Звездное падение

В его цепких руках — трепещущая жизнь, жаждущая свободы от жёсткой хватки тонких фаланг; сердце, которое он так нещадно эксплуатировал грубым сжатием до скрежета за любое содрогание. Магия стремительно возрастала от давления, но не находила должного выхода, вынуждая душу сотрясаться прямо в ладони подобно умирающему зверьку. Энергия бесновалась, яростно метая яркое свечение в полумраке помещения, освещая алую метку голубоватым оттенком. Выделяется во тьме смолянистые слезы да у грудины полукруг прицельного мудлета. Многие называли метку мишенью, но никто не мог попасть в неё, как не пытался. Скелет расплылся в садистически удовлетворенной улыбке, стоило чужой душе, насильно выдернутой из надломленных рёбер, оказаться вне родного тела. Сопротивление в момент изьятия походило на трепет полудохлой рыбы о берег, такое же тщетное и вызывающее мрачный смешок. — В какую форму должны сложиться звезды, чтобы получилось такое существо, как ты? — в хрипловатом голосе слышны нотки издёвки. Каламбур с примесью едкого сарказма. «Обычная шутка», способная стать частью продолжения страданий упавшего навзничь звездного скелета. Киллер наслаждался представшей пред глазами картиной: ворочащийся у ног, поверженный враг пытался совладать с собственным телом, не слушающимся своего хозяина. Оутер, хвалёный Дримом звездный хранитель, по воле случая оказался не в том месте, не в то время, и ныне молился вселенной за шанс выжить. Его одежда, ранее до прекрасия чистая, блестящая в перелив с мерцанием маленьких звезд, была изодрана в клочья меткими, режущими ударами лезвия ножа Киллера за краткий момент битвы. Пропитанное свежей кровью и кусочками сбитой костяной пыли, оно перестало излучать какое-либо проблескивание, став по цвету темно-синим, серым, невзрачным. Оутер тяжело перенес спланированное нападение со спины, и не смотря на множество возможностей избежать битвы, продолжил напор воинственного отстаивания чести. И вот во что оно вытекло? Стоило ли оно того? Жалкое зрелище поражения. — Тебя сейчас именно это интересует? — с горечью усмехается Звездный, на резком выдохе сплевывая осколок кости и стараясь подняться на локтях хоть каким-то треклятым образом. Ему не позволило повторное сжатие вымученной души, отдающееся волной глухой боли по всему стану. Будь проклят час, когда ему взбрело проверить созвездную полосу, чтобы после наткнуться на морального урода в лице Киллера. — Именно. Хочу знать, в какую медведицу тебя собрать после смерти… Вслед за диким оскалом ровного ряда зубов последовал отточеный до автоматизма удар конца ножа в бьющуюся душу. Убийца отключился от начатой беседы не по своей воле, повинуясь сладкому девичьему зову в голове, просящему услужливо причинить как можно больше страданий оппоненту перед кончиной. С противным чваканием холод прошел насквозь теплую материю, пробивая зияющую дыру. Цветы колыхнулись от ужасного крика, полного отчаянно донести простую мысль: «остановись!», записывая каждый надрыв в голосовых связках Оутера, повторяющееся сиплое проклятье, и шорох сжимаемой куртки, от коей осталось всего ничего. Орудие провернулось на пару градусов левее, от чего звездного вывернуло наизнанку от физической ломки. Косточки осыпались в прах, кой Оутер хватал вместе с почвой, зарываясь в желании заглушить агонию. Киллер хохочет, гулко и до противного скрипуче для слуха, упиваясь предсмертными стараниями одной из сотни живущих звёзд облегчить собственную участь. Но к сожалению, Убийца давно запустил цикл распада. Черные, пустые, безжизненно смеющиеся глазницы пристально наблюдали за тем, как по капле утекала жизнь из монстра, так похожего на него самого, ловил возбуждение от стихающих криков болевого шока. Разве за музыку считают только произведение искусства? Нет. Для Убийцы надрывные мольбы становились неумирающей классикой жанра смертоносных манипуляций, способных пробудить нескрываемого садиста. Противник оказался слабым. И это его вина. Не стоило демонстрировать избыток уверенности в силах, верно покидающих с самого начала сопротивления. Его вина… На ладони в скором будущем остался лишь лёгкий пепел, оседающий на ноже и покрове толстовки. Неподалеку лежала бесцветная кучка побольше, накрытая ошметками ткани некогда звезного Санса. Киллер, возможно, жалел обо многом содеянном, каялся в исправлении учиненных поступков, надеялся на скорый сброс и восстановление одуревшего рассудка, но сейчас им управлял демон, охвативший череп обеими руками и приговаривающий милые гадости в знак приободрения. Он делал всё согласно договору. Договору с самим Дьяволом. Следующая остановка для получения искупляющего уровня находилась дальше ВотерФолла. Туда Киллер направился неспешным шагом, не взирая на тревожащие эмоциональные терзания. Выбора у него нет. Всё, что остается — повиноваться чужой прихоти уничтожения всего живого, осуждая себя и всё равно продолжая путь по такой знакомой, и в то же время чужой вселенной погибающих Звезд…