Дурман

Влад упрямо шёл вперёд, не обращая внимания ни на что вокруг. Внутри жгла тупая безумная ярость, обида, такое чувство, что тебя предали. Безжалостно разорвали душу на части. Какая-то часть сознания всё ещё отказывалась верить в случившееся. Будто это был лишь кошмарный, но слишком реалистичный сон. Вот только всё это было правдой. Князь еле сдерживался, чтобы не взвыть от боли и обиды. Его просто выгнали, хотя он просто хотел помочь, спасти их. А он, дурак, ведь ещё думал, что ему доверяют. Ага, конечно. Наверно только и искали повода, чтобы его выгнать. Один лишь вопрос засел в мозгу и больно пульсировал в висках. Почему? Почему они готовы верить кому угодно, только не им? Чем парни смогли провиниться? Они никогда ни в чём не отказывали Патрулю, выполняли даже самые нелепые их поручения, а с ними обращаются, как с какими-то левыми людьми с улицы. Бред. Абсурд. Зачем нужно было рвать даже остатки души на части?! Он же всё бросил. Власть, богатство — лишь бы обрести друзей, хотя он по своей натуре может жить один, ему никто не нужен, так смысл был унижаться?  — Да стой, Морок! — Влад не заметил, как оказался на пороге театра. Его окрикнул Абрикосов. Запыхавшийся факир стоял перед Князем, пытаясь отдышаться.  — Что?! Что тебе ещё от меня надо?! — Влад резко развернулся, да как, что аж чуть не упал. Его трясло от бушевавших внутри обиды и злобы.  — Нужно поговорить. Решать, что делать дальше. Мы не можем их бросить, ты знаешь. Князя эта фраза просто взбесила.  — Мы?! Кто, твою мать, мы?! Ты можешь перед ними теперь хоть красной дорожкой расстилаться, у тебя кстати это хорошо получается. А я — туда больше в жизни не сунусь. Задолбали.  — Да не можем мы их бросить! Вальтер им навредит! — в ответ повысил голос Саша.  — Хватит! Меня это бесит! Бесит твоя показушность! — сорвался Влад. — Слепому ясно, что тебе в целом плевать на Патруль. Тебя заботит лишь судьба Алёнки, потому что она тебе нравится. И всё! Саша вздрогнул и замолк, опешив от слов Князя. Но через пару секунд он пришёл в себя.  — Да знаешь что?! Про тебя я могу сказать то же самое! Ведь подрался ты с Вальтером именно после ссоры с Варей. Так что я знаю, ради кого ты устраивал весь этот спектакль! Влад передёрнуло от злобы. Развернувшись, он со всей силы ударил кулаком по окну. Стекло разбилось вдребезги. Осколки попадали на деревянное крыльцо, противно звеня.  — Пошёл вон отсюда! Не приходи больше никогда! Я больше знать не хочу никого из вас, достали, — Влад быстро вошёл в дом, со всей силы хлопув дверью. Парень запустил руки в волосы, и до боли сжал пряди. Спиной скатился по двери, и осел на пол. Сжал до скрипа зубы, только чтобы не закричать. Варя. Столько чувств вызывало это имя, все, кроме безразличия. Находясь рядом, в груди постоянно бушевал ураган: какое-то влечение, странная радость от её присутствия. Его всегда тянуло к волшебнице ветра, нравилось глупо с ней заигрывать, на что она только закатывала глаза и устало вздыхала. Иногда их обоих одинаково захватывает азарт, и они могли препираться с утра до вечера, что только забавило Влада. Ему нравилось подливать масло в огонь, говорить что-то, когда Варя уже успокоится и смотреть на то, как её лицо меняется от гнева. Волшебница вплотную подходит к нему, стараясь посмотреть в глаза обнаглевшему парню. Приподнимается на носочки, но из-за сильной разницы в росте так и не могла находиться с ним на одном уровне. Влад издевательски улыбается, и слегка наклоняется перед ней, чтобы не упустить шанс заглянуть в неземные аметистовые глаза, блестящие от яркого освещения. Видел в них своё отражение. Дыхание сбивалось, он словно немел. Настолько сильно его затягивало в омут чувств, пленила красота необычных и неповторимых фиолетовых глаз… Только недавно их отношения стали более тёплыми, стало меньше презренного фырканья, ненавидящих взглядов со стороны Вари. Стали нормально общаться. В груди Влада уже начала зарождаться надежда, что Варя станет ему доверять, и их отношения выйдут на новый уровень. И всё в один час рухнуло. Она не простит ему грубости. Больше к себе не подпустит. Никогда. От этой мысли, сердце словно кололи ледяные шипы. Больно. Очень больно. И ничего не исправить. Дай ему шанс отмотать время на час назад, он бы не стал ей грубить. Не стал ругаться. И уж тем более не сделал бы больно. Парень дико корил себя за сделанное, но гордость противно шептала внутри, что нельзя извиняться. Они этого захотели, сделали свой выбор. Нельзя поддаваться. Он не мог наступить на горло своей гордости. Пусть всё будет так, как есть. Ничего не исправить. Влад почувствовал тёплую струящуюся жидкость на руке. Кровь. Порезался о стекло. Почему что бы он не делал, всё идёт наперекосяк?! Почему? Неужели всё так и будет? Всю жизнь он будет платить за прошлое? Или может, сказки правы, и злодеи и правда не достойны быть счастливыми?

***

Саша не пошёл домой. Ноги сами понесли его к реке, подальше от театра, мельницы, дома друида. Он уже никого не хотел слышать, видеть. Все его бросили, даже не пытаясь понять. Даже Алёна… Почему?! Она же видела его рану, да и он ей никогда не врал. Почему она ему не поверила?! Просто бросила. Ради какого-то самозванца. Может Саша сделал что-то не то? Или Алёна просто не хочет ему доверять? Неизвестно. И это незнание ещё больше бесит. Она никогда ничего толком не может объяснить, только всё больше отгораживается. Саша сел на траву чтобы перевести дух. «Она выгнала меня. Всё сломано» Эти слова словно обожгли огнём, и факир вмиг подскочил с земли как ошпаренный. Осознание того, что всё, ради чего он вообще здесь находился, потеряно, как молния резко прошибло тело. Он тут ради Алёнки. Саша уже планировал в скором времени признаться ей в своих чувствах, и получить взаимный ответ. Он же чувствовал, что огненная стала очень тепло с ним общаться, по особенному, не так, как с другими. И в миг его надежды сломались, рухнули, как карточный домик, от одного дуновения ветра. Это всё было похоже просто на кошмарный сон, просто безумно реалистичный. Угрозы, попытка убийства, предательство любимого человека. Как какой-то дешёвый детектив. Но это была только ужасная правда. Алёна его больше не примет. Нет шансов, что она со временем всё простит. Они всё сломали. Идиоты. Морок — он идиот. Если бы этот баран не сорвался на Варю, у них был бы хоть какой-то шанс всё исправить. А из-за него Патруль окончательно от них отгородится. Ему было трудно сдержать свои эмоции? Варя его довела? Да плевать. Этот придурок сам во всём виноват. Ещё и отказывается спасать их. Сам виноват, и благополучно спихивает все проблемы на других. Как всегда.  — Не ври. Тебе плевать на Патруль. Ты делаешь всё лишь ради Алёнки. От его слов тело мгновенно похолодело. Да как он смеет?! Зачем он постоянно пытается выставить Абрикосова каким-то дураком только из-за того что ему нравится Алёнка. Да, чёрт возьми, это правда! Да она ему нравится, даже не так, он её любит. Так любит, что умереть готов. Вот только проблема в том, что он бегает за ней, как послушная собака, выполняет все просьбы, а ответа никакого. Только холод. И лишь единичные случаи проявления какого-то случайного тепла. Будто пытка. В школе, девчонки за ним толпами бегают, а он не может влюбить в себя одну. Только постоянно мучается. Вот только Мороку, это чувство вряд ли знакомо. Тёмный Князь не имеет чувств. «Так зачем ты сказал, что ему нравится Варя?» — прошептал голос внутри. А ведь правда. Зачем? Хотя… возможно Повелитель Душ всё-таки может… влюбиться в девчонку? Боже, как абсурдно это звучит. Морок и Варя… Нереально. Но ведь почему-то он оказывает ей знаки внимания. Он избил до полусмерти Вальтера за то, что он настроил Варю против Влада. Может это было проявлением ревности? Но как?! Морок — одиночка, Саша сам это видел, тогда как он вообще может проявлять к кому-то тёплые чувства, ещё и ревновать до бешенства? Хотя в любом случае, им обоим ничего уже не светит. Варя так обижена на Влада, что его и на пушечный выстрел к себе не подпустит. Алёна тоже. Но ведь всё не может так закончиться. Не должно. Нужно всё исправить, хоть это и почти нереально. «Но я просто так не сдамся. Ради неё.»

***

Прошло три дня. Ничего не изменилось. Саша круглосуточно сидел в доме друида, выполняя любую работу, лишь бы чем-то себя занять. От Патруля никаких вестей не было. От Морока тоже. Вася ходил к девчонкам, и звал с собой Сашу, но факир упорно не соглашался. Его друг пытался выведать причину такого поведения, но Абрикосов всё время уходил от ответа.  — Саш, мне Снежка звонила, сказала нам прийти. Пойдём? — задал вопрос Вася. Парни убирали сорняки с грядки у друида. Саша напрягся, снова услышав этот вопрос.  — Я нет, работать надо. Ты — иди, — коротко ответил факир, не смотря на друга. Он делал вид, что всецело поглощён работой.  — Саш, ну давай. Дела всё равно скоро все закончим, почему бы и не сходить.  — Нет, не хочу.  — Снежка сказала, что Алёнка какое-то новое заклинание выучила. Пошли, посмотрим, — решил напомнить об огненной Вася. Он знал, как подействовать на друга. Саша на секунду замер. Он вспомнил как всегда соглашался идти на мельницу, сбегал, если друид нагружал их работой, только чтобы прийти на мельницу, увидеть её, просто поговорить на обычные темы. Это всегда повышало настроение.  — Саша, — окликнул друга Вася. — Что происходит?  — Ничего, — соврал факир. Ему не хотелось ничего рассказывать. Не его дело.  — Я же вижу, что не всё нормально. Что-то случилось? — снова спросил Вася  — Нет! Я же сказал, всё хорошо, отстань! — сорвался на него Саша. Он будто на допросе находится. Вася больше не стал ничего спрашивать. Он молча закончил свою работу, и ушёл. Саше стало стыдно за то, что он так сорвался на Сидорова. После всего случившегося, Вася остался его единственным другом. Рано или поздно, он всё ему расскажет, но точно не сейчас. Саша поднялся с земли, и пошёл домой, чтобы извиниться. Но в помещении никого уже не было. Сидоров уже ушёл. «Ладно, ничего. Вернётся, извинюсь.» — успокоил себя Саша. Нужно было вернуться, и доделать дела, но тело сковала страшная усталость, хотя толком он ничего и не делал. Голова слегка кружилась. Это продолжалось с начала дня, но парень не придавал этому особого значения. Всё из-за стресса. Пройдёт. Друид на данный момент уехал на месяц в другой город, на какую-то конференцию, и теперь мальчики с его доме сами себе хозяева. Поэтому, раз дома никого нет, Саша принял решение лечь поспать, может так ему станет лучше. И как всегда, только он перестанет чем-либо заниматься, в голову начинают лезть болезненные воспоминания. Он пытался отвлечься на другие мысли, но события той ссоры вымещали всё остальное. Факир накрылся с головой одеялом, будто стараясь спрятаться от навязчивых воспоминаний. Он перевернулся на другой бок, и закрыл глаза. «Я всё исправлю. Чего бы мне это не стоило.»