Проигравшие

Они целуются так, словно снова сражаются за первенство среди героев, напористо, ярко, до нехватки воздуха, кроваво-красных губ и темных пятен перед глазами. Они сталкиваются зубами, почти рычат, а глаза слезящиеся всё не закрывают, распахивают лишь посильнее через боль, потому что тот, кто первым их закроет — проиграет, признает свою слабость, эту их общую зависимость, болезнь, рычащую, словно стая сторожевых диких псов, отчаянно пытающуюся что-то в них обоих надломить, подмять под себя, изменить их. А им похуй сейчас на эти мерзкие мысли настолько, что сдаются оба одновременно, сдают обороты, закрывают глаза, думают, плевать, боже, плевать совершенно на это соревнование, на всю неправильность, на всё. Бакуго шепчет в чужие губы горячо, со злобой и чем-то ещё, незнакомым для них обоих, чужим, но тёплым: урод… я убью тебя сам, если ещё раз будешь так рисковать, понял?.. чертов придурок… И сжимает в объятиях до боли, до хриплого смешка и улыбки: убьешь, конечно убьешь. Они сдались во власть этой их, как они думают, болезни, даже не думая, что это ведь лечение, исцеление, спасение от всей этой мути со злодеями, расколовшемся на две части обществом и боли. Проиграл, думают они одновременно. Плевать И снова до хриплого стона, едва слышного шипения, нехватки воздуха и до конца.