Мой жуткий друг

Острые когти с треском спускались по одной из решёток, оставляя за собой металлический скрежет. Запертая в оковах громко зарычала, осознавая что это не сможет ей помочь. А голод мучил, заставляя чувствовать будто её желудок рвётся, изворачивается, пожирая себя. Она тряхнула головой, заставляя недлинные волосы трястись, на секунду открывая виды на её кровавые глаза, зловещим светом светящиеся в тьме просторной комнаты, где помимо неё проживало свои дни ещё много тварей. Шестая оказалась здесь так же, как и они, попав на уловку, просто последовав инстинктам хищника. Она была всегда голодным охотником, так что не могла отказаться от подарка в виде крупного куска мяса, ещё не остывшего от уличного холода. Хотя хищница понимала, что это может быть ловушкой, голод всё равно заставил её идти, в результате чего она оказалась в этом пыльном месте. Она не знала куда забирали от сюда клетки с чудовищами почти каждый день, но была уверенна что её очередь настанет нескоро. Те работнички, просто боялись подходить, и при одном её рыке бормотали что-то не членораздельное и пускались в бег. Шестая сильно отличалась от монстров здесь, ведь имела нечто ценное, что-то, что желал каждый в этой комнате. Она имела собственный разум, ничуть не утраченный за годы пребывания зверем. Все твари здесь могли только рычать, булькать и орать, но она могла говорить и думать. Она знала что если будет не похожа на здешних обитателей клеток, то её сразу заберут от сюда, отправят в страшное место, может, страшнее её самой. Она бы точно не попалась на ту уловку, не будь она на охоте. Ведь даже такая награда как разум имела свою плату. Так, во время охоты разум оставался внутри, не имея возможности править телом. Кто же двигает хищницу вместо него? Голод. Всепоглощающий, не знающий милосердия голод. Голод возрождал в ней желания насладится плотью, голод заставлял её пожирать. Голод создавал в неё желание убивать, не просто жрать, но и мучать, смеятся и злорадствовать над тем, кто стал её новым обедом. Она всегда охотилась в разных местах, так что многие её жертвы даже не подозревают, что станут кормёжкой для столь жуткого монстра. Она была кошмаром во время голода. Выходила из милого, на вид детского шкафа, заставляя испуганного ребёнка на кровати отчаянно кричать, смотря на монстра испуганными глазами.. В каком то смысле эти перепуганные глаза вызывали ностальгию. Ведь когда-то давно, она, вкладывая все силы в бег, с таким же ужасом смотрела на монстров в чреве. Она могла бы быть нормальным ребёнком, но всё то, что она увидела там, слишком сильно испортили её мировоззрение. Там начались её кошмары, и, похоже, в клетке они и закончились. И даже там, в той пучине зла, где уже не может быть ничего хуже, её преследовал голод. Именно благодаря её самому страшному кошмару она совершила шаг, после которого постепенно стала превращаться в ту, которой являлась сейчас. Но она смогла сохранить внутреннюю себя, даже запомнив своё имя. Хотя её именем являлся просто номер, но сколько смысла он имел. Шестая.. Девочку всегда звали так. И её продолжают звать так даже после того, кем она стала. И она всегда откликается на это имя. Всегда. Она никогда не хотела вспоминать, но картины того, как она перешла черту часто являлись ей во снах. Даже если она спала всего несколько секунд, минут. Этот кошмар проигрывался в её голове в виде слайд шоу. Но её сознание всегда дорисовывало некоторые воспоминания, делая их ещё ужаснее.. Шестая могла уйти от сюда, но пока её сил было недостаточно, но подкопи она их, она точно могла бы выйти, даже если прутья её клетки слишком близко друг к другу, ведь имея разум, она стала иметь ещё одну способность, перекрывающую все остальные. Она могла становиться ребёнком на неопределённое время. Это было что-то вроде бонуса к её новому "Я", и она охотно использовала его при охоте, или просто прибывании в населённых местах, даже если населяющими были чудовища. Так было проще.. Тяжёлые двери с воем открылись, запуская средних по росту существ. Шестая улыбнулась, обнажая острые ряды зубов, что продолжали идти даже достигая глотки. Они просто продолжали идти внутрь. Её клетка находилась напротив двери, освещённая одним фонарём, так что все заходящие в помещение могли наблюдать за этим, по правде, жутким действом. Как и в прошлый раз эти низкие монстрики завизжали и убежали за дверь, чуть ли не роняя миски с едой для тварей, живущих тут. Она называла их низкими, потому что сама была высока. Клетка была сделана как раз под её рост, так что даже будучи сосной* она чувствовала себя комфортно здесь. Через минуты или часы в комнату всё же зашли. Это не были те низкие жирные трусы, нет. Это был тот длинный человек, кажется хозяин..Башни? Сколько она себя помнила то он всегда кормил её, ведь только он не боялся не мигающего взгляда и, кажется, тысячи рядов клыков. Человек спокойно просунул "обед" между прутьев, после чего просто ушёл. Хотя обедом это назвать сложно, даже разум шестой это знал. Куски истекающего кровью мяса не иначе. Но шестой как хищнику, это нравилось. Она была в восторге от этого. Клацнув зубами последний раз, монстр принялся за еду. Время обеда!