скобы

— Это не твоё дело... — Тодороки-кун, я не могу оставаться в стороне, когда происходит такое! Вся страна видела эту трансляцию, а ты хочешь, чтобы я успокоилась?! — Момо! – кажется, Шото немного переборщил с интонацией, потому как его собеседница вздрогнула, вздернула нос и выглядела так, словно боится и сейчас расплачется. выдох, – это. не. твоё. дело. Хватит строить из себя Мидорию. — Что?! Постой, я вовсе не– — Я сказал хватит!.... Хах, просто уйди, ладно? Ни ты, ни кто другой мне не помогут, это только моя проблема и вам не стоило бы в это лезть. — Я... просто пыталась помочь.. прости, если тебя это задело.       Девушка вышла и закрыла за собой дверь. Теперь в комнате остался один только Шото. Нет, к нему пришла не только Яойрозу, но и другие, но они были менее настойчивыми, хотя Тодороки в этой ситуации сказал бы "назойливыми".        Оставшись один он решил вспомнить все с самого начала, пытаясь найти причину или цель своего брата, ставшего злодеем. Конечно, он понимал, понимал, почему он им стал, отчаянно пытаясь гнать эту мысль прочь. Ведь единственное, что приходило на ум первым это "отец". Все их детство именно он заставлял их тренироваться и ещё раз тренироваться. Все жалели Шото "он ведь ещё маленький", Тойя тоже был "маленьким". Все начинается с детства, и те воспоминания, что были болезненны тогда, со временем обрастают новыми красками в сознании, поражая все большую и большую ненависть, подпитывая ее. *стук* — Брат прав... *стук* — Отец ужасен... *стук* — Почему я должен быть на его стороне?.. *стук* — Почему должен быть героем?... *стук* — Это ведь даже не МОЯ мечта... *стук* — К черту... *пиии* Капельницы выдернуты. Простыни смяты и выкинуты на пол. Ваза с цветами и водой валяется осколками на полу палаты. Шторы раздвинуты. Окно открыто. Дверь в ванную комнату палаты тихо скрипнула. Звуки босых ног по кафелю. Вода. Зеркало.       Шото смотрит на свое отражение и замечает шрам. Тот самый шрам, что оставил ему Старатель. Он оглядывается вокруг и видит пинцет, скальпель, вату, спирт и.... медицинские скобы.       Сердце упало в пятки. Точно. Скобы. Тойя тоже... Он даже не думал, руки просто потянулись вперед. *дзынь* Скоба на лице. *дзынь* Вторая... *дзынь* Сомнение пропало. *дзынь* Кровь капает на раковину. *дзынь* Последняя.       Он смотрит в зеркало и его абсолютно устраивает результат. — Добро пожаловать, братишка~       Точно, окно. Это нисколько не удивило Шото, вероятно даже немного обрадовало.. — Ага... надеюсь, мы сработаемся.       Резкий ветер поднимает занавески и закрывает двух парней от глаз персонала, что только сейчас прибежали на шум разбитой вазы и перевернутой кровати. Видны лишь силуэты, пожимающие друг-другу руки.       Ветер. Тихо. Никого.