Reverberation

Была глубокая ночь, когда Юнги, завернутый в одеяло, вышел из комнаты, ширкая тапочками, для того чтобы подойти к холодильнику. Открыв его, он долго смотрел куда-то вглубь абсолютно отсутствующим взглядом. Желтый свет отражался на бледном, изнеможденном лице, делая кожу еще более болезненной на вид чем она была. Закрыв дверцу, Юнги начал бесцельно ходить вдоль кухонного островка, невольно увеличивая скорость движений. Сосущая изнутри пустота не давала успокоиться. Чувство беспомощности и ненужности захватило столь сильно, что ему пришлось совершать хаотичные, беспорядочные и необдуманные действия, чтобы не утонуть. Не уйти опять глубоко, чтобы не пойти в магазин за бутылкой крепкого, не искать глазами ближайший острый предмет, не начать вновь вредить себе в попытке вернуть связь с реальностью. Просто нужно отвлечься... Чувство безопасности. Оно так внезапно нахлынуло на него. Почему? Только сейчас Юнги заметил, что стоит, уткнувшись носиком кому-то в грудь, держась за спину этого кого-то так, будто пытался то ли залезть, то ли погладить. И, подняв голову, он встретился глазами с Чонгуком, который одной рукой крепко держал его за талию, а другой все продолжал гладить по голове, изредка убирая пряди волос с чужого лица, что настырно падали обратно. - Хён, почему ты сразу не пошел к кому-нибудь? - Слишком поздно. – устало ответил котенок. – Почему ты здесь? - Решил переписать одну песню. - У тебя хороший микстейп, Гуки… Ахх… Кстати, какую? Дашь послушать, когда закончишь с ней? - Reverb. Пойдем, послушаешь. Я как раз ее доделал. Только воды захвачу. Выпустив Юнги из рук, Чонгук открыл холодильник, достал оттуда литровую бутылку с водой, и побежал вприпрыжку обратно к себе в комнату, оставив открытой её дверь. Юнги последовал следом, под нос бурча о непоседливых и слишком шумных кроликах. Зайдя в комнату, он даже не удивился, увидев сидящего на диванчике Тэхена, как и он, завернутого в плед. Тот присосался к вожделенной бутылке, за которой сам сходить не мог, так как одеяло никак не отпускало, при этом взглянув на нового ночного гостя. Закрыв за собой дверь, Юнги облокотился на нее и стал ждать. - Подойди, хён. – позвал Чонгук. – Вот. – и, протягивая наушники, одной рукой, вывел на экран несколько музыкальных дорожек. Вторые наушники надел себе, в третьих сидел Тэ. Хоть тревога отошла на задний план, но усталость вдруг навалилась, поэтому Юнги уже заприметил куда ему расположить свою попку, но Тэхён прекрасно знал об особой любви котенка забиваться на полу в любой угол, поэтому, потянув его на диван за руку, посадил к себе на колени и обнял на манер коалы или смирительной рубашки, кому как больше нравится. Чонгук включил первую запись. Она была пока без музыкального сопровождения, чисто голос манэ, что пел под свою внутреннюю музыку, потому что это была просто подложка для мелодии. Далее пошли второй, третий и четвертый варианты уже с различными аранжировками. Прослушав, парни застыли, мысленно распробывая новые версии, уже ранее известной им песни. - В четвертой версии… Она стала мрачнее, не так ли? – первым задал вопрос Тэ. – Но при этом осталась такой же мягкой… - Да, я решил, что нужно передать смысл текста не только словами, но и самой музыкой. Чтобы не текст был основой, а мелодия поддержкой, а так, чтобы они вместе были основаниями - категориально разными, но по своей сути одним и тем же. Чтобы иностранные АРМИ могли прочувствовать, уловить смысл, не зная перевода текста. Эти слова повисли в комнате. Юнги, укутанный уже в два пледа, и прижатый к шее Тэхена, все не мог понять, в какой момент у Чонгука могли родиться такие мысли, такие чувства и эмоции. К сожалению, он знал ответ на свой вопрос, но не хотел признаваться себе в том, что немало здесь и его вины. - Думаю, у тебя получилось. – донеслось откуда-то приглушенно. - Да... я тоже так считаю. – ответил Тэ. Улыбнувшись, Чонгук переименовал понравившийся хёнам четвертый вариант из «4» в «скорее всего» и выключил компьютер. - Думаю, пора идти спать. Завтра расписание с утра. – сказав, Гуки развернулся на стуле и встретился взглядом с Тэ, что с нежностью смотрел на него в ответ, перебирая при этом волосы Юнги. Убрав лишние наушники на стол, Чонгук подхватил на руки котенка, что от неожиданности быстро схватился за его шею, пошел в их с Тэхёном спальню. Оказавшись в постели, Юнги почувствовал, как его с обеих сторон обхватили руками, а затем тела, гораздо больше его собственного, прижались к нему. Наконец-то страх отступил. В таких теплых и необходимых ему объятьях, он вновь почувствовал себя живым. Почувствовал себя нужным. Поцеловав в щечки своих донсенов, которые, прикрыв глаза, ластились к нему, Юнги, наконец-таки, смог заснуть. Как хорошо, что мы вместе. Как хорошо, что мы есть друг у друга.