Одно дело из жизни Палача

Лучи закатного солнца пробивались сквозь шторы vip-номера одного из лучших отелей города. Хозяин оного номера спал на большой двуспальной кровати с балдахином — это был молодой парень лет двадцати пяти с аристократическими чертами лица и длинными чёрными волосами. Один из последних лучей медленно поднялся по свешенной во сне бледной руке и попал на не менее бледное лицо. Парень недовольно морщился, но не спешил открывать глаза. Пока телефон, лежащий на прикроватной тумбочке не издал мелодичную трель. «Ровно 18:00» подумал парень, вставая с постели и выключая будильник. После получасовой разминки и душа он блаженно разлёгся на кровати и взяв ридер (электронную книгу) в руки подумал, что весь вечер проведёт с книгой. «Потом можно будет пройтись по ресторанам и стриптиз клубам» неспешно размышлял он, попутно выбирая «подругу», которая будет составлять ему компанию ближайшие несколько часов. Один из плюсов жизни в столице, это то, что жизнь здесь никогда не останавливается и даже такой патологический «филин» каким он несомненно является чувствует себя здесь свободно. И вот когда «филин» уже выбрал книгу, а мысли о редком выходном согревали его чёрствую душу, раздался телефонный звонок. — Чтоб вас черти съели. Немного раздраженно бросил парень, беря трубку, но увидев имя звонившего сильно нахмурился и нажал «принять». — Привет, Ром! Как настроение? Раздалось из трубки. — Пока ты не позвонил было замечательное. Серьезно ответил Роман Вяземский, более известный в узких кругах под прозвищем «Палач». — Вадик, если ты звонишь чтобы испортить мне мой первый за несколько месяцев выходной, то советую тебе ещё раз подумать. Продолжил он. — Слушай Ром, у нас тут не то чтобы проблема, но без тебя никак… Начал объяснять мигом посуровевший Вадим. Во всей «организации» только у босса и у него был личный номер Вяземского. И только они могли вытащить Палача из отпуска. Вообще, Палач занимал крайне необычное место в иерархии «организации». Он был осведомлён почти обо всех делах «организации», как легальных, так и нелегальных, но при этом он почти не кем не руководил. Максимум принимал командование группой на время проведения операции. Он был одиночкой и лучшим из цепных псов «организации»! Одно лишь его присутствие на переговорах по выплате долгов обеспечивало скорейшие выплаты по задолженностям. Ведь все знали, что если за тобой вышел Палач, то твоя жизнь с этого момента ничего не стоит. Он находил цель где бы она не была и за какой бы охраной не пряталась. Он был символом неотвратимой кары. Начинал Палач простым хоть и талантливым и смекалистым исполнителем. Уже тогда многие отмечали его хладнокровие, изобретательность и настойчивость в устранении цели. Однажды просматривая очередные досье исполнителей, в поисках кандидатов на повышение, босс заинтересовался тогда ещё рядовым исполнителем Романом Вяземским и распорядился организовать пареньку проверку. Вяземскому выдали задание показательно расправиться с должником, просрочившим платеж. Роман на такую постановку задачи лишь усмехнулся и заверил что всё сделает в лучшем виде. Через пару дней вся столица вздрогнула. «Найден освежёванный труп человека, распятого на кресте. В нём опознали крупного бизнесмена…» гласили новостные заголовки. Вяземский поработал на славу, даже опытнейшие опера из убойного отдела покрывались холодным потом и сильно бледнели лишь мельком, взглянув на обезображенный трупп успешного бизнесмена. Полиция во всей стране металась и выла, пытаясь напасть на след убийцы, но следственные мероприятия не к чему не привели. А Вяземский в это время с улыбкой чеширского кота принимал оплату и новость о повышении лично от босса. Именно тогда Роман Вяземский получил своё прозвище. После этого достопамятного события было ещё несколько подобных заказов и все они заканчивались одинаково: фото на котором было изображено нечто слабо напоминающее человека и кровожадный оскал Палача, принимающего оплату! После окончательной проверки, Вяземского поставили на довольствие и за каждое кровавое дело давали солидную премию. Как-то ему даже предложили стать одним из держателей нескольких борделей (значительное повышение для хоть и не простого, но исполнителя), но он вежливо отказался, сказав, что любит посещать подобные заведения, а не владеть ими и что денег ему и так хватает. Тем самым твёрдо обозначив желание оставаться хоть и крайне высокооплачиваемым, но всё-таки исполнителем. Разумеется, появление столь неординарного «сотрудника» сильно напрягало окружающих. И когда попытки переманить столь ценный кадр на свою сторону закончились полным провалом его попытались убрать. Инициатором данной операции выступила организация конкурент, той в которой состоял Вяземский. Для исполнения заказа наняли «гастролёров» из Ростова в количестве пяти штук. Это была хорошо сработанная команда душегубов за которой тянулся длинный кровавый след. Чтобы разобраться с ними Роману потребовалась неделя. По истечении этого времени на личную электронную почту заказчика, по совместительству являющегося боссом враждебной «организации» пришло письмо с требованием выплаты девятизначной суммы и уверениями что если вышеозначенная сумма не будет выплачена в течение трёх дней, то Палач придёт за головой заказчика. К требованию был прикреплён видеофайл на несколько часов с демонстрацией того как из пяти взрослых уголовников методично делают окровавленные, кричащие в агонии куски плоти не имеющие ничего общего с людьми и с последующим их умерщвлением. Так закончилась жизнь одной из опаснейшей Ростовской бригады, а Палач получил миллиард «деревянных» уже через сутки. Что окончательно убедило всех что Роман Вяземский исключительно опасен и связываться с ним себе дороже. Ну и разумеется его авторитет в преступной среде неимоверно возрос. С тех пор Палача отправляли на самые важные миссии и переговоры, так как слава о нём шла далеко впереди него самого. Одно лишь его присутствие существенно облегчало любые переговоры и показывало особое внимание «организации» к их исходу. Роман знал и гордился своим выдающимся талантом к проведению силовых операций. И понимал, что если ЕГО тревожат в его законный выходной, то дело действительно серьёзное, но осознание этого факта плохо помогало справиться с раздражением. — Нет! У меня законный выходной, первый за полгода хочу заметить. Так что разбирайтесь сами, а я присоединюсь к вам завтра. — Завтра будет поздно. Непреклонно ответил Вадим и тяжело вздохнул. Он и не рассчитывал, что сможет убедить Вяземского добровольно выйти на работу в выходной. А ссориться с Палачом из-за такой мелочи станет только дурак. Так что он заранее заготовил небольшую морковку, которую сунет этому психу чтобы тот не обижался. — Ром, давай так, за этот испорченный выходной я дам тебе два выходных, но позже, а сейчас ты выйдешь на дело, окей? — Неделя. Тут же отозвался Палач, понимая, что если ему суют подачки, то выходить всё равно придётся, теперь вопрос был только в цене. — Придержи коней, брат. Ты же понимаешь, что это нереально. Сбил цену Вадим. — Давай, три дня и новые документы, связанные с твоим «увлечением»? Знает за что меня взять, гад! Хотя, чего я ожидал от советника босса. На такие должности дураков не берут, а ведь ему всего 36. Умен, гад! И хитёр как змей. Подумал Вяземский и уточнил. — Что-то новенькое? — Да. Рассказы американских солдат, побывавших во вьетнамском плену, с подробностями, да ещё и полусекретные. Немедленно ответил Вадим. — Ну так как? — … ладно. Согласен. После недолгой паузы сдался Вяземский. — Но позаботься чтобы там было что-то действительно интересное и пусть мне передадут оригинал, а не эту вашу цифровую копию. — Хорошо! Не переживай ты не останешься разочарованным. Весело пообещал Вадим. — Очень надеюсь… Хмуро сказал Роман. — Тебя будут ждать на обычном месте, через пару часов. Проинформировал Вадим и прервал звонок. — Чтоб вас черти съели! Раздраженно сказал Палач, и флегматично разбил телефон об стену.