Медовая лилия

По традициям, и, наверное, задумке самой жизни, сегодня должен быть самый счастливый день в его жизни. А ведь действительно, сегодня лорд Драко Люциус Малфой оставит статус холостяка в прошлом. Конечно, ему всего 18, но родители и так бранили его, ведь ещё одна традиция чистокровных: жениться сразу по достижению совершеннолетия в волшебном мире, то есть в 17 лет. В данный момент юный лорд смотрит. Смотрит на своё отражение. Он в чёрном смокинге, белой рубашке и чёртовой бабочке. Наверное… Ей бы понравилось. Каждый раз, когда они говорили о браке, она говорила, что на церемонии хотела бы видеть его не в галстуке, а в бабочке. Она считала это милым. Она… Это началось на седьмом курсе, год назад. Если бы его спросили с чего именно всё началось, он бы не дал точного ответа. Всё и сразу. Просто… Она была такой прелестной. Такой его. Его Гермионой. Девушкой, которая приняла его, бывшего Пожирателя смерти, того, кто потерял какой-либо статус в магическое мире. Ей было не важно, она просто любила его. Не его деньги, положение в Магическом мире, коим когда-то обладала его семья. Она любила именно его, Драко. А он… Он был без ума от неё. Его милая, прекрасная Гермиона. Гермиона с бездонными карими глазами, в которых он тонул каждый раз, когда смотрел в них. А её волосы… Мерлин, они ужасны. Особенно по утрам, когда из-за того, что она любит крутиться во сне наутро они превращались в комок чего-то опасного. Но он любил её волосы. Они были мягкими и пахли лилиями. Да, её шампунь это были… Лилии и что-то, что-то свежее. Губы… Наверное многие могли бы поспорить, но для него они были просто идеальны. Чёрт, она была сплошным идеалом для него. Но да, губы, самые мягкие и вкусные во всём мире. Когда он целовал её, всегда, всегда чувствовал привкус мёда. Она любила мёд, добавляла его куда только можно. Чай с мёдом, овсянка с мёдом. Даже эти чёртовы безвкусные крекеры, которые терпеть не могла большая часть Хогвартса… Она ела их, обмакивая в этот чёртов мёд, стремясь придать им хоть какой-то вкус, чтобы эльфы не огорчались, что никто не есть их стряпню. Он был счастлив с ней. Она делала его просто невероятно счастливым. И он любил её. До сих пор любит и будет любить всегда. Они были так счастливы, вдвоём, с сентября по 2 мая 1999 года. Его глаза начали слезиться. «Возьми себя в руки. Не сейчас. Потом. У тебя есть вся жизнь, чтобы ненавидеть себя, а сейчас возьми себя в руки Драко» Этот день. Кошмарный день. Прошла всего неделя с того момента, когда он сделал ей предложение. Всего год с того момента, с момента, когда она начала жить, не боясь, что её убьют из-за того, что она магглорождённая. Всего восемь месяцев было отведено им судьбой. Мало. Этого было чертовски мало. Но, тем не менее, это самый счастливый период в его жизни. 5 мая должен был состояться бал, в честь победы во Второй магической войне. Она пошла в Хогсмид, чтобы… Чтобы выбрать себя платье для этого праздника, чёрт бы его побрал. Никто. Никто не мог ожидать того, что там произошло… Пятеро придурков, возомнившие себя наследием Тёмного лорда трансгрессировали прямо в центр пришкольной деревни и начали кидаться непростительными. В газетах писали «Погибло всего 8 человек, авроры успели вовремя» Недостаточно вовремя. Недостаточно, потому что среди этих восьми человек была она. Его Гермиона. Его смысл жизни… *** Свадьба, по традиции самый счастливый день в жизни. И вот, он стоит тут, у алтаря, с аркой, украшенной лилиями, и может различить вкус мёда на своих губах, потому что теперь он всегда пьёт чай исключительно с ним. Заиграла музыка. По проходу к нему шла невеста. Астория. Он не любил её, но родители настояли. А он… Он был слишком сломлен, он согласился, ведь что может быть хуже? Он лишился шанса на счастье ещё в тот злополучный день. А чистокровному волшебнику нельзя не иметь семьи. Традиции. Но он знал, что бы не случилось и сколько бы времени не прошло, он всё равно продолжит любить только одну. И, увы это не Астория. Он знал, чтобы не произошло, он всё равно будет говорить домовикам, чтобы в домашней оранжерее всегда в цвету были минимум три вида лилий и чтобы чай ему всегда подавали только с мёдом.