С днём рождения!

      Люмин бежала со всех ног, неслась по заснеженной дороге, перепрыгивая особо большие сугробы. Длинный шарф, наспех обмотанный вокруг шеи, свисал мешковатой тряпкой, почти волочась по земле. «Только бы успеть! Только бы…» – лишь одна мысль вертелась в голове, пока она поднималась по лестнице. Ступенька. Вторая. Пальцы зацепили ручку двери. А перед глазами так некстати представали недавние воспоминания.       Ещё буквально неделю назад Люмин жила жизнью обычной школьницы: ворча, просыпалась рано по утрам, ненавидела сложные домашние задания, веселилась с друзьями и была по уши влюблена в самую популярную девушку параллельного класса. Яркую и сочную спортсменку Эмбер. Люмин приходила на все её тренировки, где позволял собственный учебный график, ездила в группе поддержки на соревнования и писала анонимные восхищённые комментарии в соцсетях. Впрочем, как и множество таких же, как она. Люмин была просто счастлива тем, что она влюблена, что это прекрасное чувство существует в её душе и питает положительной энергией. Но тем не менее она мечтала прикоснуться к Эмбер, хотя бы на немножечко, подержать её теплые мягкие ладони и проговорить о всякой ерунде всю ночь.       И эта совершенно заурядная история так и осталась бы нерассказанной, если бы не вездесущий брат. Брат, которого хотелось иметь каждому: доброго, заботливого и понимающего всё с полуслова. То ли магия близнецов, то ли благоприятные с детства отношения, но Люмин души не чаяла в нём. Но, пожалуй, в списке тех, кому принадлежало её сердце, Эмбер однозначно занимала бы верхнюю строчку победителя. Как говорится, родственные узы близки, но…       — Твитишь?       — Итэр, не врывайся ты так!       Люмин подпрыгнула на месте, чуть не выронив телефон. Вот так подумаешь хорошо о брате, и он сразу даст понять обратное. Она действительно снова открыла ленту, увидев новое сообщение от Эмбер. Та писала о приближающемся Рождестве, прикрепив к посту зимнюю фотографию улыбающейся себя на фоне огромной украшенной игрушками ели. Люмин прижала телефон к груди. «Не заметил же?» – она вовсе не хотела, чтобы кто-то узнал о её настоящих чувствах. Даже брат. Особенно брат, потому что он был лучшим другом Эмбер. Вот так ирония судьбы, что близнецов разделили по разным классам. Люмин правда опасалась огласки, потому что понимала, какую реакцию и волнения может вызвать порочная любовь.       — Я тут набросал список гостей на нашу вечеринку, – Итэр протянул сестре листок. – Эмбер обещала прийти.       Люмин чувствовала, как кровь прилипла к щекам. С чего это вдруг так внезапно…       — Это шутка?       — Не-а.       Итэр лукаво улыбнулся, забираясь с ногами на кровать. Что было у него на уме? Неужели, он что-то понял? Конечно, не понять было попросту невозможно. Когда твоя сестра всё свободное время прикрывалась курсами, а сама ездила на соревнования в группе поддержки, при этом никак не улучшая оценки по предметам, ненароком задумывался о неправильном состоянии вещей.       Но определённо, Итэр вовсе не жесток, чтобы так подшучивать. Люмин внутренне ликовала, уже воображая себе прекрасный вечер в компании возлюбленной. Но чтобы не показаться столь резко мечтательно смотрящей в одну точку на стене, она опустила взгляд и пробежала глазами по списку гостей.       — Почему тут нет Сяо? Я позову его.       — Да! Нет. Что?       — Что?       Во внезапно образовавшейся скрипящей тишине можно было услышать дыхание стен. Брат и сестра смотрели друг на друга очень внимательно, словно приобщившись к телепатии. Люмин постепенно осознавала, что теперь у них парный секрет на двоих. И это не могло не радовать. Матушка-судьба, словно потешаясь, к раскиданным по параллелям столь близким людям добавила еще по две переменные, связанные крест-накрест. Ирония в квадрате.       После столь длительного напряжённого молчания брат с сестрой расхохотались одновременно. Это было так нелепо. Вся их ситуация сплошной комок дикой бессмыслицы, в котором оба запутались уже давно. Что же, наконец-то пора было выбираться из этой глупой паутины.       А пока комната ещё не остыла от смеха, и два родных человека в ней обменивались ворохом слов, две яркие звезды пронеслись по вечернему небу. Конечно, оставшись незамеченными.       После того дня в школе совершенно ничего не изменилось. Люмин всё также уставала от нагрузки и продолжала присутствовать на тренировках. Разве что теперь каждое утро видела в окно бредущих в свой корпус Итэра и Эмбер. Оба они неизменно махали ей руками. Из окна в ответ Люмин высовывалась вместе с Сяо, чем весьма добротно смущала брата.       — Что хочешь на день рождения? – Как бы невзначай спросил Сяо, всё ещё продолжая смотреть в окно.       — Ничего, – на автомате ответила Люмин, – точнее серьги. Да точно, серьги! Пусть будут они. Мы слишком долго отмывали квартиру от твоего красочного прошлогоднего «ничего».       Сяо легко улыбнулся. Этот фейрверк сочности, вышедший из-под контроля запомнился надолго. Сяо был хорошим другом, но не терпел отказов и ненавидел состояние неизвестности. Если на прямой вопрос не предоставляли ответ, то он находил его сам. А порой и в весьма изощрённой форме. Поэтому в этот день рождения Люмин не стала опрометчиво доверяться случаю.       — Смотри, какие Итэр выбрал, – она пододвинула другу изображение.       — Ему пойдет.       — Мне!       — Вам определённо нужны парные.       Люмин поражалась этой незатейливой простоте Сяо. Он был весьма глубокомысленным и даже слегка депрессивным человеком, но просто изобиловал тонким сарказмом, который не каждый понимал. Она тоже не всегда могла распознать лёгкие мотивы в его речи. Поэтому всякий раз рассказывая брату об их дне, удивлялась не меньше тому, насколько чутко Итэр понимал Сяо.       — Да, он сказал также. Знаешь, вы отлично споётесь.       — Жаль я только петь не умею.       Люмин готовилась ко дню рождения уже целую неделю. Выбирала торт, украшала квартиру, подбирала платье. Думая, конечно же, о том, как они будут смотреться вместе с Эмбер. Та любила алый. А у Люмин вся одежда была в светлых тонах. «Клубника в сливках», – на ум пришло только такое чУдное сравнение. Люмин хихикнула, продолжая упаковывать коробку в подарочную обёртку.       Позади у зеркала крутился Итэр. Он примерял костюмы один за другим, и никакой из них ему не нравится. Стоило ли сказать, что Сяо вряд ли будет наряжаться, и ему в пару не нужно выбирать что-то слишком официальное? Люмин хитро потёрла руки. Нет, ничего она не скажет, пусть мучается.       Подарок был готов уже почти к вечеру. Люмин просто не простила бы себя, если бы не преподнесла милый презент в разговоре. А сегодня она готова была идти до конца. Самый счастливый день в году вполне вероятно мог стать самым худущим, но вера в позитивное пока что преобладала. Оставалось лишь украсить всё блёстками и… Люмин протянула руку к заветной баночке, но блёсток там не оказалось. Неужели закончились? Как же она не любила незавершённых дел. До дня рождения ещё оставалось немного времени, а значит быстрая пробежка до магазина по сути никак не скажется. Зато подарок уж точно будет закончен. Под звонкий голос брата «ты куда?», она выскочила из дома, заматывая шарф на ходу.       Но быстро смотаться только за нужной вещью было не суждено. Предрождественская суета вводила свои коррективы. Люмин была измотана и безбожно опаздывала – праздник уже начался, а она по собственной глупости опаздывала на свой же день рождения. Телефон в кармане завибрировал, оповещая о новом сообщении. На экране появилось яркое фото с их кухни: праздничный стол, обступившие его приглашённые гости и короткое «ждём только тебя» от брата.       Сердце колотилось бешено, грозясь проломить грудную клетку: она же не спрятала свой подарок для Эмбер. Точно оставила его на самом видном месте в доме, выбегая за блёстками. Охватившая паника сдавливала лёгкие.       Люмин бежала со всех ног, неслась по заснеженной дороге, перепрыгивая особо большие сугробы. Длинный шарф, наспех обмотанный вокруг шеи, свисал мешковатой тряпкой, почти волочась по земле. «Только бы успеть! Только бы…» – лишь одна мысль вертелась в голове, пока она поднималась по лестнице. Ступенька. Вторая. Пальцы зацепили ручку двери. Люмин ворвалась в дом, чуть ли не падая прямо на пороге. С первого взгляда подарка на кухне не наблюдалось. Неужели всё-таки унесла? Или Итэр помог?       — С днем рождения!       Оглушивший хор голосов привёл в чувство. Люмин, вырванная из собственных тревожных мыслей, смотрела на собравшуюся компанию. Здесь были буквально все их с братом друзьям, и даже…       — Мы тебя уже заждались, – Эмбер счастливо улыбалась.       — Итэр запретил разрезать торт, пока ты не придешь! – продолжил кто-то из ребят, и все залились хохотом.       Люмин расслабленно выдохнула. Действительно, стоило бы накормить ребят и получить все поздравления, а потом уже заниматься собственными безумными идеями.       Под полночь, когда большая часть гостей уже разошлась, они действительно остались с Эмбер вдвоем на уютном балконе небольшой кухни. Стоя бок о бок под одним пледом, растянутом на плечах, они разговаривали обо всякой ерунде. Как Люмин себе и воображала. Мягкие тонкие ладони Эмбер покоились в руках Люмин. Было прохладно, чтобы не взять инициативу согреть её. И, пожалуй, это было самое лучшее мгновение.       — Коробку свою забери! – Итэр ворвался как ураган, разрушая весь хрупкий момент. – Я её весь вечер… прячу.       Он немного опешил, явно ожидая увидеть здесь лишь одну сестру. За последние несколько дней Люмин ловила уже не один приступ испанского стыда. угораздило же её брата появляться в столь прекрасные для моментов временные рамки. Эмбер под боком смеялась, прикрывая рот ладонью.       — Итэр, я же просила тебя не врываться!       — Это вышло случайно.       — За случайно… – она посмотрела куда-то брату за спину. – Сяо, знаешь, Итэр кое-что тебе хочет сказать.       — Знаю, – он слегка улыбнулся, появляясь с посудой на пороге, и обратился к Итэру, – ты тоже мне нравишься.       Тот так и застыл с раскрытым ртом, слишком крепко сжимая коробку в руках. Эмбер уже смеялась во весь голос, раскрасневшись, и спрятав лицо у Люмин на груди. Нелепый ворох ниток распутывался четырьмя людьми быстрее.       Говорят, падающие звезды приносят сбывшиеся мечты. Даже если не увидеть их воочию, те, кому они предназначены, всё равно будут счастливы.