(Не)хорошая погода

      Мусутафу — город, который отличается от остальных городов в Японии. Здесь половинки не сами находят друг друга, выбирая между партнёрами, нет, здесь всё куда иначе и сложнее. С рождения у человека есть метка на запястье, которая помогает ему в будущем понять кто его родственная душа и с кем ему придётся пройти оставшийся жизненный путь. Метка — что-то типа пожизненной татуировки, только волшебнее, в прямом смысле слова, метка отражает чувства и эмоции «родственной души». Если твоему соулмейту больно, то твоё запястье пылает огнём. Если твой соулмейт счастлив, то по твоей руке разливается тепло. Всё это помогает людям понять кто их половинка — так люди находят спутника жизни, посланного свыше. Почему именно на Мусутафу выпала такая «непростая» участь, где всё так сложно? Ответа на этот вопрос, к сожалению или к счастью, нет.       Кацуки Бакуго — один из немногих кто не верит в эту «чушь», как любит говорить наш взрывной герой. Если честно, то он вообще ни во что не верит — ни доверяет синоптикам, предсказывающих погоду. Сколько было таких ситуаций, когда они промахивались? Один раз был такой случай, когда взрывоопасный мальчик надел тёплую меховую шапку, куртку, варежки, штаны, ботинки — всё как надо. Но вместо обещанных «— 25°», на улице было «+5». Ничего такой промах, верно? Тогда Бакуго просто подорвал от злости всю свою верхнюю одежду… правда, вместе с предметами поблизости. Ещё хорошо, что рядом никого не оказалось, а то бы…       Поэтому Кацуки хватило одного раза, чтобы понять, что такое «случайная ошибка» и «почему не нужно полагаться на кого-то». С тех пор он не доверяет никому, даже собственному «соулмейту», который вёл себя на протяжении четырнадцати лет весьма странно, что Бакуго часто сильно бесило и парень начал задаваться вопросом: «Как вмазать, не зная, где находится человек?!». То его запястье горит, будто огнём, то сжимает так, что хочется выть и броситься на стену, пародируя человека-паука, потому что у «кого-то» постоянно происходит депрессия или безостановочная истерика. И только в последнее время — год (не хило так) — запястье, будто стало жить заново, а то есть не беспокоить совсем, что Кацу злило ещё больше до скрежета зубов. Уж не случилось чего с его «ненаглядной»? Не будет же он, как лох, вечно один? Почему-то блондин был уверен, что его соулмейт именно ненаглядная. Не может же парень быть истеричкой?!       Поэтому Бакуго последний год перестал верить в существование своей «родственной души», заглохшей, так, на достаточное время. И поэтому всем он всегда говорил одно и тоже, стоило хоть кому-то заговорить о будущей паре.       — Балаболить не надоело? Не существует ваших «соулмейтиков», ясно?! — прорычала ходячая взрывчатка на очередное высказывание тупого Деку.       — С чего ты это взял, Каччан? — похлопал и округлил и так круглые глаза зеленоволосый мальчик, озадаченно смотря на «друга». — Все мы изучаем это с первого класса и знаем историю о…       — Заткнись! — оборвал его блондин, невольно выставляя ладони к верху. Опасные искорки весело засверкали в них. — Знаю, но эти «знания» ничего не меняют. — процедил Кацу, пряча руки в карманах и отворачиваясь от Мидории.       — Как это ничего не меняют?! — опешил Изуку, явно не понимая, что начал копаться там, где не следовало бы даже трогать — в самой глубине души Бакуго — чего последний стерпеть никак не мог, но, к счастью для первого, вспыльчивый парень во время успел остановиться.       — Если мы продолжим эту тему, Деку… то я клянусь, что хорошенько вмажу тебе. — прошипел сквозь зубы блондин, ускорив шаг, чтобы навязчивый хвостик не увязался за ним, как и всегда.       «Даже, если он попрётся за мной, я всё равно ему вмажу» — зло добавил про себя Кацуки, срывая на несчастном всё накопившееся. Хотя, что подразумевал светловолосый парень под «накопившимся» сложно сказать, так как ничего особенного с ним не происходило. Может и в этом дело?

***

      «Поступил! Ха! Кто бы сомневался, — ухмыльнулся Бакуго, просматривая приглашение в самый престижный вуз для про-героев — академию Юэй. Сам Всемогущий записал ему видео-похвалу, — Мог бы и не утруждаться, я итак всё прекрасно знаю и понимаю.» — самодовольно хмыкнул блондин.       И вдруг случилось самое неожиданное за последний год. То о чём Бакуго забыл и думать. То из-за чего он всё время бесился. Что заставило его оживиться и невольно вспыхнуть от кончиков пальцев ног до острых светлых иголок на голове.       По запястью почти незаметно и всего-лишь на миг пробежало приятное тепло. Но этот миг для Кацуки прошёл, словно бесконечность.       «Что заставило неженку почувствовать это тепло? Неужели она тоже поступила в Юэй?» — озадаченно подумал взрывоопасный парень, рассматривая метку. Совсем забыла вам рассказать о метке Бакуго! На его запястье красовался расплавленный лёд — отражение причуды соулмейта. Как раз таки во всей части «тату» и ощущались самые разные эмоции родственной души. Хотя для Кацуки, как вы могли понять, они не представляли разнообразный спектр.       «Так всё! — шикнул блондин на себя в мыслях, — Нечего чепухой голову забивать!»

***

      Наступил первый день обучения в престижной академии. Взрывоопасный парень без стука и молча зашёл в класс, усаживаясь на выбранную парту, не церемонясь обводя пронзительным взглядом новых одноклассников. Пару из них он видел на состязании отбора. Ему не давала покоя мысль, что Изуку, возможно, тоже будет здесь. И как только он подумал об этом, зеленоволосый вошёл в класс, не забыв, в отличие от Бакуго, постучаться, что заставило левый глаз блондина нервно дёргаться.       — Какого чёрта, Деку? — моментально налетел на него парень. — Как ты бл…ин сюда попал?!       Мидория побледнел, напоминая больше мертвеца, чем живого человека. Его речь была неразборчивой, а слова совершенно не связаны между собой. Бакуго Кацуки так и не понял, что хотел сказать «новый» одноклассник.       — Оставь его, — холодный, словно лёд, голос тихо прозвучал где-то сзади, но Кацу не из таких, кто не заметит металла или едкого замечания в свой адрес.       — Кто там вякает?! — поворачиваясь всем телом, светловолосый парень моментально забыл про тупого Деку, сосредоточившись на «ораторе».       — Какая разница кто поступил сюда? — ледяной голос продолжил атаковать уши Каччана, что не могло не выводить из себя парня. Он до сих пор не мог определить источник звука. Хотя постойте… Вот же он! С разноцветными волосами, одна сторона которых белая, а другая красная, гетерохромными глазами и неприятным, но не отталкивающим красным шрамом вокруг левого глаза.       — Да потому что «этот», — Бакуго ткнул пальцем в грудь Мидории, — Никак не мог поступить сюда в приории! — взорвался блондин, прожигая глазами парня с безразличным взглядом.       — Почему же? — осмелившись пискнула невысокая девушка с коричневыми волосами. Только сейчас светловолосый заметил, что за этой картиной наблюдает весь класс.       — Кач… чан… — еле слышно пролепетал Изуку, чуть ли не падая в обморок, — Я… прошу тебя не рас… — совсем тихо прохрипел Мидория, но Бакуго его хорошо услышал, и что-то заставило Кацу прихлопнуться.       — Забейте, — только и бросил он, усевшись за парту, отводя взгляд к окну.       Почему-то блондин всё никак не мог выкинуть из головы взгляд, которым наградил его двумордый выскочка. Почему?       А в следующий момент понял, что запястье невыносимо щипит. Но что обозначала эта эмоция — Бакуго, к сожалению, не помнил. Но за то ясно понял другое — его соулмейт в этом классе.       «А вдруг это тупой Деку?! — неожиданная мысль свалилась на него хлеще хорошего тумака. — Нет… этого быть не может, — успокоил себя Кацу, выдыхая. Не дай, Всемогущий, такому случится! — Я бы понял это давно… и Деку не так часто впадает в истерики. — заверил он себя, выкидывая из головы идиотское «озарение». — Кто же тогда? Может та, что круглолицая шатенка?» — но Бакуго почему-то, как и предположение о Деку, спешно решил отбросить, так как девушка ему просто не понравилась.       Светловолосый парень не удержался и обернулся назад, поймав на себе мимолётный заинтересованный взгляд двумордого — Неужели он?! — от этой мысли блондину стало жарко и невыносимо — Бред!       «Чем я забиваю себе голову?! — разозлился на себя Кацуки. — Я не верю в эту хрень!» — так каждый раз обманывал себя Бакуго.