10
24 марта 2021 г., 08:25
***
10:47am Тэхён разлепляет глаза, потирая их. Он оглядывает комнату, тяжело вздыхая. К нему приходит осознание, что все произошедшее вчера ему не приснилось, ведь прямо сейчас он был у Чонгука. Был в комнате, в которую пришёл сам, потому что спать в той, в которой произошел инцидент, он бы просто не смог. Он откидывает одеяло, спуская босые ноги на холодный пол. Встает с кровати, заправляя её, выходит из комнаты закрывая за собой дверь. Он идёт по тому же длинному коридору, в котором теперь нет запаха алкоголя и сигарет, а запах фруктов и чего-то сладкого. Он ощущает какое-то тепло, уют, безопасность в этом месте. Тэхён направляется прямиком на кухню, идя на сладкий запах. Он встаёт в дверном проёме, наблюдая как старший стоит возле плиты, немного пританцовывая и готовит, судя по запаху, что-то очень вкусное. Ким невольно шмыгает носом, тем самым привлекая к себе внимание. — Ох, Тэ, ты проснулся, — говорит темноволосый, выключая плиту и отставляя сковороду в сторону, — Доброе утро, — он слегка улыбается. Тэхён лишь кивает в ответ, снова потирая глаза. — У меня сильно глаза опухли? — шепотом спрашивает светловолосый, смотря на Чонгука. Честно говоря, глаза у него опухли очень сильно, потому что истерикой вчера не ограничилось. Он перебрался в комнату напротив, лёг и плакал еще около двух часов, потому что не мог остановить поток слез, вызванных страхом и шоком. Он был очень сильно напуган всей этой ситуацией. — Нет, — улыбаясь произносит темноволосый, хотя сам вчера слышал тихие всхлипывания за стенкой. Он подходит к Киму. — Спасибо, что…спас меня вчера, — шепотом говорит Тэхён, шмыгая носом и пытаясь улыбнуться. Чонгук резко прижимает его к себе, зарываясь носом куда-то в макушку. — Прости, — так же шепотом говорит старший. — За что ты извиняешься? — говорит светловолосый, сдерживая вновь подступающие слезы. — Я не должен был допустить этого, — говорит Чонгук, прижимая младшего сильнее к себе. По щеке Тэхёна все же текут слезы, он судорожно выдыхает, обнимая Чона в ответ. — Ты не мог знать, что так будет, — говорит он, наслаждаясь чужим теплом. Кажется сейчас единственный момент в его жизни, когда он чувствует тепло, заботу, чувствует себя защищенным. Тот момент, когда он не думает, что сейчас его предадут. Он никогда никому не показывал своих слез, а сейчас тот, с кем он враждует уже три года, второй раз видит его таким слабым и беззащитным. «Когда я успел стать таким», — думает Ким, пока слеза одна за другой катятся по его щекам, впитываясь в футболку старшего. — Даже думать не хочу о том, что было бы, если бы я не успел, — проговаривает Чон, поглаживая младшего по спине. — Он бы сделал то, что хотел, — с дрожью в голосе говорит светловолосый. — Не думай об этом, — произносит старший, — Но, Тэ, я был серьезен, — его голос становится строгим. — Что? — не понимает младший, отстраняясь. — Я не позволю ему приблизиться к тебе, — говорит он, вытирая влагу с чужих щек. — Это уже лишнее, — говорит он, отходя от Чона на пару шагов назад. — В моем доме чуть не произошло…изнасилование, — с трудом выговаривает последнее слово, — Я не могу все просто вот так оставить. Тэхён тяжело вздыхает, опуская голову. Он совсем не понимает, что ему делать. Чонгук не пытается сказать что-либо еще, он просто разворачивается, собираясь подойти обратно к плите, но… — Чонгук, — говорит младший, подбегая и хватая темноволосого за предплечье. — Что? — Прости, — робко произносит он, не поднимая взгляда. — За что? — За то, что я тогда обвинил твоих друзей. Я не подумал, — говорит он, все также не поднимая глаз, — И еще за то, что кинул в тебя тряпку и оставил одного все это убирать. Чонгук усмехается, убирая чужую руку с себя. — Всё нормально, — непривычно нежно произносит он, — Ты тоже прости. Глупо было обвинять тебя. В воздухе повисла неловкость. Тэхён не знал, да и не мог больше ничего сказать, хотя уже и нечего. Он сказал все, что хотел. — Не хочешь чаю? Или может блинчиков? — вдруг произносит старший, доставая кружки и тарелки, — Тебе в любом случае нужно поесть. Садись за стол. — Да, спасибо, но, — робко произносит Ким. — Что «но»? — спрашивает старший, раскладывая блинчики на тарелки. — Хён, могу я воспользоваться ванной? — спрашивает светловолосый, а Чонгук кажется потерял дар речи. Не придурок, не идиот, не надутый индюк и не малыш Гуки, раз уж на то пошло. Даже не Чонгук, а хён. Тэхён впервые за все эти три года назвал Чонгука хёном. — А, да, конечно. По коридору вторая дверь справа, — говорит старший, немного растерявшись. — Спасибо, — улыбаясь произносит Ким и убегает, но буквально через три минуты он возвращается обратно на кухню. — Ты так быстро? — спрашивает темноволосый, ставя тарелки на стол. — Я просто лицо умыть хотел, — говорит он, садясь на стул. — Тебе чай или кофе? — спрашивает старший, насыпая себе в кружку пару ложек растворимого кофе. — Я не люблю кофе, а вот чай, — он задумался, — А фруктовый есть? — Нет, но есть ягодный, — говорит он, наливая в свою кружку с кофе кипяток. — Хорошо, давай. И три ложки сахара, — сейчас Тэхён был точно ребенок, ей богу. Обычно он готовит завтраки сам. Не важно где он находится дома с Чимином или дома с отцом. Разница только в одном. Когда он с Чимином, то готовит на двоих, а когда он дома с отцом, то готовит только на себя. Особо никто никогда не готовил ему. Нет, конечно, Чимин пытался, вот только чуть не сжёг кухню. Тэхён даже толком не знает, как ему вести себя. Он совсем запутался кто они с Чонгуком друг другу. Враги? Друзья? Или вообще никто?***
— Не думал, что ты умеешь готовить, — говорит светловолосый, засовывая в рот последний блин и запивая его чаем, — Причем очень даже вкусно, — добавляет он. — Ну знаешь, пещерные люди тоже кое-что умеют, — подкалывает он младшего, на что тот в ответ сверлит его взглядом. Тэхён залпом допивает оставшийся у него в кружке чай, облизывая губы. — Слушай, — говорит Чонгук, собирая посуду со стола и кладет ее в раковину, — Думаю нам стоит рассказать все декану, а там они пусть уже вместе с ректором решают, — он опирается о столешню, скрещивая руки на груди. — Давай не будем, — вновь испуганно говорит Ким, перебирая собственные пальцы под столом. — Но об этом нельзя молчать, понимаешь? Что если он снова попытается сделать это? Но меня при этом уже не будет рядом, чтобы спасти тебя. Это нельзя вот так оставлять, — он вздыхает, — Сначала он чуть не покалечил тебя, подставив подножку, теперь он пытался сделать…а дальше, что ему в голову придет? — Мне стыдно говорить и рассказывать об этом, — тихо произносит Ким. — Почему? — встревожено спрашивает старший, — Ты ведь ничего не сделал. — Я чувствую себя так, будто я с ног до головы покрыт грязью, которую не могу отмыть, — говорит он, смотря на Чона. — Он успел что-то сделать? — серьезно спрашивает Чонгук, стискивая зубы. Тэхён отводит взгляд в сторону, начиная обнимать самого себя, желая спрятаться куда-нибудь. — Он трогал меня и…целовал, — немного дрожащим голосом говорит младший, — целовал в шею, — он дотрагивается до своей шеи кончиками пальцев, — и пытался раздеть меня, но этого он не успел сделать. Чонгук отходит от столешни, подходя и садясь на соседний стул, рядом с младшим. Он положил свою ладонь на щеку Кима, наклоняя его голову в сторону, посмотрел его шею, оттянув немного ткань рубашки. — Никаких следов нет, — говорит он, выдыхая и убирая руки, — Но сказать все равно нужно. Тэхен кивает головой, понимая, что молчать и правда нельзя. Но он вряд ли сможет выдавить из себя хотя бы одно внятное предложение. — Если хочешь, могу сказать я. Как главный свидетель, — он нежно улыбается, видя что Тэхён одобрительно кивает. «Он доверяет мне, — думает Чонгук, — Я не могу его подвести.» — Можешь рассказать мне, что именно произошло? — как можно ласковее спрашивает темноволосый. — У меня разболелась голова, но я не мог уйти домой, потому что не мог оставить Чимина одного. Ну я пошел найти место, где будет потише и я смогу побыть один. Дверь в ту комнату была открыта, я зашел, но оказалось, что в ней уже кто-то был. Я даже выбежать не мог, потому он перегородил выход и зажал меня между собой и подоконником, — медленно, с запинками говорит младший, — Я просил его отойти, от него очень сильно пахло алкоголем и это пугало меня еще больше. Чонгук видит как Тэхёна начинает трясти и ему вновь хочется врезать Ли Джуну, но он продолжает слушать. Берёт чужие ладони в свои, чтобы Ким перестал выламывать себе от волнения пальцы и немного успокоился. — Что было потом? — так же ласково спрашивает темноволосый. — Потом он схватил меня и кинул на кровать, — рассказывать становится все сложнее, да и делать этого не хочется, — Я пытался выбраться. Пытался не дать ему приблизиться еще ближе, но он держал меня. Я кричал, но никто не слышал…я думал, что никто и не услышит, — говорит он, поднимая взгляд на старшего, — Но потом зашел ты. Чонгук кивает, продолжая держать чужие ладони в своих. — Мне надоело и я решил уйти в другую комнату на время, но услышал крик, — как бы дополняет рассказ Тэхёна, — В понедельник я расскажу декану все то, что ты рассказал сейчас мне, хорошо? — Тэхён положительно кивнул. — Ты сказал он тебя схватил, ты не смотрел синяков нет? — так же ласково, но уже с некой тревожностью спрашивает темноволосый. — Не смотрел, — тихо говорит он, отрицательно кивая. — Ты не против, если я посмотрю? — немного боясь, спрашивает Чонгук. Меньше всего сейчас хочется пугать младшего. Но какого было его удивление, когда светловолосый согласился. Видимо Тэхён и правда ему очень доверяет. — Хорошо, — говорит старший, — Встань, — он встает сам и поднимает младшего за руки. Задирает рубашку так, чтобы было видно не выше живота. По бокам он видит небольшие синие следы. Как справа так и слева, — Сука, — тихо выругивается он, — Синяки есть, но они небольшие, — он опускает чужую рубашку, — Этих доказательств будет мало, а других у нас нет. Хотя, — на секунду задумался старший. — Что? — не понимает светловолосый. — Да так, потом объясню, — хитро улыбаясь, говорит Чонгук. — Подожди, — чертыхается Ким. — Что такое? — не понимая, спрашивает темноволосый. — Сколько сейчас времени? — испуганно спрашивает он. — Одиннадцать, — говорит Чон, смотря на свои часы, — А что? — Чимин наверное потерял меня и волнуется, — хватается за голову светловолосый, — А я даже не знаю где мой телефон. — Твой телефон на тумбочке у меня в спальне. Он был разряжен и я поставил его на зарядку, — говорит он, вставая из-за стола, — Сейчас принесу и потом отвезу тебя домой. Тэхён легко соглашается, потому что идти домой пешком или ехать на автобусе как-то не хочется.***
Сев в машину, Тэхён назвал Чонгуку точный адрес дома, в котором они живут вместе с Чимином. Дорога до него заняла минут двадцать и все это время они ехали в полной тишине. Старший время от времени поглядывал на светловолосого, что сидел на соседнем сиденье и рассматривал знакомые улицы через окно. Тэхён был поникшим и Чонгук соврет, если скажет, что ему не больно видеть младшего таким. Он никогда не видел Кима в таком состоянии. Он останавливает машину прямо напротив подъезда, в котором живет младший. Они оба мысленно благодарят друг друга за то, что никто из них не вспомнил про вчерашний поцелуй. — Чтож, увидимся в универе, — сказал Гук, повернувшись к Тэхёну. Тэхён целует старшего в щеку и выбегает из машины, крича «Увидимся». А Чонгук второй раз за утро теряет дар речи. «Считай я вернул тебе поцелуй, малыш Гуки, » — думает Тэхён, вспоминая поцелуй в лоб от старшего на ночь.***
9:14am Чимин открывает глаза, приходя в себя. Он садится на кровати и, обнаружив возле себя Юнги, ужасается. «Что же я сделал, — думает он, закрывая лицо руками, — Зачем я…» Его мысль прерывает Мин, который решил повернуться на другой бок, а именно лицом к Чимину. Младший смотрит на лицо Юна и ему так стыдно, ведь все это было ошибкой. По крайней мере он так считает. Пак тихо слезает с кровати, корчась от боли в пояснице, собирает свои вещи по комнате и выходит, закрыв за собой дверь. Он находит ванну и заходит туда, чтобы одеться. Смотрит в зеркало, закрывая рот руками, видя не совсем приятную, как ему кажется, картину. Все тело в бардовых отметинах. Шея, ключицы, руки, ребра, живот, бедра и даже попа. Он дрожащими руками натягивает на себя одежду, стараясь издавать как можно меньше звуков, чтобы не разбудить старшего. Ведь тот заставит его объясниться, почему он решил сбежать, а разговаривать с темноволосым сейчас хочется меньше всего. Сейчас Чимину просто хочется провалиться под землю. Закончив одеваться, он выходит из ванной, проверяет спит ли Мин. Убедившись в этом, он собирался уйти, но понял, что не знает где его телефон. К нему приходит осознание, что телефон может быть только в той самой комнате. Он заходит туда, на цыпочках подходит к кровати и ищет свой мобильник. Он оказывает под кроватью, повезло, что Пак может до него дотянуться. Розововолосый берет гаджет в руки и смотрит на Юнги, который так сладко спит. — Прости, хён, — шепотом, почти бесшумно произносит он и уходит. Юнги же просыпается от хлопка, закрывшейся входной двери. Он смотрит на вторую половину кровати. Пусто. — Ушёл, — грустно усмехается он, проводя рукой по месту, где буквально еще 10 минут назад спал Чимин, которое было все еще теплое, — Он тоже ушёл, — повторяет он, тяжело вздыхая, чувствуя как внутри что-то сжимается. Он достает упаковку сигарет и закуривает, вдыхая едкий дым, а после заполняя им комнату, от чего слегка ощущаемый запах Чимина полностью исчезает. Он нехотя встает с кровати и открывает окно, чтобы проветрить помещение, как замечает что-то блестящее на полу. Он присаживается, поднимая украшение. Это была серьга. Да, у него тоже проколоты уши, но таких сережек у него никогда не было. «Чимин, — проносится у него в голове, — Что ж, значит будет причина поговорить»***
Для кого-то это утро подарило море тепла и уюта, а кому-то оно разбило сердце и заставило сжаться грудную клетку.
Примечания:
Надеюсь эта глава вам понравилась, я потратила на нее больше времени, чем на все остальные. Если заметите какие-либо ошибки, то укажите мне их, чтобы я исправила. Спасибо, что прочитали❤️
