worst kept secret on campus

Слэш
Перевод
PG-13
Завершён
122
переводчик
Автор оригинала: Оригинал:
https://archiveofourown.org/works/25686274
Размер:
44 страницы, 1 часть
Описание:
Феликс никогда не скрывал, что встречается с Чаном. Правда-правда. Он просто никогда не упоминал имя «Чана», а говорил, что встречается с «Крисом». Феликс считает, что любой, кто был знаком с ним дольше двух недель, мог бы запросто прийти к выводу, что «Крис» и «Чан» – это один и тот же человек.
Оказывается, он ошибался, и некоторые люди были более рассеянны, чем другие.
Так уж получилось, что его новые друзья оказались еще более невнимательными.
Посвящение:
Всем фанатам~
Примечания переводчика:
>или это продолжение AU, где банликсы™ есть и всегда были, да и не секрет это вовсе. остальные из 00line – просто идиоты, но в конце концов они все узнают

Это третья часть сборника на AO3 «a little secrecy never hurt anyone».
Первая часть: https://ficbook.net/readfic/10246170
Вторая часть: https://ficbook.net/readfic/10272162

Чтошшшшшш... Я думала разделить работу на части, по мере осознания, так сказать, но я сдала сопоставительный синтаксис практически на отлично, так что гуляем, друзья~
Надеюсь, работа понравится вам так же, как и мне! ♥ Банликсы такие очаровательные~
Также напоминаю, что можете перейти по ссылке и оставить автору кудосы♥ (лайки)

Разрешение на перевод, конечно же, получено. А этот самый перевод местами чуток вольный, так как рашн из нот май мадър тонг :((
Так что не стесняйтесь тыкать в ПБ, буду ооочень всем благодарна. <3


05.02.21 – №50 в популярном по фэндомам~ Я в шоке, спасибо всем огромное! ♥
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
122 Нравится 6 Отзывы 29 В сборник Скачать

Часть 2

Настройки текста
– Эй, ты уже нашел кого-нибудь для совместного проекта? – ни у кого конкретно не спрашивал Джисон, пока он, Феликс, Хенджин и Сынмин играли в Марио Карт на приставке Феликса в общажной комнате Феликса и Джисона. Они все сидели на полу, приставка был установлена на кровати последнего. Скоро предстояли промежуточные экзамены, и учеба постепенно сводила их всех с ума. Быть первокурсником, означало, что все они посещали какие-то общие пары – занятия, обязательные для каждого, независимо от того, какую степень они получали, и эти же занятия, честно, просто сводили их с ума из-за всех заданий, которые они должны были выполнить. Феликсу и Хенджину необходимо было просто сдать основную анатомию, ради всего святого. – Да, конечно. Я с Хенджинни и Минхо-хеном, – ответил Феликс, яростно нажимая на кнопки. Хенджин что-то неопределенно промычал рядом с ним, сосредоточившись на игре. Совместный проект был традицией факультета искусств: проект сотрудничества между первокурсниками и старшими студентами. Все специальности требовали, чтобы их первокурсники участвовали в этом проекте, и это была практически одна из их самых важных оценок в первом семестре. Проект предполагал группы из трех человек, в которой бы входил по крайней мере один студент хотя бы на курс выше. Первокурсники могли свободно выбирать, с кем им работать, если у них уже были какие-либо знакомые или друзья со старших курсах. В противном случае профессора будут случайным образом группировать их. Для первокурсников это была отличная возможность познакомиться со старшими ребятами, которые исполняли роль наставников и к которым они могли бы обратиться, если требовалась помощь в течение всего периода обучения. Для старшекурсников это был шанс продемонстрировать свою работу, навыки и мастерство, потому что лучшие из них автоматически проходили отбор для выступления на ежегодном шоукейсе исполнительских искусств. Шоукейс был давним событием, которое университет проводил в течение многих лет, и с годами он стал хорошо известен для привлечения профессионалов отрасли. Места для выступлений были открыты для всего университета, но из обычных 20 мест 5 из них были отведены для совместных проектных команд, а 10 мест – для соло и команд, состоящих исключительно из студентов отделения искусств. Если вы спросите кого-то незаинтересованного во всем этом мероприятии, то он бы ответил вам, что это двухчасовое шоу талантов. Но для студентов, изучающих искусство, особенно искусства перформанса, это была одна из лучших возможностей быть замеченным и получить работу. Именно поэтому событие так сильно привлекало практически всех студентов факультета искусств. Преподаватели рассказали им об этом Проекте в начале семестра, чтобы дать им время как для поиска товарищей по группе, так и для реальной работы над проектом, прежде чем они должны были подать заявки в пятницу первой недели их летних каникул. Окончательный отбор должен был состояться в следующую пятницу, репетиции начинались в следующий понедельник, и, наконец, шоукейс обычно проводился в последнюю неделю летних каникул. Все команды были свободны в выражении своего воображения и могли создавать все, что они хотели, до тех пор, пока это имело какое-то отношение к их профилю. Еще на третьей недели с начала обучения у Феликса уже была своя проектная команда. Профессор проинформировал их о Проекте еще на первом занятии в студии. Прежде чем он успел закончить говорить, Феликс и Хенджин уже смотрели друг на друга, как двое взволнованных лучших друзей из начальной школы, объединившихся для школьного проекта. И потом, Минхо был легким и очевидным выбором, этакая привилегия, когда Чан твой парень. Хотя Феликсу еще предстояло уговорить Хенджина присоединиться к команде, в которой будет старший. Хенджин сказал, что находит Минхо немного пугающим, поэтому Феликс позволил ему сначала узнать старшего получше, прежде чем просить присоединить к нему. Слава богу, их группа из семи человек умудрялась тусоваться достаточно – более чем раз в неделю. На третьей неделе обучения оба первокурсника попросили Минхо быть их наставником, на что старший «неохотно» дал свое согласие. – Да, я тоже кое-кого нашел. Старшекурсника по имени Сокмин и еще одну первокурсницу по имени Лиа, – ответил Сынмин, тоже яростно нажимая на кнопки. В комнате воцарилась напряженная тишина – четверо первокурсников сосредоточились на попытке победить. Феликс в настоящее время был на первом месте, за ним следовали Сынмин, Хенджин, а последним был Джисон. Феликс выкрикнул «Да!», когда ускорился, после получения красной ракушки. Он практически уже выиграл, но красная ракушка это красная ракушка. Феликс тут же выбросил ее, заставив кружить по карте. Сынмин и Хенджин сумели сравнительно легко увернуться от нее, но Джисон закричал, когда увидел красный снаряд, летящий в него, зная, что он был очень уж нежелательной целью. Ракушка врезалась прямо в его карт, и Джисон фальшиво заплакал, когда Феликс продолжил радоваться выигранному раунду. – Это было так подло! Ты уже был на первом месте! – Джисон заскулил, падая на пол и корчась на маленьком пространстве, а остальные трое только громче засмеялись. – Так оно и есть, Джисони, я не выбираю на кого падет красная ракушка, – поддразнил Феликс. – В любом случае, почему ты спрашиваешь? – задал свой вопрос Сынмин, имея в виду слова Джисона, прежде чем они увлеклись игрой. Теперь последний лежал лицом вниз на полу, в позе «погружение в отчаяние». – Я еще никого не нашел. Мне не слишком нравится перспектива работать с совершенно незнакомыми людьми и чувство тревоги, которое могут повлечь за собой, – немного приглушенно ответил Джисон. – Хмм? – Феликс что-то вопросительно промычал и в замешательстве наклонил голову. – Ты же знаешь, что Чанбин-хен и Чанни-хен существуют? Они специализируются на музыкальном продюсировании, не так ли? – спросил Феликс. Внезапно Джисон встрепенулся, разинув рот, шокировав при этом остальных. Хенджин довольно резко подскочил на своем месте, а Феликс и Сынмин издали ответный шокированный возглас. – Феликс, ты гений! – воскликнул Джисон, обнимая Феликса. – Правда, Джисон? Ты не подумал о них? – спросил Хенджин, положив руку на грудь, как будто он пытался физически успокоить свое быстро бьющееся сердце. Джисон отстранился от Феликса. – Ну, я на самом деле не зацикливался на этом. Я просто знал, что начинаю нервничать из-за необходимости работать с незнакомыми людьми. – Объяснил Джисон, надувшись. – Но! Ликси спас меня, спасибо тебе, Ликси! – Джисон снова обнял Феликса. – Перестань драматизировать, – закатил глаза Феликс, но все еще посмеивался, обнимая Джисона в ответ. – Я пойду спрошу Чан-хена и Чанбин-хена прямо сейчас! – воскликнул Джисон, отпуская Феликса и беря свой телефон в руки. Остальные восприняли это как намек на небольшой перерыв. Хенджин встал и направился к выходу, бормоча что-то о необходимости отлить. Сынмин и Феликс тоже взяли свои телефоны. Феликс тут же открыл чат с Чаном.

felix рота подъем джисони собирается попросить тебя и чанбинни-хена объединиться с ним для его проекта пожалуйста скажи да я не хочу, чтобы джисони работал с незнакомцами (。•︿•。) [20:42]

Феликс вышел из приложения для обмена сообщениями, на самом деле не ожидая быстрого ответа от Чана, так как его парень упомянул ранее этим вечером, что работает над несколькими треками для своих промежуточных представлений, поэтому он удивился, когда почти сразу же получил уведомление об ответе. chris ’3’💛 ха ха ха ты такой милы пикси конечно я скажу да я бы с удовольствием попробовал поработать с соном я уверен, что бинни тоже скажет да, я заставлю его, если он этого не сделает [20:43]

felix ( ˘ ³˘) ♡ спасибо тебе милый (ღ˘⌣˘ღ) в любом случае, что ты сейчас делаешь, я думал, ты сказал, что работаешь над своими треками? [20:43]

chris ’3’💛 да, работал но я всегда найду для тебя время [20:43] Феликс покраснел, прочитав сообщение своего парня.

felix (っ˘з(˘⌣˘ ) ♡ [20:44]

chris ’3’💛 шучу у меня просто был перерыв [20:44] У Феликса отвисла челюсть от такого ответа, и он тихо ахнул.

felix Σ(°ロ°) омг а я такой подумал, что ты заботишься обо мне ( ╥ ﹏ ╥ ) я забираю свои поцелуи обратно [20:44]

Хотя на самом деле он не был зол или обижен, он знал, что его парень просто играется с ним. chris ’3’💛 неееет малыш не забирай свои поцелуи обратно они теперь мои я просто пошутил ты же знаешь, что я забочусь о тебе люблю тебя, детка ( ˘ ³˘) ♡ [20:45] Феликс рассмеялся над сообщением, которое только что отправил Чан. Его парень редко когда-либо использовали смайлики, поэтому он заставлял сердце Феликса биться определенным образом всякий раз, когда он это делал. – Разговариваешь со своим таинственным парнем? – внезапно спросил Хенджин, заставив Феликса слегка подпрыгнуть. Он даже не слышал, как парень вернулся в комнату. – У Феликса тоже есть парень? – спросил Сынмин, немного сбитый с толку. – Э-э, да, есть, – ответил Феликс сначала Сынмину. – И да, разговариваю, – затем Хенджину, сердце которого все еще быстро билось от шока. Хенджин ухмыльнулся и сел. – Чанни-хен и Чанбинни-хен сказали «да»! – воскликнул Джисон, положив телефон обратно и снова переключив свое внимание на остальных в комнате. – Это здорово, Сон, – улыбнулся Сынмин. – Так, о чем мы говорили? – спросил Джисон, очевидно не обращая внимания на начавшийся разговор. – О парне Феликса, – ответил Сынмин. –О! Крис, верно? – спросил Хенджин, и Феликс кивнул. – Ты тоже о нем знаешь? – опять задал вопрос Сынмин, и Джисон кивнул. – Конечно, я его сосед по комнате, но я больше ничего о нем и не знаю, – ответил Джисон. Затем добавил, – Только его имя. – Да, пожалуй, это все, что я знаю, – вздохнул Хенджин. – Ну и что же? Выкладывай, – Джисон повернулся к Феликсу, – когда мы еще встретимся с мистером таинственным бойфрендом? Ты всегда с ним разговариваешь, но мы еще даже не встречались. И ты не показываешь нам его фотографий. Я начинаю думать, что ты лжешь насчет того, что у тебя такой вообще имеется, – поддразнил Джисон, и Сынмин рассмеялся. Феликсу тоже захотелось рассмеяться. Они не имели ни малейшего понятия. – Он существует, не беспокойся, – возразил Феликс, позволив себе усмехнуться. – Я уверен, что вы с ним скоро познакомитесь, просто он сейчас очень занят, – объяснил Феликс, но в душе он определенно смеялся над ними. Что ж, если бы они только присмотрелись повнимательнее, то поняли бы, что уже встречали его. – А ты не можешь хотя бы показать нам его фотографию? Он даже не стоит у тебя на экране блокировки, ведь на нем – вы и Чан-хеном! – раздраженно сказал Хенджин. – Да, его нет даже в твоем инстаграм, – пожаловался Джисон. Феликсу очень хотелось хихикнуть. – Нет, он застенчивый, а я защищаю его, и мы не любим выставлять свои отношения на всеобщее обозрение, – резонно ответил Феликс, которому было слишком весело. Он не лгал, но и не говорил правды. Хенджин и Джисон закатили глаза на это. – Эй, перестань наезжать на Феликса, он познакомит нас, когда будет готов, – защищал его Сынмин, и Феликсу одновременно хотелось поблагодарить его и истерически посмеяться над ним. Однако он продолжал быть ему благодарным. Ох, Сынмин такая чистая душа. – Не мог бы ты рассказать нам о нем что-нибудь еще, кроме имени? – спросил Джисон, почти умоляя. Феликс сначала задумчиво промычал. Как же ему рассказать это, указывая на очевидные вещи, но и чтобы не было слишком очевидно? – Ну, я встречаюсь с ним уже некоторое время, мы собираемся отпраздновать нашу третью годовщину в июле, – начал Феликс. –Три года? Ого, это долго, – прокомментировал снова Сынмин. – Это значит, что вы были вместе с ним всю среднюю школу? – спросил парень, и Феликс кивнул. Подождите. Три года? Разве это не то же самое, что- – Вообще-то, это довольно впечатляюще, – прокомментировал Хенджин. – Почему ты так удивлен? Я же говорил тебе, что стал встречаться с ним в первый год учебы в старшей школе, – спросил Феликс, приподняв бровь. – Я просто никогда до этого не задумывался насколько это долго, – сказал Хенджин, пожав плечами. Все трое посмеялись над ним. – На самом деле, Хенджин, тебе следует уделять больше внимания мелким деталям. – Сынмин рассмеялся, и Феликсу потребовалось все его силы, чтобы не фыркнуть. Вы все должны уделять больше внимания мелким деталям. – Ладно, продолжай, продолжай! – настаивал Джисон, выглядя и говоря при этом как взволнованный ребенок. – Он красивый? – спросил Хенджин, и Феликс фыркнул. – Конечно, я бы не оставался с ним так долго, если бы он им не был, – пошутил Феликс, вызвав всеобщий смех. – Это так мелочно с твоей стороны, – шутливо упрекнул его Джисон в ответ, заставляя парней еще раз засмеяться. – Ладно, ладно. Я с ним не только из-за его красивого лица. Я с ним из-за его тела. – Феликс снова пошутил, и четверо первокурсников заржали еще громче. –Ладно, но если серьезно, он очень привлекательный, – успокоившись, сказал Феликс. – Но прежде всего, он очень милый. – Феликс мягко улыбнулся. – Он старше меня. –О, сонбэ, – насмешливо вставил Хенджин. – Заткнись, Хенджин, – шикнул на него Феликс, прежде чем продолжить. – Он старше меня, поэтому очень хорошо обо мне заботится. Я довольно прилипчивый и я уверен, что вы, ребята, уже знаете это, и иногда я правда думаю, что это ему в тягость, потому что, ну, он старше. И несколько людей постарше говорили мне, что я слишком липкий. – Скажи мне их имена, я просто хочу поговорить, – сказал Джисон, и Феликс закатил глаза. – Сон, ты не можешь даже разговаривать с незнакомцами, – напомнил ему Сынмин. – В любом случае! Возвращаясь к Крису, – Феликс снова сосредоточил на нем все свое внимание, – я тактильный, но он ни разу не пожаловался. Он даже сказал мне, что ему нравится то, что я всегда держусь за него, это заставляет его чувствовать себя хорошо и надежно, – поделился Феликс, – иногда, однако, я этого не делаю, потому что действительно чувствую, что докучаю ему. Но в такие моменты именно он обнимает меня, даже не говоря ни слова, – закончил Феликс, слегка покраснев. – Вы двое кажетесь очень милыми, – прокомментировал Джисон, улыбаясь. Феликс смущенно пробормотал «спасибо». – А еще мне нравится обращаться к нему за помощью, когда я очень нервничаю, – добавил Феликс, – он просто очень хорошо заставляет меня расслабиться. Ему даже не нужно делать ничего особенного, вообще ничего. Просто его присутствие достаточно меня успокаивает. Но когда он меня обнимает или прижимает к себе, мне всегда кажется, что все мои беды растворяются, – поделился Феликс, сильно вдохнув. – Он просто такой… идеальный, – наконец выдохнул Феликс . – Ты и правда любишь его, не так ли? – мягко спросил Сынмин. Феликс кивнул в ответ. – Да, правда, – признался он, покраснев еще больше. Легкая тишина воцарилась над группой, пока они впитывали обожание, которое излучал Феликс, говоря о своем парне. – Боже, я так завидую! – захныкал Хенджин, плюхнувшись спиной на пол и уставившись в потолок. – Я тоже хочу себе милого парня, – надул губы Хенджин, нарушая атмосферу в комнате. Все смеялись над ним. – Я уверен, что правильный сам к тебе скоро придет, Хенджинни, – заверил его Феликс, успокаивающе проведя рукой по волосам Хенджина. – Здесь становится слишком сопливо, нам нужно вернуть хаос, – застонал Джисон. – Давайте вернемся к Марио Карт. Я хочу отомстить за то, что ты сделал со мной, – Джисон бы серьезно настроен и уже держал в руках пульт. Хенджин сел и схватил свой контроллер, Сынмин сделал то же самое. Феликс в последний раз проверил свой телефон. chris ’3’💛 омг ты действительно злишься мне очень жаль пикси ты же знаешь что я на самом деле всегда найду для тебя время в любом случае я собираюсь вернуться к работе, надеюсь, тебе понравится остаток ночи, не забудь немного поспать [20:53]

felix извини извини я разговаривал с джинни минни и сони я не игнорировал тебя, любовь моя, правда, правда (。•́︿•̀。) я люблю тебя тоже, малыш я надеюсь, что ты легко управишься со своими треками (´ε` )♡ не забудь отдохнуть и на самом деле немного поспать тоже я придушу тебя, если узнаю, что ты снова не спал (ノಠ益ಠ)ノ [20:59]

Феликс послал свою угрозу, улыбаясь, прежде чем снова положить телефон и схватить контроллер. – Можешь попробовать, – сказал Феликс, злобно хихикая. И, конечно же, последовал еще один раунд в Марио Карт.

***

Чан и Феликс легли на кровать старшего лицом друг к другу и прижались. Одна рука Чана лежала под головой Феликса, другая на его талии, а Феликс примостился под подбородком старшего. Чан использовал руку, на которой лежал Феликс, чтобы поиграть с его рыжими локонами. Атмосфера была безмятежной, до этого момента они дремали, проснувшись всего несколько минут назад. Промежуточные экзамены были сущим адом, первые и последние экзамены в этом году всегда им казались, и в промежутках между зубрежкой и сдачей экзаменов Феликс и Чан не могли часто видеться в последнее время. Раз уж на то пошло, то в последнее время вся группа почти не виделась. – Ты ведь с Минхо и Хенджином участвуешь в проекте, верно? – спросил Чан, нарушая приятную тишину в комнате. Феликс легонько поцеловал Чана в грудь, прежде чем тот промурлыкал в подтверждение. – Вы уже придумали что-нибудь? – задал еще один вопрос Чан и почувствовал, как Феликс покачал головой. – Мы начали обсуждать, какой стиль хотим, и попытались сузить выбор песен, но это все. Промежуточные экзамены настигли нас очень быстро. Однако мы планировали встретиться позже на этой неделе, чтобы, надеюсь, наконец-то начать работу. – О, это хорошо. – Почему спрашиваешь? – поинтересовался Феликс, глядя на Чана. Смотря на только что проснувшееся лицо Феликса, Чан не смог сдержать легкомысленной улыбки, которая появилась на его лице, когда он наклонил голову, чтобы поцеловать Феликса, который простонал от неожиданного, но более чем желанного поцелуя. – У меня есть кое-что для тебя, – ответил Чан, когда они отпрянули друг от друга, повернувшись на спину и потянувшись к телефону свободной рукой. Феликс заскулил от того, что от него отодвинулись, так как он потерял тепло, а Чан только смеялся. – Перестань драматизировать, пикси, я все еще здесь, – рассмеялся Чан, сразу же вернувшись в исходное положение, как только достал свой телефон. В ответ Феликс только потерся головой о грудь старшего, а тот не мог удержаться, чтобы не сравнить парня в своей голове с беспомощным котенком. Чан открыл телефон и просмотрел свои звуковые файлы, сразу же обнаружив то, что искал. В конце концов, он только недавно закончил песню. – Вообще-то у меня есть песня, которую вы с ребятами можете использовать. Я написал ее, опираясь на твой и Минхо стиль в танцах, – сообщил Чан, прежде чем нажать кнопку воспроизведения. Эта мелодия была намного спокойнее, чем большинство других песен Чана. Большинство его композиций больше склонялись к хип-хопу, рэпу или тяжелому EDM. Эта, однако, больше походила на транс, с намеками на дип-хаус. Поставить хореографию на эту музыку было бы абсолютным наслаждением. Когда песня закончилась, пара некоторое время молчала. – Ну и что ты думаешь? – нервно спросил Чан. Феликс не слышал, чтобы его парень так нервничал с тех пор, как прошел прослушивание на музыкальное отделение университета. – Почему ты так нервничаешь? Мне очень нравится, милый, – Феликс успокаивающе посмотрел на Чана, прежде чем снова поцеловать его в грудь. Он тут же почувствовал, как Чан расслабился в его объятиях, а затем – поцелуй у себя на лбу. – Я очень рад, – вздохнул Чан с облегчением. – Вообще-то, я сделал это тебе в подарок, в качестве поздравления за то, что ты добился чего действительно хотел. – Но можем ли мы использовать для проекта оригинальные композиции? – спросил Феликс, приподнимаясь на локте и глядя на Чана сверху вниз. – Конечно, можете, я уже видел такое. Для вас, ребята, проект важен только в поставлении хореографии, которую вы делаете. До тех пор, пока хореография – ваша оригинальная работа, им на самом деле все равно, под что вы ее делаете, – объяснил Чан, положив руку на щеку младшего. Феликс уткнулся носом в его руку, улыбаясь. – Тогда я с радостью принимаю твой подарок, – ответил Феликс, наклонившись и поцеловав Чана, который запустил пальцы в его рыжие волосы. Через некоторое время они отпрянули друг от друга, прижавшись лбами. – Спасибо, любимый, – Феликс снова поцеловал Чана. – Для тебя все, что угодно, любовь моя, – ответил Чан, тоже чмокнув Феликса. Их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, и Чан не мог не рассмотреть лицо Феликса. У него были тонкие черты лица, веснушки, разбрызганные по щекам, и симпатичный нос пуговкой, безусловно, самая любимая черта лица Феликса. Его красота была абсолютно естественной. – Ты такой красивый, – задыхаясь, признался Чан, слова, которые всегда производили на Феликса впечатление. – И все это мое! Мой прелестный, прелестный пикси, – проворковал Чан, целуя Феликса еще раз, на этот раз глубже. – Весь твой, всегда был и всегда им буду, – ответил Феликс со сбитым дыханием, когда они снова разделились, придвигаясь для еще одного поцелуя сразу после этого. Они целовались медленно и глубоко, без всякой спешки, и до краев наполнены любовью. Феликс забрался на Чана, пока они целовались, и оседлал его, устраиваясь поудобнее. Чан высвободил пальцы из волос Феликса и вместо этого нежно положил ладони ему на шею, играя с волосами на затылке, пока они целовались. А потом они услышали стук в дверь, заставивший их отпрянуть и с трудом перевести дыхание. – Вам двоим лучше не заниматься там сексом! – Они услышали приглушенный голос Минхо из-за двери, и оба рассмеялись. Феликс снова выпрямился, сидя на бедрах Чана. Через минуту парни услышали, как открылась дверь. Чан приподнялся на локтях, чтобы посмотреть кто пришел, в то время как Феликс просто повернул голову, чтобы увидеть обоих, Минхо и Чанбина, застывших в дверях. – О боже, вы действительно трахались? Средь бела дня? – спросил Минхо после секундного шока. Феликс усмехнулся, поворачиваясь на 180 градусов, чтобы сесть на колени Чана, а не седлать его. Чан тоже сел правильно и скрестил ноги, легко обхватив руками талию Феликса, когда тот положил подбородок ему на плечо. – Мы оба полностью одеты, дурак. Кроме того, если бы вы, ребята, что-нибудь увидели, это была бы ваша собственная вина, потому что вы решили открыть дверь, – отчитал их Феликс, заставив Чана рассмеяться, в то время как Минхо и Чанбин выглядели несколько подавленными. – Ты настоящий дьявол, ты это знаешь? – прошипел Чанбин. – Да будет тебе, я же ангел, – «невинно» сказал Феликс. –Я не хочу, чтобы кто-то кого-то убил в моей комнате, – усмехнулся Чан. – Особенно моего пикси, – добавил он, чувствуя, что хочет подразнить своих соседей по дому, крепче сжимая талию Феликса. Феликс торжествующе уткнулся носом в голову Чана и поцеловал его в висок. – Я называю это фаворитизмом, – проворчал Чанбин. – Вы двое просто отвратительны, вы это знаете? – раздраженно сказал Минхо. – Я все время говорю тебе, просто иди потрахайся или что-нибудь в этом роде и перестань злиться, – пожал плечами Феликс. Минхо уставился на него, не веря своим ушам. Он действительно выглядел так, будто собирался наброситься на Феликса. Чан не мог просто так пройти мимо этого, поэтому решил, что сейчас самое подходящее время, чтобы прекратить все подтрунивания. –Ладно, ладно, хватит дразниться, – сказал Чан с легкой улыбкой на лице. – Между прочим, он согласился использовать песню, которую я написал, – сообщил парень, обращаясь к Минхо. – Ого, – отозвался Минхо, расслабляясь. – Это здорово, теперь нам нужно только дать Хенджину послушать ее, и, надеюсь, он тоже согласится. – Видишь? Фаворитизм! – крикнул Чанбин. – Хен, если ты забыл, у тебя как бы тоже есть своя проектная группа, – напомнил Чанбин, и Чан только рассмеялся. – Не волнуйся, Бин, мы обязательно справимся, – успокоил его Чан. – Ладно, теперь все на выход, я хочу провести немного времени наедине со своим парнем, – Феликс прогнал их с места, все еще сидя на коленях у Чана. – Ты с самого утра отнимаешь у него время, – Минхо был невозмутим. – И что с того? Он мой парень, у меня есть права, – ответил Феликс, паршивцем, коим он и является. – Я имею в виду, если вы двое действительно не хотите выходить, тогда, думаю, вы всегда можете просто наблюдать за нами- – До свидания! – выкрикнул Чанбин, подчеркивая каждое слово, даже не дав Феликсу закончить то, что он говорил, и выскочил из-за спины Минхо, чтобы закрыть дверь. Чан с Феликс все смеялись, когда дверь захлопнулась.

***

С тех пор в комнате Феликса и Джисона воцарилась уютная тишина. Едва перевалило за полночь, и хотя это все еще был перерыв в середине семестра, Феликс встречался с Минхо и Хенджином рано завтра (если 11 утра вообще можно считать ранним) для их проекта, поэтому Джисон решил тоже лечь спать. Но мысли парня не переставали метаться. Он встретился с Чаном и Чанбином, чтобы обсудить проект в первый раз всего несколько дней назад, и они собирались встретиться завтра, чтобы действительно начать поработать над ним. Хотя Джисон легко мог сказать, что Чан и Чанбин были одними из его ближайших друзей в университете, он никогда раньше не работал со старшекурсниками и боялся, что будет только помехой для них. – Эй, Феликс? – спросил Джисон со своей кровати, глядя в потолок и пытаясь понять, не уснул ли Феликс. Тот что-то сонно промычал в ответ. – А каков Чан-хен? – спросил Джисон, и между ними повисло долгое молчание. Джисону показалось, что его сосед по комнате уже заснул. Но его глубокий голос снова пронзил тишину. – Что ты имеешь в виду? Ты же знаешь Чан-хена, – растерянно спросил Феликс. – Да, но ты знаешь, как он себя ведет, когда работает? – спросил Джисон и услышал, как Феликс понимающе произнес «оу». – Ты беспокоишься о работе с ним и Чанбин-хеном, не так ли? – задал втречный вопрос Феликс, и Джисон промычал в подтверждение. – Тебе не о чем беспокоиться, Сони, – успокоил его Феликс. – Чанни-хен серьезно относится к своей работе, но он не настолько ужасен, – начал Феликс, и Джисон услышал копошение на его кровати. Джисон повернул голову, и с помощью лунного света, проникающего через окно, увидел, что Феликс повернулся к нему лицом. – Он часто предпочитает работу сну, и я уже много лет пытаюсь это исправить, – проворчал Феликс, – но он никогда не заставит тебя работать так, как он. На самом деле, он, вероятно, отчитал бы тебя, если бы ты попросил его о помощи, примерно в 3 часа ночи или что-то в этом роде, сказав тебе, что ты должен спать, а не работать, пока он сам сидит перед своим ноутбуком, делая эту самую работу, – протянул Феликс. – Он злится? Когда находится под стрессом, – спросил Джисон. – Вовсе нет, – ответил Феликс, – Чанни-хен мил до мозга костей, – если бы Джисон присмотрелся, то мог бы увидеть небольшую улыбку, украшающую губы Феликса, – он никогда бы не был злым с другими. Он просто не из тех, кто срывается на других, и если уж на то пошло, то злится он только на самого себя, – сказал Феликс. – Уж я-то знаю, я помню каким он был во время поступления в университет. Это, безусловно, самый напряженный момент, который я когда-либо видел. – А как насчет Чанбин-хена? Ты что-нибудь знаешь? – спросил Джисон. – Я не могу сказать, что знаю много, только слышал о том, как он работает от Чанни-хеном, – рассказал Феликс, – но, судя по тому, что я слышал, Чанбин-хен тоже довольно спокоен, – между ними снова воцарилось молчание, и Джисон задумался. –Сони? – позвал его Феликс немного позже. – Да? – ответил ему Джисон. – С тобой все будет в порядке. Я знаю, что так и будет, иначе не рекомендовал бы тебе Чанни-хена и Чанбин-хена, если бы думал, что с ними будет ужасно работать, – успокоил его Феликс. – Хорошо, – отозвался Джисон, все еще обеспокоенный, но не желая слишком сильно тревожить Феликса, – спасибо, Ликс. – Всегда пожалуйста, Сон. На следующий день Джисон вернулся в их комнату в общежитии с легким сердцем и головой, лишенной забот. – Все прошло прекрасно, не так ли? – поинтересовался у него Феликс, когда Джисон вошел в комнату с улыбкой на губах. Парень улыбнулся в ответ. – Да, так оно и было, – ответил Джисон, подходя к Феликсу, чтобы обнять его. Феликс был слегка озадачен, но объятия всегда им приветствовались. – Еще раз спасибо, Ликси, – сказал Джисон, сжимая Феликса в своих руках. – В любое время, Сони. Феликс сжал его в ответ.

***

Чан, Минхо и Сынмин вошли в кампусное кафе, которое быстро превратилось в одно из обычных мест для встреч их группы. Остальные четверо все еще были на занятиях, но они сказали, что скоро их отпустят. Это была первая неделя занятий, которые только что возобновилась после двухнедельного перерыва после промежуточных экзаменов. – Сынмин, почему бы тебе не найти нам свободный столик? Мы пойдем и уладим все дела, – Чан повернулся к Сынмину, видя, что кафе еще не совсем заполнено, но, вероятно, скоро таким будет. Сынмин кивнул и сказал им свой заказ, прежде чем повернуться и направиться к столу, за которым они обычно сидели. – Ты и Феликсу закажешь? – услышал Сынмин, как Минхо спросил у Чана, перед тем, как отойти. – Нет, не хочу, чтобы его напиток растаял до того, как он доберется сюда, – донесся до него ответ Чана. Хм. Каждый раз, когда Сынмин пил кофе с Феликсом, веснушчатый мальчик всегда брал горячий напиток. Он не всегда заказывал одно и то же, но это всегда было чем-то горячим. Так откуда же Чан знал, что Феликс захочет выпить чего-нибудь холодного на этот раз? Однако Сынмин не слишком много думал об этом. У него были подозрения насчет двух австралийцев с тех пор, как он понял, что и Чан, и Феликс были вместе со своими парнями в течение одного и того же количества лет, но знания предпочтений в напитках на самом деле не так уж много и значит. Эти двое знакомы друг с другом уже много лет, и нет ничего удивительного в том, что они знают предпочтения друг друга. Сынмин не больше пяти минут, прежде чем двое старших присоединились к нему за столом, Минхо занял место внутри, а Чан последовал за ним, и оба сели напротив Сынмина. Первокурсник поблагодарил их, когда Чан поставил перед ним его напиток. Сынмин повернулся к своей сумке, чтобы достать бумажник, когда двое старших устроились, и Минхо сразу же повернулся к Чану. – Слушай, а ты не хочешь пригласить Феликса переехать к нам в следующем году? – спросил Минхо у их главного продюсера. Чан вопросительно поднял бровь. Брови Сынмина тоже приподнялись, но от удивления. Он даже остановился на полпути за бумажником. – С чего вдруг этот вопрос? – спросил Чан, делая глоток своего напитка, в то время как Сынмин просто молчал, продолжая то, чем занимался. Минхо только пожал плечами. – Мне просто показалось, что это самая естественная последовательность событий, – просто ответил Минхо, – он уже знает код от нашей двери, все, что ему осталось, это перетащить свои вещи. – Ну, я имею в виду, что было бы здорово, если бы он это сделал, но не слишком ли рано думать об этом? Он только первый семестр учится, – ответил Чан, и Минхо усмехнулся. Сынмин уже выудил свой бумажник, но просто сидел и молча наблюдал за ними. – Университетские общежития – это ад, ты же знаешь, – закатил глаза Минхо, – поэтому мы и съехали при первой возможности. Чан промычал что-то в согласии, но только пожал плечами. – Хорошо, я спрошу его об этом. Не думаю, что он возражает против общежития. Он, кажется, доволен тем, что живет с Джисоном в общежитии, – ответил Чан, – но ведь сейчас прошло только три месяца с начала учебного года. Я спрошу позже, все еще думаю, что это слишком рано, – добавил Чан. Сынмину казалось, что он смотрел интересный теннисный матч. – Разве вы с ним никогда не говорили о том, чтобы съехаться? – задал новый вопрос Минхо, и у Сынмина в голове возникло еще больше вопросов. Неужели я был прав? – Ну да, но наши разговоры почти всегда касались будущего. Мы оба еще молоды, у нас есть много времени, чтобы подумать о том, когда именно мы будем жить вместе, – ответил Чан. – А разве не лучше раньше, чем позже? У нас и так достаточно места, чтобы взять его к себе, – спросил Минхо, – во всяком случае, Чанбин всегда с большим энтузиазмом относится к его присутствию. Он с радостью вышвырнул бы меня, если бы это означало, что Феликс останется с нами, – усмехнулся Минхо, а Чан только фыркнул. Да, Сынмин определенно был сбит с толку. Может быть, я ошибся, и вместо этого Чанбин-хен является таинственным бойфрендом? – Насколько велика ваша квартира, что вы можете разместить четырех студентов? – Сынмин решил, что пришло время действительно принять участие в разговоре. Оба старших парня обратили на него свое внимание. – Я бы сказал, что это вполне обычная квартира, но немного больших размеров, чем может позволить себе обычно студент университета. У каждого из нас своя собственная комната. Но нас трое, и мы делим расходы, и иногда наши родители помогают, если нам это нужно, – ответил Чан. – Мы не нуждались в их помощи с тех пор, как переехали сюда. Работа хена хорошо оплачивается, – вставил Минхо, и Чан усмехнулся. – Мне просто повезло получить место на полставки после стажировки, не говори так, будто я какая-то большая шишка, – сопротивлялся Чан, – кроме того, у вас с Бинни тоже есть прилично оплачиваемая работа для студентов университета. – И у вас все еще есть свободная комната для Феликса? – спросил Сынмин. – Нет? И вообще, зачем нам лишняя комната? Феликс может просто переехать в комнату Чан-хена, у него самая большая, – просто ответил Минхо. – А разве это не то же самое, что жить с кем-то в одной комнате? – снова спросил Сынмин. Может быть, если он будет достаточно настойчив, то получит ответы на свои вопросы. – Почему мне кажется, что этот разговор звучит более запутанно, чем должен бы? – вмешался Чан. – Я не знаю, спроси Сынмина, – пожал плечами Минхо, – Чан и Феликс встречаются, почему это должно быть похоже на то, что они просто братаны, живущие вместе? – спросил Минхо, снова поворачиваясь к Сынмину. У Сынмина слегка отвисла челюсть, он был немного шокирован, но в основном потому, что его поразило ясное осознание. Значит, я все-таки был прав. – Почему ты так удивлен? – спросил его Чан, обращаясь к Сынмин. Тут до Минхо дошло, и танцор только рассмеялся. – А почему теперь ты смеешься? – Чан повернулся уже к Минхо. – Я сейчас так запутался, – тихо добавил парень. – Только не говори мне, что ты один из тех людей, которые отказывались верить, что у Чан-хен кто-то есть? – усмехнулся Минхо, а Чан фыркнул. – Что? Нет, – ответил Сынмин, нахмурив брови. – Люди действительно отказываются верить, что у Чан-хена никого нет? Я думал, ты просто шутишь, когда упоминал об этом в прошлый раз, – поделился Сынмин. – О, это была не шутка, – усмехнулся Минхо, – как я уже сказал, это похоже на то, как будто все обсудили и согласились коллективно отрицать сей факт или что-то в этом роде. Он говорил людям, что у него есть парень, но они все равно приглашали его на свидания, – ответил Минхо. – Я думаю, что это просто издержки сердцеедов кампуса, – поддразнил он, хихикая. – Перестань говорить такие неловкие вещи, не называй меня так, – выругался Чан, покраснев, – в любом случае, почему ты выглядишь столь шокированным? – Чан снова повернулся к Сынмину. – Да, разве Феликс никогда не говорил тебе, что у него есть парень? – вставил свои пять копеек Минхо. – Нет, дело не в этом, он упоминал, что у него был парень раньше, но все, что он сказал мне, это то, что его зовут Крис, – на этих словах Чан вздохнул, – поэтому я просто предположил, что это был кто-то, кого он знал со старшей школы или что-то в этом роде, и мне никогда не было слишком любопытно, чтобы спросить, – ответил Сынмин. – Но у меня действительно было подозрение, что упомянутым парнем является Чан-хен. Все из-за того, как они с Феликсом взаимодействуют друг с другом и сколько времени проводят вместе, а также потому, что по словам обоих находятся в отношениях примерно одинаковое количество лет. Я просто ничего не говорил, потому что, возможно, они просто очень близкие старые друзья. Феликс очень ласков со всеми, – объяснил свою точку зрения Сынмин. – А откуда вообще взялся этот «Крис»? – Это мое английское имя, – ответил Чан, пожимая плечами, – иногда он меня так называет. Хотя в основном он просто использует весь свой список из милых прозвищ. – Ну, ты не ошибаешься насчет того, кого он знал со школьной скамьи, – засмеялся Минхо, – но ты один из самых умных. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как «несуществующий бойфренд» Чана был физически рядом, и все же люди этого не поняли и все еще продолжают приглашать Чана на свидания, – сказал парнь, все еще с дразнящим блеском в глазах. – Я вроде как полагал, что ты уже обо всем догадался, вот почему я так небрежно заговорил о переезде Феликса. Оказывается, я ошибался, – добавил он. – Я начинаю верить, что вся школа сговорилась отрицать сей факт к этому времени, – пробормотал Сынмин, заставив Минхо рассмеяться, – кроме того, мне просто нужен был небольшой толчок, чтобы узнать наверняка, что они встречаются друг с другом. – Серьезно, Чанни, вы двое должны объявить об этом всей школе. Разве ты не устал? – Минхо снова принялся дразнить их главного продюсера. – Ты же знаешь, что мы не из тех людей, которые демонстрируют свои отношения всему миру, – ответил Чан, – хотя мы даже не пытаемся держать это в секрете. Если вы посмотрите на наши аккаунты в социальных сетях, я думаю, очень даже очевидно, что мы встречаемся и уже довольно долгое время, – сказал старший. – Кроме того, я не виноват, что люди никогда не спрашивают меня, с кем я встречаюсь. Они просто предполагают, что я лгу, пытаясь быть вежливым, отказывая им. Если бы они просто спросили, я бы с радостью ответил им, – фыркнул Чан, явно раздраженный этим. – О, пожалуйста, и твой, и Феликса аккаунты в социальных сетях довольно скрытны, – усмехнулся Минхо, – у обоих есть посты с друзьями, где «Я люблю тебя» фигурирует где-то в подписи, но довольно трудно отличить, являются ли это «я люблю тебя» чисто дружеским или «мы трахаемся» типом, – пошутил парень. –Минхо! – Воскликнул Чан, и красный цвет быстро поднялся по его шее. Сынмин предпочел просто проигнорировать это предложение. Ему ничего не нужно было знать о сексуальной жизни своих друзей. – А Феликс? Как он относится ко всему этому? – спросил Сынмин. – Также, как и я. Он сказал мне, что несколько человек приглашали его на свиданиях, пока он был в старшей школе, но ему легче отказывать людям, потому что люди в нашей старшей школе действительно знают обо мне, и видели, как мы с ним общаемся, – пожал плечами Чан. – И я думаю, что он находит всю эту ситуацию забавной: каждый раз, когда я говорю ему, что мне снова кто-нибудь признался в чувствах, он просто смеется и спрашивает, неужели люди все еще не верят, что он действительно существует. Я начинаю думать, что он не говорит людям, с кем именно встречается, только потому, что находит это забавным, – вздохнул Чан, в его голосе звучало одновременно раздражение и любовь. Именно тогда раздался звук маленького колокольчика над дверью кафе, и все трое обратили свое внимание на вход, чтобы увидеть, как Феликс и Хенджин входят. Они улыбнулись и помахали своим друзьям, прежде чем Хенджин подошел к стойке, а Феликс направился прямо к их столу, сразу же садясь рядом с Чаном. – Привет, Чанни-хен, я соскучился по тебе, – прощебетал Феликс, обнимая Чана за плечи и целуя в висок. Чан улыбнулся и радостно обнял Феликса за талию. – Привет, любимый, – Чан поцеловал Феликса в щеку, когда первокурсник устроился рядом с ним, все еще обнимая его за плечи. – Я тоже по тебе скучал, – улыбнулся Чан. Минхо издал фальшивый рвотный звук рядом с ними, а Сынмин просто наблюдал. Да, он действительно должен догадаться намного раньше. – Эй, мы тоже здесь, – Минхо игриво ткнул его пальцем, и Феликс показал ему язык. – Привет, люди, которые имеют меньшее значение, – Феликс шутливо поздоровался, и Чан рассмеялся, когда Минхо скорчил оскорбленную гримасу. – Любовь моя, это немного подло, – сказал Чан, нежно поглаживая талию Феликса. Феликс только пробормотал «неважно», прижимаясь ближе к старшему. – Вы двое всегда так неприлично ведете себя? – спросил Сынмин, и Минхо хихикнул. – Ты просто завидуешь, – ответил ему Феликс, прежде чем его брови взлетели вверх в осознании. – О, эй, подожди. Ты узнал, что мы встречаемся? – спросил Феликс. Сынмин только кивнул. – Он только что узнал, как раз несколько минут назад, – подтвердил его слова Минхо. – О, круто! – улыбнулся Феликс, – не буду врать, я ожидал, что Джисон догадается первым. Он буквально мой сосед по комнате, – признался парень, и все за столом засмеялись. – Он совсем не обращает ни на что внимания, дай ему еще немного времени, – ответил Сынмин, посмеиваясь. – Но у меня есть к тебе просьба, – поспешил сказать Феликс, и Сынмин кивнул ему, чтобы тот продолжил. – Не мог бы ты сохранить это в тайне от Сони и Джинни? Ты можешь делать намеки и все такое, но только не говори им прямым текстом, – попросил его Феликс, и Сынмин вопросительно поднял брови. Чан и Минхо только посмеялись над просьбой Феликса. – Я имею в виду, конечно, но почему? – поинтересовался Сынмин. – Я же говорил тебе, он находит забавным то, что люди не могут увидеть «очевидные вещи». Но на самом деле он имеет в виду, что ему доставляет удовольствие наблюдать за моими страданиями, – добавил Чан, и Феликс засмеялся, снова обняв его за плечи и поцеловав в щеку. – Я не потешаюсь над тобой, милый, я нахожу это забавным, – шутливо поправил его Феликс, – но, послушай, мы даже не усложняем им задачу. Если они действительно не могут увидеть знаки, которые находятся на метафорических баннерах, то им же хуже, – возражал Феликс, заставляя остальных смеяться. – Хорошо, я помогу тебе сохранить тайну, – согласился Сынмин, посмеиваясь, и Феликс просиял, пробормотав ему «спасибо». Именно тогда Хенджин подошел к столу, держа в руках два напитка со льдом, один с американо, а другой выглядел как клубничный коктейль, судя по его виду. Он поставил коктейль перед Феликсом, который поблагодарил своего друга. Так Чан-хен действительно знал заказ Феликса. Хенджин еще раз поприветствовал всех за столом и сел рядом с Сынмином, и все пятеро начали непринужденную беседу, ожидая прибытия Джисона и Чанбина, которые довольно скоро присоединились к ним. После этого за столом стало тесновато, но все равно уютно. Вся группа друзей была вовлечена в разговоре, но Сынмин не мог не заметить Чана и Феликса. Чан все еще обнимал Феликса, как будто это было чем-то естественным. Это и было чем-то естественным. Они действительно были довольно очевидны. А потом, в какой-то момент, когда все внимание, казалось, не было сосредоточено на них, Чан быстро поцеловал Феликса в плечо, а тот только улыбнулся и нежно погладил бедро Чана в знак любви. Да, Сынмин действительно должен был заметить это раньше.

***

Чан, Чанбин и Джисон работали в одной из студий университета над своим совместным проектом. Они уже встречались несколько раз, и, к счастью, все прошло благополучно. Парни сразу же спелись и очень легко нашли систему, которая работала бы для всех них, их идеи довольно легко сливались друг с другом. Джисон мысленно поблагодарил Феликса еще раз, как за то, что он представил Джисона двум старшекурсникам, так и за то, что успокоил его шальные мысли той ночью. Чан сидел перед компьютером, принимая на себя управление программой. Они работали уже пару часов, и хотя это было очень продуктивное время, все они чувствовали себя уставшими. Внезапно телефон Чана загорелся, он лежал рядом с клавиатурой, сразу же привлекая внимание Чанбина, который сидел ближе к тому месту, где лежал телефон старшего. Кроме того, он знал, что Чан всегда включал режим «не беспокоить», когда работал, и только один контакт являлся исключением. Конечно же, уведомление показывало, что он получил сообщение от «пикси 🧚🏼💛». –Хен, у тебя сообщение, – позвал Чанбин, привлекая внимание Чана и Джисона. Чан взглянул на экран своего телефона, который все еще светился, и Чанбин увидел, как его взгляд сразу же загорелся, прежде чем он взял телефон в руки, – по-моему, самое время сделать перерыв, вам не кажется? – Чанбин воспользовался возможностью предложить, уже вставая и хватая свой телефон, который был рядом с телефоном Чана. Чан что-то промычал в знак согласия, сигнализируя о начале перерыва. Джисон встал и потянулся, а Чанбин подошел к маленькому дивану в студии, плюхнулся на него и со стоном потянулся. – Чан-хен, ты учился в той же школе, что и Феликс, верно? – спросил Джисон, как только снова сел, и Чан промычал, все еще не отрываясь от телефона. – Да, верно, – кивнул Чан. – Ты что-нибудь знаешь о его парне? – невинно поинтересовался Джисон. Чан поперхнулся собственной слюной, а Чанбин разразился хохотом, смутив Джисона. – Что? Я сказал что-то странное? – спросил Джисон, и Чан покачал головой, снова отложив телефон, все еще кашляя. Чанбин все еще смеялся с дивана. – Ты просто удивил меня, вот и все, – ответил Чан после того, как его горло наконец-то снова было в порядке, схватив бутылку с водой и сделав глоток, чтобы попытаться успокоить его еще больше. Чанбин медленно приходил в себя. Чан пристально посмотрел на своего соседа по дому, прежде чем снова переключить внимание на Джисона. – В любом случае, почему ты спрашиваешь меня? Почему бы тебе не поинтересоваться у Феликса? Разве он тебе еще не сказал? – спросил Чан, и Джисон покачал головой. – Феликс лишь сказал, что его зовут Крис, – Чан снова закашлялся, а Чанбин снова захихикал, – он сказал, что «защищает» его. Феликс даже не показал мне его фотографии. Я, честно говоря, начинаю действительно думать, что он врет, – выразил свое мнение Джисон, и Чан внутренне закатил глаза от «рассуждений» своего парня, а Чанбин снова был полон смеха, но, по крайней мере, на этот раз он попытался сдержаться. – Но кроме того, я не хочу сомневаться в нем, поэтому решил спросить у тебя, раз уж ты так давно его знаешь. Я также не хочу давить на него и заставлять его делать что-то, что ему не нравится, но мне просто так любопытно, – объяснил Джисон, и Чан не мог не почувствовать немного жалости к нему. Джисон был еще одним ничего не подозревающим игроком в глупой игре Феликса. Но он слишком любил Феликса, чтобы убить его веселье. Никто до сих пор не пострадал, и Чана не слишком беспокоили регулярные признания в любви, которые проявляли к нему другие. Никто никогда не был слишком навязчив, и ни он, ни Феликс никогда не лгали о своем статусе отношений. – Ну, одно я могу тебе точно сказать: не обращай внимания на Феликса, он просто наглый маленький засранец. – Я скажу Феликсу, что ты его так назвал! – Только попробуй, и я запру тебя в доме, – пригрозил Чан полушутя, прежде чем снова переключить внимание на Джисона. – На самом деле он не «защитник». Ему просто нравится заставлять людей самим догадаться, кто его парень, а не говорить им напрямую, – сообщил Чан Джисону. Парень только склонил голову в замешательстве. – С чего бы это ему? Буквально любой может быть его парнем! – раздраженно сказал Джисон. – По крайней мере, он учится в нашем университете? – спросил младший. – Ага, – ответил Чан немного сдавленным голосом. Он никогда не умел лгать. Чанбин только хихикнул со своего места на диване. – В любом случае, я... Вообще-то, больше ничего не могу тебе сказать о его парне. Я не слишком хорошо его знаю, – сказал Чан Джисону, не зная, как описать себя, при этом не разоблачая полностью. Он также не хотел называть себя «красивым» или «харизматичным», или любым другим прилагательным, которое он слышал от Феликса и других людей, описывающих его, – но я слышал от Ликса, что он очень мил. Это действительно все, что я знаю из того, что он говорил о нем, – сказал Чан, изо всех сил стараясь говорить спокойно. – О... – сказал Джисон, немного удрученно. – Не беспокойся об этом, Сон-а, я думаю, ты скоро узнаешь, кто он такой, – успокоил его Чанбин, – тебе просто нужно еще немного открыть глаза. И я имею в виду, совсем немного, – заржал Чанбин. Чан слегка повернул голову и пристально посмотрел на него, но тот лишь беспечно пожал плечами, увидев свирепый взгляд своего соседа по дому. Феликс допускал намеки, какими бы очевидными они ни были, если только ты не выдашь сразу, кто это был. – Ты знаешь, кто парень Ликса? – спросил Джисон, резко развернув кресло и недоверчиво глядя на Чанбина. – Конечно. Дружба с Чан-хеном означает дружбу с Ликсом, рано или поздно. Я встречался с его парнем раньше, даже работал с ним несколько раз, – рассказал Чанбин, плавно спасая свою задницу. – Значит, он тоже изучает искусство? – спросил Джисон, и Чанбин кивнул. – Ладно, хватит болтать о Феликсе и его бойфренде, – объявил Чан, не зная, как долго он сможет держать язык за зубами и сохранять рассудок, если они продолжат говорить о нем. – Давайте вернемся к работе. К счастью, и Чанбин, и Джисон оставили эту тему, и все трое снова заняли свои первоначальные позиции. Чан быстро отправил Феликсу сообщение о том, что возвращается к работе, а потом снова отложил телефон в сторону, готовый возобновить рабочий процесс.

***

В субботу перед выпускной неделей все забились в квартиру Чана, Минхо и Чанбина. Половина из них сидела за кофейным столиком в гостиной, а остальные сидели за стойкой для завтрака в попытке уместиться поудобнее, как они делали в последнюю минуту зубрежки перед выпускными экзаменами. Все согласились учиться в группе, потому что некоторые из первокурсников действительно ценили помощь, которую могли оказать им трое старшекурсников. Они знали, как объяснить некоторые понятия более доступно, чем их профессора, что помогало парням легче понять материал. И, конечно же, Сынмин не остался в стороне, так как он изучал довольно похожие вещи на специальности музыкального продюсирования, главное отличие лишь состояло в том, что его студийные и практические занятия были больше сосредоточены на вокале, а не на музыке. Парни бы предпочли заниматься в библиотеке для большего удобства, но понимали, что библиотека, вероятно, будет переполнена, а также их группа не могла молчать более 30 минут подряд, потому и порешили, что квартира старших будет лучшим решением. Было немного тесновато, но всяким лучше, чем другие их варианты. Друзья прибыли рано утром, и хотя это было фактически согласованное время, никто из обитателей дома еще даже не проснулся. Хенджин и Джисон чуть было не закатили истерику, но Феликс легко ввел код и открыл им дверь. Они все были смертельно уставшими, неделя экзаменов и презентаций быстро догоняла их, и было раннее субботнее утро, поэтому никто не задавал лишних вопросов. Сынмин уже был в курсе, так что у него их даже не было, а у Хенджина и Джисона не хватало энергии, чтобы спросить. Был уже полдень, и мальчики начали понемногу уставать. – Черт, я так больше не могу, – подал голос Хенджин, который сдался первым, плюхнувшись на спину и застонав. Это послужило сигналом всем расслабиться. Феликс плюхнулся на бок, голова упала на колени Чана, который позволил ему это, нежно расчесывая пальцами его волосы, и он улыбнулся своему парню. – Я думаю, что самое время пообедать, – предложил Чан, получив согласие всей группы. – В этом доме не хватает еды, чтобы накормить семерых студентов, мы идем поесть, – сказал, как отрезал Минхо, вставая со своего места за стойкой для завтрака, только чтобы быть встреченным стонами Хенджина и Феликса. – Еще пять минут, хен, – заскулил Хенджин, – дай мне еще пять минуточек, чтобы заставить себя встать, – попросил Хенджин, потягиваясь. Минхо закатил глаза, но просто плюхнулся на диван и достал телефон. Вся группа погрузилась в уютное молчание, поскольку все были предоставлены самим себе, за исключением Феликса и Чана, что вели приглушенный разговор между собой на смеси корейского и английского языков, которую они использовали друг с другом так часто, что парни стали называть ее «их» языком. – Эй, Чан-хен, – внезапно позвал Хенджин, все еще лежа на спине. Чан, который было наклонил голову, чтобы быть ближе к Феликсу, поднял ее и вопросительно произнес «Да?». – А какой у тебя парень? – спросил Хенджин. Джисон поднял голову с того места, где она лежала, прислонившись к дивану, его внимание теперь было приковано, в то время как Чанбин во весь голос расхохотался. Минхо, Сынмин и Феликс тоже смеялись, но не так громко, и Чан не мог не покраснеть от неожиданного вопроса. – С чего вдруг ты решил спросить? – пролепетал Чан. – Я просто чувствую, что мы знакомы достаточно долго, чтобы наконец задать этот вопрос, мне было любопытно, так как Феликс сказал мне, что у тебя кто-то есть, – ответил Хенджин, все еще не поднимаясь. – Как же ты все время попадаешь в такие ситуации? – спросил его Чанбин, посмеиваясь, – всего несколько недель назад Джисон спросил тебя то же самое. – Правда? – поинтересовался Феликс, вскинув голову со своего места на коленях Чана и глядя на Джисона. – Ага, – застенчиво ответил Джисон, потирая затылок. – Мне очень жаль! Я просто был слишком любопытен, а ты не давал мне никакой информации. – Да неа, все нормально, я не сержусь, – рассмеялся Феликс и снова прислонился к Чану, – я просто хочу, чтобы ты сам это выяснил. Сынмин уже сделал это, уверен, что вы двое тоже сможете догадаться. – Правда? – воскликнул Хенджин, садясь, чтобы посмотреть на своего соседа по комнате, который просто кивнул, как будто злорадствуя. – Ты – предатель. Ты мне даже ничего не сказал! – пожаловался Хенджин. – Нетрудно догадаться, – рассмеялся в ответ Сынмин. – Да, это действительно так, – решил вдруг вмешаться Минхо, – вам, ребята, просто нужно быть немного более наблюдательными, – улыбнулся парень. – Ты тоже его знаешь, хен? – спросил Джисон, резко повернув голову, чтобы посмотреть на Минхо, который просто кивнул. – Так получилось, – сказал старший, бросив дразнящий взгляд на Чана и Феликса, – что бойфренд Ликси – мой очень хороший друг. На том же году обучения, что и я. – Как ты мог сказать Минхо-хену, но не мне? – повернулся Хенджин к Феликсу, чувствую себя преданным. – Эй, я ему ничего не говорил, – сказал Феликс, поднимая руки, – он сам это выяснил. Хенджин с Джисоном застонали от этого. – Подожди, не меняй тему, – Хенджин снова повернулся к Чану, – не мог бы ты рассказать нам, какой у тебя парень? Все, кто был в курсе дела, снова захихикали, а Феликс насмешливо посмотрел на своего парня. – Да, Чанни-хен, а какой у тебя парень? – подначивал его Феликс, подталкивая плечом. – Ну, если вы, ребята, действительно хотите знать, – начал Чан, и Феликс немедленно пожалел, что присоединился к поддразниванию, потому что он весь смутился, – он самый милый, самый сладкий, самый любимый ангелочек на свете, – сказал Чан, глядя прямо в глаза Феликсу. Младший уже чувствовал, как его лицо охватывает жар. – Он самый нежный человек, который всегда следит за тем, чтобы я не забывал заботиться о себе и о том, что меня любят, и дарит мне все поцелуи и объятия, о которых я когда-либо мог мечтать, – продолжил Чан, снова обратив свое внимание на группу друзей. – Он так страстно любит все, что делает, и не остановится ни перед чем, если действительно чего-то захочет... Иногда мне просто нужно остановиться и поблагодарить Вселенную за то, что она подарила мне такого совершенного человека, как он, – закончил Чан, глядя на очень красного Феликса, – он олицетворение солнечного света. Мое персональное солнышко. – Хен… – Феликс заскулил, наклонив голову, чтобы спрятать покрасневшее лицо, и легонько стукнул Чана по плечу, удерживая свою голову там. Чан же нежно погладил Феликса по голове, улыбаясь мягко и ласково. Минхо и Чанбин сделали вид, что их тошнит. – Отвратительно! – воскликнул Минхо, – как вы все время находите способы поставить меня в такую неловкую ситуацию? – побледнел Минхо, – я страдал. – Как я уже сказал, тебя стоит посадить! – закричал Чанбин. Чан только рассмеялся над окружающими его страдальцами. – Эй! Это вы, ребята, хотели, чтобы я описал любовь всей моей жизни, – Чан повернулся к ним, но был встречен очередным потоком стонов. – Это так несправедливо, – пожаловался Хенджин, снова плюхаясь на землю и дрыгая ногами, как капризный ребенок, – похоже, что вы оба с Феликсом нашли своих идеальных партнеров. Я тоже так хочу. – И правда, – тихо согласился Чан, улыбаясь одновременно мечтательно и дразняще, – а теперь все подъем, нам пора обедать, – сказал Чан, вставая, и все последовали его примеру. Феликс протянул ему руки, Чан тут же взял их и помог ему встать. Поднявшись на ноги, Чан все еще держал руку Феликса в своей. – Да ладно тебе, лентяй, ты же сам сказал, что больше так не можешь, – сказал Сынмин, пытаясь поднять своего соседа по комнате на ноги. Хенджин заскулил и застонал, но все равно встал, желание покушать было сильнее, чем его желание быть неподвижным. Настал такой беспорядок, пока все пытались одеться и обуться в маленькой прихожей, но к счастью в процессе никто не пострадал. В лифте было принято единодушное решение пообедать в закусочной, которую они часто посещали, этот выбор дался им очень легко и быстро. – Ты действительно видишь меня таким? – спросил Феликс у Чана, когда они шли к закусочной. На этот раз они были позади всех, не выпуская руки друг друга с трех пор, как вышли из квартиры. Хенджин и Джисон были заняты тем, что гиперактивничали впереди группы, поэтому Феликс не слишком беспокоился о том, услышат ли они его и Чана или нет. – Конечно, солнышко, – ответил Чан, нежно поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони Феликса, – ты лучшее, что когда-либо случалось со мной. – Перестань, ты меня смущаешь, – Феликс прислонился головой к плечу Чана. Старший рассмеялся, в его груди разлилось обожание. Чан поднял руку Феликса и нежно поцеловал ее, – ты не должен так смущаться, я всего лишь говорю правду. – Ну, что за слащавые высказывания сегодня с твоей стороны? – проныл Феликс, хотя втайне любил весь этот глупый бред, даривший ему человек, которого он любил больше всего на свете. – Я просто очень люблю тебя и буду выражать свою любовь при каждом удобном случае. – Видишь? Так слащаво, – повторил Феликс. Но потом он остановился, и Чан за ним же. Старший обернулся и посмотрел на него в замешательстве. – Пикси? – спросил Чан, и вдруг губы Феликса оказались на его губах. – Но я тоже люблю тебя, очень сильно, – улыбнулся Феликс и поспешно зашагал дальше, увлекая за собой Чана. Чан сначала смутился, но потом увидел, как покраснели уши Феликса, и рассмеялся. Действительно, его личное солнце.

***

– За то, чтобы всех нас выбрали! – выдал Минхо тост, и все дружно чокнулись пивными бокалами. Сейчас были летние каникулы, последние экзамены закончились всего две недели назад, а заявки на проект были сделаны на прошлой неделе. Оказывается, все их команды были выбраны в качестве одной из пяти проектных команд для шоукейса. Поэтому все решили вместе отпраздновать это событие в закусочной. – И к черту выпускные экзамены! – добавил Хенджин, после чего все чокнулись бокалами, посмеиваясь, а затем выпили и облегченно вздохнули. Выпускные экзамены были сущим адом, а в дни и недели перед ними, все «незабываемое» время вместе, они проводили за учебниками и зубрежкой. – Ребята, вы собираетесь менять что-нибудь в своих выступлениях для шоукейса? – поинтересовался Сынмин, обращаясь ко всей группе. Когда их выбрали, им сказали, что они могут менять и улучшать свои номера до тех пор, пока это все тот же номер, а не какой-то новый, в корне отличающийся. Зачастую студенты делали изменения, желая продемонстрировать свои лучшие качества, в попытках увеличить свои шансы быть замеченными крупными агентствами. – Да, мы решили самим спеть песню, под которую будем выступать. Чанни-хен поможет нам записаться, – ответил Феликс, указывая на Чана, который обнимал рукой стул младшего. – О, неужели? Я слышал от Сокмин-хена, что Чан-хен и нам помогает с записью, – сказал Сынмин, и Феликс, тут же развернувшись к Чану, легонько шлепнул его по бедру, заставив слегка подпрыгнуть от удивления. – Почему ты не сказал мне, что помогаешь и группе Сынминни? Я бы не просил тебя, если бы знал, ты снова будешь переутомляться! – отругал его Феликс. – Клянусь, я не переутомляюсь! – защищался Чан, и Феликс недоверчиво посмотрел на него. – Хен, сейчас ты, по сути, работаешь над тремя проектами, – Феликс был невозмутим. – Не беспокойся об этом, Феликс, – вмешался Чанбин, решив на этот раз спасти Чана. – Мы не будем делать слишком много для нашего собственного проекта, может быть, только еще парочку штрихов тут и там. А для вас, ребята, это действительно просто запись, выполнение базового микширования и доведения его до идеала. Весь процесс сам по себе, вероятно, займет всего один день, не больше, – объяснил Чанбин, а Феликс просто переводил взгляд с Чанбина на Чана и обратно. – Если я узнаю, что ты опять не спишь, я придушу тебя, клянусь, – Феликс снова обратил свое внимание на Чана, оба не то чтобы слишком серьезно относились к его угрозе. Все же, он хотел бы сохранить жизнь своему парню как можно дольше. – Не волнуйся об этом, пикси, правда, – заверил его Чан, взяв руку Феликса, которая все еще покоилась на его бедре, и легонько поцеловав ее тыльную сторону, – я не возьму на себе больше, чем сам смогу выдержать. Пикси? Разве не так- – Задушить его, да? – Минхо вскочил со своего места, и все повернулись к нему, чтобы увидеть дразнящую ухмылку на его губах, – я и не знал, что ты любишь удушение, Феликс. Весьма извращенно. И как по щелчку, атмосфера которая, стало было накаляться, вернулась в прежнее русло беззаботности, когда все стали дразнить краснющего Феликса, который ничего не мог поделать, кроме как и спрятать свое пылающее лицо на плече Чана, который в свою очередь просто смеялся и успокаивающе проводил рукой вверх и вниз по спине Феликса. На следующее утро Джисон проснулся с раскалывающейся головой и со стоном медленно сел. Открыв глаза, он увидел, что определенно находится не в своей комнате в общежитии. Парень огляделся и заметил, что он в гостиной трех своих самых старших друзей, Сынмин спал на диване, в то время как Хенджин спал рядом с ним на одеялах, точно так же, как и сам Джисон. Он увидел журнальный столик, отодвинутый в сторону, но Феликса по близости нигде не было. Джисон попытался вспомнить, что произошло прошлой ночью, чтобы объяснить себе абсолютное отсутствие его соседа по комнате. Все выпивали, и он был почти уверен, что они с Феликсом и Хенджином напились, Сынмин, вероятно, тоже был довольно пьян, но он смутно помнил, как он сказал, что знает свои пределы, поэтому остановился раньше, чем остальные. Парень также смутно помнил единодушное решение старшекурсников привести их всех обратно в квартиру, а не пытаться проводить их в общежитие (он даже помнил, как Чан говорил что-то о том, что не хочет их отвозить, потому что он тоже был под градусом). Но ничего из этого не объясняло, куда делся его сосед по комнате. Впрочем, у него не было времени думать об этом, потому что именно мочевой пузырь заставил подняться. Парень встал и снова застонал, потому что мир начал вращаться. Как только он почувствовал себя достаточно хорошо, пошел туда, где, как он думал, была ванная комната. До этого он бывал в квартире всего раз или два, так что толком не помнил, за какой дверью ванная, поэтому сначала попробовал открыть первую слева, но она оказалась заперта. Видя, что все остальные двери были закрыты, Джисон догадался, что он был первым, кто проснулся, поэтому дверь, которую он только что попробовал открыть, не могла быть ванной, а посему перешел к соседней двери. Эта дверь была незаперта, но когда Джисон увидел, кто находится внутри, его глаза расширились. Он немедленно закрыл дверь, не забывая при этом сделать это как можно тише в своем нынешнем состоянии, прежде чем броситься к другой, которая находилась напротив первой, и, обнаружив, что это была ванная комната, немедленно вошел и запер дверь, прислонившись к ней спиной. Он поднес руку ко рту, пытаясь физически остановить крик, угрожающий вырваться наружу, его лицо покраснело, а мочевой пузырь на мгновение забылся. За второй дверью была комната Чана. А на его кровати лежал совершенно голый Чан с Феликсом, уютно прижавшимся к нему, и они мирно спали, обнявшись. Неужели Чан-хен и Феликс изменяли своим парням друг с другом? Джисон покачал головой, они бы никогда и ни за что. Парень быстро сделал свои дела и вернулся на импровизированную кровать, шестеренки лихорадочно крутились в его голове. Может быть, все было не так, как ему казалось. Чан не был полностью голым, а Феликс был полностью одет, хотя, насколько нетрезвая голова Джисона могла вспомнить, парень не был в той одежде, в которой был прошлой ночью. Но так же, там не было никакой разбросанной по полу одежды, насколько Джисон мог припомнить, за ту секунду, что он провел в комнате. Да, точно. Они не изменяют. Может быть, это просто какая-то фишка лучших друзей детства. Не похоже, чтобы они занимались чем-то большим, чем просто спали. И Феликс за это время смог доказать, что он весьма прилипчив, они вместе раньше обнимались, иногда они даже обнимались до тех пор, пока не засыпали. И в гостиной осталось не так уж много места, Феликс скорее всего не поместился бы. Чан, вероятно, просто предложил разделить постель с Феликсом, они были давними друзьями, и, вероятно, делили кровать и обнимались много раз до этого. Да. Должно быть, так оно и есть. Чан и Феликс не изменяют своим парням. Джисон мог убедить себя в этом. Они определенно были не из тех, кто способен на такие ужасные поступки. Джисон был бы готов бороться с этой мыслью до смерти, если бы не было ясно доказано обратное. Каким-то образом парень обнаружил, что снова задремал, несмотря на лихорадочные мысли. Час спустя он снова проснулся от звука открывающейся и закрывающейся двери. Он подождал несколько минут, прежде чем снова услышал, как открылась дверь, и, подняв голову, увидел Феликса, выходящего из ванной. Феликсу удалось уловить его движение. – Доброе утро, Сони, – тихо поздоровался Феликс. – Доброе утро, Ликс, – поприветствовал его Джисон в ответ, – хорошо спалось? – Да, – ответил Феликс и слегка усмехнулся, – но голова болит, жуть как, – пожаловался парень, и Джисон хихикнул вместе с ним. – Я пойду прилягу еще немного. Ты ведь еще не голоден? Джисон покачал головой,– нет, я сам только что проснулся. – Ладно, я, наверное, снова встану минут через пятнадцать. Если остальные не проснутся к тому времени, давай разбудим их, чтобы мы могли пойти за едой, – предложил Феликс. – Договорились, – ответил ему Джисон, – увидимся позже, Ликс, – сказал Джисон, снова уронив голову на подушку. – До встречи, Сони, – ответил Феликс, прежде чем Джисон услышал, как снова закрылась дверь. Так, не похоже, чтобы Феликса это беспокоило. Они с Чаном однозначно не изменяли, по сложившимся у Джисона выводам. Феликс не был бы так спокоен, будь это правдой.

***

Джисон потянулся и застонал, услышав, как хрустнула его спина. Чанбин был занят выключением рабочей аппаратуры. Они с Чанбином снова были в студии, до последнего работая над своим треком для выступления, доводя его до совершенства. Чана рядом не было, он извинился и сказал им, что у него важная встреча. Чанбин легко отмахнулся на это, по-видимому, точно зная, что это были за «более важные дела», поэтому Джисон не задавал лишних вопросов. Чанбин, казалось, не возражал и понимал важность того, чем должен был заниматься Чан, и этого было достаточно, чтобы сказать Джисону, что ему не о чем беспокоиться. Он тоже не возражал. Он знал, что они с Чанбином справятся. – Хочешь пойти перекусить? – спросил Чанбин, убедившись, что студия заперта. Джисон, широко зевнув, издал звук согласия. Чанбин притворно насупился. – Мерзость, какая гадость. – Заткнись, это естественная функция организма, – возразил Джисон. – У тебя есть какие-нибудь мысли по поводу ужина? – Да, вообще-то, есть кое-что в уме, – кивнул Чанбин, и они направились к лифту. – Пиццерия в COEX, о которой мне рассказывал Чан-хен, – продолжил Чанбин, – это немного дальше от кампуса, ты не против? – Нет, конечно. Это не так уж далеко, – ответил Джисон, когда подъехал лифт. Они зашли внутрь. – Кстати, ты случаем не знаешь, куда Чан пошел сегодня? Чанбин вопросительно поднял бровь. – Любопытно, не так ли? – Да, вроде того, – ответил Джисон, когда они вышли из лифта, – у тебя был вид человека, посвященного в дела Чан-хена, – пожал плечами Джисон. – Это ведь не конфиденциальная информация, правда? – Неа, – покачал головой Чанбин, – сегодня их с парнем годовщина. Он просто стесняется, вот почему не сказал об этом, – объяснил Чанбин, хихикая. – А-а, понятно. – ответил Джисон, кивая. Видишь? Чан Хен не мог изменять. – Ты знаешь его парня? – поинтересовался Джисон. – Ага, знаю. Я встречал его раньше. – Он действительно такой, каким его описывает Чан-хен? –Да, – ответил Чанбин, и затем озорная улыбка растянулась на его губах. – Вообще-то он очень похож на Феликса. – На Феликса? – повторил Джисон, и Чанбин кивнул, – если его бойфренд похож на Феликса, то он действительно должен быть олицетворением солнечного света. – Да, так и есть, – снова хихикнул Чанбин, слишком уж ему было весело. – Они ведут себя слишком ужасно и слащаво, когда вместе. Минхо-хен и я действительно страдали от того, что довелось нам увидеть. – А по-моему, они ведут себя мило друг с другом. Чан-хен определенно не изменял. – Нет, поверь мне, ты действительно еще ничего не видел. Чанбин и Джисон прибыли в COEX через полчаса, их желудки жалостливо урчали. В торговом центре было довольно людно, учитывая, что было время ужина. Однако, когда Чанбин пошел впереди, Джисон не мог не заметить кого-то смутно знакомого, идущего в их сторону. – Подожди, это Чан-хен...? – неуверенно спросил Джисон. Чанбин что-то напевал, глядя на Джисона, а затем туда, куда он смотрел, точно определяя, о ком он говорит. И казалось, что человек тоже заметил их, потому что заметно запнулся. – Да, – ответил Чанбин, и тут он увидел человека, который держал его за руку. – И Феликс. Феликс? – Чанбин! Джисон! – Чан поздоровался, как только обе пары подошли достаточно близко, останавливаясь вместе с Феликсом, чтобы поболтать с парнями, – вы двое закончили с доработкой? – Да, это было довольно легко, – ответил за обоих Чанбин, – мы как раз собираемся перекусить в пиццерии, которую ты мне порекомендовал несколько недель назад. – Здорово, вы оба молодцы, – улыбнулся Чан. Джисон молчал на протяжении всего разговора, решив по-настоящему взглянуть на внешность Чана и Феликса. Чан был одет в самой красивой одежде, которой довелось видеть Джисону на нем, и не то, чтобы Чан обычно одевался плохо. Он привык видеть старшего в огромных толстовках и свитерах, или в простых футболках, или в алкоголичках в жаркие дни. Чан, как известно, одевался удобно. Но Чан перед ним был одет в черную рубашку, заправленную в черные брюки, рукава закатаны чуть выше локтей, а на поясе висел ремень с цепью. Его рубашка не была застегнута полностью, демонстрируя короткое ожерелье с подвеской в форме ключа на шее, что-то, что Джисон видел на Чане почти каждый раз, когда встречался с ним. Рядом с ним Феликс тоже был хорошо одет: черная водолазка, заправленная в черные брюки, и огромный белый кардиган, наброшенный поверх него. Его рыжие волосы были зачесаны с пробором на боку, а не посередине, как обычно. У него тоже было не слишком длинное ожерелье с кулоном в форме замочка, надетого поверх водолазки. Его ожерелье тоже было знакомо Джисону. Феликс всегда держал его на прикроватном столике, и в те дни, когда их занятия начинались примерно в одно и то же время, он всегда видел, как Феликс надевал его, прежде чем выйти из комнаты. Он просто не часто видел его на шее Феликса, потому что оно всегда было спрятано под рубашкой. – Что вы двое здесь делаете? – спросил Джисон, наконец-то выйдя из оцепенения. – Мне показалось, ты сказал, что у тебя сегодня важное дело, – Джисон повернулся к Чану. Неужели они действительно изменяют своим парням? Феликс ахнул и его лицо исказилось в наигранной обиде. – Как ты смеешь, – парень прижал руку к груди в притворном шоке. – Как ты смеешь намекать, что я ничего не значу? – обвинил его Феликс, слегка приоткрыв рот рукой в «изумлении». Чан только рассмеялся над тем, как драматично вел себя его парень. Джисон только еще больше запутался, и только тогда он наконец понял, что Чан и Феликс держатся за руки, переплетя пальцы. Шестеренки наконец-то начали медленно вращаться в его голове. – Я бы сказал, что наша годовщина очень даже важна, – добавил Феликс, видя, что до Джисона наконец-то стало доходить. – «Наша» годовщина...? – спросил Джисон, шестеренки закрутились с удвоенной силой. Если они не изменяли, то это значит- – Да, – на этот раз ответил Чан, – мы идем праздновать нашу годовщину, – улыбнулся он, подняв их переплетенные руки. Джисон только молчал, впитывая все это. – В любом случае, нам пора, иначе мы опоздаем на нашу бронь, – сказал Чан, начиная тащить Феликса в том направлении, куда они изначально шли. – Я расскажу тебе все позже, Джисон, – пообещал Феликс. – Пока, Джисон, Чанбин-хен! – выпалил Феликс, помахав им свободной рукой. – Пока! Повеселитесь на своем свидании! – крикнул Чанбин, помахав в ответ. Они не изменяли. Они определенно не изменяли. Они встречаются друг с другом, Джисон, ты идиот, если не мог- Подождите. Чанбин-хен знает? – Подожди, ты знал? – Джисон повернулся к Чанбину. – Ты знал, что они встречаются? – Конечно, я живу с этим парнем, почему бы мне не знать? – кивнул Чанбин в ответ, вопросительно подняв бровь, но на его губах появилась дразнящая ухмылка. – Минхо-хен тоже знает, – добавил он. Теперь все становится на свои места. – С каких это пор? – спросил Джисон. – Почти всю нашу дружбу? – ответил Чанбин и снова зашагал вперед, Джисон последовал за ним по пятам. – Я всегда знал, что у Чан-хена кто-то есть, я работал с ним над совместным проектом в прошлом году и случайно увидел экран блокировки его телефона, потому сразу спросил, кем является другой человек на фотографии, и он сказал мне, что это его парень – просто пожал плечами Чанбин, – но я впервые встретился с Феликсом лично, скажем, за месяц до начала учебных занятий. Хотя и видел его в кампусе пару раз, наверное. С Чан-хеном. – Как вы познакомились? – задал еще один вопрос Джисон. – По правде? Я застал их дома обнимающимися на диване, – ответил просто Чанбин, прежде чем усмехнулся. – Вообще-то, это было довольно забавно. Я вроде как впал в ступор, когда их увидел. Не мог как следует разглядеть лицо Феликса, поэтому подумала, что Чан-хен, возможно, изменял ему с кем-то. Однако, после этого он проснулся, и мы сразу же были представлены друг другу «должным образом», – рассказал Чанбин. Джисону хотелось смеяться. Они с Чанбином были так похожи в этом отношении. – Изменял? Чан-хен не тот человек, который бы занимался этим, – защитил его Джисон, вспоминая все те времена, когда Феликс так хорошо отзывался о старшем и его глаза сверкали. А также позлорадствовал по поводу того, что он успешно пришел к выводу, что они не изменяют. Внезапно ему в голову пришла мысль, все еще немного сомнительная. – ...Он не из тех, кто так поступает, верно? – спросил Джисон. Чанбин немедленно и яростно замотал головой. – Черт возьми, нет, конечно! – воскликнул Чанбин. – Чан-хен никогда бы так не поступил. Он просто не такой человек. Он ценит близкие отношения больше всего на свете, – объяснил Чанбин. – Кроме того, Чан-хен говорит о Феликсе так, будто Феликс сам развесил все звезды на ночном небе. Разве ты не слышал, как он описал его в тот раз? – спросил Чанбин, качая головой. – У него и в мыслях не было бы обманывать Феликса. Он отвергает всех, кто пытается клеить его, несмотря ни на что, даже если он пьян до потери сознания. Я знаю, видел, как это происходило раньше, – добавил Чанбин, ручаясь за своего друга. Все, что мог сделать Джисон, это издать слабое «ах...» в знак признательности. – Ты видел, насколько они ужасны в обществе друг друга? Мне нужны доказательства против Феликса. Он и так слишком много имеет против меня, – внезапно воскликнул Джисон, озорно сверкнув глазами. Чанбин не смог удержаться от смеха. Чан и Феликс, держась за руки, направились к ограждению смотровой площадки, в свободной руке Чан держал замок и ключ к нему. Они были на башне Намсан, только что закончив замечательный ужин в одном из ресторанов, расположенных на верхних этажах знаменитой башни. А теперь они направлялись к ограждению, которое держало на себе тысячи других замков, чтобы прикрепить туда свой. По общему убеждению, прикрепление «любовного замка» было немного наивным и детским, ведь это был просто уловка, служащая хорошим туристическим аттракционом. Когда они впервые встретились, еще в старших классах, Чан привел сюда Феликса, чтобы тот прикрепил их первый замок, так сентиментально. И Феликсу это действительно нравилось. Они оба были молоды и наивны, и мысль о том, что они сделают что-то, символизирующее их вечную любовь, прельщала их и наполняла такой невинной надеждой. Теперь они были старше, и Чан с Феликсом знали, что это никак не повлияло на их отношения. Конечно же, их отношения не крепились на каком-то поверье. Но как-то ненароком они вернулись и на следующий год. И еще через год после этого. И вот снова. Для Чана и Феликса крепление замочка стало чем-то символическим, какими бы глупыми они кому-то ни казалось. Для них это означало обещание. Парочка остановилась перед знакомой перекладиной забора, именно там они прикрепили свои три предыдущих замочка. Чан написал на маленькой поверхности простое «Чан♡Феликс» вместе с датой, и уже оба, защелкнув его на заборе, улыбнулись такому знакомому действию. Как только они выпрямились, Феликс бросил ключ в листву перед ними, прежде чем повернуться к Чану и обнять его за плечи, положив подбородок на плечо старшего. Его улыбка стала еще шире, когда он почувствовал, как руки Чана крепко обхватили его за талию, прижимая их тела друг к другу, мягко покачиваясь. Людей вокруг было немного, к счастью, это был будний день. Они могут быть настолько сопливыми, насколько захотят, не чувствуя себя слишком уязвимыми после этого. – С третьей годовщиной, милый. Спасибо, что подарили мне три замечательных года, и это только начало, – вздохнул Феликс. – С годовщиной, мой пикси. Еще многое предстоят нам вместе, – сказал Чан, сжимая Феликса еще раз, прежде чем он отстранился, вставая лицом к лицу с младшим. Феликс выглядел таким красивым в отражении городских огней и лунного света. Чан не смог удержаться, наклонился и крепко поцеловал его, тот ответил ему тем же. – Ты делаешь меня таким счастливым, любовь моя, – Феликс дышал в губы Чана, когда они отпрянули, но прижались лбами друг к другу. Затем он снова наклонился вперед и потер их носы. Чан наслаждался этим мягким жестом. – И ты меня, – ответил Чан, чмокнув Феликса в губы. Младший улыбнулся, затем наклонился вперед и тоже чмокнул Чана. – У меня есть еще один подарок для тебя, – сказал Чан, высвобождая одну руку из хватки Феликса, и полез в карман. – Еще один? Ты меня балуешь, любовь моя, – удивился Феликс, с улыбкой наблюдая, как Чан достает бумажник. – Ты того стоишь, – улыбнулся ему Чан, открывая бумажник. Феликс с любопытством наблюдал, как Чан открывает отделение для монет в своем бумажнике. У Чана никогда не было при себе монет. Его глаза только расширились, когда старший достал два одинаковых серебряных кольца, оба были украшены кристаллами. Феликс ахнул. – Они не были дорогими, не волнуйся, – быстро заверил его Чан, посмеиваясь, когда он поднял взгляд, чтобы встретиться глазами с Феликсом, слишком хорошо зная, что его парень будет беспокоиться о том, что тот слишком много денег потратил на него. Чан не лгал, но и не говорил всей правды. Покупка и гравировка колец не прожгла дыру в его банковском счете, но он не стал бы легко и счастливо тратить эту сумму денег за один раз на что-то еще, кроме Феликса или еды. – Это и не обручальные кольца, мы еще не достигли той стадии нашей жизни, нам еще многое предстоит сделать для личного роста и развития, – добавил Чан, – но это кольца обещания, и я обещаю тебе, мой пикси, что останусь рядом с тобой так долго, как только ты позволишь, – пообещал Чан и увидел, как из глаза Феликса скатилась одинокая слеза, за которой последовали еще несколько. – О, малыш, не плачь, – проворковал Чан, вытирая слезинки, чувствуя, как его собственные слезы собираются в уголках глаз и готовы сорваться вниз. – Я так счастлив, – всхлипнул Феликс, – и чувствую себя таким любимым. – Я обещаю тебе, любовь моя, что останусь с тобой навсегда, – выдохнул Феликс, повторяя и отвечая на обещание Чана. Чан не смог сдержать слез, когда взял одно из колец и надел его на средний палец левой руки Феликса. Феликс взял второе кольцо и сделал то же самое с Чаном. Они идеально подходили друг другу. Чан взял руку Феликса и поцеловал кольцо, сердце разрывалось от любви и радости, а затем он поцеловал голый безымянный палец Феликса. – Прибереги это для меня, солнышко. Я обещаю, что украшу его, когда придет время, – любовно прошептал Чан в руку Феликса, его глаза смотрели на все еще полные слез глаза младшего. – Я буду терпеливо ждать, любовь моя, – заверил его Феликс, взяв лицо Чана и приподняв его, нежно поцеловал в губы. Отпрянув, они весело смеялись, утирая друг другу слезы. Теперь они стали старше. Они прошли через испытания и невзгоды, присутствующие в любых отношениях. У них были ссоры и драки. Они говорили вещи, которые на самом деле не имели в виду, которые разгар момента заставил их произнести. И они знали, что многое им еще предстоит. Но они также очень хорошо знали, что пройдут все эти испытания вместе и будут еще сильнее. Идеальные отношения – это не те, в которых нет ссор, идеальные отношения – это те, где, даже если вы двое ссоритесь и причиняете друг другу боль, то оба всегда готовы вернуться друг к другу и исправить неработающие механизмы. Феликс не вернулся в общежитие той ночью, а только на следующее утро и застал Джисона, «свирепо» смотрящего на него, скрестив руки на груди. – Да? – спросил Феликс после того, как они с минуту просто смотрели друг на друга. – Как ты смеешь не говорить мне, что Крис – это Чан-хен! – воскликнул Джисон, обвиняюще тыча пальцем в Феликса, на что тот только рассмеялся. – Ты действительно позволил мне спросить его, знает ли он, каким был твой парень! – добавил Джисон, и Феликс не смог удержаться от более громкого смеха. – Мне очень жаль, – извинился Феликс, вытирая слезы, выступившие на его глазах, потому что он слишком сильно смеялся, – но это действительно забавно видеть, как люди пытаются сложить все части, когда это прямо у них под носом все время. – Неудивительно, что Чанбин-хен продолжает называть тебя дьяволом, – проворчал Джисон, прежде чем его взгляд упал на левую руку Феликса и увидел кольцо на его пальце, которого определенно не было раньше. – Это что, кольцо? – ахнул Джисон, выпрямляясь и подбегая к Феликсу, беря его за руку и поднимая ее на уровень глаз, чтобы осмотреть кольцо. Челюсть Джисона упала и глаза его блестели. – Расскажи мне все. Феликс рассмеялся и выложил все своему соседу по комнате.

***

Наконец-то настал день шоукейса. Репетиции длились шесть изнурительных недель, и к этому времени почти все держались на одном только адреналине. И, вероятно, хаосе. Потому что именно это преобладало в раздевалке. Все совместные проектные группы делили одну гримерную, то есть в помещении находилось пятнадцать человек. И несмотря на то, что командам не нужно было выходить на сцену вплоть до второй половины шоукейса, после студентов с других отделений, все еще можно было ощутить напряженность и хаос, хотя и немного приглушенно. Сейчас все еще было довольно спокойно, большинство выступающих просто слонялись и болтали между собой (в основном старшекурсники), некоторые репетировали свои выступления и проверяли себя в зеркалах (в основном первокурсники), потому что на самом деле никто не начинал готовиться примерно за 30 минут до начала. Но само количество людей заставляло сие действо казаться хаотичным, а сдающие нервы студентов дополнительно накаляли атмосферу. Это был третий год выступления для Чана на этом шоу, ведь именно благодаря шоукейсу ему так повезло со стажировкой, так что он знал, что рано или поздно хаос будет только усиливаться, когда люди поспешат подготовиться к своему выходу. Именно поэтому он уже сидел в телефоне на диване спокойный и одетый для выхода на сцену, хотя выступление его команды было где-то третьим по счету. Минхо и Чанбин сидели рядом с ним, оба в значительной степени готовые, а также они не числились среди первых выступавших. Все, что им оставалось сделать – макияж, а визажисты (студенты–волонтеры) все еще занимались всеми командами, которые шли до проектных команд, так что до тех пор они были свободны и убивали время, сидя в телефонах. – Почему вы трое так рано уже во всеоружии? – спросил Хенджин, плюхнувшись рядом с Минхо на диван, и трое других первокурсников последовали его примеру. Феликс сел по свободную от Чана сторону, пока тот держал телефон в кармане, и сразу же взял руку Чана в свою, как только руки его парня освободились, обернув другую руку вокруг их сцепленных рук. Чан переплел их пальцы и поднес руки к своим губам, целуя тыльную сторону ладони Феликса, а также кольцо, которое красиво покоилось на его пальце, прежде чем он положил их обратно. – Поверь нам, ты захочешь быть полностью готовым раньше, чем позже, – усмехнулся Минхо, – это будет сущим адом, если ты будешь ждать, пока все начнут одеваться. – Неужели? – спросил Хенджин, прежде чем повернуться к другим первокурсникам. – Как думаете, не пойти ли нам тоже переодеться? – Да, я думаю, мы должны это сделать, – согласился Сынмин, уже вставая. Трое других последовали его примеру, взяв свои сумки и направляясь в туалет, чтобы переодеться. – Я просто хочу сказать, что ты должен быть готов, как только Феликс вернется, – Минхо наклонился над Чанбином, чтобы «прошептать» Чану, который только вопросительно посмотрел на него. – А почему я должен это делать? – медленно спросил Чан, глядя на Минхо. Одет он был довольно просто: черная бархатная рубашка с длинными рукавами, заправленная спереди в черные брюки. По его мнению, другие двое не будут сильно от него отличаться в плане одежды. Минхо ухмыльнулся, озорно сверкнув глазами. – Увидишь, – зловеще сказал Минхо, снова откидываясь на спинку дивана, оставляя Чана с множеством вопросов в голове. Через несколько минут, однако, четверо первокурсников вернулись в комнату, и Чан был просто ошеломлен. Старший уже видел Феликса без рубашки раньше, так что это действительно не должно было так сильно на него повлиять, но просто было что-то порочное в том, чтобы увидеть своего парня в черной, почти полностью прозрачной рубашке. Единственной причиной, по которой она не являлась полностью прозрачной, были плотные черные узоры, вышитые на некоторых частях рубашки. У Чана отвисла челюсть при виде этого зрелища. – Чан, осторожно, приятель, у тебя может лопнуть кровеносный сосуд, – поддразнил Минхо, когда первокурсники снова подошли к ним. Феликс остановился перед Чаном, озорно улыбаясь ему сверху вниз. – Нравится то, что ты видишь? – ухмыльнулся Феликс. Чан смотрел на него еще секунду, потом закрыл рот и встал, одновременно снимая куртку. – Да, и я не могу позволить тебе слоняться в этом, – сказал Чан, накидывая куртку на плечи Феликса, – это вредно для моего рассудка, – продолжил старший, заставив Феликса рассмеяться. – Хотя ты выглядишь просто великолепно, но в следующий раз, когда захочешь снова надеть что-нибудь подобное, предупреждай меня не меньше, чем за три рабочих дня до этого, чтобы я мог подготовить свое сердце, – сделал комплимент Чан, заставив Феликса покраснеть. – Ты мне льстишь, – сказал Феликс, положив руки на грудь Чана и мягко толкнув его, заставляя сесть обратно, после чего Феликс снова сел рядом с Чаном, на этот раз прижавшись к нему, свободно обхватив его руками за талию и закинув ноги на колени Чана. Чан улыбнулся, нежно положив руку на одну из ног Феликса и слегка сжав ее. – Для тебя всегда, – ответил Чан, обожание сочилось из его слов. – Не могли бы вы двое перестать быть такими сопливыми, вокруг есть другие люди, – пожаловался Чанбин, сидевший рядом с Чаном. Феликс вскинул ногу, намереваясь ударить Чанбина в лицо. Тот взвизгнул, увернувшись от ноги, идущей прямо ему в лицо. Все, казалось, наслаждались страданиями Чанбина, потому что только смеялись над ним. – Ты бы это заслужил, – ткнул его пальцем Сынмин, хихикая. – Честно говоря, когда ты научишься перестать называть их «сопливыми»? – спросил Минхо, качая головой. – Я все это узнал от тебя! – пролепетал Чанбин, – ты точно такой же, хен. – Чанбин прищурился, глядя на парня. Минхо покачал головой и пренебрежительно махнул рукой перед лицом. – Я называю их слащавыми, когда знаю, что я не нахожусь на расстоянии удара или пинка Феликса, мы с тобой на разных уровнях. На это все только громче засмеялись, что помогло им успокоить все нарастающие нервы первокурсников. Однако нервозность вернулась довольно быстро, потому что раньше, чем они ожидали, пришло их время выступать. Феликс и Хенджин ерзали на своих местах в зеленой комнате. Группа Чана, Чанбина и Джисона (любовно названная 3racha) только что вышла на сцену, и выступление танцоров было сразу за ними. – Нервничаете? – поинтересовался у них Минхо, несомненно, самый спокойный из троих. Оба первокурсника кивнули. – Не думайте об этом слишком много, чем больше думаете, тем больше нервничаете, – посоветовал старший. – Как только вы выйдите на сцену, свет будет так ярко светить вам в глаза, что вы даже не заметите, что люди смотрят на вас. Услышав это, Хенджин и Феликс усмехнулись. Минхо улыбнулся, радуясь, что его попытка заставить их хоть немного расслабиться увенчалась успехом. – Как только вы окажетесь на сцене, просто сосредоточьтесь на танце. Эти три минуты будут ощущаться как три секунды, когда все закончится, – сказал Минхо, затем положил руки на плечи парней. – С вами все будет в порядке, вы работали усердно и тщательно, – Минхо улыбнулся, успокаивая двух первокурсников. – А теперь, просто понаблюдайте за выступлением 3racha, чтобы потом мы могли посмеяться над каждой мелочью, – усмехнулся старший, убирая руки с Феликса и Хенджина, которые засмеялись, переключив свое внимание на маленький телевизор в зеленой комнате. Сердце Феликса подпрыгнуло в груди, когда он смотрел выступление Чана. Его парень, без сомнения, уже был харизматичным, но на сцене это его качество еще больше усиливалось. Феликс уже несколько раз видел его на сцене, но с каждым выступлением он неизменно падал в обморок. Феликс думает, что тот факт, что его кольцо было выставлено на всеобщее обозрение, было главной причиной, почему парень был так очарован. Слава Богу, Чан обычно держал микрофон в левой руке. Вскоре, даже слишком скоро, по мнению самого Феликса, их команде сказали занять позиции и быть наготове за кулисами. Феликс мог поклясться, что его сердце вот-вот выскочит из груди, пока они стояли за кулисами, ожидая, когда закончится выступление 3racha. Тем не менее, оно скоро закончилось, и аплодисменты были оглушительными, пока парни заходили обратно за кулисы. – Отличная работа! – Феликс смутно слышал, как Минхо поздравляет всех троих, его сердце колотилось в груди слишком сильно, а крики были слишком громкими, чтобы он мог их расслышать. Но потом он почувствовал нежную руку на своей щеке и увидел перед собой лицо Чана. Чан наклонился вперед и нежно поцеловал его в переносицу, заставив сердце Феликса затрепетать. Чан мягко улыбнулся ему, – ты отлично справишься, мой маленький пикси. Феликс мог разобрать слова Чана, одной ауры этого человека было достаточно, чтобы успокоить парня. – С тобой все будет в порядке, – услышал Феликс, как произнес Чан, когда троих танцоров провели на сцену. Феликс как можно дольше смотрел на улыбающееся лицо Чана, ища в нем поддержки. Затем, оказавшись на месте, он оторвал взгляд от старшего и глубоко вздохнул. Он был готов. 3racha быстро прошли в раздевалку, и Чан сразу же обратил все свое внимание на телевизор, висевший в углу комнаты, как только они оказались там, отключив все и всех. Чан видел их выступление много раз, конечно. Все они прошли через все 6 недель репетиций. Он видел, как они исполняли это бесчисленное количество раз к настоящему времени. По мнению Чана, было что-то завораживающее в том, как они выступали на сцене. Может быть, из-за того, во что они были одеты. Чан смотрит на Феликса в этой проклятой рубашке, наверное, уже с час, но она все еще имеет сильный эффект на его разум. Или, может быть, все дело было в том, как профессионально все трое выглядели, как страстно, как харизматично, их явное присутствие на сцене. Все они казались совершенно разными людьми. Но, думает Чан, самое завораживающее на сцене – это освещение и то, как свет их отражал. Потому что каждый раз, когда яркий свет сцены фокусировался на Феликсе, кольцо на его пальце красиво блестело, и это наполняло сердце Чана абсолютным обожанием и гордостью. А потом было мини-соло Феликса. Чан уже был загипнотизирован на протяжении всего представления, что только затвердило эффект. Но тут младший застал врасплох совсем ничего не ожидающего Чана. Феликс задрал рубашку и сделал волну, сверкая прессом. Чан определенно видел Феликса без рубашки раньше. Ничто в нем больше не шевелится, когда он просто видит обнаженное тело Феликса. Это всего лишь тело. Обыкновенный человек. Но было в этом что-то порочное. Чан был слишком потрясен, чтобы даже пошевелиться, его челюсть просто отвисла. – Неужели он только что? – услышал он, как Чанбин недоверчиво спросил. – Он сделал это! – воскликнул Джисон. И тут Чан почувствовал, что его толкают. – Алооооо? Земля вызывает Чан-хена, есть кто тут? – спросил Чанбин, тряся его за плечи. – Хен, ты еще дышишь? – поддразнил парень, ухмыляясь. – Он просто- Зачем- Я не могу поверить, что он-, – быстро выдохнул Чан, покраснев. Чанбин смеялся над ним. – Я почти на 90% уверен, что это дело рук Минхо-хена, – рассмеялся снова Чанбин. – Нет, я думаю, что это все дело рук самого Феликса, – возразил Джисон. – Он может быть дерзким, если захочет. – Давай не будем сейчас говорить о Феликсе, мне нужно время, чтобы прийти в себя, – почти умолял Чан, положив голову на руки, в то время как его младшие товарищи смеялись над его страданиями, продолжая дразнить его. Довольно скоро, однако, их выступление закончилось, и, когда парни спускались со сцены, то были все в поту, но выглядели при этом очень даже горячо и эстетично. – Я же говорил вам, ребята, что все будет хорошо! – воскликнул Минхо, когда они вернулись в раздевалку, обхватив руками шеи Хенджина и Феликса, заставляя их смеяться. – Ты тоже молодец, хен!, – улыбаясь, сделал комплимент Хенджин старшему. – Конечно, я слишком долго этим занимался, чтобы не быть прекрасным, – дразняще ответил Минхо, убирая руки. Феликс закатил глаза от его притворного высокомерия. – Но на самом деле, хен, – сказал Феликс, и Минхо повернулся к нему, – спасибо, что работал с нами, – поблагодарил его Феликс. – Да, большое спасибо, Минхо-хен, – добавил Хенджин. Минхо скорчил гримасу. – Не будь таким благодарным, я сделал это только потому, что вы двое выглядели как заблудившиеся щенки, когда просили меня помочь вам, – пошутил Минхо. – Но вы двое теперь мои ребята, не забывайте об этом. Хенджин и Феликс закатили глаза. – Ой, подождите, мне нужно отлить, – сказал Хенджин, когда они проходили мимо туалета. – Вы, ребята, идите в раздевалку, – добавил парень, уже направляясь в туалет. Минхо и Феликс кивнули ему. – Как ты думаешь, Чанни-хену понравилось выступление? – спросил Феликс у Минхо, когда они остались одни. – После того, что ты выкинул на сцене? О, определенно, – поддразнивая, ответил Минхо. Феликс покраснел так, что это было заметно даже сквозь его макияж. – Это было в пылу момента, я на самом деле не планировал этого делать, – защитил себя Феликс, слегка смущенный. Минхо только рассмеялся, открывая дверь в раздевалку. Их встретили вежливыми приветствиями от двух команд, которые уже были в помещении, и оба слегка поклонились им в знак благодарности. Феликс оглядел комнату в поисках Чана и увидел своего парня, стоящего в дальнем углу с сияющей улыбкой. Как только они встретились взглядами, Чан слегка развел руками. – Чанни-хен, – позвал Феликс, сияя улыбкой, прыгая прямо в ожидающие руки Чана и обнимая его за плечи, когда он положил подбородок на плечо Чана. – Тебе понравилось выступление, хен? – невинно спросил Феликс, все еще не выпуская его из объятий. Он услышал, как Чан что-то напевает, прежде чем почувствовал поцелуй прямо за ухом, заставив его извиваться и визжать от неожиданного щекочущего ощущения, немедленно отстраняясь от Чана и прижимая руку к тому месту, где Чан поцеловал его. Чан все еще держал руки свободно вокруг талии Феликса, смеясь над ним. – Мне очень понравилось, пикси, – сказал Чан, снова прижимая к себе Феликса и потираясь носами. Гордость переполняла Феликса. – Это хорошо, я хотел, чтобы ты гордился, потому что это твой трек, – ответил Феликс, прижимаясь лбом. – Ты всегда заставляешь меня гордиться, – улыбнулся Чан, и сердце Феликса наполнилось счастьем. – Я люблю тебя, любимый, – сказал Феликс, чмокнув Чана в губы. – Я тоже тебя люблю, – ответил Чан, после чего наградил Феликса настоящим поцелуем. – Если не забыли, то вы здесь не одни, – пожаловался Джисон, и точно так же Чан и Феликс были вырваны из своего пузыря, отпрянув друг от друга. – Да, если бы вы двое не были так сосредоточены друг на друге, то заметили бы, как Хенджин вошел в комнату, – сказал Чанбин, указывая туда, где в дверях стоял Хенджин и благодарил всех за аплодисменты, которыми они наградили его, когда парень вошел. – Как бы то ни было, ему давно пора догадаться, – отмахнулся Феликс и снова обнял Чана. Чан рассмеялся, слегка сжав его талию и легонько поцеловав в макушку. – Отличная работа, Хенджин, – поздравил его Чан, когда Хенджин оказался достаточно близко к ним. Именно тогда Феликс решил отстраниться от Чана и вместо этого встал рядом с ним, но взял одну из его рук в свои. – Спасибо, хен, – улыбнулся Хенджин, – и еще, спасибо, что написал для нас эту песню. – О, не стоит благодарностей, – Чан покачал головой, улыбаясь. – Это просто подарок, мелодия застряла у меня в голове на несколько месяцев. Было похоже, что Хенджин собирался что-то еще сказать, но Джисон внезапно позвал его. – Эй, на очереди команда Сынмина! Все переключили свое внимание на телевизор, включая Хенджина, наблюдая за выступлением Сынмина. Следя за происходящим, Феликс нежно сжал руку Чана и поднес их ладони к своим губам, целуя кольцо, обернутое вокруг пальца Чана. Молчаливая благодарность. Феликс опустил их руки, положив голову на плечо Чана, и улыбка стала еще шире, когда он почувствовал, как Чан поцеловал его в макушку. Он не мог не думать о том, как ему повезло быть любимым кем-то вроде Чана.

***

– Ого, кого я вижу, моя любимая компания негодяев снова здесь, – добродушно поприветствовала Джихе, увидев, как их группа входит в закусочную. Ее встретили улыбками и приветствиями. Новый семестр только начался, шоукейс был на прошлой неделе. После представления всех артистов угощали ужином, так что у них не было возможности отпраздновать это событие самим, только всемером. Парни воспользовались этим шансом, чтобы отметить его, прежде чем все они снова занялись бы промежуточными показами и экзаменами. Джихе взяла три меню и повела группу к большому круглому столу, после чего все быстро уселись. Она положила меню, некоторые из них разглядывали их в течение секунды, прежде чем закрыть его и положить обратно. – Опять все как обычно, я полагаю? – поинтересовалась Джихе, и все хором ответили «да». Девушка закатила глаза, быстро записывая что-то в своем блокноте. – Честно говоря, я не знаю, почему продолжаю давать вам меню, ребята. Вы никогда не меняете свои заказы, – закатила глаза Джихе, на ее губах играла дразнящая улыбка. Они обменялись короткими фразами, прежде чем девушка снова ушла, отдавая заказ поварам. Парни завели разговор между собой. Хенджин болтал с Джисоном, когда заметил движение своим периферийным зрением. Оно было слабым, но чувствовалось, что просит его внимания. Джисон продолжал рассказывать о том, как ему вдруг стало по-настоящему любопытно о динозаврах и это немного сводило его с ума, честно говоря, а Хенджин слегка повернул голову влево, его взгляд остановился на Чане и Феликсе. Феликс придвинул свой стул немного ближе к Чану – движение, которое Хенджин заметил. Чан показывал что-то Феликсу на телефоне, на их лицах играла улыбка. Должно быть, это было какое-то забавное видео, потому что секунду спустя Феликс тихо рассмеялся. Хенджин улыбнулся при виде этого зрелища. Они действительно были милой парой. Жаль, что они оба встречались с кем-то другим. Хенджин уже собирался переключить свое внимание обратно на Джисона, когда внезапно, из ниоткуда, Чан наклонился к Феликсу и поцеловал его в губы. Улыбка Хенджина исчезла, глаза расширились, а затем он закричал. Его стул скрипнул по полу, когда парень вскочил, удивив всех за столом. Феликс даже слегка подпрыгнул на месте, когда Чан вскинул голову, чтобы посмотреть на него. Все уставились на Хенджина. – Почему ты кричишь, ты что, спятил? – прошипел Джисон рядом с ним, когда он потащил Хенджина обратно вниз. Остальные извинились перед другими посетителями закусочной и заверили персонал, что суматоха не была серьезной. – Но они только что-, – воскликнул Хенджин, указывая на пару. – Неужели никто не видел, как они поцеловались?! – изумленно спросил Хенджин, слегка истеря. – Э-э, а почему это так странно, что мы поцеловались? Мы в буквальном смысле встречаемся? – растерянно спросил Феликс. Хенджин нахмурил брови. – Встречаетесь? Феликс, у тебя разве нет-, – Хенджин оборвал себя на полуслове. – Чанни-хен твой парень? – спросил Хенджин, и оба, Чан и Феликс, кивнули. На их лицах читалось явное замешательство. – Как давно вы двое- С каких пор- ЧТО? – воскликнул Хенджин, совершенно сбитый с толку. – Мы встречаемся еще со школы? – сказал Чан, тоже сбитый с толку. – Хенджин, ты ведь знаешь это. – Хенджин, почему ты так смущен? Я же рассказал тебе, что у меня был парень с тех пор, как я учился в первом классе старшей школы. Я даже показал вам переписку между мной и Чанни-хеном. У нас есть парные кольца, – объяснил Феликс с легким раздражением. – Но контактное имя было Крис? – тупо спросил Хенджин. – Да, это потому, что его зовут Крис. Это его английское имя, – добавил Феликс. – Разве ты этого не знал? – спросил Феликс, и Хенджин покачал головой. – Ты разве не видел, как мы поцеловались в гримерке после выступления? – добил его Феликс, а Хенджин несколько мгновений пребывал в ошеломленном молчании. – Вы целовались в раздевалке? – снова закричал Хенджин, и Джисон хлопнул его рукой по губам. – Перестань так громко себя вести, в противном случае нас отсюда выгонят! – прошипел Джисон, и Хенджин оторвал руку парня от себя. – Разве вы не просто обнимались? – спросил Хенджин. – Как бы да, но мы также поцеловались, – прямо ответил Чан. – Чан-хен твой давний парень? – ахнул Хенджин, осознание наконец-то пришло. Чан и Феликс кивнули. – Все это время, каждый раз, когда ты говорил о «Крисе», ты на самом деле говорил о Чан-хене? – задал еще один вопрос Хенджин, и Феликс снова кивнул. – Погодите-ка, а почему это я один в непонятках? – спросил Хенджин у остальных за столом, понимая, что они никак не отреагировали. У него перехватило дыхание. – Неужели все за этим столом уже знали? – закричал Хенджин, только чтобы быть встреченным хором «да». – Даже ты, Джисон? – на этот раз Хенджин повернулся к Джисону, который утвердительно кивнул. – Я узнал об этом еще до шоукейса, – просто ответил парень, и глаза Хенджина расширились в предательстве. – И никто не собирался мне что-нибудь рассказать? – ахнул Хенджин, заставив всех рассмеяться. – Хенджин, мне очень не хочется тебя огорчать, но я дал все намеки, которые только мог, не говоря об этом прямо, так что все действительно зависело только от тебя, – хихикнул Феликс. – Они никогда не скрывали свои отношения,– сказал Минхо, приподняв бровь. Чанбин кивнул. – Они всегда держатся за руки и всегда так тактильны друг с другом, я удивлен, что вы, ребята, не узнали об этом в самый первый день, – отозвался Чанбин. Феликс покраснел. – Эй, перестань издеваться над моим малышом, он просто очень ласковый. Вы все это знаете, – сказал Чан в ответ, обнимая Феликса и притягивая его ближе. Положение было немного неловким, потому что они сидели на стульях, но Феликс все равно инстинктивно прижался ближе. – Я просто... Честно говоря, я думал, что они просто очень хорошие друзья, – ответил Хенджин, весь горя. Все за столом засмеялись. – Эй, не смейтесь надо мной, Феликс буквально только и сказал мне, что они давно знают друг друга, когда я спросил его на ориентации. Он никогда не упоминал о том, что они встречаются! – защищался Хенджин, только заставляя всех смеяться еще сильнее. – А я-то думал, что это Джисон ничего не замечает, – отметил Сынмин между смехом, а Джисон раздраженно выкрикнул: «Эй!». – Я правда думал, что ты уже знаешь, после того как застал нас целующимися на шоукейсе, и для тебя это не было большим делом, потому ты об этом ничего и не сказал. Оказывается, ты просто не знал, – смеялся Феликс, а Хенджин все краснел. – Я не видел, как вы целовались! Когда я снова вошел в гримерку после нашего выступления, там был полный беспорядок. Я даже не видел вас двоих, пока не подошел к вам, ребята, – объяснил Хенджин. Он действительно понятия не имел, честно. Он никогда не думал о том, чтобы установить связь между Чан-хеном и Крисом. Он никогда не спрашивал ни о том, ни о другом, потому что Феликс казался счастливым, так зачем же задавать еще какие-то вопросы? – Я думаю, вам двоим действительно следует сделать официальное заявление или что-то в этом роде. Слишком много людей просто не могут понять, что вы двое встречаетесь, – сказал Минхо, как только успокоился. – Это буквально самый плохо хранимый секрет в кампусе, и все же люди все еще не понимают этого, – усмехнулся Чанбин, заставив всех снова засмеяться. – Знаешь что, я действительно думаю, что должен, – сказал Чан, снова беря свой телефон в руки и сразу же открывая инстаграм. Все только смотрели в замешательстве и предвкушении, пока Чан что-то печатал. Через минуту Чан положил телефон на стол экраном вверх и откинулся на спинку стула. Все увидели открытое приложение с небольшим индикатором прогресса загрузки сверху. Это заняло всего секунду, прежде чем загрузка закончилась, и новый пост появился в верхней части ленты Чана. Все увидели, что это такое, и сразу же пришли в восторг. Рядом экран телефона Феликса загорелся новым уведомлением, которое гласило: «CB97 отметил вас на фотографии». Чан просто улыбнулся, немного застенчиво, но в основном гордо. – Крис! – застенчиво прохныкал Феликс, слегка ударив Чана по плечу. Его веснушчатое лицо покрылось румянцем, но он, несомненно, выглядел счастливым. Феликс спрятал лицо в ладонях и наклонился к плечу Чана. Он был счастлив, невероятно счастлив, но в то же время очень застенчив. Чан только улыбнулся шире, успокаивающе проводя рукой вверх и вниз по спине Феликса. Минхо, сидевший прямо напротив Чана за круглым столом, схватил его телефон, а все последовали за ним и сгрудились вокруг Минхо. Парни начали обсуждать ситуацию между собой полушепотом, все выглядело как едва контролируемый хаос. – Почему вы так шумите, ребята, перестаньте беспокоить других посетителей! – Джихе подошла к ним и шикнула на них. – Нуна, ты только посмотри! – воскликнул Минхо, поворачивая телефон Чана к Джихе. Девушка прищурилась на внезапно появившийся экран, прежде чем успела разглядеть то, что было на нем. Ее лицо расплылось в широкой доброй улыбке. На экране появилось последнее сообщение Чана, его общая фотография с Феликсом. Это было не слишком грубое проявление привязанности. На снимке Чан был одет в простую оверсайз белую рубашку и черные джинсы, его рука крепко обхватила плечо Феликса и притянула его ближе, целуя макушку веснушчатого мальчика. Феликс был одет в очень большую черную толстовку, ту самую, в которой Чана видели много раз, с капюшоном, закрывающим половину его головы. Руки Феликса, казавшиеся меньше из-за длинных рукавов толстовки, закрывали нижнюю половину его лица, но было совершенно очевидно, что он широко улыбался. Их лица были слегка затемнены, но это все еще были они. Изображение, казалось, кричало, что парни счастливо влюблены. – Это отняло у тебя достаточно времени, – Джихе улыбнулась Чану. – Честно говоря, я уже устала от того, что ко мне постоянно подходят девушки и спрашивают, не могу ли я свести их с тобой. Надеюсь, это остановит их всех, – все еще улыбаясь, добавила Джихе, – но вам, ребята, все равно нужно успокоиться, прежде чем я собственноручно вас вышвырну. – Пригрозила им девушка, но все равно ушла с улыбкой на лице. Парни действительно успокоились, но все еще сходили с ума из-за сообщения Чана. Телефон старшего тоже звенел, как сумасшедший от уведомлений, а все из-за этого поста. Минхо вернул телефон его владельцу, все поздравили парочку, учинив новый тихий хаос. Улыбка Чана не сходила с его лица, и он знал, что Феликс тоже легкомысленно улыбается, он просто стесняется. CB97 Итак, мне сказали, что реально никто не верит в то, что у меня есть вторая половинка? да ладно вам, я всем говорю это с тех пор, как был первокурсником. так вот, внимание. это Феликс, и я люблю его с тех пор, как мне исполнилось 18 лет. flreckles и я люблю тебя милый 💛 hanj.one фу, здесь пахнет любовью 🤢 spear.b отлично теперь могут все, пожалуйста, перестать писать мне в дм и просить, чтобы я свел вас с Чаном спасибо lino ну что, ребята, кампусный сердцеед официально (и всегда был) занят
Примечания:
На шоукейсе 3racha выступает с «we go», а danceracha с «wow». Припоминаете, да, эту рубашку Феликса? ( ͡° ͜ʖ ͡°)
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты