Сорняк и Роза

Когда Рей вошла в библиотеку, Кайдел всё ещё занималась, склонившись над книгами. Почувствовав приближение Рей, она подняла голову и некоторое время разглядывала её, а потом вновь вернулась к тестам. — С возвращением, — голосом, по которому ничего нельзя было понять, поприветствовала её Кайдел. Рей промычала что-то в ответ, стараясь держаться как ни в чём не бывало. Похоже, подруга всё-таки не догадалась про них с Беном? Спрашивать специально Рей точно не собиралась. — Нашли свою книгу? — спросила Кайдел, кидая на неё хитрый взгляд исподлобья. Рей почувствовала, что румянец начинает заливать её лицо, но тем не менее продолжила гнуть свою линию: — Да, нашли. Не сразу, правда, но… в итоге… Она сбилась, заметив расцветающую на губах Кайдел усмешку. — Рей. Я не идиотка. Меньше всего это было похоже на то, что вы действительно идёте искать книжку. Напряжение, сковавшее её, пропало. Рей разрывалась между облегчением, что больше не приходится выдумывать всякое, и смущением из-за того, что её поймали на вранье. И не кто-нибудь, а хорошая подруга. — Ох, — выдохнула Рей. — Всё так очевидно? Кайдел хмыкнула: — Не знаю, как для остальных… Мне стало понятно в последние несколько дней, когда Соло не отходил от тебя буквально ни на шаг. Знаешь, он был похож на альпийскую ящерицу, которая кусает свою добычу, а потом всюду следует за ней в ожидании, пока та не… — Ну, спасибо за лестное сравнение! — не дала договорить ей Рей, не зная, смеяться или злиться. Кайдел, бесчувственная к её переживаниям, продолжила: — И потом, ты видела себя в зеркале? Если вы что-то и искали, то разве что в Выручай-комнате, — иронично заметила она. Рей почувствовала, что краснеет ещё сильнее — хотя, казалось бы, куда ещё, и Кайдел изумлённо приподняла брови: — Похоже, я угадала… — помолчав, она спросила: — И давно это у вас продолжается? Вопрос поставил Рей в тупик. Пять дней? Вряд ли это можно считать правдивым ответом, и дело было даже не в том, чтобы не обмануть подругу. Рей сама не могла точно сказать, какой именно момент стоило считать точкой отсчёта. Видимо, поняв, что внятного ответа от Рей ей не добиться, Кайдел тихо произнесла: — Что ж, очевидно, достаточно долго, чтобы была возможность рассказать обо всём нам. — Раз уж об этом зашла речь… Пожалуйста, не говори пока остальным, — попросила Рей. — Финн и По точно не смогут делать вид, что ничего не происходит; понадобится совсем немного времени, чтобы узнала вся школа. А Турнир — то ещё испытание и без посторонних сплетен… Директор Бобатона, например, считает, что мы с Беном объединили силы против Хакса. Он обвинял нас в том, что мы всё подстроили и сами его заколдовали. Глаза Кайдел округлились. — Ничего себе, — пробормотала она. И, немного помолчав, добавила: — На самом деле я прекрасно понимаю, почему ты нам не рассказала. Всё же Бен Соло — твой соперник. И к тому же он — внук Вейдера… и всё такое… Рей тут же пылко перебила подругу: — То, что он в родстве с Вейдером, для меня не имеет никакого значения! — воскликнула она. — И на самом деле Бен не такой, каким кажется! Это только маска. Он… он совсем другой, если действительно его узнать. Кайдел продолжала недоверчиво на неё смотреть, и Рей горько сказала: — Если даже ты так реагируешь, то могу себе представить, что будет с Финном и По. И добавила уже тише: — И с Роуз. В воздухе повисли недосказанные слова о том, что бабушку и дедушку их подруги убил Вейдер. Кайдел вздохнула, но затем её взгляд медленно смягчился: — Хорошо, я им не скажу. И, Рей… Мне прекрасно известно, что сердцу не прикажешь. Поэтому просто будь чуточку осторожней, ладно? Рей снова открыла рот, чтобы возмутиться, но Кайдел лишь усмехнулась, указывая на её шею: — И в следующий раз используй Маскирующие чары. * * * Время до отбоя тянулось мучительно медленно, чтобы потом побежать с утроенной скоростью. Наконец, когда все её однокурсницы уснули, Рей смогла выйти из спальни, не опасаясь, что кто-нибудь заметит её исчезновение. Стоило ей выскользнуть из гостиной, как головы коснулась возникшая прямо из воздуха палочка, и у Рей появилось ощущение, что по телу стекают струйки холодной воды. — Это я. Прости, что напугал. Платт ошивается поблизости, поэтому пришлось применить Дезиллюминационные чары, — прошептал рядом Бен. — О… хорошо… — тихо откликнулась она. Как ни старалась Рей разглядеть Бена, она не могла увидеть ничего, кроме едва заметных колебаний воздуха, но вскоре ощутила прикосновение его руки к своему плечу. Скользнув ниже, он переплёл их пальцы и потянул её за собой. Путь до Выручай-комнаты оказался очень быстрым, и решающую роль в этом явно сыграл не страх, что они могли попасться Платту. Вскоре они оказались за заветной дверью, и теперь, применив контрчары, наконец смогли увидеть друг друга. — Привет, — улыбнулась Рей, глядя на Бена снизу вверх. — Привет, — отозвался Бен, замерев напротив. Сейчас на нём была надета обычная чёрная мантия вместо привычной дурмстранговской формы. — Я соскучилась, — прошептала Рей, чуть приподнимаясь на носочках и легко касаясь его губ. Она почувствовала, как напрягся Бен, а через мгновение он притянул её к себе и поцеловал в ответ, вновь заставляя забыть обо всём. — Я скучал по тебе уже тогда, когда за тобой закрылась дверь Выручай-комнаты, — признался он, отстранившись и прижавшись своим лбом ко лбу Рей. Его ладони обхватили её лицо, а большие пальцы едва ощутимо поглаживали шею. — Ты так быстро ушла. Его близость слишком дурманила голову, посылая сотни искорок по всему телу, вытесняя все прочие желания, кроме одного — обнять, придвинуться ещё ближе, так, чтобы между ними не осталось никакого расстояния. — Мне пришлось. Однако мы всё наверстаем, правда? — лукаво глядя на него, спросила Рей. Она провела руками по груди Бена, поднимаясь к плечам, чувствуя, как его тело вновь напрягается под её ладонями. Помедлив, Рей потянулась к нему, и Бен встретил её на полпути, находя её губы. Они всего лишь целовались — а она уже чувствовала себя так, словно её качает на гигантских волнах. В их распоряжении оказалась целая Выручай-комната, но сейчас совсем не хотелось тратить время, чтобы найти в ней более удобное место. Бен упёрся одной рукой в стену, а другой подхватил Рей под ягодицы, приподнимая выше. Она обвила его ногами, сцепив их у него за спиной. Горячее дыхание обожгло её шею, и она выгнулась навстречу его губам, подставляя обнажённую кожу для поцелуев. Рей сама уже будто горела — те искорки быстро превратились в полыхающее внутри пламя. Она сильнее прижалась к его бедрам, и он в ответ подался вперёд. Буквально вдавливая её в стену, толкаясь так… недвусмысленно, что будь у неё сомнения в силе его желания, сейчас они бы окончательно пропали. Удерживая её так, Бен стал расстёгивать крючки на её мантии. Рей делала то же самое с его, вернее, пыталась — пальцы почти не слушались. Удовольствие от тесной близости расцветало внизу живота, охватывая всё её тело. Мантии полетели вниз, и Бен, обхватив Рей уже двумя руками, понёс её куда-то вглубь комнаты. Рей уцепилась за него покрепче, и вовремя — перед глазами всё закружилось, и она упала спиной на что-то мягкое. Пара секунд — и Бен навис над ней, уже без рубашки, загораживая свет своей широкой спиной. — Ч-чёрт, — шумно выдохнул он. Глаза у него стали почти чёрными, обычно бледное лицо раскраснелось и покрылось испариной, волосы были взъерошены. — Я не… не собирался опять набрасываться на тебя так. — Эй, — Рей положила ладонь на его горячую щёку. — Всё в порядке. Я тоже этого хочу. Она приподнялась на локтях и взялась за его плечи, желая обратно привлечь к себе. А потом, поддавшись порыву, толкнула Бена на кровать. Он предпринял попытку встать, но Рей ловко перекинула ногу через его бёдра, села сверху, перехватила его руки и прижала их к матрасу. Всё это было для неё чем-то новым и неизведанным, и Рей овладел пьянящий восторг от собственной смелости, вытесняя неуверенность и смущение. К тому же… раз уж он сам мучил её днём, сейчас и она тоже может немного… — Что ты… — удивлённо начал Бен. — И кто теперь сверху? — поддразнила его Рей. Бен слегка прищурился, повернул голову набок и скосил глаза на её пальцы, с трудом обхватывающие его запястье. И ему, и ей было понятно, что он без труда мог опрокинуть её навзничь. — Ты в моей власти, Бен Соло, — продолжила Рей и слегка качнула бёдрами, заставляя его напрячься и сглотнуть. — Сдавайся. — А если я откажусь? — хрипло спросил он. Его ответ снова напомнил ей об их первом разговоре, забыть который она теперь точно не смогла бы. — Тогда я заставлю тебя, — отозвалась Рей со всей серьёзностью. — Я с удовольствием на это… — Бен не договорил, завороженно следя за тем, как она стягивает с себя кофту через голову. И тут же потянулся к Рей, обхватывая её талию и гладя живот большими пальцами. — Уже сдаёшься? — поинтересовалась она, перехватывая его ладонь. Он ответил ей недовольным, почти сердитым взглядом, но всё же нехотя убрал руку, напряжённо следя за каждым действием Рей. На сколько ещё хватит его терпения, она не знала. Но было что-то неуловимо приятное в том, что он сейчас позволял ей делать то, что она захочет. Осмелев, Рей чуть сдвинулась назад и потянулась к застёжке на его штанах. Молния поддалась не сразу, и ещё сложнее оказалось стянуть с него брюки и бельё — хотя бы до колен. Она разделась сама, чувствуя, как под голодным жадным взглядом Бена румянец разливается по лицу, сползает на шею и в конце концов жаром обволакивает её всю. Обнажённая, Рей вновь опустилась на Бена сверху. Прикосновение её уже влажной плоти к его горячему гладкому члену оказалось слишком приятным. Рей неловко потёрлась об него, ещё и ещё, чувствуя, как нарастающее внизу живота напряжение становится невыносимым. Ещё немного, и она… Бен сжал кулаки, его широкая грудь тяжело вздымалась и опускалась, а глаза лихорадочно блестели. — Клянусь, если ты это не прекратишь… — сдавленно прошептал он, явно с трудом держа себя в руках. — Тогда… что? — задыхаясь от пронизывающих всё её тело ощущений, спросила Рей. — Не… не могу… больше, — Бен порывисто притянул её к себе, целуя жадно и напористо. Он резко толкнулся между её бёдер, направляя её и задавая быстрый темп. Рей ахнула от внезапного чувства наполненности и дрожи наслаждения, пробежавшей по телу. Дыхание срывалось на каждом вдохе, воздуха не хватало, но всё равно было так хорошо… так… Она зажмурилась, когда все чувства сузились до предела, а тело пронзила сладкая судорога. Бен впился пальцами в её бедра, напряжённый, всё ещё твёрдый, и прижал к себе так сильно, что воздуха в лёгких почти не осталось. Когда Рей обмякла в его руках и устало выдохнула ему на ухо, Бен с лёгкостью перевернул её, вновь оказываясь сверху. Он задвигался в ней неровными, резкими толчками, вжимая её в матрас. Хрипло простонав ей что-то в шею, он резко дёрнулся, и внутри стало жарко и запульсировало. Так и лёжа на ней, Бен сжал её в объятиях, уткнулся носом в её порядком растрепавшиеся волосы и что-то довольно промычал. — Ты… ты меня раздавишь, — рассмеялась Рей. — Прости, — Бен приподнялся на локте, перекатываясь на бок и выскальзывая из неё. Он протянул на подушке руку, словно приглашая, и Рей устроилась у него на плече, глядя на него, потного, всё ещё часто дышащего… и такого красивого. Секунды шли, а они так и смотрели друг на друга. — Когда тебе нужно быть в вашей башне? — прервал молчание Бен, скользя рукой по её бедру. — В шесть. Если никто из однокурсниц не проснётся раньше обычного, — Рей протянула руку, убирая с его лица влажную прядь. — В шесть, — тихо повторил Бен. Сейчас было около часу пополуночи, а это значило, что у них есть пять часов. Пять. От такого количества времени в их полном распоряжении голова шла кругом. Рей счастливо вздохнула и прикусила губу, пряча улыбку. — Чем… чем займёмся? — спросила она. Наверное, вопрос звучал ужасно глупо. Но, в конце концов, у неё было не так уж много опыта в подобных делах. Ведь это было их первое настоящее… свидание? Бен с видимым удовольствием потянулся на кровати и пожал плечами, а потом вдруг будто вспомнил о чём-то. — Как насчёт… м-м-м… позднего ужина? — предложил он. — Ужина? Ты шутишь! — недоверчиво фыркнула Рей. — Мы ведь не можем просто наколдовать еды… — Я в курсе закона Гэмпа, если ты об этом, — Бен натянул обратно брюки и вытащил из кармана волшебную палочку. Рей заинтригованно наблюдала за его действиями. Она села на кровати, прикрывшись зажатым под мышками покрывалом. Бен тем временем призвал к себе Манящими чарами мантию, валяющуюся у двери. Затем извлёк из неё крошечный свёрток и увеличил его заклинанием до обычных размеров. — Этот новый принятый закон — полная ерунда. Но домовики, кажется, отнеслись к нему вполне серьёзно, — проворчал Бен, разворачивая свёрток. — Так что пришлось их подкупить. Озадаченность, с которой он произнёс последнее слово, заставила Рей плотно сжать губы, чтобы не рассмеяться. — Но я подумал, раз ты так любишь булочки, что ими пахнет твоя Амортенция… — продолжил Бен, раскладывая еду на деревянном столике. Здесь действительно были булочки, а ещё сандвичи, пара яблок и даже две бутылки сливочного пива. Вроде бы ничего необычного — просто еда с кухни. Подобные свёртки они с друзьями не один раз забирали у домовых эльфов, решив что-нибудь отпраздновать. Но этот был собран именно для неё, и теперь что-то тёплое разливалось внутри, согревая всё её существо. — Это… это так… — тронутая его заботой, Рей никак не могла найти подходящее слово. — Это так мило! Кончики ушей Бена покраснели, и он пробормотал что-то невнятное в ответ. — Это очень мило, Бен, — не удержалась и повторила Рей. — Это всего лишь перекус, — не глядя на неё и делая вид, что сосредоточен на откупоривании бутылок, ответил Бен. — Знаешь, нет. Это ты очень милый, — пряча улыбку в уголках губ, серьёзно произнесла Рей. — Я не… — он наконец поднял на неё взгляд и помрачнел. — Издеваешься, да? — Нет, я просто хочу сказать, что ты… Ай! — вскрикнула Рей, потому что Бен резко схватил её за руку и сцапал мёртвой хваткой, прижав к себе. Покрывало кое-где сбилось, и теперь своим обнажённым боком она вновь чувствовала его тёплую кожу. — Засмеёшься и узнаешь, какой я милый, — предупредил он, грозно глядя на неё. — Правда? — Рей надеялась, что предвкушение в её голосе не было слишком уж очевидным. — Ай! — вскрикнула она, когда Бен легонько ущипнул её за бедро. — Ужин, — протягивая ей сливочное пиво, почти строго сказал Бен. Свободную руку он обвил вокруг её талии. Устраиваясь в его объятиях поудобнее, Рей села вполоборота и перекинула согнутые в коленях ноги через бёдра Бена, прислонившись к его крепкому торсу. — М-м-м… как вкусно!.. — с наслаждением протянула она, отхлебнув напиток. Похоже, это было то самое знаменитое пиво из «Трёх мётел» — лучшее сливочное пиво в стране. Рей его очень любила, но почти никогда не покупала. Всё-таки два сикля за бутылку… — Знаешь, а ты оказался прав. — А когда-то было иначе? — отозвался Бен. Рей закатила глаза. — Ты точно когда-нибудь станешь жертвой дергоносов, — она шутливо щёлкнула его по плечу. — Я о том, что Кайдел обо всём догадалась. — И что она сказала? — спросил он, водя пальцами по её бедру. — Назвала тебя альпийской ящерицей, — улыбаясь до ямочек на щеках при виде замешательства на лице Бена, сказала Рей. — И обещала не говорить остальным. А ещё спросила, как давно у нас это продолжается. Рука Бена на секунду замерла. — И что ты ответила? — его голос слегка дрогнул, выдавая интерес. — Ничего. Не знала, что сказать, — призналась Рей. — Пять дней не очень-то похожи на правду, так ведь? — Так, — согласился Бен, пристально глядя на неё. Этот взгляд заставил её неловко заёрзать. Он вызывал такое чувство, будто она что-то скрывала или… — А что сказал бы ты? Только произнеся это, Рей поняла: ей на самом деле очень сильно хочется узнать, что он об этом думает. Бен некоторое время молчал, и когда она уже было решила, что ответа так и не услышит, он проговорил: — Наверное, я почти с самого начала знал, что ты станешь проблемой. Рей вскинула взгляд, ожидая увидеть в тёмных глазах насмешку, но лицо Бена было серьёзным. Огорошенная неожиданным признанием, она коснулась пальцами залёгшей между его бровей морщинки и тихо спросила: — И я ею стала? Тепло его дыхания мурашками отзывалось во всем теле. — Определённо, — на губах Бена заиграла полуулыбка. — Примерно с того вечера после матча, когда поджидала меня у входа в замок, чтобы напасть. Вспоминать о той выходке оказалось стыдно, хотя, надо признать, основание для таких действий у Рей всё же было. Защищаясь, она воскликнула: — Это было не нападение! Я просто… Я… — Рей сбилась, так и не придумав, как назвать это иначе. — Прости за это, — вздохнув, уже тише сказала она. — Мне просто очень хотелось восстановить справедливость. — Так по-гриффиндорски, — хмыкнул Бен. Рей хотела возразить, но по блеску его тёмных глаз поняла, что он её дразнит. Она фыркнула и в отместку принялась ерошить ему волосы, однако Бен быстро положил этому конец, перехватив её руки, и крепко стиснул её в объятиях. Рей, немного потрепыхавшись, в конце концов сдалась и уткнулась носом в его шею. Вдохнула такой уже родной запах его кожи и прикрыла глаза, наслаждаясь близостью. Окутанная теплом объятий, Рей думала о его словах. Для неё это не было любовью с первого взгляда, но теперь ей казалось, что с тех пор, как их заклинания сплелись в трепещущий золотой луч, всё вело к этому моменту. Её тянуло к Бену с самого начала. И тогда, после матча, логичнее было бы рассказать о случившемся Асоке Тано или Маз Канате, но почему-то она выбрала совершенно другой вариант. Вариант, при котором что угодно могло пойти не так, если бы Бен действительно играл нечестно и желал избежать разоблачения. Была ли это безрассудная самонадеянность, или она с самого начала в глубине души знала, что Бен не причинит ей вреда?.. Рей вскинула голову, подняв на него лукавый взгляд. — Ты всё время говоришь про гриффиндорцев, а между тем сам поступил похожим образом, — видя непонимание в глазах Бена, она пояснила: — Тогда, перед первым испытанием… Ты рассказал мне про него, хотя в твоих же интересах было этого не делать. — Я ведь объяснил, что не хотел оставаться у тебя в долгу, — пробормотал он как будто немного смущённо. Рей недоверчиво хмыкнула, но решила не развивать эту тему. — Скажи, а откуда ты узнал, что нас ждёт? В первом задании? — вместо этого она задала вопрос, который уже давно не давал ей покоя. Бен чуть помедлил, но всё же ответил: — От Сноука. От Сноука?.. И всё-таки не зря он ей не понравился, подумала Рей. Она не могла себе представить, что директор Холдо рассказала бы ей о таком, даже если бы была уверена, что это принесёт Хогвартсу желанные очки. — А он откуда? — продолжала допытываться Рей. — Не знаю, — пожал плечами Бен. — Сказал лишь, что источнику абсолютно точно можно верить. Выходит, у Сноука был свой информатор? Очень хорошо осведомлённый информатор, судя по всему. Бен помолчал и добавил: — Дурмстранг никогда не выигрывал в Турнире Трёх Волшебников, ты знала? Рей кивнула: — А Хогвартс и Бобатон сейчас имеют поровну выигрышей. Странно, да? Такое необычное распределение нарушает все нумерологические законы. Бен скосил на неё глаза и едва заметно усмехнулся. — Порой забываю, что говорю с отличницей, — беззлобно поддразнил её он, нажав пальцем на кончик её носа. Рей фыркнула и смахнула его руку, но почти сразу обхватила его ладонь. Бен в задумчивости погладил костяшки её пальцев. — Должно быть, Сноуку очень хочется стать директором, на веку которого произошла первая победа. Ему всегда был важен результат, а остальное… — будто размышляя про себя, произнёс он. — Победа любой ценой… — Рей не договорила и покачала головой. И почувствовала, как мышцы Бена напряглись. — Больше никакой информации об испытаниях он мне не сообщал, — очень ровным голосом сказал он. Рей подняла на него тревожный взгляд. Неужели своими словами она заставила Бена думать, будто сомневается в его разборчивости в методах достижения цели?.. — Я тебе верю, — тихо произнесла Рей. Под её успокаивающим взглядом его лицо постепенно разгладилось, и она рискнула договорить: — Но всё же интересно, почему он рассказал тебе только про первый тур, если Сноук действительно так хочет победы Дурмстранга? — Не знаю. Он вообще больше не говорил со мной о Турнире. Если не считать… — Бен сбился и не договорил. — Если не считать?.. — повторила Рей. Но он не торопился встречаться с ней взглядами. — Это… уже неважно, — наконец произнёс Бен. Он очевидно не хотел продолжать этот разговор. Рей решила не настаивать. — Прости, что подняла эту тему. Не хотела тебя расстроить, — она провела рукой по его груди и положила ладонь туда, где билось его сердце. Бен накрыл её руку своей и легонько сжал. — Всё в порядке. Хорошо, что ты спросила… Потому что тогда я всё время гадал, что ты думаешь обо мне, если считаешь, что мне сливают всю информацию. Думал, ты меня презираешь… — С чего ты так решил? — удивилась Рей. Бен пожал плечами, но, поколебавшись, всё же сказал: — Ну… Тогда, на репетиции… Ты сказала, что твой партнёр не пришёл. А потом танцевала с тем идиотом и с ним же появилась на балу, — челюсть Бена едва заметно напряглась. Это что, ревность? — Йоло не идиот, — Рей с трудом сдержала улыбку, стараясь придать тону серьёзно-осуждающую интонацию. — Даже имя у него идиотское, — буркнул Бен. — Кто бы говорил! — хмыкнула она. — Из нас двоих это ты позвал на Святочный бал Лузику Стинникс. — Потому что ты проигнорировала моё приглашение, — нахмурился Бен. — Что? — Рей ошарашенно на него уставилась. — Только не говори, что ты… таким образом ты пытался… — на лице Бена появилась страдальческая гримаса, и Рей, всё ещё изумлённая услышанным, покачала головой: — Это не было похоже на приглашение. Он закатил глаза: — Ладно, может, это было не совсем приглашение… — Это было совсем не приглашение, Бен, — Рей с трудом сдерживала смех. Он повернулся к ней, кажется, намереваясь воплотить в жизнь прежнюю угрозу, но раздражение из его глаз быстро ушло, сменившись пристальным вниманием. В глубине тёмных глаз плескалось озорство. — Хорошо, тогда исправим это сейчас. Он вдруг поднялся с места и протянул ей руку. — Мисс Джонс, позвольте пригласить вас на танец. Рей уставилась на него снизу вверх: — Что? — Это похоже на приглашение, надеюсь? — приподнял брови Бен. — Ты это серьёзно? — она недоверчиво посмотрела на его большую ладонь. Бен кивнул. — Я… я не могу танцевать сейчас. Я… голая. И ты тоже… не совсем одет, — Рей скользнула взглядом по его обнажённому торсу. — Некоторое время назад тебя это совсем не смущало, — увернувшись от запущенной в него подушки, Бен наклонился и поднял с пола свою рубашку. — Но если так уж нужно, ты можешь надеть это. Под его настойчивым взглядом Рей, качая головой и улыбаясь, всё же сдалась: натянула на себя его рубашку, которая на ней оказалась не сильно короче форменной юбки, закатала рукава и поднялась на ноги. — Будем без музыки танцевать? — поинтересовалась она, скрывая смущение. Вместо ответа Бен нетерпеливо дёрнул плечом, и Выручай-комната мгновенно переменилась: диван и стол куда-то исчезли, свет мигнул и погас, чтобы в следующую секунду вспыхнуть сотней парящих в воздухе свечей, а плавная мелодия вальса потекла из ниоткуда. — Ух ты, — восхищённо выдохнула Рей. — Комната работает, — произнёс Бен, кладя руку на её талию. Шаг, шаг, поворот, и снова, и снова… Движения повторялись, сплетая замысловатый невидимый узор под их ногами. Танцевать в этот раз оказалось проще, всё будто получалось само собой. Не мешала разница в росте, не было мантий, в прошлый раз так и норовивших хлестнуть по ногам. На секунду Рей стало жаль времени, что они потеряли, — она представила, скольких ситуаций они, возможно, избежали бы, пригласи её тогда Бен и согласись она сама пойти. Но тут же отмела эту мысль. Раньше было бы не так. Потому что момент ещё не пришёл. Потому что иногда нужно много времени и усилий, чтобы увидеть то, что находится рядом. Увидеть по-настоящему. — Бен, — тихо сказала Рей ему в плечо. Вперёд-назад-поворот, вперёд-назад-поворот. — М-м-м? — Раз уж речь зашла про приглашения… У нас будет… словом… — Мерлин, что приключилось с её красноречием? — Хочешь… хочешь пойти на наш выпускной? Вперёд-назад… Бен остановился, и Рей едва не налетела на него от неожиданности. Музыка тоже смолкла, свечи вспыхнули, погасли и исчезли, а через секунду комнату вновь залил мягкий ровный свет. Почему всё вернулось на свои места? Это… это из-за её вопроса? Рей немного запаниковала. — То есть… Я, конечно, не настаиваю… Только… только если у тебя будет желание… Если ты не уверен, то я пойму… — зачастила она. — Ты предлагаешь пойти вместе? — спросил Бен. — Что?.. А, да. Вместе. Как пара. То есть… Если ты, конечно… — снова сбиваясь, заговорила Рей. — …Если я захочу. Я понял, — сказал Бен. — Так вот, я хочу. Даже очень. Она выдохнула и рассмеялась, почувствовав облегчение. — Точно? Потому что если ты не уверен… Бен прищурился. — …То у тебя есть запасной вариант? — договорил за неё он. — Я уверен, Рей. И, кстати, если этот Йоло ещё раз к тебе приблизится, то получит что-то посерьёзнее Обезъяза… И это что-то можно будет с полным правом классифицировать как Светлую магию, ведь подпитываться оно станет моими самыми искренними радостью и счастьем. — Знаешь, очень странно слышать это от тебя, — Рей ткнула его пальцем в грудь. — Как будто это не за тобой всё время следует с полдюжины хихикающих девиц. И не делай такое удивленное лицо, Бен Соло, словно ты не понимаешь, что я имею в виду. «Будьте любезны, распишитесь в моей тетради, мистер Соло! Она вся в сердечках, это потому что я вклеиваю туда вырезки из газет с вашим участием!» — жеманным голосом пропела Рей, не замечая, что глаза Бена опасно заблестели. — «Пожалуйста, мистер Соло, оставьте свой автограф на моей мантии! А ещё лучше — отпечаток вашей ладони на моей…» Рей прервалась, потому что Бен вдруг стал на неё надвигаться, и вид у него был очень решительный. — Эй… что ты… — Сейчас я оставлю тебе отпечаток! — прорычал Бен, кидаясь в её сторону. Рей взвизгнула и бросилась прочь, но он быстро подхватил её под коленки, закинул на плечо и потащил обратно к кровати. Завязалась борьба, Рей принялась отбиваться, пытаясь выбраться из кольца его рук. И, хотя она использовала всю силу и весь свой вес, чтобы вырваться, он достаточно быстро повалил её на спину. — Так где ты хочешь, чтобы я его оставил? Здесь? Или лучше здесь? — спрашивал он, прикусывая нежную кожу на её бедре и щекоча горячим дыханием. — Пожалуйста, хватит! Бен, что ты… Ах!.. Отпусти!.. — взмолилась запыхавшаяся Рей. Но он и не думал слушаться. Бен посмотрел на неё сверху вниз, блуждая взглядом по её лицу, шее и ключицам. Его глаза потемнели, отчего сердце Рей забилось чаще. — Пожалуй, мне нужно ещё одно счастливое воспоминание для вызова Патронуса, — пробормотал Бен, вновь склоняясь к её губам. * * * — Теперь мне точно пора идти. — М-м-м. — Уже пятнадцать минут седьмого. — Двенадцать. — Я серьёзно, Бен. — Я тоже. Рей вздохнула, впрочем, не делая никаких попыток высвободиться из его объятий. Или поднять голову с его груди. Или хотя бы пошевелиться. Или перестать вдыхать его запах и наслаждаться теплом его рук. Всё это казалось чем-то абсолютно невыполнимым. Полчаса назад, когда они вышли из Выручай-комнаты, Бен сказал, что проводит её к гостиной. Рей не стала возражать, не видя в этом ничего плохого. Встретить учеников в такое время невозможно, да и Платт, наверное, уже спал после ночного дежурства… И вот теперь выяснилось, что главная загвоздка состояла в том, чтобы в конце маршрута всё-таки разойтись по своим спальням. И всё же нужно было расставаться. — Спасибо за прекрасное свидание, — Рей подняла руку и положила ладонь на его щёку, поглаживая её кончиками пальцев. Отросшая за ночь щетина покалывала кожу. — Назови хотя бы одну причину, почему я должен сейчас тебя отпустить, — тихо проговорил Бен. Ни одной. Сейчас Рей не могла назвать ни одной причины. Было так легко потеряться в его взгляде. Никто и никогда не смотрел на неё — так. Если можно было бы вообще не покидать его объятий. Если можно было бы растянуть время — в вечность. — Мы увидимся совсем скоро. За завтраком, — наконец вспомнила она. — Где к тебе даже подойти будет нельзя? Это скорее пытка, — возразил Бен. Рей была с ним полностью согласна. И теперь совершенно не понимала, о чём думала, предлагая держать всё в тайне. И как ей тогда вообще удавалось думать. — Мы ведь… увидимся вечером? Как сегодня? — прошептала она, глядя ему в глаза. И вдруг широко зевнула, не слишком успешно пытаясь закрыть рот ладонью. Бен усмехнулся и прикоснулся губами к её макушке. — Иди, — вздохнул он, отстраняясь. Рей не двинулась с места, и он с угрозой добавил: — Иди же! Пока я не передумал. Из общей гостиной Рей поднялась наверх. В спальне семикурсниц было тихо, слышалось только тиканье будильников и размеренное дыхание девушек. Из зарешёченных окон лился утренний свет, рассыпая по стенам солнечных зайчиков. Стараясь не шуметь, Рей разулась, скинула мантию и растянулась на кровати под пологом. Грудную клетку будто распирало тысячей пузырьков, а тело казалось таким лёгким, словно могло подняться в воздух само по себе. Если бы сейчас ей потребовалось создать патронуса, он разогнал бы всех дементоров Азкабана. На ней всё ещё оставалась рубашка Бена, и теперь, закрыв глаза, так легко было представить себя в его объятиях. Рей повернулась на бок, сворачиваясь калачиком, и счастливо вздохнула. Сейчас её занимали лишь два вопроса. Как заснуть, когда хочется только улыбаться, смакуя события прошедшей ночи? И как дождаться отбоя? * * * К середине дня бессонная ночь всё же дала о себе знать. На счастье Рей, больше на сегодня у неё не было занятий, только вечерняя тренировка с Винду, поэтому в гостиную Гриффиндора она возвращалась в надежде вздремнуть пару часиков. — Лепреконское золото, — обращаясь к Полной даме, произнесла она пароль. — Ты и сегодня собираешься разбудишь меня ни свет ни заря? — недовольно спросила та. — М-м-м… я… — Рей почувствовала, что краснеет под неодобрительным взглядом портрета. Но тут Полной даме пришлось отъехать в сторону, выпуская четверокурсника. Рей, воспользовавшись моментом, юркнула внутрь. И застала необычную картину. Посреди гостиной собралась небольшая толпа. Всеобщее внимание было приковано к плачущей на плече Каре Кун Талли. Сидящая по другую сторону от неё Джессика пыталась её утешить, но без особого успеха. На журнальном столике рядом с ними громоздился хрустальный шар, звёздные карты, груда камешков и пара учебников по Прорицаниям. — Талли, ты чего ревёшь? Любимый шар дал трещину? — весело спросил её Финн. Они с По выглядывали из спальни юношей, как и некоторые другие ученики, привлечённые шумом. Каре сердито посмотрела на него и покачала головой, а Талли собиралась ответить, но в этот момент заметила подошедшую Рей и заревела ещё сильнее. Джессика принялась что-то нашёптывать ей, поглаживая по плечу. — Эй, девчонки, да что случилось? — нахмурился По. — Можете объяснить по-человечески? Талли отбросила с лица влажные от слёз светлые пряди и подняла на него красные глаза. — Я… я го-готовилась к экзамену по Прориц-цаниям, — всхлипывая, заговорила она. — И… н-ну… мне н-нужно было на чём-то п-попракт-тиковаться… Талли прервалась, чтобы утереть лицо. — Так, и?.. — поторопил её По. — Я задала вопрос — кто победит в Турнире? — и сделала расклад таро. Но он предсказывал какую-то чушь… — Очень верное определение для Прорицаний! — хмыкнул По, и несколько человек засмеялись. Талли, казалось, вовсе не заметила подколки. — Выходило, что вроде бы это будет Рей, но вроде и не она… Но такого не бывает! Поэтому я решила составить её гороскоп. На Рей устремились десятки пар глаз учеников, наблюдающих за этой сценой. Это здорово нервировало, но деваться было некуда. Она подошла ближе и присела на диван рядом с Талли. — Твой гороскоп, он… предсказал ужасные вещи… — её губы опять запрыгали, а на глазах снова выступили слёзы. Студенты, выходящие из спален, скапливались в гостиной. Большинство явно забавляло происходящее, но Талли не обращала на них никакого внимания, слишком увлечённая своими переживаниями. — Талли, ну ты чего… Эй… Не плачь, пожалуйста! — Рей положила руку ей на плечо и ласково улыбнулась, пытаясь успокоить однокурсницу. — Видишь, я здесь, всё хорошо. Ты ведь и сама знаешь, что гороскопы — не самая надёжная вещь, и… — А вот мне интересно, что он предсказал, — перебил её Финн. — Талли, рассказывай, не томи! Рей нахмурилась, глядя на друга. Ей не нравилось ни то, что он посмеивается над их однокурсницей, ни то, что его слова лишь сильнее привлекают внимание к этому представлению. — Смерть. Медленную смерть, — Талли вцепилась в руку Рей и сжала её со всей силы. — Тебе нельзя проходить последнее испытание! — Если я не пройду испытание, то последствия нарушения магического контракта вряд ли будут приятнее, — возразила Рей, безуспешно пытаясь вернуть руку обратно. — Возможно, твой гороскоп намекал как раз на это… Талли покачала головой: — Не мой, а твой. И — нет. Мне выпала руна Кеназ, так что… нет. Перевёрнутая Кеназ, Рей, — добавила однокурсница таким тоном, словно это всё объясняло. — Поистине душераздирающе, — бодро отозвался По. — Талли, желаю тебе поскорее сдать свои Прорицания и забыть всю эту чушь. Где-то вдали послышался звон колокола, оповещающий о скором начале занятия, и ученики потянулись к выходу из гостиной. Каре и Джессика, извинившись, тоже ушли, и в итоге они с Талли остались почти в полном одиночестве. — Если ты не возражаешь… Я хотела бы… — Рей вновь предприняла попытку подняться с дивана, но Талли её остановила. — Рей, я знаю, ты не любишь Прорицания, — глядя ей прямо в глаза, сказала она. — Но сейчас всё сходится к одному, и это просто нельзя игнорировать. Талли осмотрела гостиную, убеждаясь, что та опустела, и добавила тихим голосом: — Когда я заглянула в хрустальный шар, то почувствовала себя дурно. Со мной такое было впервые, и я даже на секунду подумала, может, дело в моей физической оболочке… Но потом они заполнили мою голову, и сомнений, что это истинное видение, не осталось. Я чувствовала их так явно. Эти вибрации. — Талли передёрнуло от одного воспоминания. — Вибрации предательства. Неожиданно Рей ощутила холодок тревоги, глядя в большие голубые глаза Талли. Они будто… гипнотизировали её, не давая сдвинуться с места. — Предательство, — повторила Талли. — Рей, тебя предаст человек, от которого ты ждёшь этого меньше всего. В отдалении вновь разнёсся звон колокола, и Рей вздрогнула, очнувшись от наваждения. — Спасибо за предупреждение, Талли, — как можно искреннее поблагодарила она подругу, поднимаясь с дивана. — Я постараюсь быть внимательнее. * * * Бена Соло, стоящего у кабинета Винду, Рей заметила сразу. — Что ты тут делаешь? — изумлённо спросила она, подходя ближе. — То же, что и ты, — ответил Бен, немного удивлённый вопросом. Рей на секунду представила, что и он берет уроки у Винду, но тут же отмела эту мысль. — У меня здесь дополнительные занятия, — призналась она. Если Бен и удивился, то не выдал этого. — Мне передали, что всех Чемпионов ждут здесь в шесть вечера для какого-то объявления, — пояснил Бен. — Но пока никого нет, так что… Он посмотрел по сторонам, после чего притянул Рей к себе. Разумеется, им не стоило здесь обниматься. Но… вокруг ведь действительно не было ни души, так что Рей сама подалась навстречу. Она приподнялась на цыпочках, ухватившись пальцами за его плечи, и прижалась к пухлым губам в быстром поцелуе. Бен глубоко вздохнул, крепче обнимая, и мягко потёрся носом о её висок. От этой нежной ласки по телу Рей пробежала дрожь. В этот момент больше всего на свете ей хотелось отменить занятие с Винду и оказаться в Выручай-комнате. И хорошо бы моментально. Как же глупо, что на территории Хогвартса нельзя аппарировать!.. — Чёрт… кажется, Хакс идёт, — проворчал Бен, выпуская её из рук. — А я уже надеялся, мы от него избавились… Рей повернула голову в том направлении, куда он смотрел, и действительно заметила приближающегося бобатонского Чемпиона. Он подошёл к двери, постучал и, не получив ответа, заглянул внутрь. Видимо, в кабинете было пусто, поскольку Армитаж прикрыл дверь и отступил в сторону. — Не терпится узнать, что тебя дисквалифицировали? — холодно заметил Бен, складывая руки на груди. — Дисквалификация светит ‘газве что вам двоим, — Армитаж кинул на него надменный взгляд и отвернулся. — А мне не те’гпится избавиться от такого общества. — Поясни, — своим тем самым обманчиво спокойным голосом произнёс Бен. Чувствуя, что вокруг сгущается напряжение, Рей попыталась перевести разговор на другую тему: — Эй, давайте просто дождёмся… Но Хакс заглушил её слова громким фырканьем. — Тебе действительно непонятно? Хо’гоши сопе’гники, нечего сказать! Кубок точно сошёл с ума — изб’гать в Чемпионы внука Вейде’га! Хотя учитывая, что ты из Ду’гмстранга… — Пренебрежение в его голосе было таким очевидным, что скажи он вместо последнего слова «помойка», и то его отношение не проявилось бы так сильно. — Там, наве’гное, и выби’гать-то не из кого. Бен молчал. Глядя на выражение его лица, Рей подумала, что только дурак станет продолжать, но Хакс уже завёлся. — А что касается её, — он кивнул в сторону Рей, даже не удостоив её взглядом. — Тут и гово’гить нечего. Си’гота без ‘году без племени. Выиг’гала пе’гвый ту’г только из-за везения, а дальше — пффф! — даже богга’гта… В этот момент Хакс внезапно замолчал и вскинул руки к горлу. Лицо его пошло красными пятнами, будто он задыхался. Рей в смятении перевела взгляд на Бена. — Мне плевать, что ты там думаешь про меня. Но ты возьмёшь все свои слова о Рей назад, — медленно произнёс он, чеканя каждый слог. — Или узнаешь всё о приёмах боевой магии, которые изучают в Дурмстранге. Бен сжимал в руке палочку, а его лицо, ещё пару минут назад светившееся нежностью, исказилось от сдерживаемой ярости. Эта резкая перемена поразила Рей — она застыла на месте, не зная, что предпринять. — Ты, к’гетин, отпусти! — захрипел от злости и удушья Армитаж. — Ты немедленно извинишься перед ней за этот бред. А также за всё то, что совершил против неё раньше, — повторил Соло. — Бен, со мной всё в порядке. Мне это не нужно, — попыталась урезонить его Рей, но он продолжал держать Хакса под прицелом. — Когда судьи узнают об этом… — начал тот, но Бен усилил магический нажим, заставив его замолчать. Лицо Армитажа покраснело ещё сильнее, а затем начало белеть. — Л-л… ладно! Из… извини меня, — кое-как выдавил из себя он, посмотрев на Рей. Бен не отводил палочку в сторону, явно не удовлетворённый этими двумя словами. — Достаточно, Бен, — с нажимом произнесла Рей. Она взяла его за предплечье, тут же почувствовав, как он дёрнулся от её прикосновения. Бен кинул на неё взгляд, истолковать который оказалось сложно. Была ли в его глазах злость, обращённая уже на неё за то, что посмела командовать? Или в них таились раскаяние и мольба о помощи? Или что-то третье?.. Бен слишком быстро отвёл глаза, поэтому Рей не могла сказать наверняка. Она мягко сжала его руку ещё раз. Наконец он всё же опустил палочку. Хакс тут же рухнул на пол, как подкошенный. — Ты пожалеешь об этом, Соло, — осипшим голосом пригрозил он, поднимаясь и отряхивая голубую мантию. Бен не обратил внимания на его слова. Он шагнул назад и прислонился затылком к стене, глядя перед собой невидящим взглядом. Больше всего на свете Рей хотелось подойти и обнять его, но именно сейчас это было невозможно: в коридоре вновь послышались шаги, а через полминуты подошедший Винду уже распахивал дверь своего кабинета. — Простите, что заставил ждать, — произнёс он, пропуская Чемпионов вперёд. — Надолго я вас не задержу. Когда все трое выстроились перед ним, он натужно откашлялся: — Мне поручено сделать вам небольшое объявление. Как вы помните, Министерство магии обещало провести официальное расследование и вынести свой вердикт касательно дальнейшей судьбы Турнира. Расследование уже завершено. Уловив в глазах Рей неподдельное удивление, Винду едва заметно поморщился: — Должно быть, они сочли, что отчётов присутствовавших в замке сотрудников Министерства достаточно, чтобы составить полное мнение о произошедшем и не затруднять других людей расспросами, — весь его тон был пронизан скепсисом. — Итак… — профессор поднял со стола свиток пергамента, сверяясь с ним. — В официальном письме говорится, что случившееся… гм… это досадный инцидент. Представитель Министерства магии высказывает свои самые искренние сожаления, что вам пришлось всё это пережить. Однако в связи с тем, что отменить Турнир крайне проблематично, третий тур всё же будет проведён. Рей украдкой кинула взгляд на Бена. На лице у него словно застыла маска отрешённости. Рей даже не была уверена, что он слышит то, о чём говорит Винду. — Но в связи с тем, что в произошедшее оказались втянуты также директора всех трёх школ, пришлось внести небольшие изменения, — продолжил профессор. — Министерство магии постановило, что последнее задание Турнира будет оцениваться не судьями, как было принято ранее. Победителя определят иным способом. — Иным? То есть наши п’гошлые достижения больше не имеют значения? — с негодованием воскликнул Хакс. — Здесь этого не говорится, — возразил Винду. — Впрочем, все подробности о третьем задании вы узнаете примерно за неделю до него. Пока всё держится в секрете. Профессор отложил в сторону лист пергамента. — И ещё. В день третьего испытания вам разрешено пригласить в Хогвартс родителей или других близких родственников, чтобы они смогли вас поддержать. Поэтому советую оповестить их заранее, — Винду оглядел безмолвствующих Чемпионов. — Что ж… Вот и всё, что я должен был вам сообщить. Мистер Соло, мистер Хакс, если у вас нет вопросов, можете быть свободны. Армитаж Хакс, не попрощавшись, тут же стремительно вышел из кабинета. — У меня тоже нет вопросов, — произнёс Бен. — До свидания, сэр. Рей попыталась поймать его взгляд, но он так ни разу на неё и не посмотрел. Дверь закрылась за ним с лёгким хлопком. Раздалось покашливание, и Рей обернулась, вспомнив о том, что у неё вообще-то занятие. Винду уже придвинул парты к стенам и выходил на середину класса. — Приступим, мисс Джонс?.. * * * Как и в предыдущие разы, тренировка закончилась поздно вечером. Если бы Рей не вымоталась так сильно, она определённо обрадовалась бы тому, что под конец Винду даже её похвалил. Но сейчас ей хотелось одного — лечь спать, чтобы отдохнуть перед встречей с Беном. При мысли о нём в груди тревожно заныло. А придёт ли он вообще?.. Он напугал её, чуть не придушив Хакса из-за глупых желчных слов. Но, как казалось Рей, ещё больше он напугал самого себя. В гриффиндорской гостиной было пусто, большинство студентов уже разошлись по спальням. Рей хотела последовать их примеру, но тут её взгляд упал на оставленные на столике книги. Она подняла верхнюю. На глянцевой обложке были нарисованы непонятные символы, а заголовок, напечатанный псевдо-готическим шрифтом, гласил «Руны и векторное описание мира». Улыбнувшись, Рей подумала о том, что вектор тут наверняка совсем иной, чем тот, что был знаком ей по Нумерологии. Пролистнув книжку, Рей хотела её отложить, но та сама раскрылась на месте, где в неё было что-то вложено. Присмотревшись, Рей поняла, что это какой-то камешек. На нём оказалась накорябана не то галка, не то направление стрелки — смотря как повернёшь… Переведя взгляд на страницу, Рей увидела небольшой заголовок, выведенный всё тем же чудным шрифтом.

Перевёрнутая руна Кеназ, значение

— гласил он. Руна Кеназ… Это что-то из того, о чём говорила днём Талли. Взгляд Рей заскользил по строчкам. В обратном положении руна Кеназ предвещает спад, беду и потерю. Ваша текущая ситуация омрачится, и вам придется чего-то лишиться. Это может быть разрыв дружбы или отношений, либо потеря определенного личностного качества. Руна может означать дефицит энергии, как жизненной, так и магической… У Рей против воли нехорошо засосало под ложечкой. Она хотела закрыть дурацкую книгу, но какое-то нездоровое любопытство пересилило: …блуждание в темноте или потерю контроля над происходящим. Это также может указывать на потерянные шансы. Вы неправильно оценили ситуацию и упустили возможность получить хороший результат. Теперь пришло время расплачиваться за ошибки. Вам предстоит столкновение с трудностями. Проявите предельную осторожность в поступках и остерегайтесь необдуманных спонтанных действий. На этом часть о перевёрнутой руне заканчивалась. Рей отложила книгу в сторону, ругая себя за не вовремя вспыхнувший интерес. Зачем она вообще в неё полезла? Ведь она не верит в Прорицания… Она поднялась в спальню для семикурсниц и вскоре втянулась в живое обсуждение предстоящих экзаменов, выпускного и планов на дальнейшее будущее. Лишь часом позже, вопреки усталости лёжа в кровати без сна, Рей поняла, что никак не может избавиться от чувства тревоги. И этого давящего ощущения, будто над ней нависла тёмная мрачная тень.