Глаза цвета пива

Однажды Алукарду стало скучно. А рядом, как назло, был только Бельмонт. Бельмонт из дома Бельмонтов, рождённый Бельмонтом от Бельмонта. Бельмонт. Очень пьяный Бельмонт. Бельмонт. Скука. — Слыш, блондиночка, принеси мне ещё пива, — пьяно помахал ручкой Бельмонт, не рассчитав амплитуду и заехав себе по лицу. Адриан рефлекторно закатил глаза. И как в этого Бельмонта только влезает. Очевидно, в этом замешана какая-то бельмонтовская магия. — Пошёл в жопу. — Надеюсь, там есть пиво. Повисла тишина, прерванная громким рыганием Бельмонта. Отвратительно. Так по-бельмонтовски. — Ну, принеси ещё пи-и-и-ива, не обломишься же? — почувствовав на себе тяжёлый взгляд Алукарда, он добавил, — В конце концов, ты не мой меч. И тут в светлую голову Адриана пришла идея. Он встал и отправился на поиски пива, по пути обдумывая способ мести Бельмонту за его бельмонтовость. К моменту его возвращения Бельмонт успел заснуть крепким бельмонтовским сном с громким бельмонтовским храпом. Вот Бельмонт! — Твоего ж Бельмонта за ногу, просыпайся, я пиво принёс, — пиная Бельмонта, сказал Алукард. — Ты только что обругал меня моей фамилией? Совсем страх потерял? — Да ты не страшнее оттраханной вяленой козы! — Только меня никто не трахал, — с какой-то грустью в голосе сказал Бельмонт, а потом снова оглушительно рыгнул. «Интересно, почему» — с сарказмом подумал Адриан. — И неужели тебя это беспокоит? — так же саркастично спросил он. — А черт его знает, — Бельмонт сделал какой-то непонятный бельмонтовский жест. — Тело просит, а я не привык отказывать себе. — С выделительными процессами ты не церемонишься, так в чём проблема? — Пошёл на хуй, — открыв глазом пиво, Бельмонт кинул металлическую крышку на деревянный пол с большими дырами между скрипящими половицами, в одну из которых она и закатилась. — Как красиво с твоей стороны, — заметил Адриан. — Да никто ж не видит, — с громким хлюпаньем хлебнув пива, ответил Бельмонт. — А я тогда что? Картошка? Табуретка? Сушёная рыба? — подняв бровь, съязвил Алукард. — Сушёная рыба была бы очень кстати. — Ох, ну, конечно. Может, вам ещё и поросёнка на вертеле принести, господин Бельмо-на-глазу-т? — Тебе бы к доктору… Это звучит серьёзно. Адриан едва сдержал порыв ударить себя по лбу и пробить голову ко всем Бельмонтам. — Хочешь пива? — с абсолютно невинным видом предложил Бельмонт. Вздохнув, дампир молча взял банку пива и сел в тёмный угол. И вовсе не потому что он полу-вампир, нет, просто в этом углу теплее. Теплее. И всё. — Сушёная рыба будет пить пиво… До чего я дожил, — пробормотал Бельмонт. — Если ты попробуешь съесть меня в пьяном бреду, я тебя убью. — Я себя тоже. Адриан фальшиво улыбнулся, чтобы показать клыки и обозначить свою опасность для всяких там глупых пьяных Бельмотнов, развалившихся в креслах возле камина и закинувших ноги на подлокотник. Как и всех пьяных Бельмонтов, Бельмонта потянуло на поэзию. — Адриан, Адриан, хер моржовый. Адриан, Адриан, — Бельмонт рыгнул, после чего продолжил, — Вредный хуй. — Я так тронут. Мне ещё никогда не посвящали стихи, — с (не)искренним трепетом в голосе сказал Алукард. — Тем более такие изысканные. — Безумно можно быть первым, — ответил Бельмонт. На этом столь содержательный разговор прервался. Дампир и человек, не обмениваясь даже взглядом, пили банка за банкой прекрасное пиво, сваренное неподалёку. — Алука-а-а-а-ард! Принеси ещё пива. — Я тебе что, гонец-пососи-мой-конец? — Нет, мальчик на побегушках. — Возьми свою жопу в руки и сходи сам, Бельмонт. — Я бы с радостью, но она развалится. — Что? — Побочный эффект человечности, — пояснил Бельмонт, но заметив всё так же ничего не понимающий взгляд Адриана, добавил. — Я пьяне-е-ею. — Будто я нет. — Полувампира ответ. — Как ты это придумал-то? — Для тебя старался. — Как мило, ещё бы рыгнул — и я весь твой. — Дапожалуйста, — сказал Бельмонт и особенно громко и протяжно рыгнул. — Ну, вот, Бельмонт, теперь я твой. Бери меня полностью, — опираясь на стеночку, пытался встать Адриан. — Но ты всё ещё не сушёная рыба, увы, — свесив голову в сторону дампира, ответил на это Бельмонт. — Довольствуйся тем что е-е-е-э-э-АЙ! — сделав два шага от стены на ватных ногах, Алукард упал на пол. — А я думал, что ты не пьянеешь, — сквозь смех, съязвил Бельмонт. — Я тоже, — проскулил дампир, потирая ушибленный нос из которого начала капать кровь. — Деревянный пол — один, вампир — ноль. — Что это за хрень, почему у меня кровь? Она не останавливается. Бельмонт, я умираю! — Что мертво, то умереть не может. — Бельмонт!!! — Да, да, я. — Она всё ещё капает! — Так пей. — Э-э-эм… Это немного не так работает, хочешь расскажу? — Нет. — Нетраханного Бельмонта ответ. — Используешь против меня мои же шутки? — С кем наберёшься — с тем и поебёшься. — Интересная поговорка. Наверняка древняя и мудрая. — Кровь всё ещё капает. Что люди делают в таких ситуациях? — А когда это ты причислил себя к числу людей? — Когда ударил нос об пол. — Вставляют ватку в ноздрю, человечище, — с громким «эххх» встав с кресла, закалённый в пьянках Бельмонт бодренько пошатываясь дошёл до аптечки Сайфы и достал оттуда маленький белый клочок. — Где там твой шнобель? — Здесь, — ткнув пальчиком в нос, свёл к нему глаза Адриан. На полу уже собиралась лужица, однако дорасти до полноценной лужи ей не удавалось, кровь стекала через дыры между половицами, из которых в дом проникал холодный воздух, образуя сквозняк из-за дыр в крыше. Стараясь не шататься, Бельмонт подошёл к окровавленному дампиру и сел рядом. — А теперь это нужно засунуть в нос. — Но я не смогу дышать. — Ну, не умрёшь же ты от этого. — Ах-ха-ха, как смешно, Бельмонт. Я тут умираю, а ты издевае-е-е-е-е-а-а-а, — не желая дослушивать обличительную речь Алукарда, Бельмонт, не церемонясь, вставил ватку ему в ноздрю. — Всё. Теперь просто подожди и кровь пройдёт. — Серьёзно? Теперь понятно, почему люди так мало живут. — Ты проживёшь не многим дольше, если будешь выёбываться. — У меня хотя бы нет недотраха. — Я хотя бы жив. — Один — один. — Я мог бы убить тебя прямо сейчас. — Но не сделал этого, потому что единственный, кто может с тобой потрахаться — это я? — Уж лучше дохлая свинья. — Тебе повезло, я полумёртв. — И как свинья нажрался, да уж. — Бельмонт! — Что? — Я вообще-то голоден. — А у меня жопа чешется. — Бельмонт! — Готовишься стонать подо мной? Алукард настолько не представлял возможным такой вариант развития событий, что не выдержал и засмеялся настолько сильно, что ватка выпала из носа. Но он не заметил, потому что она упала в щель между половицами. Увидев самоуверенную наглую рожу Бельмонта, Адриан напряг свои вампирские силы и подлетел к нему, впечатав в стену, потому что немного не рассчитал траекторию. — Ну, вот, теперь ты подо мной, Бельмонт, — оскалившись, сказал он и провёл острым ногтем по пульсирующей на шее человека вене. — Но тебе не впервой. — Пырнуть тебя ещё раз? — Кинжал коротковат. — Ты же только что ходить не мог, — состроив максимально непонимающее лицо, заметил Бельмонт. — Ходить не мог — летать могу, — ответил дампир. — Ты только что перевёл тему? — Нет. — Бельмонта ответ. — По-факту, — похлопав глазами, сказал Бельмонт. — Прелюдия зашла куда-то не туда, — отметил Алукард. — Продолжим? — спросил Бельмонт и, получив утвердительный кивок, ударил дампира по яйцам. Адриан закатил глаза, громко цокнув, после швырнул Бельмонта через полкомнаты на пол и, моментально переместившись рядом, оседлал его бёдра. — Ради бога, это же не пьяная драка. — Это твоя пьяная срака, — сжав ладонями вышеупомянутое место, Бельмонт очень по-бельмонтовски улыбнулся. — У меня, кажется, привстал, — с иронией в голосе, сказал Адриан. — Потому что ты полумёртв. — Да, ты пессимист, Бельмонт. — Пессикто? Ты съел Сайфу? Адриан и заткнул горе-любовника поцелуем. Поскольку Бельмонт похоже не хотел выпускать из рук такое сокровище, как задница дампира, последнему пришлось стараться за двоих, расстёгивая пряжки ремней и развязывая шнуровку штанов. — Может снимешь руки с моей жопы и поможешь? — Ты и так неплохо справляешься. — Ну, тогда, если что-то оторву, то извини, силу не рассчитал. — Тогда сам справляться будешь с полустояком. — Переполуживу. — Как ты это выговорил-то? — Для тебя старался, — тяжело выдохнув, ответил Адриан. — Я устал, — сказал он, раздев Бельмонта-младшего. — Полуобслужи мой полустояк. — Полуотсосать тебе то есть? — Бельмонт! — Алукард сделал приглашающий жест рукой, в область своих расстёгнутых штанов. Дважды повторять не пришлось, Бельмонт поднялся на локтях к промежности дампира и провёл языком по полутвёрдому члену. Адриан положил руку ему на голову и зарылся пальцами в тёмные жёсткие волосы охотника. — Сразу к сути? А как же романтика? Целовать мои бёдра, щекотать волосами… Хотя я больше удивлён тому, что ты до сих пор не рыгнул. — Ради тебя могу и постараться. — Спасибо, обломлюсь. Заканчивай разговоры и переходи к действию. Не разводя лишних романтических сопель, Бельмонт как настоящий человеческий гетеросексуальный мужик, взял за щеку. — Зубами не цепляй. — Бфлрлооффппп. — Хуй вынимай изо рта, когда разговариваешь. — Иди нахуй, раскомандовался тут, — Бельмонт посмотрел на Адриана исподлобья и продолжил сосать член с сердитым видом. Чтобы постараться получить удовольствие от этого мракобесия, Алукард закрыл глаза и закинул голову, пытаясь представить себе кого-нибудь поэротичнее, чем ёбаный Бельмонт. Ещё не ёбаный. К огромному сожалению, как назло, никто кроме Бельмонта с его бельмонтьей рожей не представлялся. Адриан открыл глаза, поправил Бельмонту выбившуюся прядь волос за ухо и даже подумал, что всё не так уж плохо. От этой мысли внизу живота приятно потянуло и захотелось стонать в голос. Бельмонт был удивлён резко прервавшему тишину звуку. А когда понял, что это был за звук, то даже и шокирован. Кто бы знал, что эта полумёртвая ехидная морда умеет стонать. — Бельмонт! — протянул дампир, кончая. Не ожидав такого быстрого исхода, Бельмонт решил, что сплюнуть в щель между половицами — практически идеальное преступление, не считая небольшой струйки в уголке губ. Впрочем, это не помешало Алукарду поднять мужчину за подбородок и жадно поцеловать. — Тебе не мешает, то что у меня конча губах? — Так она же моя. — А, ну, ладно. — Похоже, теперь моя очередь. — Не утруждайся, вдруг ещё отгрызёшь, — Бельмонт положил чужую холодную руку на свой член, задавая темп движения. Останавливаться в его планы явно не входило. Адриан вновь припал к потрескавшимся от ветра и холода губам человека. Чувствуя недовольство Бельмонта, он прекратил. Выдохнул и провёл языком по лицу охотника от подбородка до лба. — Фу, блять, — выразил своё отношение к происходящему Бельмонт, что заставило дампира рассмеяться. — Теперь ты не только в моей сперме, но и в слюнях. — Замечательно. Я теперь умру? — Если только самую малость. Повисла пауза, прерываемая звуком надрачиваемого члена. — Недомёртв? ВОсновномЖив? ЧуточкуМёртвНоЖив? — внезапно подал голос Бельмонт. — Последнее мне особенно нравится. — Пошёл ты нахуй. — А ты правда этого хочешь, Бельмонт? — выдохнул ему на ухо Адриан. Он решил не отвечать, вместо этого только увеличивая темп и, наконец, заканчивая с хриплым выдохом. — Пошёл ты! Опошлил мою фамилию и издеваешься ещё. — Ты сам мне отсосал. Своим же ртом. — Это другое. — Похоже, я не понимаю. — Тупой вампир, — краснея проворчал Бельмонт. — Зато у меня нет сборника заклинаний для пениса. — А пригодился бы. — Ну, раз уж он не кажется тебе большим, то предлагаю присесть. — Напомню: у меня жопа развалится. — Какой ужас, тебе же нечем будет думать. — Заткнись! — вопреки всем своим принципам Бельмонт поцеловал дампира, ведь иначе тот не заткнётся, правда, он забыл про клыки и ударился зубами. Алукард воспользовался слабостью противника и повалил его на лопатки, задав поцелую свой темп. Несколько увлёкшись, он не заметил как начал кусаться, перестав контролировать себя. — Алукард, сраный ты кровосос, — за волосы оттягивая крепко присосавшегося к шее дампира, прохрипел Бельмонт. — Я говорил, что голоден. Не сдержался. — А я говорил, что жопа чешется и что теперь. Адриан показательно поднял руку и отрастил на ней когти, предлагая удовлетворить бельмонтову потребность. Несомненно первичную. Стоящую в одном ряду с рыгнуть, пёрнуть и нажраться. — Обломлюсь. — Хорошо, — сытый и усталый дампир положил голову на плечо Бельмонта и зевнул. — А люди всегда были такими тёплыми? — Да, наверное. — И все так воняют? — Это от пледа, — пуще прежнего покраснел Бельмонт, стянув покрывало с кресла. Однако Адриан уже не услышал, начав мило сопеть во сне. — Чёртов полуублюдок, — завернув в плед и обняв холодного засранца, проворчал охотник и захрапел.