Тонкая белая линия.

Очень хочется жрать. Сейчас бы впиться зубами в кусок мяса и запить водкой. Я достал старый, потертый телефон, единственная моя ценность. И то, потому что так есть надежда, что она даст о себе знать. Я снова набрал номер, который знал наизусть. Разбуди меня ночью, толкни , когда я в стельку пьян, я без запинки назову его. Я снова набираю, и снова бездушный голос, говорит мне , что абонент не абонент, попробуйте перезвонить. Я пробую, пробую, каждый день пробую. В кармане нашлось немного мелочи, которой хватит на самый дешевый коктейль в жестяной банке, на еду уже нет. В моей жизни много чего нет. Внезапно я превратился в обузу для всех, для своего брата и его бабы, которые готовы выгнать меня из моей же квартиры; для Тамары, золотая баба поднялась, вместо палаточки, уже свой склад, где иногда мне удается подзаработать. До первой пьянки, до первой драки. Скоро и ее терпение лопнет. Оля вышла замуж за , как это сейчас модно, умного, богатого и перспективного. Остался я, выброшенный на обочину, и мне хочется заткнуть эти мысли, что я и делаю, когда щедро поливаю их алкоголем. Я снова пришел на группу, занял свое место, и покосился на стол у стены, где лежало печенье и стоял горячий чайник. Скорее бы закончить это представление для таких уродов, как мы, чтобы подойти к столу и набить рот подсохшим овсяным. Когда покончено с душещипательными историями про зеленого змия, я подхожу к столу и начинаю набивать карманы печеньем и дешевыми карамельками. - Опять ты пожрать пришел, все ходишь сюда, - услышал я за спиной голос психолога. Я кивнул, продолжая пожирать печенье, пока это не сделал кто-то другой. - Ты психолог , Илья, и достаточно неплохой. А сам стал похож на черт знает кого, недолго тебе осталось. Я молчал. Зачем говорить мне очевидные вещи? Я высыпал остатки с тарелок во внутренний карман и пошел к выходу. Какой из мeня психолог , если я не могу помочь самому себе? -Вставай, - послышался нежный голос Яны, - Илья, подъем, - с каждым мигом голос превращался в визглявый голос девушки Андрея. - Андрей, давай выкинем его на хер из квартиры, вчера опять весь суп сожрал и нассал мимо унитаза. Вставай, скотская морда! Что с работой? - пара серых глаз зло смотрела на меня. - Выгнали. Я напился и избил охранника. - Опять? Андрей!!!!!! - перешла на визг пассия брата, - его выгнали. Опять. На кухню зашел брат и посмотрел на меня, как на ничтожество. -Илья, ты должен быть благодарен, за то что мы тебя не гоним из квартиры, - вкрадчиво начал он. - Мы выделили тебе диван на кухне и пускаем в ванную. - Это моя квартира, - заводился я , - вы меня выгнали из моей же комнаты и врезали замки. - Илья, мы продадим ее. Тебе дадим часть от ее стоимости, скажем процентов 25. В лучшем случае, в худшем - упечем в дурку, и ты даже этих денег не получишь. Так что или ты ищешь работу, или следующая локация в квартире - коридор. Будешь, как собака. А дальше на лестницу. Девушка Андрея стояла у стены, потом пошла в прихожую и принесла сумку. - Мне тут дали визитку, - торопливо начала она. - Одной алкоголичке нужна психологическая помощь, за это будут платить. Ты хотя бы отдашь нам долг за коммунальные платежи.... - Пока Андрей сидел, я сам за все платил, - взревел я. - По твоей милости сидел, - вставил Андрей, откусывая сочную сардельку. - Значит так, или идешь и лечишь эту дуру и приносишь деньги, или спиваешься с ней, как хочешь. Или идешь на хрен отсюда. Сардельки не трогай. Девушка пугливо положила передо мной визитку и пошла за Андреем в комнату. - Не трогать сардельки, - мстительно прошептал я, открывая сковороду и начиная есть одновременно две сразу. - Хочу и буду.