Улыбка без слёз

Тот момент, когда Урарака встала между про-героями и Тогой, был неожиданным для многих. И причиной стало даже не то, что на защиту злодея кто-то вышел, скорее то, что это была всего лишь какая-то стажёрка. В тот момент Урарака была решительна как никогда, держала Тогу за связанные руки и требовала, чтобы ту не отправляли в тюрьму. Потому что в одну из их встреч Урарака поняла, что у Тоги обязан быть второй шанс. И Тога смотрела на неё с удивлением и недоверием. Ведь в тот раз у Урараки было совершенно другое мнение. Урарака уверяла, что Тогу необходимо лечить, отдать опытным врачам в психиатрическую лечебницу, ведь она невменяема, безумна, а самое главное — считает, что все её действия абсолютны нормальны. Однако отрицать, что она совершила ужасные преступления и убила множество невинных людей, Урарака не стала. В итоге всё свелось к тому, что никто не захотел помогать, только поставили ультиматум: «Если хочешь, чтобы её отправили лечить, то докажи суду, что она больна». Но разве у Урараки были хоть какие-то средства, чтобы нанять опытных людей для этого дела? Разве она могла как-то помочь Тоге, которую несколько лет считала обычной злодейкой? Но хорошо, что были добрые люди, которые согласились помочь. И за эту помощь Урарака всё ещё находилась в долгу, хотя это её сейчас волновало меньше всего. Суд признал Тогу психически невменяемой и приговорил к принудительному медицинскому лечению. И Урарака была этому искренне рада, пока сама Тога не понимала происходящие вещи, считая это забавной игрой. Ровно до того момента, когда на неё надели смирительную рубашку и начали проводить дурацкие — на её взгляд — беседы. Прошло несколько лет, Тога всё ещё находилась в больнице под контролем врачей. Она была сложной пациенткой, которая всеми силами препятствовала лечению и отказывалась добровольно сотрудничать. Однако она находилась в лечебнице, где работал лучший персонал. И рано или поздно ей пришлось бы сдаться и рассказать все свои мысли. Нельзя не сказать, что Урарака стала той, которая уговорила Тогу начать полноценное лечение. Со временем Тога открылась сначала только ей и сразу же призналась в симпатии. И если тогда Урарака приняла это как прихоть, лишь бы Тога начала вести себя нормально, то в настоящее время её терзала мысль: «А уж не взаимна ли твоя симпатия, Химико?» — Добрый день, — слегка усталый голос Урараки заставил девушку на ресепшене поднять голову. — Я к Тоге Химико. — Здравствуйте, Уравити-сан! — Девушка сразу же встрепенулась и принялась лихорадочно перебирать бумаги. — Конечно, мне говорили. Состояние Тоги заметно стабилизируется с каждым днём, однако Вам всё ещё следует быть осторожной. — Не волнуйтесь, я не первый раз к ней прихожу. — Конечно. Держите, пожалуйста, — девушка протянула небольшое устройство с кнопкой. — На случай, если что-то пойдёт не так, мы на это сразу же среагируем. — Спасибо. Урарака улыбнулась, от чего девушка с облегчением выдохнула, словно такое формальное общение её напрягало. Урарака не видела её здесь раньше, может быть, она новенькая и поэтому вела себя слишком формально. Остальной персонал успел подружиться с ней. Конечно, не каждый день встретишь про-героиню в больнице для психически нестабильных лиц. Хотя, кто знает. Урарака направилась в палату, держа в руках небольшой тканевый пакет. Она всегда приходила к Тоге и приносила разные вкусности. Врачи настоятельно рекомендовали Тоге фрукты, ягоды и овощи. И Урарака покупала всё самое лучшее, иногда добавляя от себя разные другие блюда. На дни рождения Тоги она всегда приносила вкусный и большой торт, который быстро съедался; иногда брала еду, которую сама приготовила дома. Ей хотелось бы принести какое-нибудь мясное блюдо, но врачи лишь отрицательно качали головами. Конечно же, только едой Урарака не ограничивалась и старалась приносить Тоге что-то, что её могло занять в свободное время. Книги, настольные игры, диски с фильмами — приходилось выкручиваться, ведь бывшей злодейке запрещалось пользоваться телефоном и другими электронными устройствами. И каждый раз, когда Урарака видела счастливую, искреннюю улыбку Тоги, которая стала для молодой героини самым важным в жизни, она понимала, что чувства, которые испытывает к Тоге, настоящие, но неправильные. И ничего не могла с этим поделать. Прежде чем зайти, она постучала. И когда она открыла дверь, то увидела, как Тога сидела на кровати, чем-то увлечённо занимаясь. Лениво посмотрев через плечо, она резко вскочила, бросаясь на подругу с объятиями и радостными криками. — Очако-чан, привет-привет-привет! Я так рада тебя видеть! Тога прижалась к чужой щеке, крепче стискивая Урараку, которая, в свою очередь, ответила взаимностью. Таким поведением Тога напоминала маленького ребёнка, ещё сильнее очаровывая. — Привет, — она тихо посмеялась, начав трепать чужие волосы. — Я тоже тебя рада видеть, как ты себя чувствуешь? Тога отстранилась от неё и направилась к кровати, что-то радостно напевая себе под нос. И Урарака заметила, как у Тоги отросли волосы, оставшись такими же непослушными. Она с каждым днём становилась всё красивее и красивее. — Я хорошо! Смотри, что мне дали! — Тога прыгнула на кровать, указывая на альбом и карандаши. — Я сказала, что мне бывает та-а-а-ак скучно, что хочется кого-то… — Она театрально замолчала, хитро улыбнувшись. — Кто мог бы проводить время со мной. Но они все такие занятые, даже Ацуко! Не то, чтобы я не занятая, ко мне часто приходят разные врачи, но всё же! — И тебе посоветовали найти хобби? — Урарака присела рядом, разглядывая рисунки. — Да! А знаю я только про рисование. Мне Джин рассказывал об этом, а я тогда пыталась что-то рисовать, только кровушкой, а не красками или карандашами, — Тога на минуту замолчала, отведя взгляд в сторону. — Рассказала им об этом. Мне не сразу принесли всё, а только через несколько дней. Сто процентов совещались на эту тему, шушукались и напряжённо ду-ма-ли. — И как тебе? Нравится? — Да! Может это не так красиво, но я решила научиться, смотри! — Тога отобрала альбом и стала листать его, прервав Урараке просмотр рисунка. — Вот это ты, а это я. Она тыкнула пальцем на две фигуры. Тога была права, рисует она плохо. Если бы она не сказала, что это они вдвоём, то Урарака никогда не догадалась бы. Тога нарисовала себя в гражданской одежде, держащая в руках бутылку с чем-то красным. Урарака решила, что это сок. Забавно также, что себе она нарисовала красивое длинное платье со своеобразным узором. Возможно, если Урарака правильно поняла рисунок, то она даже нарисовала себе корону, что было даже мило. А вот саму Урараку она нарисовала в геройском костюме. Сломанная поза человечка была похожа на героическую, словно рыцарь, который защищает свою принцессу. Раз так, тогда на голове у Тоги точно находится корона. Она также попыталась нарисовать окружение, но, видимо, не вышло, поэтому всё было перечёркнуто. — Ты молодец, Тога-тян. Интересная задумка, а если ещё будешь тренироваться, то станешь талантливой художницей, — тепло проговорила Урарака, поднимая на неё взгляд. — Я очень тобой горжусь. Тога широко улыбнулась, слегка покраснев и отводя взгляд в сторону. Тихо произнеся благодарность, она осторожно забрала альбом и закрыла его, отложив в сторону. Урарака думала, что Химико никогда не получала подобную похвалу. Раньше она и вовсе сидела с широко раскрытыми глазами, словно не верила тому, что услышала. Сейчас же более-менее научилась принимать комплименты в свою сторону. И каждой такой маленькой победе Урарака радовалась сильнее Тоги. — Ну, а ты? Геройствуешь? Последнее слово она словно выплюнула, хотя продолжала довольно улыбаться. Урарака понятия не имела, как Тога сейчас относится к героям, но по пренебрежительному тону могла предположить, что та их не уважала как минимум. Была ли к ним какая-то особая ненависть, либо она просто предвзято к ним относится? Но как бы она не думала, Урарака всегда была для неё не сколько обычной героиней, сколько подругой, которая помогла начать жизнь с чистого листа. По крайней мере так она сама говорила. — Да, продолжаю спасать людей. И из-за этого я не могу часто тебя навещать, прости. В последнее время много работы. — Я бы хотела, чтобы ты только меня спасала, — Тога надула губы и сложила руки на груди, пристально смотря в глаза. — Для меня ты всегда будешь на первом месте, — Урарака отмахнулась, слегка смеясь. — Обещаю, что буду приходить чаще. И в следующий раз принесу принадлежности для рисования. И какие-нибудь вкусности, а то тебе, наверное, надоела моя стряпня. — Правда?! Спасибо, Очако-чан, люблю тебя! Ай, — спохватившись, Тога замахала руками. — Твоя стряпня очень вкусная, честно! Только можно не варёные овощи в следующий раз, пожа-а-алуйста! Пока Урарака боролась с нахлынувшими эмоциями от первой фразы, Тога стала смотреть содержимое пакета. Такие высказывания для Тоги были чем-то обыденным и естественным, в то время как для Урараки они всегда были чем-то неожиданным и странным. Тога не скрывала свои чувства и говорила прямо. Это было видно из её поведения, из настроения, которое сразу же поднималось, стоило только услышать новости про Урараку. Врачи даже сказали, что Тога имеет к ней сильную эмоциональную привязанность, которая очень похожа на любовь. Они просили Урараку вести себя обычно, но ни в коем случае не говорить ей, что это невзаимно. Пока такие заявления могут пошатнуть неокрепшую психику Тоги. Но проблема как раз в том, что это взаимно. Урарака сама не заметила, как привязалась к ней. А со временем чувства переросли в нечто большее. Это же неправильно, так не должно быть. Хотя Тога исправлялась, но любить ту, которая раньше была маньячкой и убивала невинных, нельзя. Как на это отреагировали бы люди? Раньше Урарака скрывала свои чувства, прятала их, что в конце концов вышло ей боком. Повзрослев, она дала себе слово, что не будет сбегать от своих чувств. Но вся эта ситуация возвращала её в прошлое. — Вишня! Обожаю вишню, спасибо! Пока Урарака была в своих мыслях, Тога уже успела разобрать пакет. Верно, сбегать от чувств нельзя, нужно с ними учиться жить, какими бы они не были. Всё ещё может поменяться. А пока Урарака приложит все усилия, чтобы Химико была счастлива. На самом деле тем, что окончательно дало понять, что Урарака полюбила Тогу, стала её улыбка. Улыбка без тех самых слёз. Спокойная, нормальная, добрая и счастливая. Не как в тот раз — натянутая, грустная, разочарованная. Тога стала для Урараки многим и обладала самой очаровательной улыбкой. — Давай вместе её съедим. И ты мне ещё что-нибудь расскажешь. Но какими бы противоречивыми мысли не были, Урарака всегда относилась к Тоге хорошо. Может не сразу, но Урарака вскоре поймёт, что в её чувствах нет ничего плохого.