Глава 6. Ниндзя-пирато-минко-шиноби/куноичи-самурайский альянс
1 января 2026 г., 15:00
Иногда достаточно знать, кто стоит за твоей спиной. © Кин'эмон
13 мая, 11:31, Санкане, Страна Ветра, лавка Миру
В следующие пару часов Миру взяла несколько пробирок крови у Итачи, осмотрела его и задала много вопросов. Алия убрала плащи и принесла перекус из сухофруктов и чая; она в это время отвечала ранним посетителям, тарабанящим в закрытую дверь, и не забывала кидать то на Миру, то на Итачи странные беспокойные взгляды. — Мне понадобится несколько часов для того, чтобы синтезировать для вас новый препарат, — Миру вставила очередную колбу в аппарат, что кружил колбы с цокающим звуком. — Тогда я вернусь ближе к вечеру, — Итачи отстегнул проводки на липучках и допил чай с лекарственными порошками Миру. Он поправил одежду и нахмурился от перестукиваний её золотых браслетов. За порог Итачи выскальзнул неспешно, успев обернуться и заметить, как Миру хватает за руку Алию и тянет в лабораторию за прилавком. Итачи аккуратно прикрыл за собой дверь и бесшумно скользнул за прилавок к стеклянным бусам вместо двери. Миру поцеловала Алию в шею, шепча что-то на ухо и подталкивая её к лабораторным тумбам. Браслеты на руках и ногах Миру перестукивались, когда она приподняла Алию и усадила на столешницу, развела её ноги и подошла вплотную. — Алия, — сказала Миру по-особенному, нежно. Бледное лицо помощницы порозовело. Миру наклонилась к Алии, целуя её мягко в губы и проводя ладонями по изгибу талии. Миру расстегнула пуговицы на блузке девушки, углубляя поцелуй, начиная языком проникать между губ Алии. Та коротко простонала, когда напор усилился, и заёрзала на месте. Миру страстно сжала груди Алии ладонями, наслаждаясь мягкостью, и перешла поцелуями на шею девушки. Поиграв немного с сосками, Миру перешла на шелковый пояс на шароварах Алии. — Тебе не о чём беспокоиться, радость моя, — сказала Миру, чуть отодвигаясь от партнерши, чтобы лучше рассмотреть реакцию Алии, когда она ущипнёт её за клитор, а затем нежно погладит его. — Твоя ревность беспочвенная. В моих глазах только ты. Миру покружила пальцами около входа, собирая жидкость и раздразнивая Алию. — Он в твоём вкусе, — тонко простонала Алия. Миру вошла сразу несколькими пальцами в Алию, и та застонала и задрожала. — Но в моем мире я вижу только тебя, — призналась Миру с любовью и начала двигать пальцами внутри Алии и большим пальцем гладить клитор. Алия застонала куда громче, схватилась за руку Миру и попросила: — Сильнее, госпожа-а-а-а… Итачи выскользнул из аптечной лавки и подумал, что взгляды, которыми бросалась Алия, были любыми, но точно не ревнивыми.13 мая, 14:57 остров Зоя́, Китовый лес
Робин осторожно провела ладонью по символам на поверхности панеглифа, потом достала из-за пояса лист бумаги и переписала всё, что смогла прочесть. Свернув лист, она передала его Нами. — Думаю, по этим данным я смогу составить карту, — уверенно сказала Нами, прижимая бумагу к груди. — Этот красный камень, — начал Инуараши, вглядываясь в древние письмена, — называется Панеглифом-указателем. Все морские волки, мечтающие о конце Гранд Лайн, ищут путь, на который он указывает. Этот камень — проводник туда. — Из-за него китовый лес считается священным, — добавил Некомамуши, стоя рядом. — Поэтому мы, стражи, должны охранять его любой ценой. — Конец Гранд Лайн?.. — переспросил Брук. Робин кивнула, глядя на панеглиф. — То есть путь к последнему острову… к Рафтелу? — Именно, — подтвердил Инуараши. — Однако… — Что? Рафтел?! — хором воскликнули все. — Это же наша цель! — загорелся Луффи. Его глаза светились восторгом. — Чтобы стать королём пиратов! — Ааа!!! — завопил Усопп, схватив его за плечи. — Мы наконец-то сможем добраться туда! До последнего острова Рафтел! — Тут сказано, как до него добраться? — нетерпеливо спросил Луффи, подпрыгивая на месте. — Погоди, — остановил его Инуараши. — Не спеши с выводами. В мире существует четыре таких панеглифа-указателя. — Что?! — растерялся Луффи. — В смысле, четыре острова Рафтел?! Усопп подскочил и тут же дал ему лёгкий подзатыльник. — Да нет же! Дай ему договорить! Инуараши вздохнул, глядя на всех серьёзно. — Каждый из этих камней указывает координаты одного из мест. Но ни одно из них не является самим Рафтелом. Когда вы узнаете расположение всех четырёх точек и соедините их на карте, линии пересекутся в одной — именно там и находится тот самый остров. Только один человек в истории сумел добраться туда — Король пиратов. В зале повисла тишина. Были слышны только шум ветра снаружи и гул дыхания гигантского древа. — Ахуеть… — тихо прошептала Ками, глядя на красный камень, будто на сердце самого океана. Все стояли, не веря своим ушам. Восторг, смятение, надежда — всё перемешалось внутри. Они были на шаг ближе к мечте. — Последний остров… Рафтел! — крикнул Луффи, подняв кулак к потолку, и его голос эхом отозвался под сводами зала. Некомамуши посмотрел на собравшихся с серьёзной мордой, затем нахмурился и протянул руку, будто подводя итог. — Идея отправиться с Некомамуши на Пироженный Остров не так уж и плоха. Неизвестно расположение только одного панеглифа-указателя, два других находятся у пиратов. В зале повисла тишина — слова отозвались эхом под сводами. Люди переглянулись, воздух стал густым от мыслей о большой опасности и большой добыче. — Пиратов? — переспросил Ло, морщась. — Каких именно? — выпалил Луффи, уже представляя себе место и улыбаясь. — Йонко Большой Мамочки и другого Йонко Кайдо, Короля Зверей. — Некомамуши сказал это спокойно. — Чтоо? — завопили все. Луффи кивнул, глаза его загорелись пониманием. — Понял. Фрэнки тут же выдвинул практичную мысль, вскидывая руки: — Тогда нужно их ограбить всех. Зоро лениво вытянулся и отозвался коротко: — Неважно, я прирежу всех. Ло лишь молчал, стиснув губы: план слишком опасный, чтобы торопиться с решениями. Внезапно у Нами слёзы набежали от мысли о будущем: — Что-то я не вижу в нашем будущем ничего, кроме темноты. Брук вздохнул драматично, махнув скелетной рукой: — И я тоже. У меня правда и глаз-то нет… Йо-хо-хо. Но Луффи не собирался вешать нос: — Почему? Мы же всё равно собирались надрать им задницы! Так давайте сделаем это! — Не говори так, как будто это просто. Раньше я не беспокоился, потому что думал, что это нескоро произойдет. Но от одной мысли об этом — обоссаться можно! — взмолился Усопп, хватаясь за голову. Чоппер в страхе подпрыгнул: — Да! Мы себе все штаны промочим, не лезь в это. Некомамуши помедлил, затем сделал важный жест: — Вам ведь совсем не обязательно тащить панеглифы, — произнёс он, глядя на них спокойно. Чоппер шмыгнул носом: — Правда? — С них же можно сделать оттиск. Никто не разгуливает по свету, таская с собой огромные камни. — Некомамуши пояснил практично. Усопп тут же загорелся идеей: — У меня идея! В таком случае мы проникнем в убежище Большой Мамочки и Кайдо и снимем копии. А потом, когда кто-то опомнится, мы уже будем на острове Рафтел. И ты станешь Королём Пиратов! — радостно предложил он, гордясь планом. Луффи скривился: его лицо выражало отвращение от такого плана. — В чём твоя проблема, тупица? — Усопп не удержался и бросился на Луффи, повалив его на пол. Сразу завязалась драка — два пирата, оба полные энергии, покатились по каменному полу, выясняя отношения кулаками и поскальзываясь в остатках воды. Брук, стоявший рядом, вскрикнул и едва не упал; Чоппер с испугом отшатнулся — они стояли слишком близко и чудом устояли на ногах, наблюдая, как члены их команды кувыркаются, словно дети. Вокруг раздались смех, крики и одобрительные возгласы — кто-то подбадривал, кто-то пытался внести здравую мысль, но дух команды был ясен: цель поставлена — и даже идея «ограбить Йонко» звучала теперь не как безумие, а как вызов, который они готовы принять. Акане наклонилась ближе, когда убедилась, что остальные погружены в разговор и никто их не слушает. — И всё-таки… в чём проблема читать эти иероглифы? — тихо спросила она. Они сидели на камнях поодаль от остальных и наблюдали со стороны. Ками опустила взгляд, задумчиво проведя пальцем по каменной поверхности рядом. — На них написано то, что правительство пытается скрыть от человечества, — ответила она негромко. — Сто лет назад всё, что происходило в мире, было стёрто из истории. Эти события высекли на камнях те, кто знал правду. Но правительство запретило изучать этот язык, поэтому сейчас почти никто не может его прочесть. — Кроме неё? — уточнила Акане, кивнув в сторону Робин. — Да. Она росла на острове учёных, которые, несмотря на запрет, продолжали изучать панеглифы. У них был свой камень, и Робин, ещё будучи ребёнком, выучила язык сама. — Был? — не поняла Акане, приподняв брови. Ками чуть помедлила. — К сожалению… из-за того, что жители нарушили запрет, весь остров был уничтожен. Робин чудом выжила. Ей помогли — пират и морской дозорный. Благодаря им она осталась жива. Так что сейчас она единственная, кто умеет читать эти камни, — Ками вздохнула: было жаль Робин в детстве, ей многое пришлось пережить. Акане усмехнулась, скрестив руки на груди: — Ну, так-то уже не единственная, — сказала она с хитрой улыбкой. — Мы-то можем прочесть любой язык. — Тс! — Ками тут же поднесла палец к губам, шёпотом цыкнув. — Молчи об этом. Она оглянулась по сторонам, прислушиваясь к шагам и голосам. Никто не подслушивал. — Как думаешь, сколько желающих найти сокровище? — прошептала она, чуть наклоняясь ближе. — Можешь не отвечать — их дохера. А сделать это можно только с помощью панеглифов! Ещё не хватало, чтобы нас какие-то пираты похитили. Как минимум, нужно уважать канон. Акане прыснула: — Канон! Бля, против канона не попрёшь, согласна! А сокровища? — с интересом спросила она. — Какие именно сокровища? — Все, — как само собой разумеющееся ответила Ками. — Все, которые сумел награбить Король пиратов и спрятать на последнем остраве перед своей казнью. Думаю, там много. Ками не удержалась и рассмеялась тоже — тихо, но от души. В этом смехе слышалось облегчение, будто на миг они снова были просто собой, а не героинями чужого мира. — Я переживаю за тебя, Нико Робин, — сказал Некомамуши, опираясь на копьё и глядя на неё с мягкой тревогой. — Все, кто интересуется этим столетним пробелом, сейчас собирают копии камней по всему миру. Но никто не может их прочитать. Многие важные люди захотят похитить тебя, когда соберут всё вместе. — Что? Похитить Робин?! — возмутился Луффи, сжав кулаки. — Во, слышала, — вставила Ками, кивнув с довольной миной. Робин чуть растерянно улыбнулась. В памяти вспыхнули образы — огонь, бегство, страх… и тот момент, когда Луффи протянул руку и произнёс: «Скажи, что ты хочешь жить!» С тех пор она знала, что не одна. На лице Робин появилась тёплая, спокойная улыбка. — Это не проблема, — сказала она мягко. — У меня есть сильные друзья, которые защитят меня. Команда наперебой начала выкрикивать слова поддержки, гулом сливаясь в один тёплый шумный хор. Инуараши и Некомамуши переглянулись, и на их мордах появилось одобрение. — Хорошие у тебя друзья, — произнесли они почти одновременно. — Кстати, откуда вы знаете столько об этих панеглифах? — спросила Робин, слегка склонив голову. — Всё началось с нашего господина, — ответил Некомамуши. — Он очень интересовался этими камнями. Потому что… — он заикнулся и обернулся на Инуараши, — ничего, если я скажу им, Пёс? — Я разрешаю, — выйдя вперёд, уверенно произнёс Момоноске. — Не нужно ничего скрывать от них, можете рассказать всё. — «Я разрешаю»? — переспросил Луффи и возмутился. — Ты чего тут раскомандовался?! Луффи кинулся на Момо, а тот, в панике завизжав, побежал прочь. — Я и должен ими командовать, бестолковый идиот! — огрызнулся тот, спасаясь бегством. — Да с чего ты вдруг благородных кровей стал?! — Луффи гнался за ним по кругу, размахивая руками. Робин лишь вздохнула, улыбнувшись их обычной неугомонности. — Так что с тем человеком, Козуки Одэном? — спокойно спросила она. Некомамуши кивнул. — Семья Козуки из страны Вано на самом деле была кланом каменщиков. Они добывали и обрабатывали камень для будущих поколений. Их мастерство прославлено по сей день. Примерно восемьсот лет назад именно клан Козуки создал нерушимую книгу — те самые панеглифы. — Что?! — взорвались все разом. — То есть… — Робин едва не потеряла самообладание, — это они создали все существующие панеглифы? — Тогда вы должны знать, что на них написано! — воскликнул Луффи. — Интересненько, — хмыкнула Акане, бросив взгляд на Ками. — А ты говорила, что «никто не знает». — К сожалению, — продолжил Некомамуши, — до того, как знания успели передать Момоноске, эта линия прервалась на его отце… на Козуки Одэне. — Ты заебала ставить мои слова под сомнения, — сузив глаза, Ками взглянула на подругу. Момо опустил голову, едва сдерживая слёзы. — Одэн… — глухо произнёс Кин’эмон, ударив себя кулаком по ноге. — Он был… был… — Эй, если не можешь говорить, не говори, — мягко сказал Луффи, заметив, как дрожат его руки. — Господин Одэн был казнён! — наконец выкрикнул Кин’эмон. — Сёгуном страны Вано и пиратом Кайдо. Чтобы спасти нас, своих слуг, он принял судьбу. — Кайдо! — зло прошипел Луффи. — Кайдо… — мрачно повторил Ло. — И пираты-звери Кайдо до сих пор в стране Вано, — добавил Кин’эмон. — В стране Вано? — переспросил Усопп. — Вам тяжело об этом говорить, мы понимаем, — сказал Зоро. — Но почему они убили его? Из-за этого за вами охотились? Момоноске уже не сдерживал слёз. — Да… вы правы, — глухо произнёс Кин’эмон. — Кайдо хотел узнать от нас кое-что. Наш прежний даймё, Козуки Одэн, вместе с королём пиратов добрался до острова Рафтел… и узнал секреты этого мира! — ЧТО?! — все взревели в унисон. — Я ебу… — Ками ошарашенно выдохнула, глядя на всех. — Это тот самый, который сокровища оставил? — уточнила Акане. — Он умер двадцать лет назад, — ответила Ками, потерянно почесав затылок. — Наверное, уже даже больше. И оставил после себя сокровище, которое теперь все ищут… Слушай, а можно я немного поохуеваю? — Ага, давай, — кивнула Акане. — Спасибо, — натянуто улыбнулась Ками и прикрыла рот ладонью, качая головой со стороны в сторону. Столько сюжетных поворотов на один квадратный метр она не ожидала.***
— Твой старик был в команде Короля пиратов? — удивлённо спросил Луффи. — Отец Момо?! — вскинулся Усопп. Момоноске не смог сдержать слёз — слишком много воспоминаний, слишком больных. — Эй, Момо! — крикнул Луффи, ожидая ответа. — Луффи! — тут же одёрнула его Нами. — Он же ребёнок, нельзя так! Момо всхлипнул. — Да… верно. Робин задумчиво коснулась панеглифа. — Он узрел секрет мира… Вероятно, и Рейли тоже… — О ком это она? — спросила Акане вполголоса. — Он обучал Луффи воле, и он плавал вместе с Королем пиратов и был его правой рукой, — пояснила Ками. — Воле? В смысле? — Ой, я хз, — Ками взмахнула рукой. — Это что-то типа… чакры в Наруто. Наверное. Зоро что-то рассказывал на фоне, но Акане уже снова заваливала Ками вопросами. — Подожди. У этого же ниндзя есть чакра? — она ткнула пальцем в самураев. — Это и есть воля? — Да нет, — закатила глаза Ками. — Чакра — это чакра. А воля — это другое. Вот, например, воля вооружения. Помнишь, я тебе говорила, что могу направить чакру в спину при падении, чтобы не разбиться? Они делают то же самое, только волей. Часто усиливают кулак или любую часть тела, которой собираются ударить. Или остановить удар, используя как щит. — Интересно… — протянула Акане. Со стороны вдруг послышался крик Усоппа: — Так вы что, знаете секрет мира?! Ками тут же обернулась. — Ну… вообще-то нет, — тяжело ответил Кин’эмон. Ками разочарованно выдохнула: — Понятно… Но тут же продолжила объяснение: — Есть ещё воля наблюдения. Она похожа на способность шиноби почуять опасность. Ну знаешь, когда кто-то следит или собирается напасть. Они заранее ощущают атаку. — Это как у Человека-Паука! — обрадовалась Акане. — Вот именно. Только воля наблюдения позволяет ещё и заглянуть немного в будущее — увидеть, что собирается сделать противник. — Так может это и правда одно и то же? — Ммм… нет. Потому что, кроме этого, они больше ничего не могут. — Ха, чакра на минималках, — хмыкнула Акане. Ками прыснула со смеху. — Есть ещё один вид воли, но он редкий — Королевская воля. Она позволяет слышать Морских Королей, например… или вырубать людей силой мысли. Акане округлила глаза. — Прям всегда? — Ну нет, — фыркнула Ками. — Типа включил волю — все и попадали. — Включил? На кнопку нажать, что ли? — поддела Акане. — Хаха, очень смешно, — съязвила Ками. — Спроси у Луффи, как оно работает, я откуда знаю. Самураи всё это время громко спорили между собой. Их голоса эхом отдавались под сводами огромного дерева. Кин’эмон поднялся, сжав кулаки: — Последние слова Одэна были… Самураи, словно по команде, выкрикнули в унисон, с болью и яростью в голосе: — Откройте страну Вано! Чоппер вздрогнул, распахнув глаза: — В каком смысле открыть? Брук повернулся к нему, спокойно поясняя: — Страна Вано закрыта от остального мира, это значит, что никому не дозволено покидать её или входить в неё. Но если откроют страну, она начнёт контактировать с другими. Канджуро опустил голову, его плечи дрожали: — Это печально. Ведь мы должны были служить щитами нашему господину Одэну, а вместо этого были спасены им… Это настоящий позор. Сейчас мы должны рискнуть своими жизнями и отомстить за господина. Райзо глубоко вздохнул, в голосе звенела решимость: — Мы должны убить сёгуна, который украл страну Вано. И открыть её для всего мира. Кин’эмон продолжил, его лицо помрачнело: — Таково наше желание. Страна Вано практически полностью под контролем Мёгуна и Кайдо, которые объединили свои силы. Сейчас наши друзья пытаются уничтожать отступников. Но враг всё равно в разы превосходит числом… у них нет и шанса на победу. Брук нахмурил брови: — Да что там происходит?.. В углу, сжавшись в маленький комок, сидел Момо. Слова самураев ранили его — как ножом по сердцу. Глаза мальчика были полны слёз. Нами тихо шагнула к нему, но Луффи остановил её, качнув головой: не стоит ещё больше давить на ребёнка. Кин’эмон снова поднял взгляд: — Но мы должны победить. Поэтому и отправились на Зоя, за помощью наших ближайших друзей — Минков. Инуараши кивнул, величественно выпрямившись: — Да, что бы ни случилось, нас ждёт одна судьба. Некомамуши ухмыльнулся, поправляя когтями гриву: — Кроме того, мы с псиной были прямыми последователями господина Одэна. С того дня, как Райзо прибыл сюда, наши воины были наготове. Инуараши помрачнел: — Но, когда случился бой, оказалось, что мы сражаемся против Джека, последователя Кайдо. Некомамуши раздражённо щёлкнул клыками: — Как разочаровывает. Фрэнки нахмурил лоб: — Вы ведь проиграли только из-за этого подлого оружия. Усопп всплеснул руками: — Никто не ожидал, что они будут использовать ядовитый газ. Инуараши кивнул устало: — Если бы это был спортивный поединок, это оправдание бы сработало. Некомамуши ударил хвостом по земле: — Мы должны были победить. Инуараши сурово сжал зубы: — Но такого больше не случится. Мы не наступим на те же грабли. В наших рукавах тоже есть козыри. Если мы сразимся вновь — они узрят истинную силу племени Минков. Фрэнки удивлённо поднял голову: — Истинную силу? Некомамуши оскалился довольно: — Да. Так просто мы не проиграем. Чоппер тем временем уже вскарабкался на широкую спину Некомамуши и, усевшись поудобнее, начал наставлять его, энергично размахивая копытцами: — Ты должен соблюдать все мои рекомендации и вылечиться до конца! — тоном строгого врача вещал он, пока кот-правитель терпеливо терпел поток наставлений. Ками устало выдохнула и покачала головой, наблюдая за этой картиной. Самураи переглянулись между собой. Кин’эмон опустился на колени и упёрся руками в пол, склоняясь почти до земли. Его голос был твёрдым, но в нём чувствовалось отчаяние: — А теперь, Луффи, мы должны просить тебя об одолжении. И тебя тоже, Ло. Я знаю, что не имею права об этом просить, после того как вы спасли мою жизнь, но меня впечатлило то, насколько вы сильны. Раз уж нам было суждено объединиться… поможете ли вы нам убить сёгуна страны Вано и Йонко Кайдо? Канджуро тут же опустился рядом, склонив голову: — Пожалуйста, прошу тебя, Луффи. Райзо добавил, приложив руку к груди: — И я тоже прошу. Луффи молча стоял, не двигаясь, и пристально смотрел на Момо. В отличие от команды, которая моментально загорелась идеей. Усопп вспыхнул эмоциями и вскинул руки: — Да! Что может быть лучше? Это самураи и Минки! Нам тоже будет от этого выгода! Фрэнки ударил кулаком по ладони: — Так или иначе, нам бы пришлось сразиться против Кайдо. Мы не упустим такой шанс! Чоппер, всё ещё сидя на Некомамуши, радостно подпрыгнул: — Луффи, у них даже ниндзя есть! Кин’эмон снова поклонился, почти касаясь лбом пола: — Пожалуйста, помогите нам! Луффи наконец открыл рот — и его ответ прозвучал как гром среди ясного неба: — Я отказываюсь! Акане приподняла бровь и довольно фыркнула: — Ха! — Чего?.. — не поняла Ками. — Вот, даже Луффи не хочет идти спасать друзей, а ты хочешь, чтобы я шла спасать Акацки! Хотя они преступники! Ками бросила на подругу тяжёлый взгляд, горько выдохнула, встала и пошла ближе к Луффи. Она уже поняла: он что-то задумал. Определённо. Ну не мог он просто так отказаться. Это какая-то очередная манипуляция. — Чего? — опешил Кин’эмон. — Что ты сейчас сказал? — Усопп почти завизжал. — Я отказываюсь! — повторил Луффи. — Почему? Мы же вместе путешествовали?! — Усопп был потрясён. Все застыли в шоке. Никто не ожидал такого ответа от Луффи. — Луффи… — тихо позвал Кин’эмон. — Я отказываюсь! — ещё раз твёрдо повторил капитан. Фрэнки, Усопп и Чоппер тут же разрыдались, не понимая, что происходит. — Нифига! — выкрикнул Усопп. — Скажи, что ты шутишь! — взмолился Чоппер. Но Усоппа прорвало: он схватил Луффи и начал лупить его кулаками. — Почему ты не можешь понять? Подумай! Мы должны пожать руки! С дуба рухнул?! — он резко оставил капитана и подошёл к самураям, выставив руку. — Погодите! Нам нужно преподать ему урок, забудьте его слова! — и вернулся к избиению. — Луффи, подумай ещё раз! Он уткнул голову Луффи в пол. — Это совершенно не мужской поступок, — добавил Фрэнки. — Ебать. Хорошо, что Ками меня так не заставляет, — пробормотала Акане и посмотрела на подругу, которая стояла недалеко от Зоро и наблюдала ситуацию вблизи. — Стойте. Думаю, Луффи в чём-то прав, — вмешалась Нами, привлекая к себе внимание. — Я… отправлюсь на переговоры, — она уже чуяла выгоду. — Нет, — отрезал Фрэнки. — Момо, где твоя голова? — внезапно спросил Луффи. — Прекрати, он же ребёнок! — воскликнул Усопп. — Ты же сам сказал. Я думал, ты важный человек! Ты же лидер этих крутых парней. И ты будешь просто плакать? — Луффи оттолкнул Усоппа. Да. Луффи не согласился — но не потому что не хотел… Момо рыдал, вытирая слёзы руками. Ком стоял у него в горле. — Какого фига ты заставляешь его плакать?! — Нами подлетела к Луффи и дала ему несколько пощёчин. — Не будь так жесток с восьмилетним! — Луффи, обычно наследники не встают на ноги полностью, пока не вырастут… — осторожно произнёс Брук. — Если взрослые будут помогать ему… Но Момоноске уже шагал вперёд, сжимая маленькие кулаки. Веки дрожали — он удерживал слёзы изо всех сил. — Да, иди сюда, Момо. Прости, что тебе наговорил наш глупый капитан, — сказала Нами, но мальчик прошёл мимо неё. Молчал, пытаясь сдерживать слёзы. И направился прямо к Луффи. Все затихли. Он остановился рядом с капитаном, дрожа, но выдерживая его тяжёлый взгляд. И наконец, сквозь слёзы, заговорил: — Луффи! Я… я хочу уничтожить Кайдо! — голос дрожал, хоть Момо и пытался говорить уверенно. — Он был врагом моих родителей. Он убил мою маму! Я хочу быстро вырасти и стать сильным. Чтобы отомстить за моих папу и маму! И хочу защитить своих последователей! — Господин Момоноске… Нам достаточно знать, что вы так чувствуете, — произнёс Кин’эмон растроганно. — Что-то ты размяк, старик, — заметил Инуараши. — …но из-за того, что моё тело маленькое, я не могу сделать это. Вот почему я хочу, чтобы ты сражался с нами! — Момо опустился на колени. — Я умоляю тебя. Пожалуйста… Луффи присел перед ним и подставил ладонь под его склонённую голову, показывая, что достаточно. — Я понял уже. Момо поднял взгляд, полный слез. — Давай пожмём руки. Мы союзники, — Луффи протянул ладонь. — Хотя голову Кайдо я заберу себе, — Луффи захихикал. Момо замер, а через секунду радостно вцепился в его руку обеими ладошками. — Спасибо! Спасибо! — Эй! Ты делаешь это неправильно! Сильнее надо! — возмутился Луффи. У Ками появилась мягкая улыбка, к глазам подступили слёзы. Она была права — Луффи не отказался. Просто его просил не тот человек. — Он прав. Так и должно быть, — сказал Инуараши. — Наши лидеры объединились! — радостно заявил Некомамуши и закружился в танце. Ло устало вздохнул: — Муггивара-ё… Может, сначала следовало спросить меня? — Это же круто, да? — спросил Луффи. — Круто, но… — Ло не успел договорить — Луффи уже переключился на Момо. Самураи что-то взволнованно обсуждали поблизости. — Ладно, ребята, собираемся! — объявил Луффи. Акане всё ещё не понимала, какие эмоциональные качели устроил парень в соломенной шляпе, но понимала точно одно: они на доброй стороне, хоть все полностью ёбнутые. Она поднялась и подошла к остальным. — Наша цель: надрать задницу Йонко Кайдо! Создадим ниндзя-пирато-минко-самурайский отряд! Кин’эмон поднял Момо вверх, чтобы тот мог стукнуться кулаком с Луффи, Ло и Инуараши. Они стукнулись кулаками, и Луффи радостно расмеялся. — А это ниндзя обязательно? — спросила Нами. — Конечно же! — хором ответили парни.***
Всю дорогу назад, в город, Ками и Акане молчали. Они шли чуть позади остальных. Шаги звучали тише, разговоры впереди постепенно растворялись в шуме города. Ками держалась близко, почти наступая Акане на пятки, будто боялась упустить её из виду. Самураи впереди замерли, о чём-то переговариваясь между собой. Ками тяжело вздохнула, на секунду задержалась, а затем пошла вперёд, догоняя остальных. Внезапно из леса, в котором они находились, выбежали Минки. Они мчались навстречу правителям, размахивая руками, что-то радостно выкрикивая, спотыкаясь друг о друга и смеясь. — …устроим пир! — услышала Ками, подойдя ближе. — Отлично, я уже проголодалась, — Акане ускорила шаг. — Мы должны отпраздновать воссоединение двух королей и воссоединение с кланом Козуки! Девушки подошли ближе, остановились чуть в стороне от всех и закурили, наблюдая за происходящим со стороны. В это время Райзо показал технику «признания в любви». С неба начали сыпаться светящиеся розовые сердечки, медленно опускаясь вниз, а над толпой зависло одно огромное сердце — то ли из чакры, то ли из чего-то ещё. — Почему в «Наруто» нет ничего подобного?.. — спросила с интересом Ками. — Они просто никого не любят, — усмехнулась Акане. — Отлично, устроим пир! — обрадовался Луффи, заорал на весь лес.***
Добравшись до поселения, команда Луффи снова начала о чём-то спорить. Голоса накладывались друг на друга, каждый доказывал своё, решая, кто именно отправится за Санджи. Акане хотела закурить, но в следующий миг земля под ногами резко задрожала. Слон взревел так, что звук прошёл по телу вибрацией, и вся поверхность под ними опасно накренилась. Ками, мгновенно среагировав, направила чакру в ноги, удерживая равновесие, и схватила Акане за руку. Та уже начала соскальзывать вниз по наклону — так же, как и несколько Минков неподалёку. Их буквально потащило по земле. Акане тянуло вниз, к земле, но Ками держала её крепко, не давая сорваться. Вокруг царила паника: крики, шум, кто-то падал, кто-то пытался удержаться. Девушки в очередной раз были в шоке и совершенно не понимали, что происходит. Впрочем, судя по общей суете, остальные понимали не больше. Толчок резко сменился движением в другую сторону. Всех качнуло обратно. Люди и Минки покатились вверх по склону, и Акане, сделав неуверенный шаг вперёд, буквально врезалась в подругу, оказавшись в её объятиях. — Опять не можешь пользоваться силами? — уточнила Ками, крепче обхватывая её. — Похоже на то, — Акане злилась на себя за беспомощность. — Ужасное место, хочу свалить. — Да, я тоже, — усмехнулась Ками, стараясь звучать спокойнее, чем чувствовала на самом деле. Тряска внезапно прекратилась. Акане вдруг зажмурилась, словно что-то резко ударило по ощущениям. — Кто это? Чей это голос? — вопил Луффи, оглядываясь по сторонам. Слон вновь взревел. И снова толчок. На этот раз сильнее. Если первые колебания были предупреждением, то сейчас становилось ясно — грядёт нечто куда более серьёзное. Акане сжалась в руках Ками, закрывая уши ладонями и плотно сжимая веки. Всё её тело было напряжено. Ками услышала треск. Она обернулась и увидела, как одно из зданий начинает заваливаться прямо на команду Трафальгара. Но Ло не растерялся — в мгновение ока переместил людей с помощью свой способности. Муггивары помогали Минкам выбраться из опасных мест. Ками понимала, что не может бросить подругу и кинуться помогать другим — Акане вела себя слишком странно. Может, ей страшно? Посреди всего этого хаоса лишь Луффи стоял на месте, продолжая оглядываться и звать кого-то. Голос, который, казалось, никто кроме него не слышал. Тряска ненадолго затихла, и Ками тут же попыталась привести подругу в чувство. Она взяла её за плечи и слегка встряхнула. — Акане! Что с тобой? Ты меня слышишь? Нам нужно отойти куда-то в более безопасное место! Акане медленно открыла глаза и посмотрела на неё испуганным, потерянным взглядом. — Я кого-то слышу, — произнесла она, глядя Ками прямо в глаза. Акане трясло. Не от холода — от чего-то другого, глубинного, будто внутри всё сжималось в тугой узел. Дыхание сбивалось, воздух застревал в груди, а шум вокруг — крики, треск, рёв — давил так, что хотелось закрыть уши и исчезнуть. Она вцепилась в руку Ками сильнее, чем собиралась. Пальцы побелели, ногти впились в кожу. Колени дрожали, будто перестали слушаться. — Он говорит, чтобы ему дали приказ, — продолжила Акане. Голос прозвучал хрипло, слишком тихо для происходящего вокруг, но Ками услышала. И в тот же момент — то же самое закричал Луффи. Ками резко подняла голову. Они слышат одно и то же. И не только они. Ками огляделась. Среди хаоса, среди криков и беготни она заметила Момоноске — он замер, сжавшись, с широко раскрытыми глазами. Его взгляд был устремлён в пустоту, туда же, куда смотрел Луффи. Ками замирает и ахает. — Похоже, у тебя есть воля… — поняла Ками. Акане сглотнула. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках. В ушах стоял гул, будто кто-то говорил слишком близко, прямо внутри головы. — Какая именно? — сейчас Акане не могла вспомнить. Её взгляд метался, она пыталась за что-то зацепиться — за землю, за реальность, за голос Ками. — Ответь мне, кто ты? — орал Луффи, но ему не отвечали. Акане вздрогнула от этого крика, словно он был обращён и к ней тоже. — Луффи, с кем ты разговариваешь? Мы никого не слышим! — вмешалась Нами. — Я слышу только его голос, но он меня не слушает. И я понятия не имею, кто он! Слова Луффи только усиливали ощущение нереальности происходящего. Акане зажмурилась, но это не помогло — голос никуда не делся. — Гол Д. Роджер, а также господин Одэн, я слышал, с ними происходило то же самое. Они слышали громкий голос, но не могли заставить его ответить, — поделился Педро. Толпа была шокирована. Кто-то замер, кто-то выругался, кто-то просто смотрел по сторонам, не понимая, что делать дальше. А Ками, не отрывая взгляда от Акане, быстро заговорила, стараясь удержать её здесь, в реальности. Та моргнула несколько раз, пытаясь сосредоточиться. — Ну, на вооружение это не похоже, наблюдение что ли? — уточнила Акане. Ками покачала головой. Улыбка вышла нервной, напряжённой. — Нет, королевская, — нервно усмехнулась она. — Что?.. — Акане опешила. В этот момент слона вновь качнуло — резко, грубо, сильнее, чем раньше. Земля буквально ушла из-под ног. Ками успела ухватить Акане за руку, но угол наклона был настолько велик, что та всё равно соскользнула и плюхнулась на землю, больно ударившись. Тело потянуло вниз, к склону. — Всем собраться в одном месте, подальше от зданий! — скомандовала Ванда. Ками, не отпуская руку подруги, рывком подтянула её к себе, удерживая, пока вокруг продолжался хаос. Акане дышала рвано, часто. Голос всё ещё был рядом.***
13 мая, 19:18, Южное убежище Орочимару, берег Страны Волн
Деревянная дверь содрогнулась от попыток открыть её. — Там Суйгецу, — спокойно сообщил Саске подвинувшейся к нему плотней Карин. — Давай забудем об этом уроде, Саске, — Карин практически положила ему голову на плечо, пытаясь быть максимально соблазнительной. — Эй, отодвинься, — Саске засунул руку себе за пазуху в попытке что-то найти. — Может, нам поработать только вдвоём? — Карин пропустила мимо ушей грубый тон Саске, стараясь оставаться кокеткой. — Нам не нужен кто-то наподобие Суйгецу. Саске всё так же был сосредоточен на поиске куска ткани, что достался ему от неизвестной девчонки в гостинице, но повернул голову к Карин, улавливая её недовольство. — Твои хитрость и осторожность, а особенно твоя способность чувствовать чакру, — от признания Саске внутри Карин растеклось тепло, обжигая щеки. — Как только я встретил тебя, то понял, что ты будешь полезна мне, — от этого бедное сердце девушки сделало кульбит. Очарованная его голосом, Карин подвинулась ещё ближе желая обнять и поцеловать Саске. Она желала вкусить его чакры или чтобы Саске вкусил Карин. От этих размышлений тепло разлилось и между бедер; она поелозила по дивану, желая скинуть напряжение. Карин позволила себе на мгновение нырнуть в воспоминания их первой совместной работы по отлову сбежавших подопытных. Тогда Саске был таким сильным, таким крутым, таким… Недовольное кудахтанье Суйгецу за дверью быстро её вернуло обратно. — С того времени, Саске, я… — Поэтому, — Саске решительно её перебил и вложил ей в руки какую-то тряпку, — можешь найти владелицу… этого? Карин в недоумении взглянула на ткань. — Владелицу? — Карин начало трясти. Она подобрала с дивана очки, надела их и с ужасом замерла. В руках она держала не просто ткань. Это порванный, будто в порыве страсти, до ужаса простой и не элегантный, белый лифчик на лямках! — Думаю, она может связана с человеком, которого я хочу убить, — Саске то ли не заметил, то ли проигнорировал её состояние. — Она? — Карин практически пискнула. — Чёртова девчонка кинула в меня это… — Саске решил рассказать, как лифчик оказался у него, и про технику, которую на него наложили и оставили в номере гостиницы. Но Карин его не слышала, сосредоточив свое внимание на этом бесвкусном куске ткани. — Я и не думала, что тебе нравится подобное, — выдавила из себя Карин. Саске в её глазах был эталоном мужественности, красоты, силы, ума и вкуса. И ему просто не могло понравиться нечто такое простое и дешёвое! Сама Карин даже для ежедневного белья выбирала более утонченное и женственное. — Что? — удивился Саске. — Оно мне… Дверь разлетелась на щепки, прерывая Саске и Карин. В дверном проходе стоял, тяжело вздыхая и облокотившись на меч, Суйгетцу. — Надеюсь, от этого мой меч не погнулся, — рука его уменьшилась, и Суйгецу с насмешкой продолжил: — Пойдем отсюда, Саске, Карин ведь отказалась… — пыль от остатков двери полностью осела, и взгляд Суйгецу наткнулся на Карин, держащую явно лифчик. — Ты говорил, что тебе нужны её способности, а не… это, — Суйгецу смущён и растерян. Саске пропустил мимо его слова: — Нет, кажется, она идет с нами. Карин пришла в себя. Она смущённо поправила очки и заорала на Суйгецу, вскакивая с дивана: — Придурок! Да как ты только мог подумать, что я могу носить подобную безвкусицу! — она кричала яростно, чуть не перед глазами размахивая порванным лифчиком. — Да и кто сказал, что я пойду с вами? — Карин успокоилась и придала себе уверенный вид: — Мне просто с вами по пути. — Хм, — с тонкой издёвкой продолжил Суйгетцу, — так часть пути мы будем командой. — Точно, только часть пути, — Карин поправила перекосившиеся очки. — Тогда следующий будет Джуго, — сказал Суйгецу, внимательно наблюдая за её реакцией. — Что? Джуго? — переспросила Карин, не веря свои ушам. — А тебе какая разница? Ты же с нами только часть пути. Карин вознамерилась ответить этому придурку, но Саске встал с дивана и указал на лифчик в её руке. — Так, что ты скажешь? Карин с отвращением проверила ткань на следы чакры и ответила: — Я улавливаю отпечаток твоей чакры, но от этого исходит только природная чакра. — Хочешь сказать, что это носил отшельник? — уточнил Суйгецу и покосился на лифчик. — Она не была похожа на сеннина, — Саске забрал лифчик у Карин и снова спятал у себя за пазухой, а затем вышел из комнаты. — Кто «она»? — не понял Суйгецу и поспешил за Саске. «Еще увидим, что это за шмара», — ревниво придумала Карин, тоже следуя за Саске.***
13 мая, 16:47 остров Зоя
— Это Джек! — вдруг выкрикнул Момоноске, и от его голоса по толпе прокатилась новая волна паники. Люди охнули, кто-то вскрикнул, кто-то резко обернулся, будто надеясь увидеть врага прямо сейчас. — Джек? — переспросила Ванда с ужасом, уши прижались к голове. — Он сказал Джек? — уточнил Педро, хмурясь. Момоноске дрожал. Его плечи были напряжены, дыхание сбивалось, но он продолжал говорить, будто боялся замолчать. — Джек напал на слона! На девяти часах находятся пять очень мощных кораблей! — На Зунешу напали? — испугалась Морковка, вцепившись в ближайшего Минка. — Как я и думала, Джек не умер! — прорычала Ванда. — Момо, откуда ты это знаешь? — спросил Луффи, подбегая к Момоноске. Момоноске сжал кулаки, глаза блестели от слёз. — Не знаю… Я просто увидел это! У меня в голове появилось изображение. Мне страшно! — признался мальчик. Слон снова взревел. Глухо, протяжно. Земля под ногами задрожала сильнее. — Крик Зунеши и эта тряска? Да, похоже на правду. Чёртов Джек, как ты посмел напасть на Зунешу?! — зарычал Инуараши. — Хотя нам лучше, если он жив. Дадим отпор! Стражи! — выкрикнул Некомамуши. — Подготовить корабли, сразимся с Джеком в море! — скомандовал Инуараши. Мушкетёры сорвались с места и побежали в сторону порта, но в тот же миг слона вновь качнуло. Сильнее, грубее. Земля накренилась, и все они, не удержавшись, повалились прямо в лес, в корни и камни. «Как больно… если я упаду, вы все будете в опасности…», — услышали Момоноске, Луффи и Акане. Голос прозвучал отчётливее прежнего. Глубокий, тяжёлый, наполненный болью. — Этот голос… принадлежит слону! — наконец понял Момоноске, с ужасом поднимая голову. — Этот слон телепатически говорит со мной? — Акане ошарашенно посмотрела на Ками, поднимаясь с земли и стряхивая с себя листья. — Видимо… — у Ками по спине пробежали мурашки. Акане растерянно огляделась, будто пытаясь найти подтверждение происходящему. — Но это слон? Слон? — У тебя ещё осталось охуевание в организме? Я думала, мы последнее потратили на подъёме сюда. — Очень смешно, сейчас обоссусь от смеха. Что мне делать? — Ничего, — пожала Ками плечами. — Но у меня же королевская воля, ты сама сказала. — Ага, и её тоже нужно прокачивать, — мягко улыбнулась Ками, не сводя с неё внимательного взгляда. «Давным-давно я совершил преступление, и теперь всё, что мне позволено, — это идти. И я послушно выполнял этот приказ. Поэтому… хоть раз… дайте мне разрешение. Прикажите мне сражаться!» — просил слон. Тряска усилилась. Земля ходила ходуном. Акане вцепилась в Ками обеими руками, прижимаясь к ней, пока толчки сотрясали всё вокруг. — Слон просит разрешения! Нужно, чтобы кто-то приказал ему сражаться! — Момоноске повторял слова слона вслух, чтобы остальные поняли, что происходит. — Кин’эмон, Канджуро, что мне делать? — Мне это сделать? — самоуверенно спросила Акане, и Ками тут же закатила глаза. — Момо! Прикажи ему это сделать! Мне кажется, твой голос он услышит. Если упадёт слон, мы все окажемся в море! — Но это же насколько громко нужно кричать! — в панике выкрикнул Момоноске. — Просто выкрикни вслух, иначе слон умрёт! — продолжал Луффи. Слон взревел так, что воздух задрожал. Его тело трясло, словно от невыносимой боли. — Быстрее, Момо! Слон правда умрёт! Быстрее, Момо! Момоноске дрожал, сжимая кулаки. Он боялся. Боялся так, что сердце, казалось, вот-вот вырвется из груди. Но спустя мгновение он сделал шаг вперёд и закричал изо всех сил: — Слон! Не сдавайся, слон! Ты не можешь погибнуть! Ты должен победить Джека! Наступила тишина. «Я понял». Эти слова услышали Луффи, Момоноске и Акане. Зунеша отступил назад. Его огромное тело напряглось. Хобот взмыл вверх так высоко, что все жители страны Зоя увидели его над островом. Мгновение — и мощный удар. Корабли Джека были сметены. Жители Зоя этого не видели, но тряска прекратилась. Земля под ногами снова стала неподвижной. Момоноске опустился на землю, тяжело дыша, плечи его дрожали. — Я больше ничего не вижу и не слышу этот голос, — сказал он, с облегчением закрыв глаза. — А ты, Луффи? — уточнил Усопп, перебирая пальцами подтяжки, всё ещё настороженно оглядываясь вокруг. Луффи же спокойно опёрся на руки, расслабленно улыбаясь, будто весь хаос вокруг был лишь сном. Ками вопросительно посмотрела на Акане, слегка нахмурив брови, ожидая реакции подруги. — Аналогично, — ответила Акане, наконец отпуская Ками и слегка вытирая со лба капли пота. Момоноске рухнул на землю, полностью выбившись из сил, его руки беспомощно опустились вдоль тела. — Это серьёзно! Это очень серьёзно! — раздался голос из леса, настолько громкий, что даже Минки подпрыгнули от неожиданности. Маленькая обезьянка, сидя на ветке, с интересом высунула голову и с биноклем в лапках подбежала к ним, чтобы сообщить радостную новость: Зунеша сбил корабли Джека. Акане широко раскрыла глаза и слегка присела, чтобы переварить услышанное. — Скажи мне честно… У Луффи всегда такие ёбнутые приключения? — тихо спросила она, стараясь удержать дрожь в голосе. Ками улыбнулась и слегка покачала головой, сдерживая смех: — Ну, плюс-минус. А почему интересуешься? Хочешь дальше с ними плыть? — Да, конечно, я же хочу узнать, что такое воля и как ей пользоваться! — Акане улыбнулась самой себе, глаза блестели от возбуждения: — Луффи, — громко и решительно крикнула Акане, так, что все на неё посмотрели. — Нам нужно поменять название нашего альянса! — Нашего? — Альянса? Послышалось со всех сторон. — Да, — ответила Акане. — Нужно туда добавить шиноби. Ведь мы решили к вам присоединиться! — Вообще-то, куноичи, — автоматически поправила подругу всё ещё ошарашенная Ками. — Ура! — крикнул вдохновлённый Луффи, — гиена плывёт с нами! И это значит, — он поднял кулак, — мы должны стукнуться кулаками ещё раз все вместе! Ведь теперь у нас есть Ниндзя-пирато-минко-шиноби/куноичи-самурайский альянс! Толпа вокруг взревела, радуясь и победе над Джеком, и будущему пиру. — Значит, теперь тебе хочется в альянсы вступать и остаться? — спросила Ками у Акане, после того, как та стукнулась со всеми кулаками, и они, будто бы ничего не случилось, продолжили путь. — Естественно, — кивнула Акане, в голубых глазах блеснул интерес, — ведь они могут мне рассказать про Королевскую Волю! А ты что, не хотела вступать в альянс? — Нет! — решительно ответила Ками. — Не планировала! — она тяжело вздохнула, не понимая, что происходит. — Так что же? Мы и вправду плывём с ними? — Ками прищурилась, оценивая ситуацию. — Видимо, да, — Акане кивнула, уверенно поправив волосы. Ками с интересом посмотрела вдаль: — Интересно… и где мы будем через месяц?.. — тихо пробормотала Ками, доставая из кармана сигареты.
