"Трое в квартире, не считая Тимкампи"

Зарисовка #5."Все гениальное — просто"

— Немедленно разберись с этим!! — …ась? Уолкер поднял голову от кипы бумаг, над которыми сидел уже добрых пять часов, и удивлённо уставился на ворвавшегося в кабинет Линка. Инспектор был зол… и ошарашен? — Что случилось? — Ты ещё спрашиваешь?! – сорвался на визг Говард, но тут же откашлялся и продолжил более спокойным тоном. – Если ты в ближайшие пять минут не уберёшь своих психов со входа, разбираться с начальством будешь сам! Называть имена было не обязательно – «твоими психами» Линк величал только двух определённых людей. Хотя, даже слово «люди» было к ним как-то малоприменимо. Аллен совершенно не представлял, что понадобилось Тики и Канде а) вместе; б) в городе; в) на его работе. И, собственно, не очень-то горел желанием узнавать. — Мне отчёты надо доделать, — Уолкер попытался надавить на чувство ответственности Ворона и для комплекта состроил глазки а-ля «побитый щенок». Но Линка больше волновала перспектива скорейшего апокалипсиса в пределах одного конкретного административного здания. — Доделаешь завтра! Бегом!! Почему-то, даже когда задницей понимаешь, что идёшь на встречу неприятностям, представить это в качестве веского аргумента начальству невозможно. А жаль. Потому что в итоге остаётся только обречённо вздохнуть и подчиниться, надеясь, что силы свыше помогут тебе пережить и это. А если учесть фантазию Тики и разрушительную мощь Канды… И то, что они каким-то образом спелись… — Спасите меня, кто-нибудь! – прошептал Аллен прежде, чем спустился в холл и оттащил Канду от запуганного до икоты новичка. Тики, что примечательно, стоял невдалеке и курил рядом с табличкой «Курить строго запрещено!» И хоть бы кто подошёл сказать ему об этом. — Пошли уже! – прошипел Уолкер, хватая «своих психов» и выводя их на улицу, пока не пострадало что-нибудь посущественнее человеческой психики. – И какого хрена здесь происходит?! — Мы идём на свидание, малыш, — радостно известил его Тики, щёлкнув по носу, а Канда недовольно цыкнул и отвернулся, выражая таким образом своё отношение к происходящему. — … ась? Аллен понимал, что повторяется, но это была единственная осмысленная фраза, которую смог выдать его мозг на данный момент. — Свидание. Ты, я и узкоглазый. Чего тут непонятного? — Всё… — А ты что-то имеешь против?.. – прошипел над ухом Канда, заставив умереть ещё сколько-то нервных клеток и без того уже седого экзорциста. — Нет, но я хочу знать, как вы дошли до подобной идеи. Ни за что в жизни не поверю, что сами… В повисшей паузе имя одного печально известного генерала Чёрного Ордена произносить не понадобилось – а зачем, когда и так всё ясно? — Ладно, не куксись, малыш. Я недавно такой замечательный ресторан нашёл, тебе обязательно понравится. Правда, не знаю, пустят ли нас туда с этим чудом… — Тики кивнул в сторону напряжённого японца. — Сейчас договоришься, патлатый. — Я твою катану имел в виду, кактус ты наш домашний. — Последнее предупреждение, графское отродье. — Прямо трясусь от страха, крыса подопытная. …Нет, Аллена нисколько не волновало, что буквально с секунды на секунду начнётся очередной бой без правил. Его больше занимал другой вопрос – как эти двое вообще умудрились дойти до его работы и не убить друг друга ещё в пути?! Но, что удивительно, до ресторана они дошли в относительной целости – свои нервы Аллен уже давно перестал считать. И пустили их даже с катаной. Хотя, Уолкер не отказался бы посмотреть на того смельчака, который мог решиться поспорить с Кандой. Особенно, когда у последнего на лице написано обещание скорейшей смерти любому, кто посмеет хотя бы заговорить с ним. — Я и не думал, что здесь будет так много народу, — присвистнул Тики, оглядывая полностью забитый зал. – Мы последний столик заняли, кстати. — Что ясно говорит о том, как хреново ты подготовился, ной, — процедил Канда, усаживаясь на свободное место. — А кое-кто вообще палец о палец не ударил, мистер «я-слишком-крут-чтобы-думать-о-других». — Всё, я тебя предупреждал, скотина… Аллен не собирался останавливать их, и не подумал об этом – здравого смысла нет ни у того, ни у другого. А уж прислушиваться к чужому мнению эти двое никогда даже не пытались. Мысленно юноша уже начал составлять текст объяснительной, которую должен будет предоставить по окончании процесса разрушения этого нового и довольно милого заведения, но в этот раз судьба распорядилась иначе… — Юу? — Кролик? — Аллен? — Ленали? Тики деликатно кашлянул, пытаясь обратить на себя внимание, но четвёрка бывших экзорцистов, оказавшаяся за соседними столиками, всё так же удивлённо пялилась друг на друга. Первым очнулся Канда. — Сколько раз тебе повторять, тупое животное, чтобы не смел звать меня по имени?! — Оно тебя так беспокоит, Юу? – ожил Тики и выжидательно уставился на японца. – Юу, Юу, Юу, Юушечка, Юушенька, Юуйчик… — Он у тебя… совсем на голову больной? – осторожно поинтересовался Лави, зачарованно наблюдая, как ной лениво уклоняется от мугена Канды, методично перемещаясь по всему залу. — Ты это сейчас про которого? – обречённо отозвался Аллен, прикидывая, сколько ещё выдержит бедный управляющий, безуспешно пытавшийся остановить двух нарушителей спокойствия и призвать их к порядку. — И то верно… — Аллен… А у вас что… свидание? – тихо подала голос Ленали, напоминая о своём существовании. И пока жутко смущённый Уолкер смотрел на столь же смущённую подругу, не зная, что ответить, Лави изо всех сил пытался сохранять спокойствие. Но надолго его не хватило – истеричный смех привлёк внимание не только всех посетителей и рабочего персонала, но заставил и Канду с Тики прервать своё увлекательное занятие. — Свидание!! – никак не мог утихомириться Лави, — Юу на свидании!!! С Алленом! И «толстыми очками»!!! — У меня, вообще-то, имя есть, одноглазый. А те очки ещё в белом ковчеге разбились… — обиженно протянул Тики. — Свидание! У Юу!!! Ой, я сейчас со смеху помру-у!!! — Сдохнуть помогу, тупой кролик, и прямо здесь. … и ещё неизвестно, чем могла закончиться вся эта история, если бы в этот момент не кончилось терпение. И не у кого-нибудь, а у владельца ресторана. Так что, в итоге злополучную пятёрку просто «вежливо» попросили на выход. — Я же говорил, что ты хреново подготовился, патлатый, — совершенно будничным тоном сообщил Канда. На улице начинало холодать, небо заметно потемнело, и ко всему прочему Аллен с Ленали ушли на несколько метров вперёд, тем самым давая понять, что оскорблены поведением своих «кавалеров». «Кавалеры» задумчиво плелись следом. Но долго молчать Тики не мог. — Раз уж я такой никудышный, тогда дерзай, твоя очередь проявить чудеса смекалки, Юу. — Ещё раз назовёшь меня по имени, обрублю ноги по уши. — Боюсь, боюсь… Вон, твой рыжий дружок тебя так зовёт, и ничего. — А он больше не будет, — довольно оскалился японец. — Почему это я не буду? — Потому что Комуи. На этой торжествующей ноте все трое понимающе замолчали. — Ты не посмеешь… — Ещё как. — Но со мной-то такой фокус не пройдёт, Юуняшечка, — довольно протянул Тики и выпустил облачко сигаретного дыма прямо в лицо японцу. — Спорим? – улыбке Канды сейчас бы позавидовали все маньяки мира. — Спорим. — На что? — На неделю отстану от тебя. — Мало. Будешь делать, что прикажу. Месяц. — Перебьёшься. Две недели. — Боишься? — Тебя?! Не дождёшься. Но принципы есть принципы. Две недели. — Две с половиной. — По рукам. Так что же помешает мне и дальше звать тебя по имени, о Великий и Грозный Юу? Находящийся в их компании книжник уже приготовился запечатлеть в памяти для потомков этот исторически важный момент – ной будет побеждён экзорцистом силой слова! Только одного слова! И этим словом станет… — Фикус. — … — … -… твою ж мать… Лави недоумённо переводил взгляд с кровожадной улыбки Канды на нервно дёргающуюся бровь Микка, совершенно не понимая прикола. — Ты же не собираешься… — медленно начал Тики, но его тут же прервали. — Ещё как собираюсь. И шпендель не особо обрадуется, когда узнает, как ты используешь свои способности. Фикус? Способности? На каком языке эти двое разговаривают?! — Две с половиной недели ада. И лучше бы тебе приготовиться, ной. Тики в этот момент от души порадовался, что проиграл не Роад или братцу — у этих двоих фантазии хоть отбавляй. Причём, довольно изощрённой фантазии. — И что же ты задумал… Канда? — Продолжаем свидание. Кролик уводит Ленали, я забираю шпенделя. — А я? — А ты идёшь в магазин и покупаешь там… *** Домашний телефон не смолкал уже добрых десять минут, когда, наконец, Аллен не выдержал и выполз из своей комнаты в прихожую. — …да? — Кто это? Где Уолкер?! — Линк… Это я. — Что у тебя с голосом? — Охрип… — Как?! — Поверь, тебе лучше не знать… — Чёрт с ним, с голосом! Почему ты до сих пор не на работе? На тебе всё ещё висит тот отчёт! — Я сегодня не приду… — ?!! — …и завтра тоже не приду… Выписывай мне командировку… куда угодно и немедленно… — А Вы не обнаглели, господин Уолкер? У нас люди ждут командировок годами, почему это я должен…?!! — Потому, что иначе я в красках распишу, как вчера «мои психи» пытались устроить свидание, что из этого вышло, и как именно я охрип. А чтобы ты в полной мере осознал весь трагизм случившегося, я сниму свою рубашку и покажу тебе… — Уолкер! Ты совсем стыд и совесть потерял?! Аллен прокрутил в голове вчерашние события — перед мысленным взором как-то особенно ярко вспыхнули три бутылки саке, абсент, сломанная кровать и Канда, с безумной улыбкой втолковывающий Тики, что всё гениальное – просто. — После вчерашнего? Пожалуй, что да… Сейчас пришлю к тебе Тимкампи, передай командировочные и остальную макулатуру с ним… Тим? Тим, где ты? – золотого голема нигде не наблюдалось. — Ладно, возьму кандовского. Жду от тебя бумаги. — Уолкер..! Дожидаться дальнейших словесных излиянии бывшего надзирателя Аллен не стал – просто повесил трубку. После вчерашнего «выходного» ему был срочно нужен нормальный выходной. Без этих психов. Но можно прихватить с собой Тимкампи. Вот только найти бы его сначала. Куда же он запропастился, чёрт побери? Была ли в этом виновата бурная ночь, или же не менее жестокий отходняк с утра, но Аллена даже не посетила мысль, что Тим очень и очень волнуется за своего молодого хозяина. … и единственный, с кем он может поделиться — это хозяин старый…