"Трое в квартире, не считая Тимкампи"

Зарисовка #3."Мы делили апельсин"

Что может быть лучше, чем понежиться в ванной в самый разгар дня? Естественно, понежиться в ванной в самый разгар дня, прихватив с собой хорошую книгу и бутылочку вина. Еще бы любимого малыша сюда и вообще рай, но он, как назло, сейчас на работе. Так что приходилось блаженствовать без него. Хотя даже хорошо, что его нет, иначе опять бы были крики по поводу курения в неположенном месте и обилия сигаретного пепла на новеньком кафеле. Но, как это часто бывает по закону подлости, что-нибудь или кто-нибудь обязательно испортит столь желанные минуты счастья. В данном случае этим "кем-нибудь" стал Канда, неуправляемый японец без каких-либо намеков на чувство такта и восприимчивость к любым правилам, существующих в их квартире. С тех пор, как темноволосый экзорцист поселился в доме Аллена и Тики — последний был таким же нахлебником, как и он, но не суть — с той самой минуты все пошло наперекосяк. Ной совершил фатальную ошибку, самолично притащив этого жуткого ревнивца и собственника под одну крышу с объектом его неуправляемой страсти, а выгнать психа не получалось ну никак. Постоянные перепалки начинались рано утром на кухне, продолжались в течение всего дня по совершенно любому поводу и заканчивались вечером в постели при выяснении, кто именно будет сегодня спать с Алленом. При попытке переведения стрелок на малыша и выбора любовника за ним, Уолкер спокойно заявлял, что они оба идиоты, и это не лечится, и, забравшись с головой под одеяло, всячески их игнорировал. Какая-то частичка Тики, оставшаяся, по-видимому, от его человеческой сущности, даже переживала за Аллена и волновалась за тот прессинг, что оказывает на его молодую неокрепшую психику постоянная холодная, а иногда и реальная война в их доме. Но вскоре он начал подмечать некоторые интересные ситуации*. Ситуация номер один. -Тики, сделай мне чаю. -А волшебное слово? -Тики, пожалуйста, сделай мне чаю. -Ммммм... Не... Что-то не хочется, малыш. -... -Что? -Ты прямо как Канда... -...твою ж мать... -Ты что-то сказал? -Сиди, говорю, сейчас сделаю. Ситуация номер два. -Кандаааа... Покорми меня, а? А то Тики где-то задерживается... -Отвали, шпендель. -Ну, Канда, я же опять плиту сожгу... -Отвали, кому сказал! -Эх... А Тики бы сделал... Тики хороший... Тики меня любит... -...твою ж мать... -Ты что-то сказал, Канда? -Руки от плиты прочь, говорю! Сам сделаю, а ты не суйся! Ситуация номер три. -Малыш... -Нет. -Ну, малыш... -Сказал же нет. Я читаю, между прочим! -А если я отберу книжку, повалю на пол и займусь с тобой диким безудержным сексом? -Тогда на меня накатит ностальгия — в былые времена так постоянно делал Канда... -...да чтоб тебя... Ситуация номер четыре. -Канда... -Сдохни! -То есть "нет"? -Да! -А Тики бы обязательно... -Сдохни! -То есть "да"? -Да! В общем, гены ноя все-таки не пропьешь, как и природный ум и отточенную в годы бывалого ученичества изворотливость и способность извлекать из всего выгоду, в том числе и из столь странного сожительства. «Малыш» приспособился очень быстро, и явно уже не нуждался в опеке и волнениях за сохранность его драгоценной шкурки. Поэтому, никак не отреагировав внешне на выбивание двери мощным ударом с ноги, Микк просто отметил про себя несколько вещей: 1. Хорошо, что она не слетела с петель как это часто и происходит, а просто щеколда сорвалась, ибо третий раз за неделю — это уже перебор. 2. Канде ничего от малыша сегодня не обломится, факт. 3. Подобное поведение является еще одним веским аргумент к тому, что таким буйным психом ной не станет никогда. -Где он?! Тики недоуменно уставился сначала на Канду, потом поболтал ногой в воде, дабы точно удостовериться, и, наконец, чуть приподнялся и наклонился вниз, всматриваясь под днище ванны. -Должен тебя огорчить, но Тима здесь нет. -Какого еще Тима?! — вопль японца на какое-то время оглушил Микка, и он недовольно поковырял в ухе, пытаясь хоть как-то обрести способность слышать -Тим. Тимкампи. Золотой голем малыша. — Пояснил он Канде, который, казалось, впервые в жизни узнал, как зовут любимца Аллена. -Нахрен он мне нужен?! А тут Микку уже стало интересно. -А кого ты тогда искал? -Шпенделя! Где этот гороховый стручок?! -На работе... — на автомате ответил Тики, недоумевая — а что, собственно, происходит? — По субботам он работает до трех, как всегда. Значит, где-то в полчетвертого уже будет дома. -Сейчас уже пять! Где он?! -Пять? — Микк удивленно покосился на пустую бутылку из-под вина, которая вроде еще недавно была полной. — Ты хочешь сказать, что я здесь нахожусь уже три часа? -Да хоть десять! Где шпендель, я тебя спрашиваю? Иногда твердолобость Канды Юу откровенно озадачивала, как и его неспособность слушать, что ему говорят, и так как Тики до сих пор не понял, как с этим бороться или хотя бы сосуществовать, он просто молча поднялся и вылез из воды. Оторопелый взгляд японца был замечен не сразу. -Чего? — поинтересовался, вытираясь полотенцем, Микк и, проследив за взглядом Канды, понимающе усмехнулся. — Что, завидно? На удивление, экзорцист не стал насиловать его уши очередной порцией японско-китайского** мата, а покраснел и вылетел из ванной комнаты с нереальной быстротой, хлопнув на выходе как следует дверью, отчего та жалобно простонала и повисла на одной петле. -Извращенец! — донеслось уже из коридора, а Микк непонимающе уставился на себя в зеркало, рассматривая себя "там". Никаких отклонений от нормы он так и не нашел. На то, чтобы одеться и выяснить, где же пропадает законный хозяин квартиры, потребовалось не больше десяти минут, из которых минут пять Тики молча гипнотизировал записку на холодильнике, прикрепленную странным магнитиком в форме розового зайца с нахальной ухмылкой. В послании, черным по белому аккуратным алленовским подчерком было написано, что сегодня с затянувшейся миссии возвращается Говард Линк, и Аллен задержится, так как давно с ним не виделся и хочет поболтать (читать между строк — пожрать за счет бывшего наблюдателя). Каким образом Канда эту записку не увидел, хотя ему не раз говорили, что все особо важные поручения и послания хранятся именно на дверце этого детища научного отдела ЧО, Тики не понимал. Канду было трудно понять во всем... К слову, надо признать, что Канда курчавого ноя тоже не понимал. Особенно его странные отношения с фикусом, сиротливо обитающим на подоконнике на кухне. Вот и сейчас, горя желанием пнуть Тики и заставить его шевелить своей задницей, он застал крайне странную сцену – Микк стоял около фикуса, испепеляя его взглядом, и с помощью своей силы извлекал из почвы бедного растения последнюю влагу. Канда начал понимать, почему фикус все время находится в стадии увядания, но зачем ной это делает все еще оставалось загадкой. -Я знаю, где малыш. – Микк наконец-то заметил японца и закончил свою странную экзекуцию. – Захвати свою катану, пригодится. Канда от дальнейших вопросов благоразумно воздержался. **** -Так значит, вы теперь живете втроем? -Угу. -И они оба не против того, что делят тебя с кем-то другим? -Угу. -Но при этом умудряются трепать нервы как друг другу, так и тебе каждую свободную минуту? -Угу. -Аллен Уолкер! -Ну чего тебе? — Аллен поднял голову со стола, на котором страдал уже какое-то время, и печально воззрился на башни из грязных тарелок, стоящие по обе стороны от него. -Я говорил тебе еще тогда — гони его в шею. Но нет, решил поиграть в благородство. -Да, да, помню, тебе Тики никогда не нравился... -Дело не в том, что он мне не нравится, хоть он и ной. Подобные отношения не допустимы — педофилия, содомия, инцест... -Лиииинк... — тихо начал Аллен, и Говарду очень не понравился странный огонек в глазах юноши. — А как там Мадарао поживает? -Эээ.. -А Тэвак? -Кхм... В общем, мы друг друга поняли. -Поняли. -… -… -… -…и что мне делать? Линк устало вздохнул и откинулся на спинку не очень удобного стула. -Мы делили апельсин… -Что? -Без понятия. Если ты их до сих пор не убил, значит все не так жутко, как может показаться на первый взгляд. -Линк, что с тобой? Ты мне в жизни бы не предложил смириться с подобным положением вещей… — Аллен даже отложил очередную булочку, внимательно вглядываясь в крайне смущенного ворона. – Что-то случилось во время миссии? -Нет… не во время миссии… — чем больше сопротивлялся Линк, тем больше Аллен желал докопаться до истины. -Ты в городе часов пять, не больше, что случилось? Я могила, ты же знаешь! -Нуууу… меня пришел встречать Мадарао… -Это не удивительно. -…и Тэвак… -Вместе что ли? -Нет. По отдельности. – Аллен все-таки подавился. — А когда увидели друг друга… В общем, я попал в самый эпицентр семейных разборок… -Ааа… а я-то думал, что у них тренировка! – Аллен вспомнил тот бой без правил, свидетелем которого стал, придя за Линком. – Вы, вороны, все с причудами, я и не удивился. Так мы, значит, теперь в одной лодке? – усмехнулся он. -Давай сменим тему? – Линка происходящее явно нервировало. — Как там поживает тот фикус, что я тебе подарил? -Прекрасно! Правда, в последнее время подвядает, даже не знаю в чем дело. Поливаю его нормально, ухаживаю в точности, как ты и говорил… -Это все ной виноват! – уверенно заявил бывший инспектор. -Опять Тики! Да чего ты к нему прицепился?! Он у тебя во всем виноват! -Да от него и кусты завянут, помяни мое слово. -А кусты тут причем? – удивленно заморгал Аллен. -При том, что уже минут десять как твой дорогой ной обосновался на пару с твоим бешенным мечником в кустах напротив. -Серьезно? -Сам проверь. – Линк спокойно продолжал пить свой чай, как будто ничего шокирующего только что не произносил. -Блин. Ты прав. Они в конец свихнулись? -Твои психи, сам думай. -Ладно, наверное, пора закругляться, а то я боюсь даже предположить, до чего они могут додуматься на пару. Точно! Где мой подарок?! – Аллен наконец-то вспомнил главную цель сегодняшней встречи и, сгорая от нетерпения, вскочил и подбежал к Линку. – Ну, где он, где он, где он…? -Ты как ребенок прямо… — недовольно пробурчал Говард и достал из рядом стоящей сумки довольно большую коробку. – Вот. На пути назад я встретил потрясающего повара, эти митараши-данго он сделал на заказ. Хотя ни на минуту не поверил, что кто-то может съесть все это в одиночку. С прошедшим те… Договорить Линк не успел, так как на нем буквально повисли, издавая странную какофонию из радостных визгов и благодарностей. С подарком он все-таки не прогадал – всеядный Аллен Уолкер больше всего на свете любил именно это лакомство. -Муген. Первая иллюзия. Адские жуки. Позже, стоя на руинах вполне милого кафе, оба как-то синхронно подумали, что про психа с катаной, прибывающего в опасной близости от них, забывать не следовало. *каким способом Тики узнавал, что творилось в доме в его отсутствие, объясню позже.) **японско-китайского — не забудем, что Канда пришел из Китайского подразделения и долгое время жил среди китайцев, отсюда и знание мата языка.