на командира, спросил Жан с волнением. — Сейчас я буду слезать с лошади. Ваша задача — это поддерживать Энни за плечи сбоку. Не трогайте её в других местах! — Ответила Ханджи и постепенно стала слезать со своей лошади. Саша помогала Ханджи аккуратно спуститься, а Жан и Армин, в свою очередь, выполняли приказ. Армин смотрел на Энни, что была без сознания. Она выглядела жалко, до сих пор истекая кровью. — Нам очень повезло, что Энни всё ещё жива, — поблагодарив Сашу, заметила Ханджи, отряхивая руки от пыли, — она потеряла очень много крови. — Что делать теперь? Она вот-вот упадёт, — суетливо спросил Армин. — А вот сейчас будьте ещё более осторожны, — предупредила Зоэ, — рёбра Энни сломаны, но это не значит, что все остальные кости целы. Шансов выжить у неё мало, но мы должны сделать всё. Вдохнув побольше воздуха, чтобы начать указывать, Ханджи мельком заметила три лошади, что выезжали с территории казарм. «Отлично, это Леви. Помощь скоро прибудет.» Вернув взгляд на ребят, она продолжила: — Итак, слушайте меня внимательно. Сейчас вы вдвоём несёте носилки, — женщина указала на Армина и Жана, — а мы с Сашей постараемся уложить Энни наземь. — Есть! — В один голос ответили парни и моментально убежали в здание. Проводив их взглядом, Ханджи обратилась к Саше, стоящей неподалёку и нервно теребящей пальцы. — Саша, слушай. Сейчас я возьму её подмышки, а ты возьмёшь за ноги. Мы одновременно поднимем тело и спустим. Понятно? — Да! Осторожно взяв Энни, девушки положили её на траву. Всё прошло удачно. — Нужно перевязать рану нормальным бинтом, — сказала Ханджи, нервно смотря на несчастную накидку Энни, что была туго перевязана у той на груди, — чёрт, я забыла предупредить мальчиков, чтобы они сбегали за новыми бинтами. — Я принесла их, — к Саше и Ханджи приближалась Микаса, с бинтами в руке. Зоэ облегчённо вздохнула. — Я подумала, что перевязка лишней не будет. — Ты просто умница, — поблагодарила Ханджи. Минуту спустя Энни уже лежала на носилках с заново перебинтованной грудью. Жан и Армин подняли носилки и унесли в лазарет. Ханджи села на траву, где только что лежала Энни и зарылась руками в волосы. «Я так устала…» — бессильно подумала женщина, — «Устала от постоянных смертей и травм, устала от письменной работы, от экспедиций, от Леви…» «Я устала от всего.»

***

Последующие несколько часов были для женщины не менее сложными. Она постоянно ухаживала и присматривала за Энни, отдавая разнообразные приказы остальным. Микаса, тем временем, дежурила в столовой. По приказу Ханджи она готовила обычную кашу. По словам девушки необходимо было приготовить что-нибудь быстрое. Именно поэтому выбор Микасы пал на кашу. Помешивая кипящую жидкость, Микаса размышляла о сегодняшних событиях. То, что произошло сегодня, не может объяснить даже она. «Почему я спасла её? Зачем дала ещё один шанс такому отродью?» Девушка не знает, что она чувствует к Энни. Бьёт — значит любит? Нет, это не про неё. Микаса избила Леонхарт по собственному желанию, но, в то же время, чуть ли не переспала с ней в тот же день. Может, это всё сама Энни виновата? Может, эта путаница, что в голове у Микасы уже который день, никак не может исчезнуть из-за неё? Леонхарт по уши влюблена в Аккерман — это даже дураку понятно, ведь её поведение и действия говорят сами за себя. Но вот кто нравится Микасе? Она получает внимание от двух людей одновременно — вот в чём вся сложность. Она целовалась с капралом — ей понравилось. Она целовалась с Энни — ей тоже понравилось. Что же делать? Вдруг, она чувствует что-то к двум людям одновременно? Тогда возникают вопросы: Кого выбрать? Что её ждёт после выбора? Как другие отнесутся к этому выбору? Всё это предстоит узнать самой Микасе в ближайшем будущем.

***

Часа два спустя те самые три лошади вернулись. За ними приехала карета с врачами из Троста. Ханджи выбежала на улицу. Встретив врачей и поблагодарив Леви, она отправилась внутрь, чтобы показать врачам дорогу.

***

Около лазарета сидели Микаса, Армин, Жан и Саша. Армин смотрел в пол, не моргая и не отводя взгляда. Саша нервно теребила волосы, а Жан дёргал ногой. — Врачи и Ханджи зашли туда двадцать минут назад, — нарушил тишину Жан, — видимо, всё очень плохо… — А на что ты надеялся? — Ответила Микаса спокойным голосом. — Энни потеряла очень много крови. — Надеюсь всё будет хорошо… — подала голос Саша. — А вы слышали обрывки фраз, что доносились из лазарета? — Спросил Армин, всё также смотря в пол, — там говорилось что-то про «серьёзную травму» и «маленькие шансы»… — От этой информации ситуация лучше не стала, как видишь… — издевательски подметил Жан. Несколько минут спустя врачи выходят из кабинета, садятся в карету и уезжают обратно в Трост. Последней выходит Ханджи. На её лбу выступают капельки пота. — Что они сказали? — Вскочил Армин. — Шансы выжить совсем маленькие, — разочарованно ответила Ханджи, смотря в одну точку, — наша медицина ещё не развита настолько, чтобы лечить такое. Она умрёт с вероятностью в восемьдесят процентов. Наступила тишина. Армин бессильно сел на пол. Все уставились на пол, размышляя о своём. Микаса же, в свою очередь, просто сидела. Она пыталась обработать и принять то, что только что услышала. Энни скорее всего умрёт. Аккерман не может поверить в это. Она приносила бедной Леонхарт только страдания. Девушка знала, что Энни плакала в подушку из-за неё. Из-за отношения Микасы к ней. Но ситуация поменялась не в лучшую сторону. Девушка уже видела, как будет втайне реветь под одеялом, когда умрёт Энни. Всё-таки, у Микасы есть к Энни какие-то чувства.