Ромашковый чай

«Единственное, что я четко помнил- это тьма, захватившая мое сознание. Тупая боль, пронизывающая мое тело приобретала в более слабые обороты. И тогда, когда она полностью заглохла, мои глаза открылись. Запах свежей яблочной выпечки смешался с запахом летнего ветра, исходящего из чуть приоткрытого окна рядом с кроватью. Я проснулся и увидел перед собой потолок, который видел каждый раз, когда был ребёнком. Подождите, мне, кажется, что он, действительно знаком мне. Сейчас… Нужно время, чтобы понять. Понять, где я? Мне так хорошо, и тепло. Это чувство комфорта и безопасности, я точно его знаю. Нет, это же… В ту же секунду я подскочил и начал оглядываться по сторонам» -Что? «Прямо передо мной простиралась коричневая, старая дверь, сделанная из дерева. Слева располагались вещи из папиной мастерской, которые он каждый вечер обещал убрать обратно в мастерскую, в которой трудился в день изо дня, лишь бы прокормить свою семью. Но главное в его работе то, что он делал это не только ради финансовой прибыли, но и для своей чистой и непорочной души. Поэтому его отношение к его делу, многие горожане не могли понять, по той простой причине, что мало кто из простолюдин настолько погружен в своё любимое ремесло, да и сама работа для них- источник прибыли, вовсе не вдохновения. Но он никогда не убирал весь этот хлам, был слишком сильно сосредоточен на своей работе, и часто забывал про личное пространство своего сына. Однако, такое проявление не означает плевательское отношение по отношению ко мне, ведь я понимал, что это все ради того, чтобы прокормить меня, маму и дедушку. Спустя некоторое время, чуть обдумав, все, что происходит. Я взялся за голову, еле сдерживая поток поступающих слез, которые вот-вот польются из моих глаз.» -Что? Как я здесь оказался? У себя дома… «Голос дрожит, в горле всë пересохло. Я просидел в таком положение ровно минуту, ожидая, что все, что я вижу, чувствую и ощущаю- галлюцинация, которая скоро закончится. Неужели все исчезло? Эрен? Микаса? Разведотряд? Это был сон? Мне это приснилось? Нет… Так можно сойти с ума, мне нужно пройтись, и выяснить все самому, иначе, так ничего никогда не изменится. Ветер стал сильнее поддувать сзади, раздувая мои светлые волосы вперёд, как бы пробуждая меня к действию, и толкая меня в спину. Я подвинулся к краю кровати, и убрал одеяло в сторону, коснулся ногами своего холодного, но родного пола, на который, как я думал, больше никогда не смогу наступить. Я стал внимательно всматриваться в них, и понял, что в моем теле произошли значительные изменения. Мои синяки, глубокие раны, мелкие порезы. Все они без следа исчезли. Мои ноги, руки, все они такие же, как в совсем детском возрасте. Я стал трогать себя и понял, что абсолютно цел. Мысли начали глушить меня, они распространялись со скоростью света, опережая одна другую. Миллион теорий о том, что происходит, и каким образом я оказался здесь проявлялись медленно, тем самым образуя терзающий ком в горле, от которого хотелось кричать. Но почему-то я не мог этого сделать. Страх начал душить меня, и слезы начали капать на мои детские руки.» -Почему я здесь? Разве я заслужил этого? «Тишина. Лишь звуки поющих птиц прерывали все мрачные доводы, которые были в моей голове. Те страшные образы с последней битвы, которые не дают мне покоя. Где сейчас мои товарищи? А может быть, все гораздо проще, чем я думаю. Наверное, это моя смерть. И даже если это так, я надеюсь, что она не была напрасной, и что Эрен с Микасой живы, и находятся в безопасности, как и остальные солдаты Разведотряда. Ведь… Никто из них, не заслуживает смерти, кроме меня. Звуки прохожих за окном начали нарастать. Сердце стало биться реже, чувство безопасности, хоть и не понятно откуда оно могло появится, начало распространяться по моему телу, исходя из самого его корня-сердца. В голову начали поступать чуть более светлые мысли.» — Если я сейчас и вправду дома, означает ли это то, что мои мама с папой, и дедушка живы? Все книги, которые я читал с ними по вечерам, сохранились? «Я вздрогнул от мысли, прилетевшей пулей в мою голову» -Точно! «Я приземлился на пол и посмотрел под мою кровать. Пыль прилетела мне в нос, и я чихнул, подтирая свой нос, который не был разбитым, хоть в памяти и сохранилась та ясная и четкая боль, которую я ощутил на себе в последний раз. Но мысли были совершенно не о себе и о своих болезнях. Я увидел темноту, а в ней, плохо видимый и размытый, довольно крупный предмет. Я присмотрелся внимательней, и почувствовал тот самый запах. Запах, который я чуял каждый раз, когда приходил домой и плакал, думая о том, что я слаб, но погружался в свой выдуманный, счастливый и справедливый, полный надежды и веры мир. В свои детские и богатые мечты, тем самым избегая жестокой реальности, которая травмировала меня, хотя мне и было стыдно признаться в этом даже самому себе. Я был настолько мерзок и отвратителен самому себе, что был вынужден избегать реальности, прячась от неё в книгах, которые дарили мне мои родители, думая, что я способен и умен, но это совершенно не так… Я не выдержал и начал тянуться за таинственным предметом. Но мое телосложение изменилось, я больше не был подростком, мое тело сократилось в 2 раза, руки, ноги стали короче. Я не мог дотянуться до неё, до книги, которую подарил мне мой дедушка. Я оглянулся назад и увидел длинный предмет из папиной мастерской, я подошел к нему и попытался взять его. Я взял эту штуку, хоть и не знал, что это и для чего она нужна. И ничуть не медля, начал пытаться достать таинственный предмет под кроватью.» — Ну же, давай, не говори, что ты не способен даже на это, Армин. «Прилагая неимоверные усилия, я увидел её, и недолго времени спустя, смог достать. Мою любимую книгу» «Почему книга стала для меня нечто большим чем просто предмет источника информации? Почему она заставляет меня вспоминать это? В голове начали проносится воспоминания о тех ночах, ночах с моим дедушкой, которые я провёл в подвале нашего дома с ним. Воспоминание пронзило мое сознание. Сначала я увидел что-то нечто похожее на блики, расплывчатую картину, но потом… Дедушка? Я слышу голос, снова чувствую те запахи, которые не известны и не понятны детскому, но любознательному сознанию. Я увидел тот самый плохо освещенный подвал, чуть затухающую лампу в потолке, и много шкафов, полок, и книг. Все эти книги были готовы развалиться в любой момент, их старость и неухоженный внешний вид могли привести в стыд любого, но их истинное предназначение вовсе не в красоте, а в их глубоком содержании. На моих глазах лились слезы, я почувствовал боль в щеках и локтях, которые достались мне от людей, которым я никогда не причинял умышленного, морального или физиологического вреда. Я видел доброе и улыбающееся лицо дедушки. Его холодные и старые, побитые жизнью руки вытирали мне мои соленые слезы. Он смотрел очень внимательно, и пронзительно, затем произнес, немного прокашлявшись.» — Армин, послушай, пожалуйста. Это книги, которые достались мне от моего отца. Когда я был в таком же юном возрасте, как и ты, меня часто дразнили и не понимали, потому что я был умнее, чем мои сверстники. Они презирали меня, потому что завидовали моему стратегическому и рациональному складу ума. Понимаешь, у меня было то, чего им не дано от природы. Это те качества, которые были даны мне с рождения, а им, вряд ли удастся их даже развить в течение всей их жизни. Но, Армин, я был выше этого, я никогда не слушал их, и ценил свои личностные данные. Понимая всю суть ситуации, я не обращал внимания на них, и старался развить все свои достоинства до совершенства. Это отец показал мне эту небольшую библиотеку. «Он по-доброму и тихо рассмеялся, и посмотрел на меня еще более внимательнее, но продолжил. Его ласковый, спокойный тон всегда согревал и останавливал мои слезы, он был моим самым близким человеком, мне нравилось засыпать у него на груди и слушать его медленное биение сердце, так как я прекрасно понимал, что оно не будет стучать вечно, и однажды остановиться. Он продолжал меня утешать.» -Тогда я понял, что могу измениться в лучшую сторону. И я занялся саморазвитием. Я много читал, читал о науке, о природе, и даже о кулинарии и домохозяйстве. Я старался превзойти всех, у меня не было друзей. Но посеяло ли это хоть какой-то плод? «Я притих, и смотрел в его до бесконечности добрые, но грустные глаза. Он сказал»: — Если бы не мое решение тогда, и не мой отец, я бы сейчас не стоял здесь, и не рассказывал тебе этого, и конечно же, никогда не показал бы тебе это место. Армин, бараны, что избивают тебя во дворах, даже не знают грамоты, и знать не хотят. Но человек является человеком, лишь в случае наличия четкого списка моральных ценностей и светлого ума. Ты должен ценить в себе то, что ты истинное порождение человека, и обязательно когда-нибудь принесешь неимоверную пользу этому миру. Особенно, если будешь развивать то, что находиться здесь. «Дед дотронулся указательным пальцем до моего лба, чуть притронувшись моей чуть отросшей светлой челки.» -Армин, ты понял меня? «Я шмыкнул, своим носом, вытер слезы с лица, постарался сделать максимально мужественное лицо, и промолвил»: — Да, дедушка. «Он растекся в светлой улыбке, которая всегда дарила мне внутренне тепло, прогоняя внутренние тревоги и беспокойства. Он протянул мне руку, и сказал»: -Пойдем, я покажу тебе, что здесь имеется. «Вновь темнота. Я открыл глаза, и вновь увидел перед глазами ту огромную и старую книгу, что достал из-под моей кровати» -Это ведь книга о внешнем мире. Такая тяжелая. «Я попытался поднять её, от чего мои руки задрожали от явного перенапряжения.» — И как я тоскал её? «Любопытство поглотило меня, и я начал жадно листать страницы Но воспоминания о колоссальном титане, разрушении стены, смерти жителей Шиганшины, родителей, вновь ударили током по организму, и я отбросил книгу, как можно дальше» -Черт! Какой же я идиот… Что я делаю?! Мне срочно нужно выяснить, живы ли мои мама, папа и дедушка. «Нисколько не обращая внимания на мою ночнушку, я открыл дверь, что скрипела ужасно пронзительным звуком, я побежал как можно быстрее вперед, но… Врезался. Я ничего не видел из-за столкновения с неизвестным объектом, лишь темноту и что-то очень мягкое на ощупь, и…родное. Я начал щупать то, во что приземлился лицом, и услышал бархатный, мужественный смех, который заставил меня вздрогнуть и отойти назад в целях своей собственной безопасности» — Хо-хо-хо, малыш, что ты такое творишь? Плохо выспался сегодня? «Я поднял глаза и увидел светловолосого мужчину с чуть залысиной прической, светлыми усами, большими голубыми, улыбающимися глазами, и прямым, откровенным, чутка ехидным взглядом. Этот мужчина оказался моим отцом. Я посмотрел на него, не зная о чем думать, и что делать. Мы смотрели друг на друга еще какое-то время. Чуть позже, он почесал свой затылок, посмотрел куда-то вдаль и сказал»: -Ты ведь еще не завтракал, правда? Спускайся вниз, мать приготовила завтрак. «Он потрепал мои волосы, и ушёл в свою комнату, походкой напоминающей пингвина из-за его чутка полноватого телосложения. Я смотрел на него в ступоре, и лишь слышал обрывки его бормотаний»: — Опять этот дурацкий салат, неужели не понятно, что я мужчина! Я должен хорошо питаться! Ведь это я семью обеспечиваю. Эххх… «Дверь закрылась. Времени на размышлений не было. Никто не знал, когда всему, что я сейчас вижу наступит конец. Я побежал вниз, убегая по лестнице, и вглядываясь вниз. Я пытался сохранять спокойствие, я научился этому, как солдат, и лишь внимательно наблюдал за обстановкой, стараясь ничему не доверять. Сквозь перила, я видел просторную кухню, которую давно знал. Это была кухня, с большим столом, покрытая большим обилием еды. А слева, была худоватая женщина с розовым фартуком, её руки, как обычно, немного тряслись, а голова покачивалась. Её светлые волосы с небрежной отросшей челкой как обычно лежали на левом плече, собранные в слабый, и ненадежный хвост. Она мыла посуду, что-то бормоча себе под нос. Я окончательно спустился вниз, и начал чуть медленно подходить к ней. И вот, она закончила мыть всю грязную посуду. Медленно посмотрев сначала влево, а затем вниз, она вздрогнула. Её карие, невероятно теплые и нежные, в то же время женственные глаза вдруг озарились ужасом, зрачки уменьшились до невероятного количества раз. Она отшатнулась назад, что заставило проделать меня то же самое нелепое движение. Но она тут же растеклась в расслабленной, и умиротворяющей, как оно обычно бывает, материнской улыбке и сказала»: — Ах, Армин, это, ты, солнышко. Не пугай, пожалуйста, так больше маму. «Она спустилась на корточки, посмотрела на меня сверху вниз оценивающим взглядом, изменившимся, уже гораздо более серьёзным, и сказала»: — Армин, ничего не болит? Руки, ноги? Тебя никто не обидел? «Весь мой спектр эмоций, имеющийся у меня в тот момент, было невозможно описать, а если и возможно, то вряд ли кто-либо меня когда-нибудь да понял бы. Что я делаю здесь? Почему я такой маленький? Ребята, где все они находятся? А главное, живы ли они? В голове пролетали со скоростью птиц все воспоминания о смерти мамы и папы. Они никак не могли остаться в живых. Это противоречит всем законам логики. Видимо, мой взгляд в тот момент был настолько опустошенным, и стеклянным, иными словами, кукольным для ребёнка, что это заставило побеспокоиться мою мать. Она снова забеспокоилась, и начала трясти меня за мои хрупкие, детские плечи, и сказала, опять с теми же обеспокоенными глазами»: — Армин! Что с тобой? Неужели эти уроды так тебя довели, что ты и ответить не в состоянии матери родной? «Мамины руки, запах свежего батона, чайки, звуки из папиной мастерской Быть может, это награда? Тогда я опустил свои руки, во всех смыслах этого слова, и ответил маме»: — Нет, мама, все в порядке. Лучше скажи, пожалуйста, где мой дедушка? «Она встала, и начала нарезать овощи». -Дедушка ушёл на рынок, купить продуктов для супа. Знаешь, я хотела бы, чтобы ты пошел с ним прогуляться. Но ты так сладко и крепко спал, мне было очень жаль тебя будить. Все же ты еще ребенок. Рано тебе ещё напрягаться. «И снова эта улыбка, такая добрая. Я давно не видел нечто подобного. В Разведкорпусе, ко мне все, особенно главнокомандующие, относятся как к скоту. Я совсем позабыл, что ко мне может быть такое отношение. Вдруг моя мама порезала себе палец и резко отдернула руку». -Ну вот, опять, совсем руки не те, а даже помочь некому в этом доме. «Она посмотрела на меня»: — Армин, а ты чего стоишь и смотришь, как на экспонат? Неужели так давно не виделись? Ты как будто после войны вернулся, честное слово. Страшные все же сейчас пошли дети, как можно было довести ребенка до такого состояния? — «говорила она обрабатывая свою рану инструментами, которые лежали в её маленьком шкафчике, рядом с окном, на котором цвело множество фиалок. Это были любимые мамины цветы. Она посмотрела на меня чуть более сердитым, нет, скорее, жёстким и капризным взглядом, и бросила чуть истерическим голоском»: — Переставай испытывать мое терпение, садись и ешь! А то совсем себя угробишь. Давай, кушай. Ведь я специально старалась, ради тебя. «Ради меня?» «Это чувство, я подошел к огромному деревянному столу, на котором было много посуды, тарелок, ложок, и еды. Рыба, котлеты, пюрэ, салат, в котором, кроме трав, практически ничего не было. Видимо в огороде не хватало овощей, вероятно, поэтому дедушка ушёл на рынок. Недолго думая, я начал есть мамину, ещё теплую еду. Кусок нежной, горячей котлеты попал ко мне в рот, я начал жевать его, проглотил, слушая звуки птиц, и детей за своим родным домом, звуки голоса моей мамы, которая напевала какую-то странную песню с пластырем на безымянном пальце, опять что-то готовив. Еда была такой вкусной, и маминой. Я не мог.Я не мог контролировать моих слез. Как я могу их контролировать? В Разведкорпусе кроме сухого пайка почти ничем не кормят, несмотря на то, что я являлся элитным солдатом, и был готов пожертвовать своей жалкой жизнью ради победы человечества. Ради того, чтобы такие мирные и ни в чем невинные люди, как моя родная семья были живы. Я смотрел на тарелку с едой, и совсем не заметил, как моя мама села напротив меня. Её взгляд был таким грустным и печальным, она смотрела на меня будто пытаясь прочесть все мои самые сокровенные мысли. Кроме моих родителей на меня так больше никто никогда не смотрел. В кадетском училище на меня никто не обращал внимания, все считали меня жалким, и бесполезным отрепьем, но тут моя Родина, моя семья. Моя мама сидит напротив, и смотрит на меня, пока я ем еду, которую она приготовила мне, специально для меня. Она говорит»: -Армин, почему ты плачешь? Неужели из-за хулиганов? Забыл, что сказал тебе твой дедушка? Тебе стоит его прислушаться, он очень умный человек, а вы ведь с ним так похожи. «Я смотрел ей в глаза, и старался запомнить всë, как можно детальнее, потому что я не знал, вижу её в последний раз или же это навсегда. Сейчас это не имело никакого значения, потому что я вижу мою маму, которую люблю как никого другого. Я решил сказать ей»: — Мама, спасибо большое, ты очень вкусно готовишь. «Она чуть приоткрыла рот, и посмотрела на меня удивленными глазами, ее густые брови чуть поднялись вверх. Наверняка, любой родитель был бы в мягком шоке, услышав такие слова от маленького ребенка» — Спасибо, мама, что приготовила это для меня. Я… люблю тебя. «Будучи ребёнком, у которого было всë, я не понимал, насколько важно говорить теплые слова своим близким людям. Ведь человек никогда не может наверняка и точно знать, видит ли он человека, стоящего перед ним в последний раз или же нет. Она улыбнулась, и рассмеялась девичьим смехом, будто бы она подросток, обсуждающий непристойные темы со своими сверстницами. Она сложила руки у ярко-выраженных ключиц из-за бросающейся в глаза худобы, а затем сложила их у лица, положила на них свою голову. Улыбнулась, окружила меня своим взглядом, окутала им, и пленила своим спокойствием, и любовью.» — Мое солнышко, я готова готовить ради тебя хоть всю свою жизнь, разве не понимаешь? Готова сделать ещё очень много таких порезов на своих пальцах, лишь бы ты был сыт, и счастлив, ведь я тоже люблю тебя. Она встала из-за стола, и подошла ко мне, поцеловав меня в щеку.» -Знаешь, что, сладкий, тебе следует отдохнуть со своими друзьями, прогуляться. Не беспокойся за меня и за папу, можете пойти все вместе поискать дедушку в Центральном рынке, скорее всего он пошел именно туда, потому что он ближе расположен к нашему району. «Она спустилась на корточки, чтобы быть ближе ко мне, и улыбнулась, азартно коснулась кончика моего носа» -Только хорошенько покушай, ладно, сынок? «Я кивнул, и она ушла наверх по лестнице. Все, что я мог делать — это наблюдать за тем, как она уходит, провожая её своим взглядом. Несмотря на все, что произошло на моих глазах, еда совсем не лезла ко мне в рот. Вероятно, я уже мертв и все, что я вижу- плод моих фантазий перед моим летальным исходом. Хотя, если это и так, то больше нет никакого смысла напрягаться, стоит наконец смириться, и принять свою смерть. И пожить в спокойствие. Хоть какое-то время…» «Я посмотрел в окно Хотя бы еще немного… " «Я продолжил есть уже давно остывшую мамину еду, и выпил весь ромашковый чай. Решив, что бездействовать бесполезно, я поднялся по лестнице в свою комнату, и перебирая хлам своего отца, спустя долгое время, отыскал маленький детский шкаф с вырезами ангелов, которые молятся, а их глаза были переполнены надежды, а руки скрещены в молящейся позе. Кроме моего отца, вряд ли кто-либо когда-нибудь смог бы навести такую красоту. Я открыл шкаф, мой взгляд опустился на светлую рубашку, голубую кофту с одной пуговицей, и светло-коричневые штаны с серыми сапожками невероятно маленьких размеров, хотя когда-то они казались совершенно нормальными. Недолго думая, я поскорее оделся, и постучался в папину мастерскую, чуть приоткрыл дверь, и увидел сутулую широкую спину своего отца, который снова трудился над каким-то изобретением.» «Он сказал»: — Что такое, Армин? Разве не знаешь, что отвлекать папу от работы- плохо? «Я ответил»: — Прости, пап. Я просто хотел сказать, что иду гулять с Эреном и Микасой. «Он чуть прокашлялся, и ответил»: -Ааа, ну это хорошее дело. Ступай, сынок, только будь осторожней, чтобы всякое отродье к тебе опять не прилипало. «Я закрыл дверь. Спустился вниз, и встал перед дверью, выходящей на улицу, по крайней мере, если идти на поводу моей памяти» «Но… Что будет если я её открою? Куда я попаду? А вдруг, сейчас наступит мой конец? Ведь я совсем не знаю, что происходит. Я сжал всю свою волю в кулак. Ладно, в конце концов, я солдат, а солдат должен быть готов ко всему. Я открыл дверь. И увидел. Увидел дом напротив меня, состоящий из четырёх этажей. И прочие похожие дома, находившиеся рядом с моим.» -Да, точно ведь, это дом, напротив которого мы все это время жили. «Я отошел чуть подальше, и оглядел свой дом как можно внимательнее.» — Да, здесь нет никакой ошибки. Это точно мой дом, все такой же скромный, но с крышей над головой. «И между этими домами простирается дорога вдаль.» «Так, успокойся, Армин, вспомни в какой стороне лежит дорога к Центральному рынку, мне необходимо увидеть дедушку, перед тем, как меня совсем не станет. Я успел увидеть всех, кроме него.» «Что? Этот голос? Какой-то он до боли знакомый… " «Я вспомнил. Неужели, это…?» «Справа от меня ко мне подбежали Эрен и Микаса, точно такие же маленькие, как и я. На Микасе была одета какая-то весьма странная, сделанная из соломы шляпа. В её хрупких руках была небольшая корзина. Они подбежали ко мне. Мне все еще казалось, что это сон, но я решил то, что бессмысленно делать вид, что я не в норме. Все они видят меня в возрасте примерно 8-10 лет, но спрашивать точный возраст неразумно, и судя по целой стене Мария, вероятно сейчас не больше 845 года. Я настолько погрузился в пучину своих мыслей, что не заметил то, что так эмоционально меня спрашивал Эрен, а Микаса лишь внимательно наблюдала за нами со стороны, будто что-то скрывая и анализируя.» «Лицо Эрена оказалось со мной совсем рядом, и он спросил меня с пылающим интересом»: — Ну так что? Скажи уже что-нибудь, а то стоишь как столб! «Я немного помялся и ответил»: -Эммм, Эрен прости, я совсем не расслышал то, что ты только что сказал. «Эрен немного отчаялся, и произнес»: -Ну как так Армин! Целую неделю не виделись с момента того случая, а ты даже меня слушать не хочешь? «Конечно же, я не понял, о каком случае шла речь.» — Но, Эрен, о каком случае ты говоришь? Прости, я совсем ничего не помню. . . «Он удивился, взял меня за руку и сказал»: -Что? Совсем ничего? Но, как так, Армин?! Я считал, ты на всю жизнь запомнишь этот момент. Особенно когда эти уроды, тебя прижали к стене, а потом все вместе, четверо… «Неожиданно и резко, Микаса прижала его к стене, закрыв рот рукой. Её холоднокровный взгляд был направлен на меня, но обращалась она к Эрену» — Хватит, Эрен, вероятно, у него сотрясение, поэтому он ничего не помнит. «Эрен пытался высвободиться от хватки Микасы, но она была чересчур сильна для него. Она продолжила, смотря куда-то в пустоту» — Лучше, пойдемте прогуляемся, мне необходимо сходить в Центральный рынок, купить фруктов, нас попросила мать, правда, Эрен? «Тот смирился и лишь кивал, лишь бы поскорее освободиться от хватки Микасы. Она отпустила его, и Эрен, задыхаясь, крикнул»: — Микаса, я чуть ли не задохнулся! Ты нормальная вообще?! «В ответ она лишь беспризорно дала ему подзатыльник. Тот зажмурился, потирая место поражения рукой, надеясь, что легкая боль, таким образом, скорее пройдет». -Ай, да понял я, понял! «Они оба пристально посмотрели на меня, когда достаточно выяснили отношения между друг другом. Эрен посмотрел вниз, и с виноватым, погасшим взглядом произнес»: -Армин, прости. Я не должен был напоминать тебе об этом. Быть может, оно и к лучшему, что ты ничего не можешь вспомнить. «Я чуть улыбнулся и утешительными жестами постарался показать ему, что все в порядке». «Микаса вмешалась в нашу беседу». — Раз все в порядке, самое время идти. Ты с нами, Армин? «Сказала она, смотря на меня, и протянув мне руку. Я колебался, так как все происходящее не вызывало во мне доверия, но в то же время все, что тогда происходило выглядело, и ощущалось слишком реалистично, чтобы всему не доверять. Запахи, вкус, ощущения. А если я дотронусь до руки Микасы, то почувствую её тот самый шрам, который она сама не помнит, откуда он мог появится? Тот самый, на тыльной стороне ладони. Немного помедлив, я попробовал взять её за руку. Она крепко сжала ее, и я почувствовал его, убедившись в том, что Микаса- не обман. И мы, все втроем, взялись за руки, намереваясь прогуляться по городу, как в самый обычный, повседневный день». «Микаса произнесла»: -Идемте «Прогуливаясь по улицам, располагавшимся недалеко от моего дома, я был погружен в водоворот бесконечных, терзающих меня мыслей» «Я должен был умереть, но я остался жив. Жив, и сохранил способность чувствовать, и даже видать живыми, и в безопасности свою семью и близких мне людей. Но почему я вижу это? Я чем-то заслуживаю этого? Что все-таки происходит? Я же так и не разобрался…» «Но. Тем не менее, сейчас я вижу свою Родину. Все, что было разрушено колоссальным гигантом 5 лет назад будто не тронуто ни единой жалкой пылинкой. Все стоит на своих местах, люди все так же не о чем не беспокоятся, и занимаются своими домашними делами.» «Адская боль от ужаса мысли пронзила мою голову. Она заставила меня остановится. " «Черт, Как же я не додумался! Что, если, стена сейчас падет точно так же, как в тот раз. Колоссальный разрушит стену Мария. Я буду знать это, но так же буду совершенно не в силах и состоянии как-либо изменить положение. Из-за возникновения подобной мысли, я был больше не в состоянии идти дальше. И я стоял, и смотрел вниз, пытаясь взять себя в руки, крепко держа Микасу за ее руку. Эрен и Микаса остановились вместе со мной, смотря на меня. Микаса подошла ближе, и подняла мою голову, взглянув в глаза, переполненные ужасном. Однако, её взгляд был все таким же непоколебимым и полным хладнокровия. Она спросила меня»: -Армин, что ты вспомнил сейчас? «Я молчал. Эрен вмешался». -Микаса! Не дави на Армина! Ему и так тяжелее, чем всем нам! «Она перебила его»: -Армин, скажи, ты… Что-нибудь скрываешь от нас? «Я посмотрел на них, но в ту же секунду почувствовал что-то леденящее ужасом, с неприятным запахом, исходящее сзади моей спины» «В тот самый момент, я все осознал, и лишь шепотом произнес.» — Нет, я так и не увиделся со своим дедушкой. Пожалуйста, не забирай меня… «Что-то непонятное приближалось ко мне, но… Микаса и Эрен этого будто не замечали, и не чувствовали, как будто бы сзади и в правду ничего нет. Они лишь смотрели на меня чуть напряжёнными и непонятливыми глазами. Но, я точно знал, что там что-то есть. Это ощущение было невозможно объяснить логически, однако, я ощущал, что что-то очень невероятно крупное приближается ко мне. Наверное это «что-то» состоит из нескольких человек. Я отчетливо слышал топот копыт, много копыт… " «Эрен подошел ко мне ближе, прервав мои размышления, и сказал»: — Да о чем ты говоришь, Армин?! Это уже не смешно! Твой дедушка жив, как и все мы! Придешь домой, и увидишься с ним! Хватит болтать глупости всякие, пойдём уже на рынок, а то он скоро закроется, пока мы тут языком чешем. «Я сказал, смотря в пустоту:» -Нет, Эрен. Нет никого рынка, и тебя тоже нет. И Микасы, и моего дедушки, и мамы с папой тоже. Та еда, что я ел? Что это было на самом деле? «Они молча смотрели на меня, не зная, что на это можно ответить. " «Я решил обернуться, но это было ошибкой.» Увидев то, что пришло за мной, меня охватил ступор» -Что? " Тогда, я увидел солдат, прибывших из-за стен.А так же, Микасу и Эрена, но совершенно других. Не таких, которые стояли сзади меня, а такими, какими они и должны быть. В форме Разведотряда, повзрослевшими, сзади них двигались другие солдаты на лошадях, с командором Эрвином, капитаном Леви и исследователем Ханджи. Но что-то было не так, как должно быть. Их лица были неестественно полны серьёзности, и покрыты мраком. Вдруг, погода переменилась. Прохожие вокруг нас проходили мимо, совершенно их не замечая. Солнце взошло за тучи, и все вокруг приобрело тёмно-синие тона. Мое чутье подсказывало мне, что сейчас произойдет то, что, вероятно, решит мою дальнейшую судьбу. Быть может, это и есть мой конец, я наконец… Дождался его? На голове Эрена была повязка, которая обвивала некоторую часть его головы. Он ранен? Встав с повозки, он медленно подошел ко мне, но Микаса и прочие остались на своих местах, смотря вниз, с поникшим видом, будто они провожают кого-то очень ценного для них. Однако, в повозке, которая так же приехала вместе с ними в мой родной город, помимо, Эрена и Микасы, и прочих солдат Разведкорпуса, лежало что-то белое, и закутанное в веревки. Эрен взял это тело, и медленно начал подходить ко мне. Вероятно, это был труп. В тот момент я испытывал интерес, страх, некую радость, что увидел своих друзей, и товарищей, и убедился в их целостности и сохранности. Сзади меня стояли те же Эрен и Микаса, только дети. Но впереди, все члены Разведотряда вместе со всеми главнокомандующими. Но Эрен, тогда, показался, мне немного странным. Он был слишком спокоен и холоден. Подойдя ко мне на расстояние вытянутой руки, он опустился на корточки и положил тело рядом с моими ногами. Он жестом попросил меня приземелиться вместе с ним. Я покорно послушался его, а Эрен и Микаса сзади меня лишь наблюдали за этой картиной, я тогда не знал, видят ли они сами себя в будущем или же нет, но я и сам понятия не имел что из всего происходящего — реальность. А может быть, и вовсе ничего. Эрен дотронулся до моего плеча и внимательно посмотрел мне в глаза. Он сказал»: — Армин, посмотри внимательнее на это. «Он начал развязывать веревки, которые окутывали тело. Спустя некоторое время, единственное, что осталось ему сделать-это приподнять белую пелену. Перед тем, как сделать это, он посмотрел на меня, и сказал»: -Ты готов? «Я не был полностью уверен в этом, но кивнул ему» «Он вздернул покрывало, окутавшее тело.» «Это был я, но с закрытыми глазами, спящий» «Я отстранился резким движением назад, и попятился. Эрен лишь наблюдал за моей реакцией, как и все остальные. Лишь Микаса и Эрен, являвшиеся детьми обеспокено кружились вокруг меня, пытаясь понять, как помочь мне, и что на самом деле со мной происходит. Но я словно не слышал их, их голоса долетали до меня какими-то непонятными для меня обрывками фраз. Вероятно, они уже давно решили, что я сошел с ума. Но, быть может, они и были правы. Но почему со мной происходит это? Что если все это чертова иллюзия? Что если я никогда не был никаким солдатом? И мой дом здесь? Что если я и вправду обычный сумасшедший, жертва насмешек, которая подверглась очередному жестокому обращению, и я просто…потерял сознание. А все, что я увидел — падение стены Мария, вступительный процесс в кадеты, вступление в Разведотряд, смерть моих товарищей. Неужели все это было иллюзией? Точно… Как я мог думать, что смогу хоть когда-то стать солдатом, тем более Разведкорпуса, особенно наряду с Эреном и Микасой. Бред… Нужно возвращаться обратно домой, к маме и папе, дедушке. Я ведь уже проголодался, а дома ждет вкусная мамина еда. Скажу, что не нашёл дедушку, и пойду домой. Мы ведь так и не встретились вместе с ним, а вечером сможем вновь почитать какие-нибудь интересные книги… Эрен, стоящий впереди меня улыбнулся какой-то неестественной ухмылкой» — Что такое, Армин? Думаешь, что все, что ты сейчас видишь-это ложь? Галлюцинация, сумасшествие твоего разума, конец или знак свыше? «Все молчали. Эрен с Микасой сзади побежали назад, как я полагаю, за помощью, чему я был весьма благодарен в глубине моей ничтожной души» «Эрен продолжил»: — Ты только что винил себя и внушал, что ты недостоин быть солдатом. Но… А это ничего тебе не говорит? «Он указал плавным жестом на мое спящее тело. Затем, он продолжил»: — Армин, ты пожертвовал своей жизнью ради спасения своего товарища. Хочешь узнать ради кого и к чему это привело? Тогда, вернись обратно к нам, пока не стало поздно. Ты еще можешь быть полезным, а не просто гниющим куском мяса. Неужели тебе так интереснее? Лежать и гнить или спасать человечество от титанов? А как же, наша общая разделённая с тобой мечта? Неужели ты так и не понял, что все это иллюзия? Семья, детство и Родина. Всего этого у тебя больше нет и никогда не будет, как бы ты этого не желал. «Я слушал его и увидел сзади бегущих ко мне навстречу Эрена, Микасу, и моего дедушку. Он запыхался. Было видно, что ему было плохо, но он очень хотел помочь мне, что наперекор противостояло его физической слабости.» «Тогда я ответил не Эрену, и даже не себе»: — Прости, дедушка. Помнишь ты рассказывал мне про внешний мир? Мы сидели за столом ночью, пока родители спали, а ты рассказывал мне про важнейшее значение книги, которое досталось тебе от твоего же дяди. Ты показал мне ту книгу, что передавалась нам по родству из поколения в поколения, и даже ты, дедушка, не знаешь откуда она могла взяться. Помнишь, ты рассказывал мне про то, что большая часть внешнего мира покрыта соленой водой, сколько с неё не бери, а соли останется в ней еще больше? Как же называлось это слово? Черт, совсем позабыл. «Тем временем Эрен и Микаса вместе с моим дедушкой были совсем близко» «Я вновь посмотрел на себя, с закрытыми глазами, и понял, что я обязательно вспомню это слово, но очнувшись в здании Разведотряда вместе с Эреном и Микасой, родными и настоящими.» «Как же я всë-таки устал, хочется домой, но даже я не знаю, где мой настоящий дом» «Однако, в один момент, моя реальность вновь потускнела. Я чувствовал, что все происходящее вокруг меня медленно, и верно ускользало. Моя семья, мой родной дом, родители. Место, где я только что побывал, скорее всего, больше никогда не вернуть. Я чувствовал, что вновь проваливаюсь в пустоту. Страшно. Мое сердце бешено колотится. Все вокруг словно замерло на одно единственное мгновение. Я словно бы тонул, но единственное о чем я никак не мог узнать- это то, куда именно меня принесет это течение. Я больше. Ничего не чувствую. Некоторое время я прибывал в полнейшей пустоте сознания. Но меня пробудили крошки, падающие мне на лицо, которые заставили меня открыть глаза из-за навязчивого чувства дискомфорта. Открыв глаза, я ощутил на себе неприятный и скрипящий шум, который полностью оглушил меня, и я начал медленно открывать глаза, и увидел перед собой человека, которого я точно знал. Рот этого человека был полностью испачкан в крошках. Что же она творит? Она слишком близко ко мне находится, и крошки на меня падают. Но первое слово, пришедшее мне на ум было»: — Океан. То слово, что я позабыл- это океан. Она вздохнула, и откинулась на спинку стула, сказав: -Нет! Меня Саша зовут! А я так надеялась, что ты произнесешь мое имя, когда увидишь моë лицо… «Я вновь лежал в кровати, но только в специально отведенной для меня палате. Я не видел себя, но чувствовал, что моя голова перемотана бинтами, так же как и вся левая часть груди. Они отдавали свежем запахом крови, вероятно, меня удалось спасти. В комнату вошел капитан Леви. Я тут же попытался встать, хоть это и было бесполезно, я пытался выкрикнуть, отчего вызвал носовое кровотечение: — Капитан! Я прошу прощения за все, что произошло! Где Эрен и Микаса?! Они в безопасности? Но Леви проигнорировал мои порывы, и медленно пододвинул стул, сев рядом с Сашей. Устроившись поудобнее, он положил ногу на ногу, тем самым скрестив их. После чего, он внимательно посмотрел на меня. Затем, произнес: -Арлерт, это весьма непрактично в твоем положении пытаться применять какие-то физические действия. После очередной вылазки ты должен себя беречь, ты же член Разведотряда. Ты понимаешь это или нет? — сказал он с пронзительным, и спокойным тоном, как бы пытаясь втереть это в разум раненого солдата. «Тогда я замолчал, ведь понял то, что этого не понимаю» «Саша сидела с виноватым видом, смотря вниз, вытирая крошки со своего лица.» «Леви продолжил наседать:» -Позволь мне продолжить, конечно, если ты в состоянии меня выслушивать. — Да, говорите. -После разведывательной вылазки за стены, ты попытался защитить Сашу, что могло стоить твоей жизни. «Он сделал небольшую паузу, тем самым давая мне время переварить только что услышанную мною информацию». -Однако, благодаря тебе и твоему моментально вырабатонному плану, мы спаслись от гигантов, не потеряв при этом ни единого солдата. Ты рисковал своей жизнью ради защиты своего товарища, и помог всем нам не умереть, как скот. «Какое-то время все молчали. Капитан решил продолжить»: — Эрен, Микаса и остальные в целости и сохранности. Сейчас им не разрешено беспокоить тебя на протяжении некоторого времени. Но Саша хотела бы выразить некоторые слова лично для тебя, это так? — сказал он, смотря ей в глаза «Чуть неуверенно, Саша сказала:» — Да, конечно. «Я лишь внимательно слушал их» — Знаешь, Армин, вообще-то, ты спас мне жизнь, и ты очень долго находился без сознания. Но в тот момент, когда ты был ранен из-за того, что в твоем УПМ кончился газ, и ты провалился вниз, очень… неудачным образом «Она смотрела на меня, по ней было заметно, что она переживала, несмотря на то, что мы были в не особо близких отношениях» «Она чуть помедлила, но под тяжёлым взглядом Леви продолжила свою речь»: -Я обнаружила странный предмет, выпавший у тебя из кармана твоей верхней накидки. Понимаешь, интуиция мне подсказала то, что эта вещь для тебя может что-то означать, так как ты хранишь ее, хоть я и не знаю, что она значит. В ту минуту, я четко решила для себя, что обязательно верну его тебе, если ты очнешься. Но даже если бы тебя больше не стало, я бы передала это Эрену или Микасе. «Она порылась в кармане своей сумки, и протянула мне кусок полиэфирной ткани, состоящего из оражевого, зеленого, и красных оттенков.» «Своими трясущимися, но живыми руками по которым, кровь все же циркулирует, я взял кусочек этой ткани «. «Но взяв его, воспоминания нахлынули меня с головой. Я вспомнил лица своих родителей, которые сидя за кухонным столом, держали мои руки, и рассказывали мне. Моя мама начала этот диалог»: -Армин, послушай, наверное, ты знаешь про то, какой твой папа изобретательный и умный человек. Так вот, понимаешь, дело в том, что благодаря нашей идее, мы собираемся поехать во внешний мир. Увидеть своими глазами океан, перполненный соленой водой, горящие воды, места, покрытые льдом, целые поляны песка, этот огромный и удивительный мир. Мы будем первооткрывателями, понимаешь, Армин? «Они смотрели на меня, ожидая ответной реакции» «Немного подумав, я ответил им»: -Мама, пап, а почему вы не хотите взять с собой меня? «Моя мама тут же вспылила»: — Армин?! Неужели не понимаешь насколько это опасно! Этот поступок может стоить нам жизни! «На нашей кухне воцарилась резкая волна тишины, которая так и говорила о том, что следовало начать беседу именно с этой фразы. В наш диалог вмешался отец» -Дорогая, зачем ты пугаешь ребенка? Ты ничего не добьешься этим, позволь, я поговорю с ним. «Он посмотрел на меня, почесав свои густые усы, тем самым заставив отодвинуться на спинку стула мою маму» -Армин, ты ведь уже взрослый мальчик, все понимаешь. Тебе ведь тоже хочется выйти за стены, чтобы узнать, как устроен внешний мир. Правда? «Я многозначно кивнул» -Вот. И нам с мамой тоже интересно. Пока мы будем исследовать внешний мир на воздушном шаре, которые построили вместе с мамой, за тобой будет присматривать дедушка. «Некоторое время все молчали, но отец продолжил:» -Не переживай за нас, Армин. Мы ответственные и взрослые люди, прекрасно понимаем на что идем. К сожалению, мы не можем рисковать тобой, ведь ты наш сын. Но если тебе интересно, мы можем показать тебе наш воздушный шар. Прости, хехе, некоторое время приходилось скрывать его наличие от тебя. Согласен его увидеть? -Конечно! Я бы очень хотел… хотя бы посмотреть на него. Ты правда разрешаешь? — Ну конечно! Идемте все вместе «Взяв с мастерской, несколько хорошо работающих фонариков, несмотря на тёмную ночь, мы отправились на место, где был расположен шар моих родителей, на котором они собирались улететь во внешний мир, за пределы стен, которые стесняли нас на протяжении века. Мы шли держась за руки, не произнеся при этом не слова. Я не знаю, о чем они думали в то время, но уверен, что они были ослеплены и охвачены самой идеей покинуть пределы стен. Эта мечта настолько ослепила их, что они были готовы нарушить закон, такой смелый и отважный поступок мог стоить им жизни. И даже тогда, будучи маленьким ребенком, я прекрасно понимал это. Дойдя до нужного места, располагавшегося недалеко от дома, на большом, пустом поле, располагался воздушным шар, состоящий из оранжевого, зеленого и красных оттенков» «Дойдя до него, мы чуть приостановились» — Вот он, плод наших стараний! — произнес с гордостью отец, любовавшись своей работой, которой он, по всей видимости, был весьма доволен. -Давайте подойдем ближе-» продолжил он» «Мы подошли, все так же держась за руки. Я точно знаю, что все мы испытывали то самое чувство. Скорое предстоящее расставание друг с другом. Отец уперся своим правым локтем об этот шар, высотой, на глаз, метров шести. Мать стояла в стороне с обеспокоенным видом, понимания, сложность ситуации. Отец, от которого исходил исключительно позитивный настрой спросил меня»: — Что, скажешь, Армин? Славно родители постарались? «Тогда я начал ходить вокруг их изобретения, и осмотрев его со всех сторон, сказал с твёрдой уверенностью»: — Да! Он такой большой… Сколько времени вы его делали, и скрывали от меня? «Отец ухмыльнулся и протянул»: -Долго, долго… Мы хотели, чтоб это было сюрпризом! -Не ври. Ты этого хотел, кто знает, вдруг бы наша затея совсем не понравилась Армину- сказала мама, смотря в мою сторону -Нет, все хорошо! Я очень рад за вас! — «выкрикнул им я» «Родители были ошеломлены интузиазмом своего ребенка и вместе, так нелепо и эмоционально выдали»: -А? -Понимаете, я тоже, мечтаю покинуть стены, благодаря рассказам дедушки. И я понимаю вас, как никто другой. И конечно же, я не буду запрещать вам пытаться воплотить в реальность вашу давнюю мечту. Я буду верить в вас всем своим сердцем. И точно, знаю, что у вас все обязательно получится! «Слова Армина перебили счастливые слезы матери, которая кинулась обнимать своего сына, а отец лишь рассмеялся заразительным смехом, обнимая свою семью.» «Но воспоминания прервали мои слезы, капающие мне на руки, которые сами по себе текли из моих глаз. Кусок ткани воздушного шара- все, что осталось от моего мамы и папы. Я трогаю его, и точно знаю, что мои родители когда-то касались его, используя как опору, чтобы взобраться на шар. Шляпа, что осталась от моего дедушки, давно потерялась, но благодаря человеку, что сидит слева от меня, у меня есть вещь, которая когда-то принадлежала моим родителям. Я поднял свою голову и увидел, что капитан Леви вышел, а Саша осталась рядом. Я вытер слезы рукой». -Прости, пожалуйста. Просто, эта вещь, она многое значит для меня. «Саша улыбнулась»: -Как я и думала. «После этих слов, она отломила кусок горячей картошки, и протянула мне чуть больше половины, спросив»: -Будешь?