Телохранитель

А сегодня они в театре. Они - это Гермиона и Малфой. Странное сочетание, ведь так? Спектакль обычный. Вечная трагедия о любви и смерти. Ромео и Джульетта. Гермиона видела эту постановку несколько раз. Знала актеров в лицо. Но почему-то все равно приходила. Малфой, знамо, еще ни разу тут не был. Его невежество и насмехательство над искусством выводило Гермиону из себя. И сегодня, схватив его за руку, Грейнджер потащила слизеринца в театр. Малфой сопротивлялся, но гриффиндорка была непреклонна. Они сидели в самых первых рядах. Малфой предлагал галерку, но Грейнджер хотела видеть лица. Может, Драко и настоял бы на своем, вот только у него не было желания. Слишком громко стучало сердце. И почему-то было страшно. Гермиона смотрела взахлеб, если можно так сказать. Она пожирала сцену глазами, впитывала музыку, свет, краски... Щеки ее пылали, она была жива. И сейчас, вот так смотря на нее, Малфой все больше и больше убеждался - как же она хороша! А Гермиона не видела ничего вокруг. Не видела и не слышала. Уплывала, уплывала, уносимая музыкой... - Гермиона, все хорошо? - спросил тогда Малфой, после концерта. Впервые назвал по имени. А она не заметила, находясь под кайфом. Она подняла на него свои темные туманные глаза и слабо улыбнулась. - Хочу вина, - ее просьба была для него приказом. Он не знал, когда стал так зависим. Не помнил, когда началось все это сумасшествие. - Конечно. Пойдем. А через две минуты они оказались в ресторане. В самом лучшем, который только он смог отыскать. Они пили, ели, впервые смеялись. На столе горели свечи, молодая негритянка напевала джаз. Лысый старик пианист быстро плясал пальцами по клавишам. Было тепло. Они вернулись домой пьяные, довольные. А потом спали... *** Утро настало неожиданно быстро. Солнце встало, и Лондон засиял в его теплых уже летних лучах. Квартира была пуста. Ветер гулял по столу с буками, тонкими пальцами ласкал лепестки увянувших роз. На полу - осколки хрустальной вазы, так и не прибранные заботливой хозяйкой. В квартире холодно и свежо. На полу в гостиной лежит девушка. Лицо ее бледно. Глаза закрыты. Руки еще сжимают край ковра, но по фиолетовым венам уже не бежит кровь. Она заснула так же внезапно, как и проснулась. Смерть породила, и Смерть же убила. Хрупкое тело смотрится очень эффектно на пурпурном с золотом ковре. И будь тот ценителем искусства, обязательно сделал бы фото... А Малфоя нет. Он идет где-то, далеко, по шумным улицам Лондона. Голова его пуста, глаза мокры. Он уволен. Она не выжила. Таков - Телохранитель.