Talk dirty

Ванцзи всегда был очень далёк от каких-либо разговоров во время секса. Максимум — тихое «мой», произнесённое томным шёпотом в самое ушко, едва слышное, но отчётливо различимое. Верх непристойности для Лань Ванцзи. — Лань Чжань, ну ты и зануда, — тихо фыркает Усянь, опускаясь спиной на постель и стараясь перевести дыхание. Конечно ему всё нравится, о чём речь, иначе бы по спине не бежала мелкая дрожь от каждого властного касания. И всё же… Ванцзи настолько сдержан, что Вэй Ин просто не может себе позволить оставить это без внимания. Хотя как сдержан… Молчалив. Усянь привык к этому с самого начала отношений, поэтому даже не обращал внимание на нелюбовь мужчины к длинным предложениям. Развести Ванцзи на разговор — как отдельный вид искусства. Что ж, Вэй Ин искусство любит, ему не впервой. Но вот чего мужчина не позволяет себе никогда — разговоры в постели. И вроде бы они уже давно вместе, всякое перепробовали и всякое повидали, но заставить Ванцзи произнести хоть что-то непристойное Усянь никак не мог. Этот человек просто неподкупный. Мелочи жизни, но стоит лишь Вэй Ину представить, как чужие губы касаются ушка, а томный голос хрипло шепчет всякие грязные словечки… Тушите свет, сегодня Усянь уже не способен сосредоточиться. С каждым днём эта мысль становилась всё более навязчивой, но внешне Усянь старался этого не показывать. Мелочи жизни. — Зануда, — охотно соглашается Ванцзи, укладываясь на простыни рядом и медленно выдыхая. Нужно некоторое время, чтобы в голове перестало слегка звенеть, а дыхание пришло в норму. Благо торопить никто не собирается — всё-таки вечер пятницы и Вэй Ин наверняка послал куда подальше всех заказчиков, которые намеревались тревожить его в субботу. Хитрый какой. — Тебе как будто для меня жалко. Ну всего пару фраз, — Усянь обижено надувает губы, хотя на самом деле у него и в мыслях нет обижаться. Ванцзи так воспитан, что просто не может себе позволить использовать непотребную лексику в отношении любимого человека. Да и в принципе не может. Зато Вэй Ину ничего не мешает. Даже субботние заказчики, которые вполне могут подождать до среды. — Жалко ведь, да, Лань Чжань? Поэтому ты всегда такой холодный и суровый на людях? Боишься, что можешь не сдержаться и сделать что-нибудь нехорошее? — глаза хитро прищуриваются, а губы складываются в нахальную улыбку. Усяню не нужно спрашивать, он прекрасно знает, что сдержанность Ванцзи не имеет границ. А вот самоконтроль — вполне. И сейчас самое время его испытать. — Разве ты никогда не думал о том, чтобы взять меня где-нибудь не дома? — Вэй Ин пододвигается поближе и касается губами ушка, опаляя мочку горячим дыханием. Уж изучить чувствительные места мужчины он успел. — На рабочем месте, скажем. Усадить на стол, связать руки галстуком, чтобы я не мог убежать. Раздвинуть ноги, чтобы видеть, как сильно я возбуждён, — почему-то ужасно хочется дразнить и издеваться, хотя Усянь прекрасно понимает, что ничего подобного в реальности не случится. Ванцзи тихо сглатывает. — Прекрати, — мужчина отворачивает голову, стараясь скрыть едва заметный румянец. Нельзя произносить такое вслух, пусть и на практике они порой делают очень и очень неприличные вещи. Нельзя озвучивать. — Это ещё почему, Лань Чжань? Разве ты не хочешь посмотреть, как бесстыдно я буду умолять прикоснуться, как буду вжиматься в твоё тело, чтобы получить хоть каплю ощущений, — губы вновь возвращаются к ушку, а в голосе заметна плохо скрываемая улыбка. — Я ведь такой бесстыдник, мне ничего не стоит упасть перед тобой на колени прямо в рабочем кабинете. Расстегнуть зубами молнию ширинки, чтобы потом коснуться языком твоей плоти сквозь ткань белья, — Усянь не удерживается и прикусывает мочку, не сильно, но ощутимо. Ванцзи вздрагивает. — Бесстыдник, — голос звучит чуть хрипло, но в остальном мужчина старается ничем не выдать своего состояния. Однако румянец скрыть не удаётся. Вэй Ин довольно усмехается. — А как же, Лань Чжань. Вот только это ты меня свяжешь. Неужели у тебя будут приличные намерения? Ты не захочешь меня наказать, грубо вжимая в столешницу и резко срывая одежду? Ты ведь даже сразу используешь два пальца, чтобы я хорошо запомнил, как не нужно себя вести, — так и хочется окончательно раздразнить этого приличного человека, так что Усянь и не думает останавливаться. Тем более слова всегда заставляют Ванцзи впасть в некоторый ступор. Но Вэй Ин не думал, что в этот раз ситуация повернётся не в его пользу. Лань Ванцзи обычно очень сдержанный, лишь слегка грубый. Просто потому, что привык выражать свои мысли и чувства слишком прямолинейно. И сейчас он выбрал для этого самый лучший способ — резко опрокинул Усяня на спину и буквально впился губами в его шею. Словно в отместку за непростительное поведение, за пошлые слова, которые заставляли Ванцзи краснеть. Вэй Ин лишь глухо застонал. — Лань Чжань, а ведь ты действительно бесстыдник, раз творишь такое, — чуть хриплый смех срывается с губ, но Усянь даже и не думает это скрывать. Своего он добился, поэтому не страшно, что на утро шею будут покрывать заметные следы. Ванцзи слегка хмурится. — Бесстыдник тут ты, — голос мужчины звучит сурово, даже холодно, на что Вэй Ин лишь провокационно откидывает голову, подставляя шею под укусы. Если Ванцзи действительно решит сделать что-то нехорошее, то Усянь не сможет сопротивляться. Да и не станет. — Конечно, бесстыдник. Который хочет почувствовать, как твой член проникает до самого конца, так, чтобы у меня поджимались пальцы на ногах, — Вэй Ин хитро прищуривается, практически не смущаясь своих разговоров. Тем более от таких укусов где-то внутри поднимается жар, а в паху тяжелеет. Ванцзи вновь ощутимо кусает в шею, словно осуждая за все эти пошлости. Пусть так. — Разве тебе не хочется слушать мои стоны, смотреть, как я кусаю губы до крови? Не хочется резко и грубо входить, так, чтобы я не мог лишний раз вдохнуть? Чтобы я кончил только от твоих толчков, не касаясь своего члена, — Усянь совсем уж развязно улыбается, прекрасно понимая, как пошло и вульгарно это звучит со стороны. Но при этом так же понимает, что Ванцзи его не осудит. Только самую малость. Вэй Ин обязательно на утро будет лениво бурчать, понимая, что он переборщил с разговорами. Но всё это потом. Сейчас он с готовностью принимает чуть грубые ласки, обнимая мужчину за шею. Ванцзи можно слишком многое, в том числе и поддаваться на провокации Усяня и выбивать из его лёгких весь воздух. Они просто бесстыдники. Оба.