Говорят, что суицид — не выход

    Щелчок пальцев и Соня просыпается в холодном поту, жадно глотая воздух. По всему телу неприятные ощущения и девушка начинает себя осматривать. Да, она в больничной койке, на часах половина шестого утра. Выдохнув с облегчением, героиня поворачивает голову с улыбкой вперёд и видит перед собой бледное, с синевой, улыбающееся лицо. От него все так же исходил запах гнили и сырости. —Тебе понравилось, да? — Казалось лыба была уже шире некуда, но ему каким-то образом удалось её растянуть, так ещё и оголить зубы, показывая свои клыки. Сейчас это существо, что недавно мучило героиню напоминало чеширского кота. — Хах... — У подростка вырвался нервный смех. Она наклонилась так, что совсем немного и лицом уперлась бы в колене. Приобняв себя за плечи, девушка начала нервно смеяться и плакать, — Для тебя это блять весело, да? Тоже самое, что поесть мороженого или покататься на горках? Да ты больной уебок, я... Что ты там говорил? Что любишь боль и страдания? Да черта с два я тебе их покажу. Соня вытянула правую руку и показала средний палец, который в туже секунду был схвачен и заломлен назад. Перелома не было, но вывих был сильный. Болезненно промычав, героиня подняла голову и посмотрела в лицо мучителя, только во взгляде была уверенность и смелость. Он смотрел на неё со звериным оскалом, а в глазах блестел азарт. Он явно что-то задумал и был готов привести этот план в действие. — Пол шестого утра у нас, да? Значит есть ещё время. Говоришь, что не покажешь? Что ж, мне чуждо сексуальное влечение к чему либо, но мне начинают надоедать твои грубости, — Парень отпустил палец и взял рукой подбородок девушки, с силой его сжимая, что даже в ушах зазвенело. Он пододвинул лицо жертвы поближе, заставляя её нагнуться вперёд ещё больше, из-за чего не натренированные мышцы начали болеть, доставляя дискомфорт. Бен сделал томный вздох и заговорил на ухо девушки шёпотом, — Я слышал, что женский пол плохо психически переживает изнасилование, я хочу проверить, как переживешь его ты. Блондин ещё шире улыбнулся и укусил ухо героини, прокусив хрящ насквозь. Девушка хотела закричать, но из-за руки, что находилась на челюсти это было невозможно, поэтому ей оставалось только выть. Такой уверенности, что она не покажет ему свои страдания уже не было. После парень посмотрел в глаза подростка, вот теперь в них читался страх. Дикий страх. —Только не кричи, а то когда кто-то сюда придёт, тебя примут за шизофреника и натянут рубашку, — Парень перехватил запястья героини и поднял их над её головой, припечатав к стене так, что она была готова отключиться. Голова болела, в глазах от сильного удара рябило, а слезы уже стекали по щекам ручьём. Утопленник слегка ослабил хватку на челюсти. — П-пожалуйста... Н-не надо, я у-умоляю, — После каждого слова слышались всхлипы и рыдание. Азарт в глазах парня тут же испарился, но останавливаться он явно не собирался, — Я-я сде-сделаю вс-е, толь... Звук пощечины прервал речь девушки. На языке героиня чувствовала привкус металла, видать губа разбита. Правая сторона не чувствовалась, только место удара сильно болело. —Второй раз уже, — После этой фразы призрак скорее всего заметил кровь, что уже из губы стекала по подбородку и капая с него маленькой каплей. Парень тут же схватил нижнюю губу зубами, раскусывая рану ещё больше, при этом смачно посасывая, вытягивая из раны всю кровь, которая там только могла быть. То-ли пощёчина привела её в чувство, то-ли что-то ещё, но наша героиня вспомнила про существование ног и, положив эти две конечности на торс парня, со всей силой отталкнула его от себя. Должного результат это не дало, он только буквально на пару сантиметров отодвинулся, но слава богу отстал от бедной губы. — Ты че блять, вампир что ли? — Соня тяжело дышала, а на щеках был слабый румянец. Из-за того, что подросток был в больничной одежде, то бюстгальтера на нем не имелось. Блондин опустил взгляд ниже и увидел, что на месте груди торчат два маленьких бугорочка. Он сначала сделал пару смешков, а после засмеялся. Девушка в недоумении подняла одну бровь, а потом поняла из-за чего он так смеётся и покрылась краской ещё больше, — Ебнутый, ты куда смотришь? —А ты у нас оказывается любишь пожестче, — Послышался хруст. После болезненный крик героини. Руки, которые Бен держал над головой, он отпустил и девушка тут же прижала их к груди, — Не люблю к себе такое отношение. Дверь в палату открылась и Утопленник исчез. Медсестра подбежала к пациентке. — Бог ты мой, что случилось? Вы в порядке? — Женщина села рядом с подростком. Софья лишь плача, протянула ей свои руки, — О Господи, у вас запястья синие! Что случилось? Вы упали? Как же вы так? Девушка смогла лишь кивнуть. Рыжеволосая сделала глубокий вдох и, приобняв Соню за плечи, помогла ей подняться. — Сейчас сходим к хирургу и посмотрим, что с вами.                                     *** С трудом открыв дверь левой рукой, подросток зашёл в дом и сделал глубокий вдох. Перелом правой и слабый вывих левой. — Без рук ощущаю себя какой-то не полноценной, — Протяженое мяу и Вольфрам выбежал из кухни, направляясь к хозяйке, — Точно... Тебя думаю стоит к кому нибудь определить. Тяжко вздохнув, Соня с мучениями достала свой телефон и набрала нужный номер. Послышались гудки. Они были долгие и девушка уже хотела сбросить, но наконец то Полина взяла трубку. — Ало, тебя уже выписали, да? — Да... Это, слушай, можешь сейчас зайти ко мне? Я тебе Вольфрама отдам, ты же хотела его себе как-то забрать. И ещё один подарок, — Последняя фраза была сказана как-то нервно, но собеседница этого не заметила. — Конечно, подожди минут тридцать и я буду у тебя. Прошло ровно тридцать минут и подруги встретились. Правда ещё десять минут ушло на то, чтобы хозяйка дома смогла открыть дверь, но это мелочи. Как только Полина зашла в дом, сразу начались расспросы о том, что случилось и почему повреждены запястья. Пришлось придумать историю о своей неуклюжести и предоставить её как правду, во что брюнетка сразу же поверила. —Пойдём сначала зайдём на кухню и попьём чаю, а потом я тебе все отдам, — Голубоглазая подошла к чайнику и включила его, но подруга его ловко выключила и улыбнулась. — У меня есть кое что покрепче, нежели твой чай, — Полина растягнула куртку и достала от туда довольно большую бутылку водки, — Тебе после такого стресса надо расслабиться, а я прекрасно знаю, что ты не откажешься. —О, я за, но тебе тогда придётся мне помогать держать рюмку, ибо тяжелее ключей я ничего не поднему, — Девушки пару раз хихикнули, после чего брюнетка помогла достать сосуды, куда будет наливаться прекрасное пойло. Так прошло уже около двух часов. Девушки были прилично пьяные. — Слушай, ммм, Соня, я наверное уже пойду. Мне то завтра в колледж идти и на подработку, ты тоже много не прогуливай, а то так и до вылета не далеко, — Хихкнув в кулак брюнетка поднялась со стула и прошла в прихожую. Оттуда она позвала Вольфрама и сунула его к себе в куртку, чтобы тот не замёрз на улице и не сбежал. — Стой, дай я тебя провожу хотя бы и второй подарок отдам, — Героиня отрыла пакет и с небольшими усилиями пихнула туда консоль с картриджем. После слабыми пинками доставила его до входной двери, — Слушай, подними его, а. А то мне трудно это сделать. Голубоглазая демонстративно подняла повреждённые руки вверх, на что брюнетка кивнула и подняла подарок. —О, тебе же его Дима дарил, прошла уже, да? Он ко всем телевизорам подходит? — Кивнув на все два вопроса, девушка выпроводила подругу и та, немного пошатываясь зашла в лифт. После черноволосая закрыла дверь и с облегчением вздохнула. Она проследовала на кухню. На щеках был лёгкий румянец и было немного жарковато. Достав из пачки сигарету, Соня поняла, что сама её не подажет и тихо выругалась. Нос уловил знакомый запах гнили и сырости, на что девушка тяжко вздохнула. —Я знаю, что ты тут. Не будь плохим мальчиком и дай мне огоньку, — Прям перед её носом появилась рука с огнём, немного ополяя кожу лица, из-за чего ей пришлось дернуться назад, но табак был подожен —Ты че? Аккуратней надо быть, огонь это тебе не игрушки. Язык немного заплетался, из-за чего некоторые окончания слов были съедены. Блондин лишь поморщился и сел напротив. —А это, ты почему ещё тут? Я же консоль отдала —Поздно сообразив, Соня уставилась на него затуманеным взглядом. Парень сложил руки на груди и хихикнул. —Она ей ещё не пользовалась, потерпи немного, — Его слова и улыбка сейчас были слишком добрыми, и наиграными, но пьяная бошка героини этого не заметила, и поэтому лишь пару раз кивнула, — Неужели, я тебе настолько надоел, что ты хочешь от меня избавиться? Девушка сделала задумчивое лицо. Она ни разу с ним нормально не общалась, он то избивал её, то доводил до истерик, то пытался убить. Голубоглазая определённо его боялась и на этой мысли она дала положительный ответ. Эльф на пару секунд изменился в лице, по его телу прошлась рябь, как это бывает когда тупит телевизор или игра на компьютере и растворился в воздухе. Соня уже ничему не удивлялась, поэтому просто сделала ещё одну тяжку и затушила сигарету.                                      *** В двенадцать часов дня, подросток возвращался с колледжа. Черноволосая решила забрать документы и зайти в парикмахерскую, что бы полностью изменить свой имидж. Из-за этого чуда, что появилось из консоли, девушка исхудала на нервной почве, синяки под глазами стали больше и бледность уже смотрелась, никак аристократическая особенность, а как болезнь. Поэтому было принято решение сбить этот чёрный цвет. — У меня осталось на карточке всего около семнадцати тысяч, надо будет искать подроботку, — В основном Соня работала в интернете. Фриланс дело хорошее. Платные опросы, клики и тому подобное. На пяти тысячах то не выживешь. Зайдя в салон красоты, где у девушки была запись, она проследовала к отделу парикмахерской, — Ну все, пока-пока, чёрные волосы. Спустя час подросток уже шёл домой с короткой стрижкой, что-то похожее на короткий боб и жёлтыми, сожженными волосами. Цвет отдалённо напоминал блонд. На счастье девушки, салон красоты был недалеко от дома. Ещё около минут десяти, с большим трудом ей все же удалось открыть дверь и войти в помещение. С облегчением вздохнув, она сняла чёрный рюкзак и кинула его на пол. Пальто же было повешено в шкаф, правда не очень хорошо и оно потом тут же упало, но решив, что эта вещь недостойна её мучений, героиня забила на него. Переодеваться из чёрных джинсов с поворотами и кофты с какой-то непонятной надписью она не стала. Может ещё куда нибудь сходить или кто-то придёт, а она тут в трусах щеголяет и пытается надеть штаны. Пройдя на кухню, Соня включила телевизор. Это наверное самое лёгкое, что давалось ей из всего быта. По плазме шли новости. "Сегодня в Х городе, на Х улице было совершенно три самоубийства. Молодая девушка в возрасте двадцати лет спрыгнула с крыши. Как позже выяснилось, её родители последовали сразу за ней, не выдержав смерти ребёнка. Из-за чего она могла это совершить, никто не знает. Соседи утверждают, что семья мирная и деньгами не обделенная..." Дальше подросток уже ничего не слышал. С одной стороны совесть давила тяжёлым камнем, с другой её жизни больше ничего не угрожает. Но было какое-то чувство пустоты, от осознания, что теперь её жизни такая же как и у всех. Соня даже не заметила как слезы сами потекли одна за другой, да что слезы? Она даже картридж, который лежал рядом с плазмой не заметила. По спине прошёлся холод и в кухне запахло знакомой сыростью. Девушка осела на пол, продолжая беззвучно плакать. Бен подошёл со спины и присел на корточки. Обняв её через шею, он прошептал у самого уха. —Скучала? Твоя подружка быстро сдалась, но не плачь, ты скоро отправишься за ней.