Недоверие

      Блум не то чтобы не доверяет, скажем так, она не верит. Не верит в любовь, радость и волшебных бабочек в животе, о которых все так много говорят. Хотя Муза много раз говорила о том, как совсем по-другому, по-живому, чувствуется любовь в отличие от всех других. Но Блум все пусто…       Блум предпочитает верить в огонь и себя, она предпочитает не мучаться попусту, и уж точно не собирается влюбляться. Но хоть она и Когтевран, да даже будь сто раз Слизерин, ее планы рушатся, несмотря на принадлежность к факультету.       Она влюбляется в коротко подстриженные светлые волосы, в ясный взгляд и широкие плечи, в сильные руки и возможную защиту, когда он рядом. Но только когда он вновь спрашивает: «Доверяешь мне?», она опять и опять повторяет: «Мы слишком мало знакомы». И это правда, каждое слово из этой фразы является правдой.       Блум проигрывает своему сердцу, разум сдает позиции, с нехотением допуская возможность привязанности, и возможно, только возможно, — влюбленности.       Когда Сожженные нападают раз за разом, что-то внутри Блум, отвечающее за влюбленность в Ская, спокойно замолкает, давая место бушующему огню. И когда Блум выпускает весь свой заряд на одного, а Бен Харви вновь говорит о доверии, она зла.       Блум чуть не убила родителей, чуть не сожгла их дом до тла и чуть не убила Аишу, о какой влюбленности может идти речь. То была обычная злость на маму, но что будет, стоит ей заревновать к кому-то? А она ревнует, о да, сложно не заметить взгляды, которыми щедро одаривает Стелла парня, сложно не заметить, как она гладит его руки и спину, и совершенно невозможно не услышать, как Скай пробирается в комнату Стеллы каждую ночь.       Блум зла, Блум в ярости, именно поэтому ей нужна полная правда, чтобы иметь хоть что-то предельно ясное в ее жизни. Поэтому она соглашается на условия Беатрикс. Поэтому сидит в машине с ней и разговаривает, слушает историю и надеется, что совсем скоро правда одержит верх.       Беатрикс как раз похожа на ту, кто врет. Но именно ей верить хочется, потому что она прямолинейная, она не приукрашает и не пытается обмануть, да, Трикс играет фактами, но оно и не сильно важно.       И когда ее схватывают, Блум лишь безучастно смотрит.       Блум всегда была немного сложной, немного странной и немного потерянной. Сейчас ей кажется, что все только усилилось. Когда все феи так радостны из-за того, что они ими являются, Блум растерянна. В месте, в котором она выросла, это дикость, это признаки шизофрении и других психических проблем. Но только она чувствует жар от огня, чувствует смердящий запах мертвых тел, убитых Сожженными, и страх ощущается так реально.       Вот только теперь, помимо этого, за ней наблюдают. Ее подруги, Скай, директриса и учителя. И когда Скай спрашивает в очередной раз: «Ты мне доверяешь, Блум?», она теряется, да и не знает, как не теряться.       А Скай весь из себя идеальный. Лучший специалист, веселый, прекрасный друг и наверняка парень. И это вовсе не помогает.       Блум хочется закрыть глаза, вдохнуть поглубже, а когда открыть, увидеть перед собой свою старую комнату, с широко открытым окном и разбросанными книгами на полу. Но когда открывает, видет очередного Сожженного, выпускает огонь и смотрит, как монстр горит. А Скай прорубает его своим мечом, как какой-нибудь рыцарь. Блум видит, как мистер Харви идет к ним, и разворачивается, уходя прочь. Ей не хочется вновь видеть его жалостливые глаза.       Блум страшно на самом-то деле. Она теряет себя и сейчас это ощущает сильнее, чем когда-либо. Блум до стреляющей боли страшно, когда она сжимает кулаки, вредя себе ногтями.       Поэтому Блум бежит, вдоль аллей, фей и специалистов. Она бежит, когда ее ловит Скай. — Что с тобой? — он всматривается в глаза, а там ничего, и может, это хорошо. — Все в порядке, — бросает она заученно и вырывается.       Но Скай — специалист, он хватает ее за руку и притягивает обратно. — Ты не обманешь меня. Чем я могу тебе помочь?       И Блум невыносимо противно от себя — за ней бегают, переживают и за нее беспокоятся. Разве не об этом она мечтала, будучи маленькой девочкой? — Я не могу тебе поверить.       Скай лишь вскидывает голову к небу. Не может понять характер этой рыжей. — Ты и не должна. Я бы этого хотел, — Блум отводит взгляд, но Скай берет ее за подбородок и поворачивает к себе, — но ты не должна. Я был бы рад, если бы ты просто была уверена в том, что я не подведу.       Блум кивает и отстраняется. Стоять так близко — непозволительно, дышать так часто тоже. Но она стоит, дышит и смотрит-смотрит-смотрит на взъерошенные волосы, на голубые глаза и тонкие губы, выхватывает взглядом маленькие родинки на щеках и пытается их перечесть.       Скай смотрит на зеленые глаза, блуждающие по его лицу, на веснушки, бледные губы и развивающиеся на ветру рыжие волосы. Скай чувствует ее ладонь, сжимающую его руку. Видит худые пальцы, ногти, покрытые бледно-розовым лаком. Скаю хочется целовать ее руки, хочется любить ее всю, хочется называться ее парнем. Но Блум не верит. И Скай готов ждать, готов смотреть, как она убегает раз за разом и просто надеяться.       А Блум обретает крылья, взрывает Сожженных одного за другим, и выпускает опасную фею на свободу. Блум истощена, разочарована и немного испугана. На адреналине она поцеловалась со Скаем. И у нее нет сил чтобы справляться еще и с этим. У нее, если честно, вообще сил нет.       Она идет, поддерживаемая подругами, но все равно падает на холодную траву. Скай рядом, он всегда рядом, он подхватывает под руки и тянет на себя — поднимает, он берет на руки и крепко держит. Он несет к себе — Ривена все равно нет, он укладывает в постель, укрывает одеялом и гладит по рыжим волосам. А глаза Блум еще сверкают красным во тьме, и кажется, от нее веет жаром и подпаленными волосами. — Я верю тебе, — тихо говорит она, фактически в никуда, и поворачивает голову. — Знаю, что давно должна была, но… Просто разучилась. — Я понимаю, — говорит он и целует.       Мягко, не как в предыдущие разы — в поцелуе больше нет боли, боязни и исступленного страха. В нем нежность, доверие и освобождение.       Блум, придерживая шею Ская руками, садится к нему на колени, обхватывает бедрами талию и жмется ближе. От поцелуя сносит голову, свечки на столе загораются, одаряя комнату тусклым светом.       Скай закусывает нижнюю губу Блум, та прогибается в спине и протяжно стонет. Парень пользуется ситуацией и стягивает с нее кожанку. Блум проводит руками по его волосам, оттягивая их назад. Его голова отклоняется и девушка целует его шею.       Скай резко переворачивает ее и опускает на кровать, нависая сверху. — Твои глаза — просто потрясающие.